История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Летние песни древней руси


Обрядовые песни

Календарно - обрядовые песни относятся к древнейшему виду народного творчества, и получили они свое название из-за связи с народным сельскохозяйственным календарем - распорядком работ по временам года.

 Обрядовые песни - это песни, которые исполнялись во время самых разнообразных обрядов и являлись необходимой их частью. Считалось, что если не будут выполнены все обрядовые действия и сопровождающие их песни, то не будет достигнут желаемый результат.

Зимний период русского народного земледельческого календаря начинался с октября. Обычно с Покрова (1/14 октября) крестьяне приступали к зимним работам. После Покрова скот переводили в хлев на зиму, конопатили щели в стенах, утепляли избы. С Покро­ва начинались осенне - зимние сборища молодежи — «посиделки».

В весенне-летней обрядности выделяются также обрядовые песни, приуро­ченные к празднованию Ивана Купалы и к Петрову дню. Это время наиболее пышного расцвета растительности, а вместе с тем и начала созревания злаков.

Празднование Ивана Купалы происходило в период летнего солн­цеворота, в ночь с 23 на 24 июня по старому стилю, с 6 на 7 июля - по новому, и совпадало с днем Иоанна Крестителя.

Жатвенные обряды заключали летний цикл. Начало и конец жат­вы сопровождались особыми обычаями, обрядами и песнями. Жатвенный обрядовый комплекс растянут по времени и приурочен к пограничью двух сезонов. Связано это с тем, что уборка озимых (рожь, пшеница) приходится на летнее время, а яровые (овес, ячмень) убирают уже осенью, поэтому некотрые исследователи отно­сят его уже к осеннему циклу (В. И. Чичеров).

В составе свадебного обряда самое важное место занимают песни: они принадлежат обряду и вне обряда не исполняются. Их функция — обрядовая, они придают гласности начало, ход и завершение свадьбы как бытового юридического акта. Свое назначение эти песни сочетают с поэтизацией традиционного ритуала. Отличительной особенностью свадебных песен является эпический, повествовательный стиль.

Трудовые песни – это жанр песенного фольклора, отличительной особенностью которого является непосредственное включение в тот или иной трудовой процесс.  Песни трудового народа являлись способом организации коллективной работы посредством определенного ритма, создававшегося несложной мелодией и текстом, который не всегда имел определенное смысловое содержание, однако в любом случае отдельные слова, строки или текст в целом были организующей командой,  служили сигналом к объединению усилий, началу  или завершению определенного трудового процесса.

Календарные обряды и песни можно разделить на два цикла: весене-летние и осенне-зимние. В первом цикле центральное место за­нимает образ Солнца и расцветающей растительности.

Русский календарь открывается встречей весны. Исполнение вес­нянок обычно связывалось с календарными датами, отмечающими прилет птиц. Основными датами «кликания весны» на Смоленщине были: 1/14 марта (день Евдокии), 9/22 марта (праздник сорока му­чеников, в народе - Сороки), и 25 марта (7 апреля) - Благовещение, коогда, как говорят в народе, «весна зиму поборола».

Замыкает осенне-зимний цикл народных календарных праздни­ков масленица, которая является как бы неким мостом, соединяю­щим зиму и лето. По христианскому календарю она праздновалась за 56 дней до Пасхи, в неделю, предшествующую наступлению Великого Поста. Многие исследователи относят этот праздник уже к весенне­-летнему циклу.

Обрядовые песни на Троицу - это разновидность летних календарно - обрядовых песен. Троицкие песни  исполнялись при обрядах наряжения березки, заклинания густых всходов, дождя и богатого урожая. Приводим тексты и значение песен.

Обрядовые песни - это  вид фольклора, сопровождавший календарные и семейные праздники, а также труд земледельца в течение хозяйственного года.

Календарно обрядовые песни - это разновидность обрядовых песен, которые связаны с праздниками, с явлениями природы и трудом крестьян в разные времена года. Всю календарную обрядность также связывают с солнечным циклом — солнцестояниями и равноденствиями.

