История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Плохие мифы Древней Греции - 18. Мифы древней греции мораль


Морально-нравственная сторона древнегреческих мифов

Урок по литературе для учащихся 6 класса

по теме:

«Морально-нравственная сторона древнегреческих мифов».

Подготовила учитель русского языка и литературы Маслакова Н.А.

ОБЩАЯ ЧАСТЬ

Предмет

Литература

Класс

6

Учитель

Тема урока

Маслакова Наталья Александровна

Морально-нравственная сторона древнегреческих мифов

Планируемые образовательные результаты

Предметные

Метапредметные

Личностные

Ознакомление с новыми литературоведческими терминами, развитие образного и логического мышления учащихся, совершенствование их навыков пересказа и выразительного чтения.

Уметь искать и выделять необходимую информацию из учебника, словаря; определять понятия, создавать обобщения, выбирать действия в соответствии с поставленной задачей; строить монологические высказывания; оценивать свои достижения на уроке.

Формировать собственное отношение к мифам Древней Греции, приобщаться к духовно-нравственным ценностям мировой культуры;

проявлять готовность к саморазвитию.

Решаемые педагогические задачи

  1. Способствовать формированию представления о мифах Древней Греции.

Время

  1. 45 минут

Основные понятия, изучаемые на уроке

Миф, мифология

Вид используемых на уроке средств ИКТ и т. д..

Персональный компьютер (ПК) учителя, проектор, экран, листы-тесты,

Толковый словарь С.Ожегова; Рабочая тетрадь «Литература.6 класс, 1 часть», автор Р.Г.Ахмадуллина

Методическое назначение средств ИКТ

Демонстрационные, обучающие.

Образовательные интернет-ресурсы

  1. Российской государственной детской библиотеки http: www.bibliogid.ru

  2. Афоризмы, цитаты http: www.foxdesign.ru/aphorism/topic/t_leaming.html

  3. Виртуальный музей литературных героев http//: www.likt590.ru/project/museum

  4. Сайт газеты «Первое сентября». Литература. Методические материалы http://lit.1september.ru

  5. Электронная библиотека http://www.lit.ru

Ход урока.

  1. Организационный момент.

  2. Слово учителя.

Здравствуйте, ребята! Представьте, что мы находимся в школе магии и волшебства Хогвартс.

Вас распределит по факультетам распределяющая шляпа, а Вам надлежит зарабатывать баллы, чтобы выиграть в командном зачёте.

Школа волшебников Хогвартс — школа из современной литературной сказки о Гарри Поттере. Огромное количество литературных сказок, написанных в XX веке, наполнено магией и фантастическими существами: кентаврами, пегасами, гидрами, церберами, единорогами, химерами, сатирами и фениксами. ( См. : «Гарри Поттер и ….», «Перси Джексон и ….», «Часодеи», «Хроники Нарнии» и т. д.)

  1. Постановка учебной задачи.

?Неужели их породила фантазия современных сказочников? ( Конечно, нет. Они позаимствованы из мифов разных народов.)

В том числе мифы Древней Греции стали источниками, которые обогащают современные сказки и фэнтези. По словам Д.С. Лихачёва, знаменитого российского учёного: «Глубокое проникновение в культуру прошлого и культуру других народов сближает времена и страны». Огромное количество художников, поэтов и композиторов на протяжении столетий черпают вдохновение в мифах Древней Греции. - (См. Атлас мира)

    1. Самоопределение к теме

?В чём притягательность древнегреческих мифов? Сегодня попытаемся ответить на этот вопрос. А для начала надо разобраться с понятием «миф». (Миф — от гр. mythos, предание, сказание, передающие представление древних народов о происхождении мира, о явлениях природы, о богах и легендарных героях)

? Когда появились мифы? ( до письменности, это сближает мифы с УНТ)

? Кто являлся распространителем М.? ( аэды и рапсоды) — запись на доске

? Какова задача М.? (объяснять, осмысливать то, что происходит в мире; учит, как вести себя в этом мире, определять нравственные ориентиры людей)

? Как, например, объясняется миропорядок на Земле? (Олимп + боги)

Творческая работа. ? Чтобы вспомнить пантеон древнегреческих богов, поработаем с РТ , упр. № 83 (работа в парах)

Мифы — это не только рассказы о богах, это ещё и поучительные истории о простых людях. А раз поучительные, то наверняка выполняющие какую-то нравственную задачу. Мы подходим к определению темы нашего урока.

? Как вы думаете, какой будет тема нашего урока? (Морально-нравственная сторона древнегреческих мифов)

V. Работа со словарём. ? Объясните значение слов нравственность и мораль? (Работа со словарём: нравственность — внутренние, духовные качества, этические нормы; правила поведения, определяемые этими нормами; мораль — нравственные нормы поведения; поучительность)

VI. Работа с текстами. Определить нравственные нормы древнего общества нам помогут наши рассказчики.

  1. Миф об Арахне.

  2. Миф о Нарциссе.

  3. Миф о Мидасе.

? Чему учат данные мифы? ( Они учат определенным нравственным нормам древнего общества: уважать богов, не быть эгоистичным и самоуверенным, иначе боги накажут непокорных и неблагодарных)

Но боги бывают милостивы к людям скромным, честным и богобоязненным. Какие мифы это подтверждают?

    1. Миф о Пигмалионе.

    2. Миф об Икарии.

Комментарий к мифу об Икарии: это была бы незначительная история, если бы не концовка мифа, в которой объясняется происхождение объектов вселенского масштаба. Обратите внимание на Карту звёздного неба. Перед вами созвездия Эридан, Дева, Волопас, Большой Пес. И Икарий, и его дочь, и великий герой Эллады Геркулес (одно из самых ярких созвездий), и Персей были взяты богами на небеса - это одна из наград, на которую способны боги ( 47 созвездий названы в древности, в том числе греками; Гидра — самое большое созвездие, Центавр — самое яркое созвездие).

Большое количество созвездий, названия звезд и планет на небе связаны с древнегреческой мифологией. По ним ориентировались путешественники древности.

? А какую задачу выполняют мифы? (мифы дают нравственные ориентиры людям, понимание того, что плохие поступки порицаются, а хорошие - вознаграждаются).

VII. Групповая работа ( по 3 человека из каждого факультета).

Предлагаю поучаствовать в мифотворчестве: зная, что такое миф, его особенности и возможные сюжетные линии, продолжите своими вариантами текст по данному началу.

Результаты групповой работы оценивают гости-жюри; баллы, полученные за задание, приплюсовываются к факультетским.

