История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Урок в Древнем риме. Коллективизм в древнем риме


Античный коллективизм | История культуры

В этом отношении очень важно, что каждый гражданин – он одновременно и воин. Причём основное построение греческого войска – это фаланга. Фаланга – это тесно сомкнутое построение тяжело вооружённых воинов. Фаланга – это тоже очень важный показатель для греческого менталитета. У нас сейчас показывают эти фильмы: Сталлоне или какой-нибудь Шварценеггер в одиночку убивает 30-40 человек, взрывает всё. От греческого воина этого не требовалось (крушить всё и т.д.) От него требовалось только одно: он должен стоять в ряду рядом со своими товарищами, с одной стороны его сосед стоит, с другой стороны сосед, перед ними щит, его щит частично перекрывает тело его соседа, и копьё. И вот эта страшная железная стена, ощетинившаяся копьями, идёт вперёд под звуки музыки. Музыка даёт ритм. И для тебя самое главное – это находиться в своём строю. Дошёл до противника – ты разишь противника. Ты сохраняешь это самое место. Если погиб твой товарищ, ты занимаешь его место, потому что для фаланги самое главное – это монолитность, это коллективизм. Вот это и есть самое важное, это воспитывали. Очень важное качество.

Поймите очень важную вещь. Можно говорить о коллективизме в Древнем Египте, в Древнем Китае и т.д., о рабской покорности, покорности власти. Античность выработала совершенно другой коллективизм: осознанный коллективизм высокоразвитой личности. Когда человек это делал не по принуждению, а от осознания необходимости, полезности для себя тех или иных действий. Ещё раз хочу подчеркнуть: в этом особенность античности. Античность – это тогда, когда закон и образ жизни идут изнутри, не навязывается. Вот когда человек не хочет жить, его общество просто выкидывает или он сам уходит. Были такие люди. Нормально, они становились первыми космополитами, гражданами вселенной. Другое дело, что это было то, что воспитывало.

И ещё что здесь важно. Понимаете ли, когда у каждого гражданина стоит вот этот боекомплект дома, когда он защитник родины, когда в государстве нет ОМОНа, СОБРа, кого там ещё, финансовой полиции и т.д., боже мой, сколько народа может как-нибудь прийти к вам в дом. И государство показывает, кто у нас сильный. А вот в греческом полисе кроме гражданина нет такой силы, которая представляет вооружённую силу. Поэтому это образует совершенно другой тип общества. Гражданина что-то заставить сделать нельзя. Гражданина нужно убедить. Поэтому у нас каждый гражданин – это собственник, это участник боевого ополчения и, как третья необходимая часть, это участник политической жизни.

В нашем государстве нас допускают до выборов и говорят: замечательно, вот вы тоже в чём-то там поучаствовали. В греческих полисах граждане должны участвовать в политической жизни, потому что совместное решение (а во всех греческих полисах, даже олигархических, высшим органом является народное собрание), так вот политическое решение – это есть решение большинства коллектива. В чём сила этого решения? Не в том, что оно принято, а в том, что правильность этого решения разделяет большая часть сограждан. Вот в чём сила. Сила изнутри, из человека, а не потому, что человека что-то заставляют делать.

Вот поэтому эти микроскопические полисы и были такими живучими. Потому что сила идёт не от какого-то отдельного человека. Почему рушились многие монархии на Востоке? Потому что там слишком большая власть была сконцентрирована в руках одного человека. Потом будем говорить, как погибла персидская держава. Ну, не повезло персам: когда Александр напал на них, у них стоял бездарнейший правитель. И рухнуло величайшее царство. Вот когда в таких системах слишком много даётся одному, очень важно понятие ответственности и важно понятие способности.

Наша держава тоже держалась до 1917 года — и при Рюриковичах, и при Романовых — многие века. К сожалению, последний царь Николай — к нему как к человеку можно относиться по-разному, но как правитель он был бездарен, и на нём лежит ответственность за крушение Российской империи. Но, по крайней мере, он хоть чувствовал эту ответственность, и это показывают его дневники.

Так вот в гражданском обществе эта ответственность в греческих полисах раскладывается на всех членов коллектива. Его задача не в том, чтобы выполнить чьё-то веление — в гражданском обществе каждый человек участвует в выработке политического решения, и поэтому он его и выполняет. Вот в этом сила-то и состоит. Причём, повторяю: что олигархические, что демократические эти самые полисы. В этом их мощь и заключалась.

Далее — Мир полисов

www.culturhistory.ru

Коллективизм в античные времена.

 

Коллективизм в античные времена.

Важнейшими общинными чертами являются стремление к однородности, одинаковости и взаимопомощь. В античном обществе они проявляются в разных формах. Уже к концу архаической эпохи в греческих полисах и в Риме сложилась система взаимных обязательств между гражданами и коллективом в целом. Граждане в зависимости от своего имущественного положения были обязаны повинностями (литургии в Греции, munus в Риме) в пользу общества. Поэтому учет имущественных возможностей граждан, выступавший в форме периодически проводившихся цензов, был очень важен в античных государствах. В Афинах он был введен при Солоне, в Спарте – при Ликурге, в Риме - при Сервии Туллии. Позднее в Риме была учреждена даже специальная должность цензора, ставшая важнейшей, наряду с консулатом, магистратурой. В обмен на выполнение гражданами обязанностей гражданский коллектив должен был обеспечить им приличное существование.