Зимние календарно - обрядовые песни связаны со святками, рождеством и новым годом. Коляда́ — славянское народное название рождественского Сочельника, праздника Рождества Христова, а также Святок от Рождества до Крещения.  Главными  атрибутами праздников зимнего цикла являлись ряженье (с использованием шкур, рогов и масок), колядование, колядные песни, одаривание колядовщиков, молодёжные игры, гадания

 Календарно - обрядовые песни осени связаны со сбором урожая. В начале жатвы обряды были направлены на почитание первого снопа, снопа "именинника" или снопа - "деда". Сноп, нередко украшенный, торжественно приносился в деревню и хранился весь год. Из первых и последних колосьев на пашне завивали венки. 

Какие календарно - обрядовые песни можно назвать самыми веселыми? Представляем вам литературное исследование, которое провели ученики 6 класса, что бы выяснить ответ на данный вопрос.

ucthat-v-skole.ru

Музыкальная культура восточных славян

Музыкальная культура восточных славян

Исторические свидетельства

Племена восточных славян расселились на огромной территории преимущественно по берегам больших рек и их притоков. В Летописи 1 перечислены места их поселения: на берегах Среднего Днепра жили поляне, на Десне — северяне, на Припяти — древляне и дреговичи, на Соже — радимичи, на верховьях Днепра — кривичи, на Ильмень-озере — словене, на окраинах, на Западном Буге — волыняне, у Карпатских гор — хорваты, по Оке — вятичи. Как отмечает летописец, племена эти имели свои обычаи и законы отцов своих, предания и свой нрав.

Восточнославянские племена жили общинным родовым строем. Византийский писатель VI в. Прокопий Кесарийский так описывает их жизнь, нравы и верования в труде "О войнах Юстиниана":

Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии) и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим... Они считают, что один только бог, творец молний, является владыкой над всем, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды... Они почитают и реки, и нимф, и всяких других демонов, приносят жертвы всем им и при помощи этих жертв производят и гадания 2.

Сведения о восточнославянской мифологии немногочисленны не только потому, что в дохристианский период эти племена не имели письменности, но и потому, что в последующее время христианизации Руси языческая мифология сознательно разрушалась. Тем не менее различные косвенные свидетельства о ней сохранились главным образом в фольклоре.

Немногочисленные, но важные сведения о жизни древних славян, их культуре и обрядах можно найти в летописях, словах, поучениях, житиях и описаниях иностранных путешественников. Много ценного открывают археологические раскопки, но особая роль принадлежит фольклору, народной коллективной памяти. В песенном фольклоре сохранились многие особенности музыкальной культуры Древней Руси, определившие своеобразие ее языка. Под их влиянием происходило развитие всей русской музыкальной культуры. Несмотря на естественный процесс эволюции и развития народного искусства, нельзя не отметить большой степени устойчивости традиций народной музыки.

Вся жизнь, культура и искусство древнейшего периода тесно связаны с мифологией, у славян чрезвычайно богатой и развитой. Чтобы ее верно понимать, необходимо соотносить многие явления древнейшего русского искусства, в том числе и музыкального, с мифологией. Особенности пантеона языческих богов и мифологические представления славян с трудом поддаются реконструкции. Однако их элементы обнаруживаются в фольклоре — песнях, сказках, играх и даже детских забавах и игрушках.

Леший, домовой, баба-яга — персонажи сказочного фольклора — потеряли свою прежнюю мифологическую значимость, сохранившись лишь в детском фольклоре, всегда более архаичном. В некоторых детских игрушках можно видеть остатки древних культовых предметов: прежние идолы стали куклами, болванчиками, изображение солнечной колесницы — детской каталкой, торжественные весенние обряды превратились в детские игры и песни наподобие "Бояре, а мы к вам пришли", "А мы просо сеяли".

Некоторые детские песни, по-видимому, восходят к древним языческим заклинаниям. Например, распространенная детская песенка "Дождик, дождик, пуще", очевидно, некогда имела отношение к заклинаниям и жертвоприношениям с целью вызывания дождя, то есть была связана с культом Перуна — высшим богом в пантеоне языческих богов 3. Звукоряд этой песенки представляет собой древнейший основной ангемитонный (бесполутоновый) звукоряд — трихорд в кварте, свойственный обрядовым народным песням, исполняемым ранней весной.