Работа для всего класса (кроме творческих групп) : РТ №86 (разгадать кроссворд), с использованием текста учебника стр.177-183

VIII. Итоги. Наш урок закончу эпизодом из мифа о Геракле:

Гераклу явились две нимфы: Порочность и Добродетель, они предложили ему выбор между легкой дорогой наслаждений и тернистым путем трудов и подвигов. Добродетель убедила Геракла пойти по своему пути следующими словами: «Из того, что есть на свете полезного и славного, боги ничего не дают людям без труда и заботы: хочешь, чтобы боги были к тебе милостивы, надо чтить богов; хочешь быть любимым друзьями, надо делать добро друзьям; желаешь пользоваться почётом в каком-нибудь городе, надо приносить пользу городу, хочешь возбуждать восторг всей Эллады своими достоинствами, надо стараться делать добро Элладе».

А я перефразирую это мудрое напутствие: «Надо стараться делать добро своей Родине!»

IX. Рефлексия. Наш урок подходит к концу. Оцените, пожалуйста, свою работу на уроке в листе учёта знаний и сдайте с дневниками.

Результаты групповой работы оценивают гости-жюри; баллы, полученные за задание, приплюсовываются к факультетским. Делается расчёт по факультетам и называются победители в общем зачёте.

X. Во время подсчётов жюри, даётся Д/з: стр.176-187, вопросы на стр.183-185 (уточнить по новым учебникам 2016 года)

Объявляются результаты межфакультетского конкурса.

Лист учёта знаний ученика(-ца) _______класса __________________________ дата___

по теме « Морально-нравственная сторона древнегреческих мифов»

Вид работы

0 баллов

1балл (выполнено частично)

2 балла (выполнено всё задание правильно)

1

Работа с понятиями Миф, аэды, нравственность, мораль

2

Пересказ мифов.

3

Ответы на вопросы учителя.

4

Работа с упр. №83 (таблица)

5

Работа с упр. №86 (кроссворд) и текстом учебника

6

Мифотворчество (продолжить текст по данному началу)

7

Сообщения или доклады

Самооценка:

Итоговая оценка учителя:

Приложение №1

Из 88 созвездий только 47 являются древними, известными западной цивилизации уже несколько тысячелетий. Они охватывают область неба, доступную наблюдениям с юга Европы. Остальные современные созвездия были введены в XVII—XVIII веках в результате изучения южного неба (в эпоху великих географических открытий) и заполнения «пустых мест» на северном небе. Названия созвездий могут быть связаны с реальными или вымышленными животными (Большая Медведица, Лев, Дракон и т. д.), героями греческих мифов (Кассиопея, Андромеда, Персей и т. д.), а также с названиями предметов, очертания которых образуют яркие звёзды созвездий (Северная Корона, Треугольник, Весы, Южный Крест и др.)

12 созвездий традиционно называют зодиакальными — такими, через которые проходит центр Солнца при годичном обороте по эклиптике. Созвездие Змееносца тоже зодиакальное, но в астрологии его к зодиакальным не причисляют.

Гидра — самое большое созвездие на небе, Центавр (Кентавр) — самое яркое созвездие.

Оценка гостей-жюри

(баллы за выполненные задания)

Факультеты

Слизерин

Пуффендуй

Гриффиндор

Устные ответы

( 1 балл)

Работа с упражнениями

( от 1 до 2)

Творческая работа

( от 1 до 6)

Итог

Критерии оценки мифотворческих работ

  1. Приближенность к исходному мифу 0-1-2 баллы

  2. Оригинальность концовки 0-1 баллы

  3. Понимание специфических особенностей мифов(речь, терминология; в композиции: особенности развязки и т.п.) 0-1-2 баллы

multiurok.ru

Мораль • Arzamas

Что такое хорошо в понимании древних греков и римлян

Рассказывает Андрей Россиус

Здравствуйте! Я редактор сайта Arzamas Ирина Калитеевская, и мы начинаем седьмую лекцию из курса, посвященного культуре античности. Как вы только что услышали, люди, читающие басни древнегреческого поэта Эзопа, не всегда могут понять, какую именно мораль он имел в виду. Конечно, в Античности это проблем ни у кого не вызывало — а значит, наши представления о добре и зле с тех пор довольно сильно изменились. Для того чтобы разобраться, как представляли себе хорошего человека обычные древние греки и древние римляне, мы обратились к Андрею Россиусу — доктору филологических наук, специалисту по античной философии.

Обе великие классические культуры дают нам достаточный материал для того, чтобы изучить два вида нравственных представлений, весьма несхожих между собой, которые, однако, еще сильнее отличаются от привычного нам уклада, находящегося под безусловным влиянием двухтысячелетней истории христи­анства. Греческая философия создала главнейшие и великие этические учения; само понятие «этика» как отдельный вид теоретической мысли — это создание греков, прежде всего Аристотеля, и сам термин «этика», то есть учение о нрав­ственной философии, принадлежит Аристотелю.

Аристотель. Римская мраморная копия с греческого бронзового оригинала работы Лисиппа около 330-х годов до н. э. Museo nazionale romano di palazzo Altemps; Wikimedia Commons

Уже начиная с Сократа мы наблюдаем рационализацию этических пред­ставле­ний. Сократ полностью интеллектуализировал эту сферу, и его знаменитые этические парадоксы — в частности, о том, что никто не может желать зла или творить зло добровольно — содержат в себе именно интел­лектуалистическое начало. Еще дальше пошел в этом направлении Платон, который доказывал, что благо может быть только абсолютным и поэтому нет никакой разницы между благом индивидуальным и благом вообще; поэтому вопрос о ценно­стях — ключевой вопрос этики — решается им в таком универ­салистском пла­не. Аристотель в гораздо более гибкой этической мысли создает эвдемонисти­че­скую этику  Эвдемонизм (от греч. eudaimonia — «счастье») — этическое направление, согласно которому смысл человеческой жизни заключается в стремлении к достижению счастья., которая учит человека тому, каким образом достичь счастья, и показывает, что, при всех различиях в понимании счастья между людьми разной степени подготовленности и интеллек­туального совершенства, можно установить некую иерархию и высшая степень счастья достигается тем, кто сумел достичь успеха в созерцательной жизни, в жизни, посвященной знанию. Стоики создают свое этическое учение вокруг пред­ставления о долге, о нрав­ственно должном. Эпикурейцам прина­длежит идеал безмятежной мудрости и способности мудреца пребывать в полнейшей независимости от внешних обстоятельств.