Государство было обязано содержать своих граждан, чтобы они чрезмерно не обнищали. Поэтому даже оставивший свои занятия каменотеса Сократ чувствовал себя в родном афинской полисе достаточно комфортно, нигде не работая и проводя время в беседах на рынке. В Риме со временем даже сформировался целый общественный слой из таких, паразитировавших на государственный счет, граждан – люмпен-пролетарии. Удовлетворение их интересов было важным способом привлечение на свою сторону их голосов во время выборов. Поэтому греческие и римские политики заботились о ввозе зерна, которое распределялось только между гражданами: раздавалось бесплатно или продавалось по символическим ценам. В Афинах Перикл сумел на 15 лет обеспечить себе должность первого стратега после того, как гарантировал правильную раздачу хлеба, подаренного в 444 г. до н.э. египетским правителем Псамметихом афинским гражданам. В Риме введение хлебных раздач сделало самым популярным политиком плебейского трибуна Гая Гракха, оттеснившего на время на политической арене консулов и сенат. В 68 г. до н.э. Гней Помпей Магн сумел в короткий срок разгромить пиратов Средиземноморья, парализовавших подвоз хлеба в Рим, и надолго стал первым и любимейшим политиком в Риме.

Существовали и другие формы заботы государства-общины о своих гражданах. Организовывались выгодные строительные работы, дававшие заработок горожанам и обеспечивавшие городу (то есть тем же его гражданам) возможность пользоваться плодами своего труда. Приобретались, в том числе и с помощью войн, рудники ценных металлов или строительного камня, доходы от которых шли на нужды граждан или прямо делились между ними. Таковыми были серебряные рудники Лавриона и золотые рудники Пангея для Афин, серебряные рудники Иберии для Рима.

Особую заботу государство проявляло о своих гражданах-крестьянах. Нехватка земли – одна из основных проблем античности. Античное государство было занято постоянными поисками земли для граждан. В Греции основным способом решения аграрного вопроса стал вывод колоний на свободные территории, чем занимался весь полисный коллектив в целом. Иногда, как например во время Мессенских войн Спарты, античные государства стремились решить проблему земельного голода за счет отнятия земли у соседей. Одной из основных причин римских завоеваний в Италии была необходимость обеспечить землей растущую массу граждан из числа плебеев. У становящихся их союзниками италийских общин римляне отбирали от трети до двух третей земли. Эти земли составляли резервный общественный фонд – общественное поле (ager publicus) – из которого производилось наделение римских граждан.

Будучи гарантом благополучия своих граждан, античное государство занималось организацией их досуга. Каждый греческий полис имел общегражданские праздники, участие в которых поддерживало ощущение слитности рядового гражданина с обществом его сограждан. Из посвященных Дионису праздников развился греческий театр, столь популярный в античном мире. При Перикле в Афинах была создана специальная казна, из которой бедные граждане получали деньги на покупку театральных билетов, - казна теорикона. Римлянам больше нравились гладиаторские бои и травля зверей в цирках и амфитеатрах. Римские императоры устраивали для сограждан грандиозные зрелища, на организацию которых тратились колоссальные средства. Государство просто обязано было тратить имевшиеся у него средства на общественные нужды. Поэтому лозунг римского люмпен-пролетариата “хлеба и зрелищ!” был закономерен и оправдан.

Такая общественная атмосфера делает понятным, почему неотъемлемой частью античных городов были такие общественные заведения, как стадионы, гимнасии, палестры, термы, театры, амфитеатры, цирки, ипподромы и т.п. Лицо античного города составляли не административные здания или дворцы правителей, а общественные здания, портики для отдыха и деловых встреч граждан, площади (агора в Греции, форум в Риме) для собраний и общинные храмы.

 

 

gumanitarist.narod.ru

Зарождение католической церкви в Древнем Риме

Благодаря своему столичному положению, боль­шему числу членов и богатству римская община при­обрела господствующее положение среди всех осталь­ных христианских общин. Благодаря пожертвовани­ям, дарениям, церковным сборам (воскресный сбор) и землям, получаемым по завещанию умерших членов, римская община была богаче других, ссужала им день­ги и располагала большим числом служителей. Все это в совокупности выдвинуло римскую общину на передний план среди других общин, а римского епис­копа сделало первым епископом и главой всего хри­стианского мира. Этим было положено начало хрис­тианской церкви (ecclesia Christiana) как объедине­нию всех христианских общин под главенством Рима.

В подтверждение законности своих притязаний римские епископы ссылались на авторитет апостолов Петра и Павла, якобы основавших римскую общину. Впоследствии притязания римских епископов были подтверждены императорскими конституциями. «Мы желаем, - гласила одна из таких конституций, - что­бы все народы, которыми управляет наша кротость, пребывали в вере, переданной римлянам божествен­ными апостолами Петром и Павлом и которой следу­ет епископ Дамасский». Все другие христианские общины, или церкви в узком смысле слова, должны беспрекословно призна­вать авторитет и подчиняться предписаниям римской церкви, якобы продолжавшей традиции апостолов.