Песенное искусство древнейшего периода было очень развитым, о чем свидетельствуют русские летописи и записи иностранных путешественников. Летописи, написанные уже после крещения Руси, эти языческие песни осуждают. В записи, сделанной в Летописи под 1113 г., летописец хвалит полян, принявших крещение, и осуждает языческие обычаи древлян, которые живут в лесу "аки звери" и устраивают игрища между селами, пляски, "бесовские песни". Из описаний летописца видно, что в этом языческом обряде были танцы и песни, игры и хороводы. Арабский писатель VI в. Якуб назвал славянские песни многозвучными и приятными для слуха: "Они насыщают мою душу", — писал он 4.

Мифология и обрядность

Мировоззрение древних славян было мифологическим, конкретные явления природы в нем связывались с божествами. Перун, громовержец, противопоставлялся богу Велесу, или Волосу, по мифологии славян — покровителю скота. Мокошь была богиней ткачества и водной стихии 5. Славяне поклонялись солнцу — Яриле, Даждь-богу, Сварогу, земле, воде6. Они почитали природу как одухотворенное начало. В их представлениях природа была наполнена духами добрыми и злыми, которых они умилостивляли7. Божествам, олицетворявшим силы природы, — воде, солнцу, земле, — приносились жертвы.

В языческий период у славян были распространены два вида посредников между народом и богами — жрецы, отправлявшие культ в святилищах, и волхвы, имевшие много других названий (ведуны, чародеи, маги, ворожеи и пр.). Последние играли у славян большую роль. Действуя без храмов, помпы и жертвоприношений, волхвы оказывали значительное влияние на верования народа, их жизнь. Основной удар христианская церковь направляла против языческой магии, потому что языческих богов она уничтожила сразу. Волхвования же и колдуны оставались, и церковь вела с ними упорную борьбу, которая часто оказывалась безрезультатной 8.

Реконструировать эту древнюю славянскую культуру, появившуюся на самой низкой ступени ее развития, чрезвычайно сложно. Остаточные явления ее можно видеть, например, в заговорах. Почитая землю, славяне ей кланялись, называли ее "Мать сыра земля". Подобные выражения дошли до нас в народных песнях, сказках, заговорах. Славянские языческие обряды не получили у славян оформленности, характеризующей более развитую греческую мифологию. Славянская обрядность по сравнению с греческой имела более примитивный вид. Достаточно сказать, что славянский обряд предполагал даже человеческие жертвоприношения.

Обряды славян включали песни, ритуальные действа, "игрища", которые сохранились в народе, потеряв свой первоначальный магический смысл. С культом предков связаны были древние славянские плачи, сопровождавшие тризны. В общественно-родовом быту славян этот культ играл важную роль, так как давно умерший родоначальник — Род или Рожаница считались покровителями своего потомства. Вера в загробную жизнь пронизывала весь культ славян и связывалась с верой во всяких духов, населявших природу: леших — лесных божеств, водяных и русалок — речных божеств. Души умерших, по их поверьям, населяли поля, леса и воды. Вся природа казалась древнему человеку одухотворенной и живой, с этим связан антропоморфизм — перенос человеческих качеств на различные явления природы. Человек вступал в общение с природой, хотел участвовать в тех переменах, которые совершались в ней, поэтому разные времена года сопровождались различными обрядами. Так постепенно складывались календарно-обрядовые праздники, приуроченные к циклу земледельческих работ, сохранившиеся в песнях русского фольклора.