Сократ. Римская копия с греческого оргинала работы Лисиппа около 320-х годов до н. э. Glyptothek, Munich; Wikimedia Commons

Вся эта пестрота этической мысли возникла не на пустом месте. Естественно, фоном для деятельности каждого из великих мыслителей было то, что он мог встречать в повседневной жизни, в литературе и во всей традиции — так сказать, в воздухе культуры, которым он питался. Каков же этот культурный материал, какова эта нравственная мысль?

Она в древнейшее время, естественно, теснейшим образом оказывается связана с религией. Еще знаменитый английский ученый Эрик Доддс в середине XX ве­ка сформулировал до сих пор широко принятую теорию, которая противопо­став­­ляет два типа обществ: общество стыда и общество вины. Классическим об­ществом стыда в древнюю эпоху Доддс как раз и называет древних греков. В основе социального контроля в таком обществе лежат понятия гордости и че­сти. Главную роль в них играет то, как поступки выглядят — в отличие от ин­ди­­ви­дуальной совести, которая регулирует нравственную жизнь индивида в так называемых обществах вины, каковы в первую очередь все христианские общества.

И надо сказать, что те памятники, которые есть в нашем распоряжении, в це­лом — особенно если полагаться на первые впечатления — подтверждают это наблюдение. Мы видим, что гомеровский герой (а гомеровские тексты — это наш древнейший источник, к счастью весьма пространный, поэтому материала много) прежде всего желает превзойти других и завоевать почет в жизни и сла­ву после смерти. Связано это с тем, что представления о загробном существо­вании совсем не таковы, каковы они в христианстве.

Гомеровский герой, грек этой архаической эпохи, после смерти превращается в некую бледную тень: жизнь после смерти не продолжается, душа не умирает, но с утратой тела она может вести лишь убогое бесчувственное существование, без памяти, без способности вступать в общение с другими душами. Такое впе­чатление, что греки проводили в своей религии некий логический экспе­ри­мент: что будет с человеком, если останется его душа при удалении тела — тела как инструмента всей деятельности, всех восприятий, в том числе и восприя­тия зрительного, слухового, тела как инструмента мысли и чувств.

Такая перспектива, конечно, кажется довольно мрачной и неутешительной. Это означает, что рассчитывать на некую награду в загробном существовании никак не приходится. Поэтому главная забота героя (а герой — это человек, воплощающий некие общие чаяния, то есть это, видимо, некая идеализиро­ван­ная выжимка нравственных представлений любого человека древнейшей эпо­хи) заключается в том, чтобы в своей жизни успеть завоевать достаточный почет и славу, чтобы эта слава пережила его и осталась после смерти.

Мы находим массу подтверждений этому в гомеровских поэмах. Так, в «Или­аде» Гектор, главный защитник Трои, перед поединком просит в случае гибели вернуть его тело родным для погребения — и говорит, что «и слава моя не по­гиб­нет». При этом он полностью отдает себе отчет в том, что его гибель те­лесно фатальна, что, по сути дела, никакого продолжения не будет. Агаме­мнон отмечает, что даже Гектор, сколь он ни отважен, рад будет уцелеть и спа­стись от ужасной войны. И когда Гектор, наконец, погибает, душа его, говорит Гомер, отлетает к Аиду в загробный мир, оплакивая свою участь и расставаясь с юностью.

В знаменитом эпизоде гомеровской «Одиссеи» — посещении царства мерт­вых — Одиссей встречает погибшего героя Эльпенора, и душа его молит Одис­сея о том, чтобы тот позаботился о погребении его тела близ моря — на память и в назидание потомкам. В загробном мире ему дорого то, что связывало его с жизнью и что может напомнить о нем в этой жизни, даже если к жизни нет никакой возможности вернуться.

Моральным представлениям греко-архаической поры чужда идея всепро­щен­чества, прощения врагов: он не подставит другую щеку под удар. Знаменитая формулировка этого принципа, которую мы знаем из греческой трагедии, — это благоприятствовать друзьям и вредить врагам. Надо сказать, что эти пред­ставления, хотя они архаические по сути своей, продолжали жизнь свою и в бо­лее поздний, в классический период, когда уже появилась философия, и одно­временно с нею.

Мы находим формулировки этого у современника Платона, знаменитого афин­ского писателя и полководца Ксенофонта. Вот что говорит он в «Вос­помина­ниях о Сократе»:

«Достоинство человека видишь в том, чтобы друзьям делать больше добра, а врагам больше зла»  Пер. Сергея Соболевского.

Фукидид в своей «Истории» говорит:

«Кинемся яростно на злейших наших врагов, которые находятся в таком замешательстве и которых предает нам сама судьба! Проникнемся при этом убеждением, что в полном согласии с законными установлениями поступает тот, кто желает покарать обидчика, кто считает своим долгом утолить жажду мести, что отразить врага — чувство, которое врож­ден­но нам и которое доставит нам, как говорится, величайшее наслаждение»  Пер. Федора Мищенко.

У того же Ксенофонта мы слышим и во всей силе звучащее представление о сла­ве как о величайшем воздаянии и величайшей награде, которую способен получить человек в жизни. Вот что говорит он сам в автобиографическом по­вествовании о персидском походе:

«Ксенофонт, с одной стороны, был не прочь принять командование, полагая, что тем самым он добьется большего почета среди друзей, имя его получит больше блеска в его родном городе и, может быть, ему удастся принести какую-нибудь пользу войску. Подобные соображения побуждали его стремиться к единоличной власти. Но с другой стороны, когда он размышлял о будущем, таящем в себе неизвестность, и о про­истекающей отсюда опасности потерять уже заслуженную славу, он начинал колебаться»  Пер. Марии Максимовой.

В другом месте Ксенофонт говорит: «Самых приятных звуков — похвалы себе — ты не слышишь»  Пер. Сергея Соболевского, — и Ксенофонт, мыслитель чрезвычайно внимательный к этическим проблемам, написавший целую большую книгу о Сократе, бывший учеником Сократа, здесь тем не менее вполне верен старинным представлениям.

Даже прозвучавших цитат из Ксенофонта достаточно, чтобы убедиться в том, что мотивом при совершении нравственного выбора оказывается отнюдь не представление о какой-либо награде в загробной жизни за достойное пове­дение или же, наоборот, вера в неизбежное наказание за совершенное в этой жизни злодеяние. Нет, при нравственном выборе человеком в первую очередь движут соображения славы, соображения внешние и касающиеся судьбы его, в том числе загробной судьбы, именно в этом мире.