Одной из основных причин, способствовавших объединению христианских общин в единую христи­анскую церковь, являлась ожесточенная борьба между отдельными христианскими группами, в особеннос­ти борьба церкви с сектами гностиков. Гностицизм возник на почве аллегорического толкования книг Ветхого завета (Библии) и воспринял влияние вос­точных религий. Гностики (просвещенные) полагали, что истинный смысл библии доступен только немно­гим избранным, осененным особой, сверхъестествен­ной благодатью (гносис). «Много званных, но мало избранных» - таков девиз гностицизма.

Познание глубин мира и тайн природы, доступ­ное немногим избранным, достигается путем сильно­го возбуждения (экстаза), особых обрядов и действий (мистерий). В мистериях человек, очищаясь от гре­хов, как бы сбрасывает свою человеческую природу и воссоединяется с богом. В этом, по учению гнос­тиков, заключается смысл христианской евхаристии (таинства причащения), когда человек ест тело и пьет кровь Христа.

С учением гностических сект знакомят нас апокри­фические, т. е. не признанные церковью, евангелия, из которых сохранилось довольно много отрывков2.

При многих различиях все гностические секты схо­дились в одном, а именно в признании необходимости для «просвещенных» освобождения духа от материи, телесной оболочки человека, проникновения в тайный смысл священных книг и удаления от мира, что с логи­ческой неизбежностью вело к отрицанию земных учреж­дений, радостей и даже самого смысла жизни.

Наиболее радикальные проповедники гностициз­ма доходили до крайних положений, требуя полно­го изменения всех установленных понятий и ради­кальной переоценки всех ценностей. «Если вы не де­лаете правое левым и левое правым, - говорится, например, в одном из апокрифических евангелий (Еги­петское евангелие), - верхнее нижним и нижнее верхним, переднее задним и заднее передним, то вы не можете постичь царствия божия...» «Двойствен­ное должно сделаться единым, наружное слиться с внутренним, мужское с женским, не должно быть мужчины и женщины».

В социальных воззрениях гностиков крайний индивидуализм переплетался с крайним коллективиз­мом. Отрицая всякую организацию и какую бы то ни было догму, гностики проповедывали платоновский коммунизм, в частности общность имущества и общ­ность жен (секта Карпократа). Некоторые секты гно­стиков проповедовали полный социальный индиферентизм, бедность и аскетизм. Из гностических вож­дей наибольшим влиянием пользовались Карпократ, Маркион, Басилид и Валентин.

Гностицизм возник в период расслоения и изме­нения социального состава христианских общин и, следовательно, имел под собой глубокие социальные корни. Ко времени появления гностицизма, т.е. к кон­цу II в., социальный состав христианских общин за­метно аристократизировался и плутократизировался, что нашло отражение также и в христианской идеологии того времени, в особенности в оценке богат­ства и бедности. В принципе все еще порицая богат­ство, церковные писатели вместе с тем начинают от­мечать также и отрицательные стороны бедности. «Человек, находящийся в стесненном материальном положении, - говорится, например, в сочинении «Пастырь» Ермы (середина II в.), - терпит муки, пытки и мучает себя, как закованный в цепи, и мно­гие, очутившись в подобном положении, истерзанные нуждой, налагают на себя руки».

Еще далее в этом направлении идет Ориген, пи­сатель III в., заявляющий, что бедность является ре­зультатом слабости человеческой природы и ленос­ти. «Никто, - говорит он, - не станет без разбора хвалить нищих, из которых большинство по своей жизни люди негоднейшие».

Против омерщвления и бюрократизации христи­анских общин поднялась сильная реакция среди «бра­тьев и сестер», идеологами которой были гностики. Гностические учения находили больше всего сочув­ствующих в низших слоях населения и части интел­лигенции, не удовлетворявшейся существующими порядками и искавшей выхода в гностическом анар­хизме.

Учение гностиков об отрицании богатства и про­поведь коммунизма встречали резкий отпор со сторо­ны правоверных (ортодоксов), оправдывавших соци­альное неравенство и стоявших за крепкую организа­цию христианских общин в виде церкви и за епископ­скую власть. Отчетливее всего аргументация за не­обходимость церковной организации представлена в сочинении карфагенского епископа Киприана, одно­го из наиболее сильных церковных писателей ортодок­сального направления. Можно сказать, что, собствен­но, Киприан и был настоящим создателем теории цер­ковной власти и епископского авторитета.

«В самом деле, - писал Киприан, - мы ведь зна­ем, что существует единый бог, единый владыка Хри­стос, которого мы исповедуем, единый святой дух, - следовательно, должен быть и единый епископ...» «Без посредничества церкви нет спасения». «Счаст­ливый век» Антонинов и Северов был временем на­пряженной деятельности христианской публицисти­ки, направленной на защиту новой веры против на­падок язычников, на полемику с сектантами, систе­матизацию и формулировку основных положений христианской догматики и на выработку принципов церковной организации. По вопросам необходимос­ти церкви и обоснования епископского авторитета возгорелась ожесточенная литературная борьба меж­ду ортодоксами и их противниками.