Это не означает, что греческим богам чужда роль носителей справедливости: нет, безусловно, они справедливы, но пути божественные совершенно неиспо­ведимы. И надеяться на бога не приходится. Справедливость их не нацелена на то, чтобы окормлять человечество, в отличие от Бога христи­анского. Чело­век должен в большей степени полагаться сам на себя, а не на божество. По­сему человек и не склонен бывает винить бога в своих неудачах и в собст­вен­ных дурных поступках, которые совершены в минуту заблуждения. Нет, у бо­гов есть свои интересы, и эти интересы никоим образом не соотносятся с интересами человека.

Отсюда вытекают две интересные особенности: с одной стороны, люди, не по­ла­гаясь на богов, имеют гораздо более выраженное собственное человеческое достоинство по сравнению с достоинством божественным. В литературе мы ви­дим множество примеров того, как человек оказывается способен на большее величие, на величие поступков и мыслей, нежели подчас довольно мелочные боги. А если говорить о героях как о воплощении неких нравственных чаяний обычного человека, то герой зачастую вступает и в состязание с богом, невзи­рая на то, что это состязание неизбежно ведет его к уничтожению.

Аполлон и Марсий. Картина Хосе де Риберы. 1637 год Аполлон наказывает Марсия сдиранием кожи за выигранное состязание в игре на флейте. Musées Royaux des Beaux Arts de Belgique

Другая сторона того же самого заключается в том, что обычный человек, как правило, предпочитает не вступать в конфликт с божеством. А так как грани­цы, за которыми начинается конфликт, неясны из-за того, что цели божества никому не известны, то в действие здесь неизбежно входит одна из главных греческих добродетелей, именуемая греческим словом sophrosyne, которое пере­водится на русский язык, в зависимости от эпохи и историко-культурного текста, по-разному — как «благоразумие», а в позднейшей христианской лите­ратуре как «целомудрие» (это, собственно, калька с греческого слова). Ну а для древнего периода, может быть, самым разумным переводом было бы, как пред­ложил знаменитый английский филолог Хью Ллойд-Джонс, «надежный путь мысли» — тот путь мысли, который заведомо не ведет ни к каким эксцессам.

Таким образом, греки не разделяют восточных религиозных представлений о том, что мир есть зло по своей природе, и жизнь — это зло. С другой стороны, точно так же чужды им и сверхоптимистическое представление (допустим, рус­соистское) о том, что мир всецело благостен. Они предпочитают идти по среднему пути. Отсюда существенно менее эмоциональный, даже в повсе­дневной жизни, подход грека к нравственным вопросам. Это подход куда более интеллектуальный: грек склонен взвешивать и отмерять, а не поддаваться непо­средственно чувствам, и поэтому ему совершенно не представляется ди­кой идея ответственности за поступок, которого он, может быть, и не со­вер­шал, потому что если справедливость была нарушена, допустим, его предками, то представление о том, что расплата даже в более поздних поколениях может быть справедливой, не вызывает у него никакого отторжения.

Точно так же и в суде вопрос о присутствии вины человека в совершенном им поступке отнюдь не играет той ключевой роли, какую он стал играть в современном судопроизводстве. Скорее важны последствия этих действий — и это объединяет судебный процесс с представлениями людей в повседневной жизни. Важны последствия того, что ты сделал, а не то, хотел ты хорошего или дурного. Ссылка на намерение, на незнание может в лучшем случае помочь спасти лицо, но никак не освободить человека от ответственности — даже в его собственных представлениях. И мы читаем, что, к примеру, сохранил нам Лисий, греческий оратор, в речи против Агората:

«Может быть, он скажет, что причинил столько несчастий против воли. А по моему мнению, господа судьи, если кто вам причинит большие несчастья, такие, выше которых ничего не может быть, хотя бы это было совершенно против его воли, это еще не причина, чтобы вам не наказывать его»  Пер. Сергея Соболевского.

Аристофану такое общераспространенное отношение позволяет сатирически восклицать в комедии «Осы»:

«О многочтимые, простите, боги, мне! Ведь я нечаянно! Характер мой иной»  Пер. Адриана Пиотровского.

Итак, греки заботились о награде за свои дела, причем не после смерти, а уже при жизни. Награда эта — слава среди современников и память потомков. Для того чтобы заслужить ее, самое главное — это, во-первых, быть добрым к друзь­ям и мстительным к врагам, а во-вторых, быть благоразумным, чтобы не вызвать гнев богов и не навлечь беду на себя и своих потомков.

Такова в целом картина нравственных представлений греков, которая счита­лась достоверной на протяжении долгого времени. В ней есть свои привлека­тель­ные стороны, которые восхищали многих и многих исследо­вателей и фило­­­со­фов: конечно, это в первую очередь готовность нести за себя ответ­ственность, большее мужество перед лицом смерти, большая готовность человека иметь дело с самим собой и с последствиями своих действий, нежели это свойственно христианской культуре.

Однако, как показали исследования, проведенные во второй половине XX века, эта картина неполная. И возникновение всех тех рационалистических, интел­лектуальных этических учений, во многом подготовивших и христи­анство, было неслучайным, потому что семена этого нового этического подхода при­сут­ствуют уже и в повседневной греческой морали, в том числе и в архаи­че­ские времена.

Были изучены некоторые литературные источники, на которые раньше обра­щали не так много внимания. Прежде всего это ораторская проза. В самом деле, гомеровская поэзия и трагедия неизбежно искажают нравственную картину — просто по той причине, что они по определению дают некий возвышенный, идеализированный образ происходящего, и героический взгляд на мир в них по определению выходит на первое место, он идеализируется и очищается от всех возможных примесей. Между тем неожиданно оказы­вается, что отлич­ные от этого нравственные презумпции можно увидеть в произведениях ора­торской прозы и одновременно с этим — в комедии. И полное совпадение этих нравственных предпосылок в двух столь несхожих жанрах может служить кос­венным доказательством того, что речь идет действительно о реально имев­шем место феномене. Благодаря этим данным открывается во многом неожи­данная картина греческой морали, которая куда более привлекательна для че­ло­века, в том числе знакомого с моралью христианской.

Уже в самых ранних памятниках литературы мы видим, что неограниченное преследование своего интереса усмиряется не только санкцией общества и за­кона, но и религиозными верованиями и представлениями об этической норме, отсюда вытекающими. Самое общее слово «хороший» (agathos) изначально, казалось бы, применяется только к доблести, прежде всего к доблести военной: быть хорошим на войне, то есть удачливым воином, в том числе хорошо уби­вать. Но благодаря тому новому углу зрения, который открывает нам изучение ораторской прозы, оказывается, что и у Гомера это слово означает в том числе нечто хорошее, нечто доброе в нравственном смысле. Более того, оно употреб­ляется не совсем так, как мы привыкли употреблять эти термины блага, в зна­чи­тельной степени под влиянием Платона и во многом воспитанного им хри­стианского употребления. Это слово дополняется словами более конкретными. Например, слово «справедливый», dikaios, в определенных контекстах означает «хороший» и так далее.

Интереснейшим примером трансформации нравственных оценок могут слу­жить элегии Феогнида из Мегары, поэта второй половины VI века до н. э. Феогнид знаменит как ярчайший представитель аристократических ценностей; его стихи в каком-то смысле даже очаровывают беззастенчивой искренностью, с какой их автор — представитель благородного сословия — выражает свое презрение к низшим от рождения: «хороший» для Феогнида — это прежде всего принадлежащий аристократии, «дурной» — относящийся к демосу  Демос — гражданское население полиса. В эпоху архаики демос противопоставлялся аристократии; в конце архаического периода аристократия стала частью демоса. . Но и у Феогнида подобная нравственно-классовая оценка то и дело превра­щается в отвлеченно нравственную:

«Если бы нашим врачам способы бог указал, Как исцелять у людей их пороки и вредные мысли, Много бы выпало им самых великих наград. Если б умели мы разум создать и вложить в человека, То у хороших отцов злых не бывало б детей: Речи разумные их убеждали б. Однако на деле, Как ни учи, из дурных добрых людей не создашь»  Пер. Викентия Вересаева.

Еще отчетливее этот новый смысл звучит в таких строках:

«Добрые ж все принимают от нас как великое благо, Добрые помнят дела, и благодарны за них»  Пер. Викентия Вересаева.

Не только философам и поэтам, но в огромной степени и ораторам обязан своим становлением греческий моральный лексикон. В судебных речах идет непрерывная и непримиримая борьба одних ценностей с другими, без конца определяется, что есть добро, а что зло. Из судебного красноречия этот тип рассуждений во всё более отвлеченном виде переносится в иные виды рито­рики и становится одним из главных предметов едва ли не большинства речей. То, что прежде звучало порой невнятно, приобретает ясную логическую форму. Нравственные понятия делаются наконец однозначными и понятными для всех.

Когда мы читаем нравственные сентенции и обобщения в сочинениях Исокра­та, афинского оратора и теоретика красноречия, современника Сократа и Пла­тона, а в чем-то даже соперника последнего, уже ничто не кажется нам стран­ным и непривычным: так мог бы написать и автор XIX столетия, и наш совре­менник. Эта способность речи, говорит Исократ, превознося ораторское искус­ство, установила «границы справедливого и несправедливого, прекрасного и постыдного»:

«…без этих разграничений мы не смогли бы вести совместную жизнь. Это с помощью речи мы изобличаем дурных и превозносим хороших, через ее посредство наставляем безрассудных и испытываем разумных, ибо умение говорить так, как следует, мы считаем величайшим призна­ком рассудительности, и в правдивом, честном и справедливом слове видим отображение доброй и справедливой души»  Пер. Эдуарда Фролова.

И военные доблести — оказывается, что даже у Гомера это отнюдь не един­ственные добродетели, которые заслуживают одобрения. В действитель­ности речь с самого начала идет вовсе не только о стыде, не только о внешнем, но и о чувстве вины, и подтверждением тому оказывается множество конте­кстов. Боги, конечно, не озабочены человеческим благом — они справедливы, но справедливость их состоит в том, что они требуют от людей должного почитания. Однако верховный бог, то есть Зевс, уже с самых ранних времен в качестве главной причитающейся себе почести требует того, чтобы люди поступали справедливо по отношению друг к другу.

Таким образом, картина оказалась несколько сложнее, чем предста­влялось изна­чально. В трагедии и гомеровском эпосе речь не идет об абст­рактной спра­ведливости, о хорошем и благом вообще, о добре как таковом, безотноси­тельно стороны, которая ведет военные действия, но, как выясняется, это не зна­чит, что у греков вообще не было таких представлений.

Теперь же перейдем к Риму.

Иную картину, столь же непохожую на христианскую мораль, но намного бо­лее ясную, чем то, что мы видим в древнегреческой культуре, можно наблю­дать в Риме. Так как исторически Рим (в отличие от множества грече­ских городов-государств, каждое из них со своими традициями, установ­лениями), по сути дела, это один разрастающийся полис, то и картина нравов и нрав­ственных представлений, которым следуют люди, куда более единообразна и внятна для нас.

Римское общество чрезвычайно консервативно и традиционно. Светоний со­общает о знаменитом эдикте — законе, который говорит о том, что всё, что не соответствует нравам предков, должно быть по возможности отвергнуто. Это как раз то самое понятие, которое обозначает набор традиционных нрав­ственных представлений, лежащих в основе всего поведения в обществе: mos maiorum — «обычай предков».

Этот обычай вменяет сознанию граждан в качестве добродетелей и их проти­во­положностей весьма определенный и четко структурированный набор качеств. И если эти качества рассмотреть последовательно, лучше всего становится по­нятно, насколько римское нравственное сознание отлично от того, что привыч­но нам. Интересно и то, что в Риме долгое время никакой философии не бы­ло — соответственно, не было и никакой теоретической мысли о нравственных вопросах, и это способствовало устойчивости традиционно принятой системы. Когда же философия в I веке до н. э. появляется, и это греческая философия, то весь ее к тому времени весьма разработанный и изощренный формальный аппарат приспосабливается к оформлению этой весьма сильной традиции. Бла­годаря этому мы можем видеть, что, к примеру, греческий стоицизм с его иде­ей должного, стоящей в центре всей этической системы, оказывается очень при­годен к римской идее государственного служения; эпикурейство же как позицию индивидуали­стическую избирают те, кто чувствует себя в некоторой, может быть не слишком сильной, но оппозиции к официальному учению. Это прежде всего поэты, такие как Гораций и Вергилий, но и свободные мысли­те­ли: сам Цицерон бывает то стоиком, то эпикурейцем.

Каковы же краеугольные камни этого традиционного римского нравственного сознания, обычая предков?

Прежде всего это то, что именуется латинским словом pietas. Типичным пере­водом этого слова в христианском контексте будет «благочестие»; в рим­ских же текстах мы должны переводить его, в зависимости от оттенков употребле­ния, как «долг», «чувство долга», «верность», «твердость религи­озного убежде­ния», «преданность», «сыновний долг» и так далее. Воплощение этой важней­шей добродетели — герой и основатель римской идентичности Эней, воспетый Вергилием в «Энеиде». Цицерон сообщает, что pietas — это добродетель, побуждающая нас исполнять долг перед отечеством и родите­лями, а также прочими людьми, связанными с нами родством. В другом своем философском сочинении «О природе богов» Цицерон определяет pietas как справедливое отно­шение к богам. С этим связана для современного человека трудность вос­приятия римского национального эпоса. Куда легче проник­нуться симпатией к героям Гомера, выше всего ставящим личную доблесть, отвагу и стремящим­ся превзойти других и снискать посме­ртную славу, нежели к Энею — носителю чувства долга по преимуществу.