В результате долгой и упорной борьбы не на жизнь, а на смерть победа оказалась на стороне орто­доксов, опиравшихся на более жизнеспособные соци­альные элементы. Борьба с сектантами, в особенности с гностиками, способствовала оформлению хрис­тианской догмы, утверждению новозаветного канона богословских положений о церковных книгах в каче­стве твердой основы церкви и укреплению культа. В этот период, собственно, и сложилась вся христиан­ская идеология, создался миф о Христе и были состав­лены или отредактированы основные книги христиан­ского вероучения: четыре (синоптические) евангелия, Деяния и Послания апостолов, а также Апокалипсис. Главным центром литературно-проповеднической де­ятельности «отцов церкви» старшего поколения была египетская Александрия - центр античной учености и просвещения, и большая часть христианской лите­ратуры этого периода написана на греческом языке1.

Из христианских писателей эпохи Антонинов и Северов наибольшей известностью пользовались Ми- нуций Феликс, автор «Октавия», живший при Мар­ке Аврелии, Тертуллиан, Климент, Ориген и др. По своему характеру сочинения «отцов церкви» (аполо­гетов) являются полемическими сочинениями, напол­ненными угрозами по отношению к своим противни­кам и всему языческому миру. Апокалиптическая форма письма более всего выражена в произведени­ях Тертуллиана, аскета и визиониста, стоявшего на грани между ортодоксией и сектантством. «В мире,- писал Тертуллиан в «Послании к мучени­кам», - царит одно сплошное зло. Богатство, сла­ва, почет, положение - все это пустая суета. Мир носит тягчайшие цепи, изнуряющие душу. Мир пре­исполнен вредных испарений, это соблазн распутст­ва и сладострастия». Аналогичные мотивы отрицания мира имеются также и у других писателей, старших и младших современников Тертуллиана. Так, в «По­слании апостола Иоанна» говорится, что в мире ца­рит «похоть плоти, похоть очей и гордость житей­ская». Из этого делается общий вывод: «Не любите мира, ни того, что в миру, ибо кто любит мир, в том нет любви к богу».

Отрицая «языческий мир» вообще, христианские публицисты вместе с тем принимали социально-поли­тический строй Римской империи в его основной со­циальной сущности. «Каждый пусть остается в том звании, в котором он в настоящее время находится, - говорится в «Послании Павла к Коринфской общине», - кто принял христиан­ство рабом, тот пусть им и остается». Уже самим отрицанием земных ценностей и пере­несением идеала с земли на небо христианство сгла­живало классовые противоречия, освящая и укрепляя тем самым существующие порядки. «Социальные принципы христианства оправдывали античное рабст­во, превозносили средневековое крепостничество...».

В своих сочинениях и проповедях церковные иде­ологи противопоставляли испорченному языческому миру разрисованный апокалиптическими красками «Новый Иерусалим», на практике же церковь копи­ровала привычные формы языческой Империи. Да иначе и не могло быть, поскольку христианство яв­лялось идеологической надстройкой - религией, а христианские общины потребительными коммунами, удерживавшими старые производственные основы. Производственные основы языческой Империи - раб­ство и колонат - не отрицались ни церковью, ни хри­стианской религией. Одинаковостью производствен­ной основы объясняется и дальнейшая эволюция ка­толической церкви в направлении централизованной бюрократической организации, закономерно врастав­шей в «царство сатаны», т. е. в языческую Империю.

Столь различные по своей идеологии организа­ции - Империя и церковь - по существу преследо­вали одни и те же цели: организацию и эксплуатацию рабов, колонов и подобных им разрядов непосредст­венных производителей, в интересах светской и цер­ковной аристократии и обслуживающего их бюро­кратического аппарата. Апокалиптическая же крити­ка мира облегчила работу церкви и гарантировала ей успех в борьбе с Империей, поскольку Церковь в форме «небесного царства» имела социальный иде­ал и целеустремленность, чего не имела языческая империя. Самым же важным было то, что церковная организация, возник­шая в период кризиса рабовладель­ческой системы и начинавшейся феодализации Римской империи, го­раздо лучше и легче приспособилась к зарождавшимся феодальным поряд­кам и усваивала феодальную идеоло­гию. В этом и заключается секрет победы церкви над государством, в значительно большей степени свя­занным с рабовладельческим строем и классической культурой и класси­ческой греко-римской религией.

Параллельно с утверждением церкви усложнялась также и внешняя обрядовая сторона христианской религии. В отношении ритуала хри­стианство было не менее синкретич­но, чем в отношении догматики. Все, что можно было взять из богатого арсенала старых языческих религий, христиане брали полной рукой, рас­сматривая заимствованное как «бого­откровенное наследие». Вера в за­гробную жизнь, воскресение мерт­вых, посредничество богочеловека (Христа), чудеса и им подобные эле­менты старых религий перешли так­же и в христианскую религию.

Христианский культ состоял из ряда символичес­ких действий, слов, проповедей, пения и молитв. Центральную часть христианского ритуала составля­ло «таинство» причащения, состоявшее из вкушения хлеба и вина, символизировавшее мистическое соеди­нение человека с богом. Другим «таинством» было крещение, состоявшее в купании в чистой воде, очи­щавшей принимаемого в христианскую общину но­вого члена от первородного греха. Горящие свечи в руках молящихся символизировали рождение, смерть и воскресение. Большая часть символов и об­рядов, принятых христианской церковью, связанных с верой в добрых и злых духов, являлась пережит­

ком далекой старины и была заимствована из греко­восточных религий. Христианство, как и все религии того времени, не исключая и иудейства1, глубоко син­кретично. В нем сплелись элементы трех стран тог­дашнего мира: Иудеи, Эллады и Рима. Своей догма­тикой христианская церковь обращена в сторону Иу­деи, философией - в сторону Эллады, а практичес­кой стороной - в сторону Рима.

Все вышеописанные качества де­лали христианскую религию универ­сальной, космополитической рели­гией, по духу близкой Римской им­перии, впитавшей в себя все жизне­способные элементы других рели­гий. Благодаря всему этому христианство могло стать государ­ственной религией Римской империи и постепенно срастись с ней.

Чем больше плутократизировапся социальный состав христианских об­щин и чем больше выветривалась ре­волюционная фразеология, тем на­стойчивее выступало стремление объединения церкви и государства. Однородные по своему социальному составу и организации церковь и го­сударство шли навстречу друг другу.

Уже в сочинениях церковных апологетов II в. проскальзывает идея о возможности совместного сущест­вования церкви и Империи. Так, на­пример, Юстин Мученик, церков­ный писатель первой половины II в., готов признать цезарское государ­ство при условии признания госу­дарством христианской церкви и на­казания всех, кто клевещет на хрис­тианскую религию и церковь.

Еще далее по пути сближения с государством идет епископ города Сард Мелитон, живший при Марке Аврелии (конец II в.). В своем трактате об истине, со­хранившемся на сирийском языке и посвященном Мар­ку Аврелию, Мелитон перечисляет выгоды, которые принесет государству сближение с церковью.

«Наша вера, - пишет Мелитон, -возникшая сре­ди чуждой народности, начала расцветать в провинци­ях твоего государства при твоем великом предшествен-

нике Августе и принесла государству великие блага. Лучшим дока­зательством того, что вера наша процветала на благо монархии, слу­жит тот факт, что со времени правления Августа ни одно несчастье не постигло нашу державу, напротив, все умножало ее славу и ве­ликолепие. Только Нерон и Домициан, совращенные злонамеренны­ми людьми, устремились очернить нашу веру. От них и пошла ложь на христиан».

Государство со своей стороны шло на сближение с церковью. По мере того как Римская империя превращалась в мировую дер­жаву и республиканский строй уступал место централизованной монархии, римский император силой вещей превращался в абсо­лютного монарха, сверхчеловека - Августа. В провинциях импе­ратор почитался наравне с богами. В одной малоазиатской надпи­си, относящейся ко времени Августа, император называется «спа­сителем», «миротворцем», «богом» и т. п. «Этот день (день рожде­ния Августа), - говорится в надписи, - преобразил весь мир. В дне рождения императора-начало всей жизни, всех жизненных благ. Он ниспослан как спаситель нам и будущим поколениям. Ве­ликой гражданской смуте наступает конец, все получит великолеп­ное устройство».

После этого уже нетрудно было приравнять императора к иде­альному основоположнику христианства - Христу, а самого Хри­ста облечь в императорскую мантию и наделить императорскими атрибутами. Впоследствии сферы влияний были поделены: за им­ператором оставлена власть на земле, а за Христом - на небе.

Отношение императоров из династии Антонинов1 к религии и в частности к христианству в общем от­личалось терпимостью, как это видно из переписки Траяна с Плинием по вопросам, касающимся хрис­тиан. Кто будет обвинен в «извращенном суеверии» и не раскается, подлежит наказанию, специальных же мер, направленных против христиан, вводить не сле­дует - такова точка зрения императора. Антонин Пий допускал культ Христа наравне с другими куль­тами, существовавшими в Римской империи.

Таким путем исподволь, в силу внутренней логики, подготовлялось сближение церкви и государства - двух равновеликих организаций рабовладельческого Рима. Обе они были организациями состоятельных классов, исключавшими одна другую в одних вопросах и дополнявшими в других.

magref.ru

Римские культы | История культуры

Теперь немного о младших божествах. При Октавиане Августе возрождается, причем, на государственном уровне культ сельских божеств. Это в первую очередь лары. Лары были трех типов. Лары очага — некий обобщенный образ благополучия в доме, вообще очень близкий нашему домовому. Лары священных рощ, то есть духи местности. И это были лары перекрестков. Как раз при Августе активно возрождается их культ: весенний, с качанием на качелях, который всегда у всех народов имел эротический подтекст. Почему при Августе идет возрождение традиционных культов? Дело в том, что в римской идеологии всегда провозглашался как самый высший идеал — идеал старины, золотого века, когда все живут просто — в сельской местности. Знаменитая римская тога — вид весьма простой одежды, очень сдержанной, но при этом выразительной. Что такое тога? Кусок материи, обернутый вокруг тела. Никаких излишеств. При Августе возникла доктрина о том, что «коммунизм уже настал». Я почти не иронизирую. Настал золотой век, когда все живут сельской общиной. Община, как мы знаем — это коммуна. Так что в каком-то смысле коммунизм настал. Соответственно, культы старины, культы сельской общины возрождались при государственной поддержке. Август их соединяет с культом своего гения, и в значительной части империи ставятся божества уже самому Августу как живому богу. Это делалось по вполне объективным причинам. Поскольку благодаря Августу Рим выбрался из страшного кровавого хаоса гражданских войн, когда любому человеку в любой момент грозила смерть. И действительно Август воспринимался в значительной степени как благодетель Рима.