Бегство Энея из Трои. Картина Федерико Бароччи. 1598 год Эней бежал из Трои, вынеся на себе своего отца Анхиса и изображение пенатов (домашних богов), за что был пропущен эллинами из уважения к его благочестию.Galleria Borghese; Web Gallery of Art

С понятием pietas тесно связано другое, несколько более конкретно практи­че­ского свойства: fides, или «верность», «надежность», — качество человека, которому можно доверять и на которого можно положиться. Предшественник Вергилия, эпический поэт Энний, характеризует этим словом проводника, от которого зависит успех либо погибель войска римского полководца Тита Фламиния: «Муж небогатый, но исполненный верности».

Столь же, если угодно, объективный, внеличный характер имеют такие добро­детели, как religio и cultus. Содержание этих понятий весьма удачно передается русскими кальками обоих слов: «религия» и «культ». Само понятие «религия» изобретено римлянами, оно производится от глагола religo — «связываю». Речь идет об обеспечении связи между смертными и богами, о поддержании мира с богами, pax deorum, путем неуклонного следования принятому религиозному обычаю. Cultus же буквально — «почитание богов»: это правильное и неуклон­ное отправление внешнего религиозного ритуала. Конечно, присутствие среди важнейших добродетелей внешней ритуальной религиозности объясняет, как мог в позднейшие императорские времена возникнуть и благополучно наса­ждаться культ действующего императора.

Истинный римлянин должен был обладать непременно такими личными добро­детелями, как constantia, «постоянство», и в особенности gravitas, «важ­ность». Под «важностью» здесь следует понимать способность хранить невоз­мутимое и величественное самообладание вне зависимости от происхо­дящих событий, сonstantia же характеризует упорство и неко­лебимость такого самообладания.

Гай Муций Сцевола противостоит царю Порсене. Картина Бернардо Каваллино. Около 1650 года­ Kimbell Art Museum

Знаменитый легендарный исторический пример этих добродетелей — Гай Му­ций Сцевола. Во время осады Рима этрусским войском он был пойман при по­пытке убить предводителя врагов царя Порсену. В доказательство своей реши­мости и презрения к телу перед лицом долга он положил руку в огонь и держал ее там, пока она не обуглилась. Отсюда, собственно, его имя Сцевола — «лево­рукий». Человек, следующий по пути добродетели, сумевший воспитать в себе все вышеназванные свойства, обладает тем, что римляне именовали virtus (от сло­ва vir — «человек», «мужчина»): это качество истинного мужа. Слово это, в новых языках ставшее обобщенным обозна­чением добродетели, у рим­лян имело, как мы видим, вполне конкретное смысловое наполнение.

Наконец, итогом жизненного пути, отмеченного добродетелью; доброде­теля­ми, если угодно, результативными становятся восхищающие римских писа­телей качества dignitas и auctoritas. Dignitas — буквально «достоинство» — это именно свойство человека, доказавшего, что на любом посту он умел служить образцом благочестия, долга, надежности, верности, самообладания и упор­ства — словом, был носителем всех тех вышепере­численных добродетелей; во мно­гих случаях слово dignitas можно было бы перевести как «репутация». Auctoritas же — это тот почет, который обеспечивается доброй репутацией и ничем иным.

Вот какова нравственная картина представлений древнего римлянина.

Итак, по мнению римлян, человек, который демонстрирует чувство долга, надеж­ность, самообладание и упорство, почитает богов, правильное отправ­ляет ритуалы, может быть назван «муже­ствен­ным» и «достойным» и заслужи­вает почета. Все это довольно далеко от христианских представлений о добре и благе. Что же произошло, когда эта система ценностей столкнулась с хри­стианством?

Неудивительно, что наступление и победа христианства влекла за собой кон­фликт между нравственной традицией старого Рима и интенсивно выраба­ты­вавшейся новой системой ценностей. Когда господство христианской религии получает окончательное политическое закрепление, только отдельные чудаки решаются вспоминать об обычае предков.

Створка диптиха из слоновой кости, на которой изображено обожествление Квинта Аврелия Симмаха. Рим, 402 год © The British Museum

Особенно примечательна фигура Квинта Аврелия Симмаха, государственного деятеля и ученого второй половины IV века н. э. Этому знатоку древней лите­ратуры новое время обязано сохранением некоторых важнейших памят­ников римской поэзии и прозы. В эпоху уже далеко зашедшего забвения классических произведений он один из немногих продолжал изучать старые рукописи, выби­рал лучшие варианты и велел переписывать исправленный текст; нам известен ряд предложенных лично им вариантов поправок. В собственных же своих сочинениях он защищал древнюю религию и старые моральные ценности, видя в них залог величия Рима. Его современник, христианский поэт Пруденций, счел одинокий голос Симмаха столь опасным, что выступил против него с осо­бым памфлетом, так и озаглавленном «Против Симмаха», где понятие, из кото­рого составляется римское mos maiorum, он отвергает как не более чем предрас­судок древних прадедов. Таков был конец системы римских добродетелей, дол­гие века служивший фундаментом всей римской цивилизации. Попытка отча­сти воскресить ее была сделана лишь в эпоху Возрождения.

Это была последняя лекция из курса о том, что такое античная культура. До встре­чи!

Что еще почитать о нравственных представлениях в Древней Греции и Риме:

Апресян Р. Г. Нравоперемена Ахилла. Истоки морали в архаическом обществе (на материале гомеровского эпоса). М., 2013.Винничук Л. Люди, нравы и обычаи Древней Греции и Рима. М., 1988.Гусейнов А. А. Античная этика. М., 2011.Столяров А. А. Стоя и стоицизм. М., 1995. Греческая философия: в 2 т. М., 2006–2008. 

Ликбез № 2

Что такое античность

Ликбез № 2

Что такое античность

arzamas.academy

Плохие мифы Древней Греции - 18: qebedo

Крылатая кавалерия

Бывает и так, что чудище, побитое героем, становится всемирно известным, а вот его победитель прозябает в безвестности. Классический "такой случай" произошел с сабжем - все знают, что такое Химера (по крайней мере, на уровне "фигня какая-то, которой не бывает"), а вот о том, кто ее одолел, вспомнят разве что преподаватели культурологии...