Римские гадания. Немного раньше Цицерон был авгуром — высшим жрецом Рима, обязанным гадать о судьбе империи по полету птиц. При этом, Цицерон в трактате «О законах» всячески высмеивал девинацию, то есть прорицание, и писал, что нелепо думать, что в полете птиц заключаются судьбы Рима. Он высмеивал то, чем занимался по государственной должности. И что характерно, это всё публиковалось. Цицерон в том же трактате писал, что хотя все виды пророчеств, все виды девинаций — нелепости, культурный человек в эту чушь собачью (птичью) верить не может, тем не менее, это всё необходимо, потому что помогает поддерживать порядок. И это важнейшая особенность, отличительная черта римской религии. Заметим, что само слово «религия» означает в переводе с латыни «связь», связь между людьми и богами. И для римлян соблюдение религиозных законов, исполнение религиозных требований, соблюдение религиозных норм стояло на первом месте. А верить ты можешь во что угодно. Но соблюдение культов — долг добропорядочного гражданина. Если ты культы не соблюдаешь, значит, ты изменник. С изменниками делают понятно что. И здесь мы выходим на главный культ империи — императорский. То, что Август после смерти был обожествлен — это естественно, логично; он был обожествлен и при жизни. И основанием для этого были действительно хорошие дела. Его преемники никакой божественностью не обладали, кроме претензий на нее. Они в боги не годились. Однако, императорский культ возник. И дальше всех пошли последовательно обожествлять. Таким образом, императорский культ стал знаком лояльности Римскому государству. И как мы знаем по разным голливудским фильмам сомнительного качества, христиан отдавали в жертву львам, которые пожирали их на арене цирка. Почему именно христиан? Нет, христиан действительно отдавали в жертву львам, но римские цирки смакуются кинематографом больше, чем надо. Рим времен империи — это дичайшая смесь всех возможных культов всех народов, которые населяли эту гигантскую империю. Все культы сосуществуют разом. Религиозный плюрализм доходит до апогея, если не сказать, до абсурда. При том, что исповедовать ты можешь практически любой культ, вдруг гонения на христиан. Почему? Дело в том, что христиане по вполне понятным причинам категорически отказывались исполнять императорский культ. А раз так, то признавались изменниками. А с изменниками известно, что делали.

Раз мы заговорили о римских цирках, вспомним о гладиаторах. То самое восстание Спартака римляне сами не знали, как назвать, и писали, что это непонятная непостижимая война с гладиаторами. Ни в коем случае это не была война с рабами: в Риме рабы восставали часто, и войны с рабами были. А тут что-то непонятное. Дело в том, что гладиаторы воспринимались на протяжении всей Римской империи как существа, скорее принадлежащие к потустороннему миру.

Гладиаторские бои возникли из жертвоприношений в память об умершем. Тогда соответственно вместо того, чтобы убивать пленных, их заставляют сражаться друг с другом. И жертвой является не только тот из бойцов, кто погибал. И сам поединок — форма жертвоприношения. Если переносить сообщение о восстании Спартака на современные реалии, то это будет выглядеть примерно следующим образом. В таком-то морге столько-то трупов восстали, перебили охрану и собираются воевать с людьми. Что эти восставшие трупы хотят — непонятно. Цели не ясны. Правительство взяло под контроль все кладбища и морги страны. Шок действительно это восстание вызвало полный. И как пишет Валентинов в книге «Спартак», изначально создавались две армии: Спартака и Крикса, действовали они раздельно. Целью Крикса было восточное побережье Италии, где были странные названия вроде Диомедовых островов, то есть все названия связаны с прибытием туда героев Троянской войны, которым не нашлось места в своей родной Греции. Мифы об этих героях были известны в Риме, но запрещены, потому что греков не любили. Римляне хотели быть наследниками культуры Трои, а не Греции. Идеи о том, что у основания Рима стояли греческие герои, в Риме карались, произведения такие уничтожались. Целью Крикса была именно эта область. И по трагическому стечению обстоятельств или по трагической иронии судьбы именно там он потерпел поражение. И соответственно то, что в Риме были сторонники того, что римская культура пришла от ахейцев, навсегда было покрыто пылью веков.

К началу лекций о греческой мифологии

www.culturhistory.ru

Семья и религия в Риме

Теперь мне немного хотелось бы сказать о другом: о том, что собой представляет тип, типаж римлянина, что такое римская религия, что такое римская семья – вот об этом. Если говорить о семье — семья римская очень патриархальна. Фамилия, семья, во главе которой стоит отец семейства (pater familias). Он обладает абсолютной властью над детьми и во многом над женой своей. Довольно долго, вплоть до поздних времён, дети не имели право иметь собственность, а отец – абсолютный собственник, пока он жив. И даже такая изуверская, на наш взгляд, черта Рима: отец мог продать своих детей в рабство. То есть полная власть над семьёй, такая иерархия подчинения, которая всё пронизывает.