Химеры - они такие...

Кто внимательно читал предыдущие главы, тот помнит, что Химера - порождение Тифона и Ехидны, тварь с двумя головами (льва и козы), туловищем козы (или льва) и хвостом в виде змеи. Причем она "огнедышащая", то есть пожароопасная. Вот только сведений о том, что она кому-то сильно вредила, нету - жила она где-то в Ликии (теперь это в Анатолии), в каких-то горах, и вряд ли там было много народу, которого она могла съесть.

Тем не менее, краснокнижный хищник был обречен, потому что Аннушка пролила масло. Точнее, юноша Гиппоной, сын Главка, царя Коринфа (а возможно, что и самого Посейдона), в случайной ссоре убил некоего Беллера и стал с тех пор Беллерофонтом ("Убийцей Беллера"). Спасаясь от заслуженного, в общем-то, наказания, беглый убийца убежал в Тиринф, где его приютил царь Прет (уже знакомый нам по истории с Персеем). И всё у них было хорошо, пока жена царя Сфенебея (ака Антия) не решила поступить с юношей так же, как в модном тогда еврейском эпосе - сперва попыталась соблазнить, а когда он "ушел в тотальное отрицание", нажаловалась мужу, что соблазнить ее хотел уже он.

Айм Пегасус, айм вингед хорс...

Прет побоялся драться с крепким и здоровым Беллерофонтом и придумал услать его к своему тестю, царю Ликии Иобату, с запечатанным письмом, в котором "коротко изложил содержание" и просил извести как-нибудь коринфянина. Вьюнош оказался тупее гамлета и письмо добросовестно не прочитал. Царек тоже открыто конфликтовать побоялся (видать, очень страшный был вид у Беллерофонта) и послал гостя в горы, убить как раз там "мимо пробегавшую" Химеру. Работа, скажем так, была явно для супермена, но "фикус" в том, что юноше "протежировала" Афина. Она то ли дала ему волшебную золотую уздечку, с помощью которой он на горе Геликон поймал крылатого коня Пегаса (который известен тем, что копытом расковырял источник Гиппокрену, из которого пили Музы и ловили от этого "творческие глюки"), то ли ему уже привела "готового четвероногого и двукрылого друга" сама Афина.

Верхом на Пегасе Беллерофонту уже было намного сподручнее напасть на Химеру и запихнуть ей в глотку кусок свинца - дура стала пылкать огнем, свинец расплавился и протек ей внутрь, отчего зверушка и надвернулась. Но Иобат отчего-то такому исходу совсем не обрадовался и заслал "незванного гостя" воевать с амазонками - злыми бабами-воительницами, живущими без мужиков охотой и грабежами и только раз в год крадущими себе самцов для размножения. А по пути, "чтобы два раза не ходить", побить и племя солимов. И с теми, и с другими Беллерофонт расправился нагло и по-читерски - пендюлил их большими камнями, барражируя Пегасом на безопасной от стрел высоте.

Уж мы эту Химеру убивали-убивали...

Еще более помрачневший Иобат услал "вьюноша проклятого" на пиратскую шайку бандита Химарра - явный перепев подвига с Химерой, ибо корабль пиратов имел на носу украшение в виде головы льва, а на корме - головы змеи. Но и морские разбойники не устояли против ковровых камнеметаний с воздуха. Тогда царь Ликии пошел ва-банк - приказал своей страже сховаться на обратном пути Беллерофонта и убить его из засады. Но отважный герой перебил врагов и сильно осерчал на Иобата, попросив у Посейдона (тот ему всё-таки "или отец, или не пойми кто") власть над морскими волнами.

Получив "суперскилл", Беллерофонт направился на столицу Ликии, а за ним послушно плелись волны, затапливая всё по пути. Быть бы Ксанфу (так звался город) на дне моря, но хитрые тамошние бабы нашлись - натянули свои подолы на головы и так побежали навстречу вьюношу, сверкая срамными местами. А тот оказался на все греческие мифы один такой стыдливый и целомудренный, и убежал от наглых бабищ прочь. После чего Иобат кинулся ему в ноги, открыл просьбу Прета, выяснил с помощью перекрестного допроса, что во всем виновата Сфенебея, и на радостях от того, что не смог-таки извести "ни в чем не уиноуатого" человека, отдал ему в жены младшую дочь Филоною, от которой Беллерофонт породил Исандра, Гипполоха и дочь Лаодамею.

С этими амазонками даже Гераклу пришлось потом разбираться...

И жили бы они все долго и счастливо, но Беллерофонт таки оказался мстительным чмом (не зря он, видать, всё-таки Беллера убил) - он вскочил на Пегаса и задумал отомстить Сфенебее, что и сделал, скинув ее в море (по другой версии, она сама умерла от неразделенной любви, выкушав отвар цикуты). За это на "ишь, какой мы у нас героя" обиделись боги - Арес убил Исандра, Артемида - Лаодамею, и остался в живых один Гипполох, от которого потом произошли цари Ликии.

Уже практически рецидивист-уголовник Беллерофонт "словил белку" и решил полететь верхом на Пегасе на Олимп и надавать там всем звездюлей. На что Зевс решил устроить садистское издевательство - послал "божественного овода", который укусил Пегаса под хвост, и тот, взбесившись, скинул всадника на землю. Переломав себе все кости, Беллерофонт охромел, да еще и ослеп, так что остаток жизни скитался по земле, ниществуя и оплакивая свою героическую молодость... Отсюда мораль: раздобыл "Пегасус" (или там "Лексус") - не борзей!

qebedo.livejournal.com

Мифы мифы древней греции - Урок

№ урока

Тема и основное содержание урока

Тип урока

Введение

1

Художественное произведение и автор: основные понятия. Знакомство с учебником-хрестоматией

Вводный урок

1 ч.

Мифы. Мифы Древней Греции

1ч.

2

Определение мифа и мифологии. Боги, люди и герои в Древней Греции. «Подвиги Геракла» (в переложении Н.Куна). «Скотный двор царя Авгия»

Урок чтения и изучения произведения

Гомер

1 ч.

3

«Илиада» и «Одиссея» - великие древнегреческие поэмы. Древнегреческие аэды. Рассказ о Гомере. «Одиссей на острове циклопов» - один из ключевых эпизодов поэмы возвращения.

Урок чтения и изучения произведения

Устное народное творчество

2 ч.

Обрядовый фольклор

1 ч.