Женщина подчинялась. Это проявляется в таком внешнем, но важном моменте, что у женщины даже нет своего имени: она носит родовое имя своего отца, а если дочерей несколько, то с номерами (Корнелия I , Юлия II и т.д.). Женщина – не лицо, у неё даже нет своего имени, она имеет только порядковый номер и родовое имя отца. Вообще, очень важную роль играет родовое имя. Родовые имена способствовали складыванию римских кланов, которые проходят через всю римскую политику аристократических семейств, которые очень чётко знают своё родство, помнят свои традиции. Римская аристократия как раз имела родовые имена и очень ими дорожила, и консолидировалась вокруг них. Ещё что касается римской семьи, то, конечно же, существовал сложный культ, у семьи были свои покровители, пенаты, лары, гении. Очень почитался очаг, Веста — богиня домашнего очага. Вся эта сложная система поклонения говорит о важности семьи в Риме. Но при этом, повторяю, семьи патриархальной, с единоличной властью отца и мужа над женщиной и детьми.

Переходя к религии Рима, надо заметить, что тут мы не увидим (как у эллинов) богатой мифологии, поэтического воображения, мировоззренческих проблем, множество мифов, легенд. У римлян всё иначе. Отношение их к богам чисто формальное, формула римского отношения к богу: я даю, чтобы ты дал. Вообще, как заметил Фаддей Францевич Зелинский, наш замечательный исследователь римской культуры, римское мышление по преимуществу юридическое, римлянин мыслит себя как человека, который находится в сложных отношениях субординации, подчинения, сделок со всем окружающим миром. И с богами тоже заключаются сделки, даются обеты. Если я их выполняю, значит, мне за это будет что-то хорошее. И нужно соблюдать все эти обеты.

Многие боги были позаимствованы у этрусков, многие потом – у греков (мы помним пары римских и греческих богов-двойников). Хотя были, конечно, и неповторимые римские боги, например, Янус. Но так Юпитер – в нём признают Зевса греческого; Афродита – ей соответствует Венера, Аресу – Марс и т.д. То есть тут мы видим тоже некую вторичность, суховатость. При этом римляне (ещё одна характерная черта религии древнего Рима) часто обожествляли какие-то абстрактные понятия, например, милосердие, согласие, то есть поклонялись именно таким сухим абстракциям.

Замечу здесь такую отличительную черту римлян: когда они захватывали какой-нибудь народ, какую-нибудь землю, то наряду с материальной добычей они брали и добычу духовную. Они брали местных богов (они были всеядны) и переносили их на свою почву. И даже был такой трогательный и забавный на наш взгляд обычай, как переманивание — процедура переманивания богов противника на свою сторону. Перед битвой римляне давали обещание богам вражеской армии, что если те перейдут на их сторону, то они будут их почитать. И тут мы видим сделку: привлечь чужих богов на свою сторону, завлечь их какими-то обещаниями. Это тоже интересная чёрточка римская. А так, повторяю, римская религия достаточно бедна, суховата и целиком подчиняется каким-то утилитарным целям и целям государственным. Герои Рима – это не столько боги, сколько герои (легендарные или реальные лица) римской истории.

Далее — Virtus romanus — римская добродетель

www.culturhistory.ru

Урок в Древнем риме

Тема: «Рабство в Древнем Риме».

Цели :

Образовательные:

сформировать у учащихся знания о рабовладельческом строе в Древнем Риме;

обучать приемам создания презентации;

Развивающие: развивать у учащихся стремление к активному обучению;

монологическую речь;

развивать умение работать в команде и отвечать за свои решения

Воспитывающие: прививать любовь к истории;

воспитывать коллективизм;

воспитывать культуру общения через толерантность

формировать свободно мыслящего человека.

Оборудование: учебник История Древнего мира А.А. Вигасин Г.И. Годер И.С. Свенцицкая 5 класс, компьютер, доска, мультимедийная установка, конверты с дифференцированными заданиями для каждой группы

Тип урока: урок-взаимообучения

Ход урока

Проверка готовности к уроку.

2.Вызов

Слайд №2

Учитель:

Здравствуйте, ребята! Сегодня вы побываете на интересном уроке, где каждый из вас сможет проявить себя и свои возможности. Для начала давайте угадаем тему урока. А поможет нам в этом кроссворд. Разгадав его, вы узнаете о чем пойдет речь на уроке. Для этого надо прочитать ключевое слово, расположенное по горизонтали. Заодно и проверим знание исторического словарика. Кроссворд перед вами на доске.

Решение кроссворда

Учитель:

По вертикали:

2. Повелитель, главнокомандующий (император)

3. Член сената (сенатор)

4. Человек, лишенный всех прав (раб)

5. Главная площадь города в Риме (форум)

По горизонтали:

1. Головной убор, знак царской власти (диадема)

Какое слово получилось?

6. ……………………….. (рабство)

А теперь попробуйте сформулировать тему нашего урока.

Тема урока

Слайд № 3

Слайд № 4

Слайд №5

Слайд №6

Учитель:

«Рабство в Древнем Риме»

Еще раз вспомним, кого называют рабом? (ответ ученика)

РАБ – лишенный всех прав и средств и являющийся собственностью хозяина.

А кто такой рабовладелец?

РАБОВЛАДЕЛЕЦ – это хозяин рабов.

Как вы думаете, каким образом человек мог стать рабом? Включить слайд №5.

(предположения детей: захватили в плен, не уплатил налоги и.т.д.)

Как вы понимаете слово РАБСТВО?

(ответы учащихся)

РАБСТВО - это эксплуатация, угнетение одних людей другими.

Слайды № 7

(показ кластера)

Слайд № 8

Слайд № 9

Слайд №10

Слайд № 11

Слайд № 12

Слайд № 13

Учитель: После завоевания той или иной страны, римские полководцы обращали в рабство десятки тысяч военнопленных и мирных жителей. Завоеванную страну Рим объявлял своей провинцией и для ее управления назначал наместника. Наместники безнаказанно грабили провинции. Все рудники, соляные промыслы, каменоломни, лучшие земли римляне забирали себе. Уцелевшее население должно было платить тяжелые налоги. Неплательщиков продавали в рабство. В результате завоеваний в Риме появилось большое количество дешевой рабочей силы, рабов.

Учитель: Мы сегодня будем говорить об использовании рабов:

в имении,

в богатом доме

в гладиаторских боях.

Я назвал несколько слов для вас незнакомых.

Давайте познакомимся с новыми терминам

(показ иллюстраций в презентации):

Имение – земельное владение богатого человека

Гладиатор – сильный раб, наученный владеть оружием

Амфитеатр – сооружение для гладиаторских боев

Осмысление.

Работа по группам.

infourok.ru

Особенности римской культуры | История культуры

Ещё одна интересная деталь, которая многое нам говорит и о греках, и о римлянах. Что такое скульптура, что такое художественное изображение для эллинов и для римлян? Эллины в скульптуре, например, изображая богов или прекрасных для них людей, стремились не к точному совпадению, они стремились выразить не внешнее сходство, а идеал (эйдос, как говорил Платон), очистить идеал от всего случайного и выразить совершенство, совершенное, красоту. То есть они не стремились к внешнему подобию. У римлян же, напротив, искусство живописное и искусство скульптурное родилось из могильных масок, погребальных масок, и они стремились к точному копированию: не идеал, не сущность выразить чего-либо и кого-либо, а именно внешнее сходство. Это тоже, мне кажется, очень многозначительно и многое говорит о Риме. История Рима – это история завоеваний, история создания и сохранения величайшей империи в мире, административно-политическая история, история военная, история воли к власти, того, как один небольшой городок на речке Тибр в Лациуме (область Италии) стал победителем мира. И вся энергия римлян ушла в эту самую сторону. Если эллины заложили основы наук, искусств, философии, то Рим создал и воплотил идею всемирной державы.

Конечно, мировые державы были и до Рима. Мы помним: Ассирия, Персия. Но эти восточные деспотии чисто механически соединяли под своей властью огромные территории и народы, которые легко распадались. Римляне же не просто сумели своими победоносными легионами объединить множество территорий, земель и народов, но сумели сплотить и соединить эти территории единым законом и административными учреждениями. Забегая вперёд, скажем, что Римская империя, мировая империя подготовила мировую религию – христианство. Римская империя создала некий плавильный котёл, в котором перемешались разные народы, котёл, объединённый под единым управлением, под общими законами, и потом именно в этом котле возникла религия христиан.

Завершая это предварительное сравнение, можно сказать, что эллины – это по преимуществу теоретические умы, римляне – это практическая воля. И не случайно из философии их волновало не что есть мир, что есть человек, а как человеку жить, как устроить этот посюсторонний мир, и это же выражает вся их мифология, религия. То есть мы видим у римлян не идеализм, а реализм, стремление не к красоте и истине, как было у эллинов, а к пользе, практицизм, рассудочность, а не вдохновение и чистую созерцательность. Прозаичность.

Долгое время в римской литературе преобладала проза, хотя потом, конечно, появились и свои великие поэты. И даже религия и мифология у римлян – это часть государственной идеологии (об этом я ещё скажу подробней). Если эллины сумели завоевать мир своей великой культурой, то Рим покорил мир сначала своими легионами, потом своими законами, но замечу: и сам при этом был покорён эллинской культурой, как это часто бывает, когда более древний культурный народ подчиняется другому, этот другой часто принимает его культуру. И эта культура через Элладу распространилась по всей Римской державе. И в Риме потом, как мы будем говорить, пользовались очень большой популярностью рабы-греки, которые были поэтами, воспитателями. Римские юноши ездили в Элладу учиться философии.

Это общее вступление о том, что такое Рим, в чём его значение в мировой истории, как Рим соотносится с Элладой, культура древнего Рима — с эллинской культурой, в чём-то похожи, в чём-то нет. Мы будем ещё часто это сравнивать. В своих лекциях, конечно, я не смогу рассказать подробно, в деталях, во всех фактах, в подробностях тысячелетнюю историю Рима, а лишь наметить какие-то основные штрихи, вехи римской истории, как маленький городок на Тибре стал мировой державой, как эта держава существовала и как она рассыпалась.

Далее — Периоды истории Рима

www.culturhistory.ru