4

Обряды и обрядовый фольклор. Произведения календарно-обрядового цикла: колядки, веснянки, масленичные, летние песни, осенние обрядовые песни. Эстетическое значение обрядового фольклора.

Урок чтения и изучения произведения

Пословицы и поговорки

1 ч.

5

Пословицы и поговорки – малые жанры устного народного творчества. Народная мудрость. Краткость и простота, меткость и выразительность. Многообразие тем.

Урок чтения и обсуждения произведения

Древнерусская литература

1ч.

6

«Сказание о белгородском киселе». Отражение исторических событий и вымысел, отражение качеств идеального народного героя (ума, находчивости)

Урок чтения и изучения произведения

Произведения русских писателей XIX века

Александр Сергеевич Пушкин. Стихотворения

4ч.

7

«Зимнее утро». Мотивы единства красоты человека и красоты природы, красоты жизни. Радостное восприятие окружающей природы. Роль антитезы в композиции стихотворения. Интонация как средство выражения поэтической идеи.

Урок чтения и изучения произведения

«Дубровский»

8

О создании романа «Дубровский». Историко-культурный контекст времени. Изображение русского барства.

Урок чтения и изучения произведения

9

Протест Владимира Дубровского против беззакония и несправедливости. Бунт крестьян.

Урок чтения и изучения произведения

10

Изображение русского барства. Троекуров и князь Верейский. Судьба Марьи Кирилловны и Дубровского

Урок чтения и изучения произведения

Михаил Юрьевич Лермонтов

2ч.

11

Детство и юность М.Ю. Лермонтова. «Парус». Жажда борьбы и свободы – основной мотив стихотворения.

Урок чтения и изучения произведения

12

«Тучи». Чувство одиночества и тоски, любовь поэта-изгнанника к оставляемой им родине. Прием сравнения как основа построения стихотворения. Особенности интонации. Метафора. Стихотворения «На севере диком…», «Утес», «Листок». Особенности выражения чувства одиночества в лирике Лермонтова.

Урок чтения, изучения и обсуждения произведений

Николай Васильевич Гоголь

3 ч.

13

Н.В. Гоголь в Петербурге. Создание сборника «Вечера на хуторе близ Диканьки». Повесть. Повествователь. Фантастика народных сказок и легенд в повести «Ночь перед Рождеством».

Урок чтения и изучения произведения

14

Юмор в повести. Яркость и выразительность народной речи в прозе Гоголя.

Урок чтения и изучения произведения

15

Приключения Вакулы в поисках черевичек. Сцены придворной жизни. Образ рассказчика в повести.

Урок чтения и изучения произведения

Николай Алексеевич Некрасов

1 ч.

16

«Железная дорога». Роль пейзажа в стихотворении. Картины подневольного труда. Сочетание реальных и фантастических картин. Народ – созидатель духовных и материальных ценностей. Мечта поэта о «прекрасной поре» в жизни народа.

Урок чтения и изучения произведения

Николай Семенович Лесков

3ч.

17

Жизненный опыт Н.С. Лескова – основа его творчества. «Левша». Сказ как форма повествования. Изображение Александра I и атамана Платова.

Урок чтения и изучения произведения

18

Изображение Александра I и атамана Платова. Платов у Николая I. Секрет тульских мастеров.

Урок чтения и изучения произведения

19

Едкая насмешка над царскими чиновниками (ирония). Образ атамана Платова (обобщение). Образ левши. Гордость писателя за народ, его трудолюбие, талантливость, патриотизм. Горькое чувство от униженности и бесправия народа.

Урок чтения и изучения произведения

Антон Павлович Чехов

1 ч.

20

А.П. Чехов – автор юмористических рассказов. «Лошадиная фамилия». Юмористическая ситуация.

Урок чтения и изучения произведения

Родная природа в стихотворениях русских поэтов XIX века

2 ч.

21

Я.П. Полонский «Посмотри – какая мгла…». Ф.И. Тютчев «Листья». А.А. Фет «Ель рукавом мне тропинку завесила…». Выражение переживаний и мироощущения поэта.

Урок чтения и изучения произведения

22

А.А. Фет «Опять незримые усилья…», «Еще майская ночь». Е.А. Баратынский «Весна, весна! как воздух чист!..». Выражение переживаний и мироощущения автора поэтического текста.

Урок чтения и изучения произведения

Из русской литературы XX века

Андрей Платонович Платонов

1 ч.

23

Историко-культурный контекст XX века. Детские годы А.П. Платонова. Своеобразие языка прозы Платонова. «Неизвестный цветок».

Урок чтения и обсуждения произведения

Михаил Михайлович Зощенко

1ч.

24

«Галоша», «Встреча». Образ повествователя в рассказах М.М. Зощенко. Сатира. Роль просторечия и особенности языка в рассказах Зощенко.

Урок развития речи

Михаил Михайлович Пришвин

3 ч.

25

М.М. Пришвин: становление писателя. «Кладовая солнца».

Урок чтения и изучения произведения

26

Нравственная суть взаимоотношений Насти и Митраши. Одухотворение природы, ее участие в судьбе героев. Сказка и быль в «Кладовой солнца»

Урок чтения и изучения произведения

27

Смысл рассказа о сосне и ели, растущих вместе. Смысл названия произведения. Образы Травки и Антипыча. Вера писателя в человека, доброго и мудрого хозяина природы.

Урок чтения и изучения произведения

Виктор Петрович Астафьев

2 ч.

28

Изображение быта и жизни сибирской деревни в предвоенные годы. Особенности использования народной речи. Истинная и ложная любовь. Эпизод «Поход за ягодами на увал». Автор и рассказчик в произведении. Речевая характеристика героев.

Урок чтения и изучения произведения

29

Образ главного героя рассказа. Нравственные проблемы рассказа – честность, доброта, понятие долга. Яркость и самобытность героев (Сашка Левонтьев, бабушка Катерина Петровна)

Урок чтения и изучения произведения

Валентин Григорьевич Распутин

2ч.

30

В.Г. Распутин: страницы биографии. «Уроки французского»

Урок чтения и изучения произведения

31

Отражение в рассказе трудностей послевоенного времени. Характеристика литературного героя. Жажда знаний, нравственная стойкость, чувство собственного достоинства, свойственные юному герою

Урок чтения и изучения произведения

Фазиль Искандер

1 ч.

32

Фазиль Искандер «Тринадцатый подвиг Геракла»

Урок чтения и обсуждения произведения

Характеристика героя произведения. Влияние учителя на формирование детского характера. Чувство юмора как одно из ценных качеств человека.

33

Произведения зарубежных писателей

34

Подведение итогов года.Что читать летом

textarchive.ru