Смены времен года отмечались праздниками, связанными с календарем. Языческие календарные обряды с появлением христианства не исчезли, они преобразовались, соединившись с христианским культом в своеобразном двоеверии. Например, обычай рядиться и ходить на Святках из дома в дом с веселыми песнями — колядками — восходит к зимнему празднику Коляде: так встречали бога зимы — Коляду. Затем зиму провожали, а весну выкликали. Встреча весны (Красная горка) сопровождалась весенними праздниками, на масленицу пекли блины — символ солнца и весны, провожали и сжигали соломенное чучело божества зимы. Прилет птиц отмечался в марте обрядовым печеньем, женщины пекли из теста жаворонков. В так называемую русальную неделю встречали лето. В это время заключались браки, пели песни в честь Лады и Леля — покровителей любви. Весной и летом совершали поминальные обряды, тризны: весенняя тризна — Радуница и летняя — Русалии, которые сопровождались плачем об умерших. Проводы лета отмечались праздником в честь Купалы. Песни, пляски, игры, сопровождавшие эти обряды, сохранились в фольклоре спустя много времени после христианизации Руси.

Многие языческие обряды, совмещаясь с новыми христианскими верованиями, образовывали своеобразные синкретические формы двоеверия. Например, праздник Коляды был приурочен к Рождественским святкам, проводы зимы (Масленица) — к Сырной неделе, Красная горка и Радуница — к Пасхе, Семик или Русалии — к Троице, Купала — к Иванову дню (Иван Купала). Отправление обрядов сопровождалось пением песен, бóльшая часть которых сохранилась в народной памяти на долгие годы. В модифицированном виде они дожили до наших дней.

В изучении русской народной культуры огромное значение имеют фольклорные экспедиции. Многие виды песен, которые записывают сейчас в фольклорных экспедициях, восходят к культуре языческой Руси. Несмотря на естественный процесс эволюции, фольклор отличается принципиальной консервативностью. Сравнение древних календарных песен у разных славянских народов приводит к выводу о существовании у них общей музыкальной основы, архетипов, восходящих ко времени праславянского единства. Напевы традиционных крестьянских песен, в первую очередь тех, которые принадлежат к календарным обрядовым или трудовым и исполняются коллективно, представляют надежный материал для исследования далекого прошлого музыкальной культуры человечества. Как считают многие исследователи, в этом отношении он не только равноценен археологическому и лингвистическому материалу, но и, по-видимому, превосходит его исторической достоверностью 9.

Сравнение календарных песен, записанных в разных областях России, Украины, Белоруссии, у южных и западных славян, позволило выявить общие архетипы, закономерности их построения, ладовой организации, особенности мелодико-ритмических формул.

Ладовое строение, ритмические и мелодические особенности обрядовых песен характеризуются чаще всего бесполутоновым звукорядом (трех-, четырехступенным) в диапазоне квинты либо кварты, иногда сексты. Обрядовые песни, исполняемые одноголосно, отличаются ритмическим многообразием, заключительные устои в них переносятся на разные ступени. Как отмечает Ф. А. Рубцов, связь обрядовых песен с языческим ритуалом придавала им функцию магическую, заклинательную (вызывание дождя, плодородия). Поэтому обрядовые песни часто носят характер закличек, построенных на основе простых и кратких, но ярких выразительных мелодико-ритмических формулах типа заклинательных возгласов, нередко повторяющих призывные попевки. Каждый обряд обладал своими песнями с характерными напевами-формулами 10, но в любом из них — в призывных, восклицательных песнях календарного цикла, надрывных плачах, в торжественных, величественных свадебных песнях — обычно скромными средствами достигается огромная сила выразительности. При этом, как показал Рубцов, древнейшие русские обрядовые песни обладали особыми звукорядами, свойственными каждому времени года и обряду. Напев или звукоряд закреплялся в обрядовом фольклоре за песнями определенного назначения и времени года. Выделяются звукоряды майских, летних, зимних песен 11.

Так, древние русальные песни "Ты не радуйся, дубник-кленник" и "Ну-ка, кумушка, мы покумимся" основаны на звукоряде летних обрядовых песен в диапазоне сексты с типичной для обрядовых песен квартовой попевкой призывного характера.

Интересен отраженный в них древний обычай кумовления, происходивший во время русалий, для которого девушки плели венки, приносили красные яички, целовались.

Русальные или семицкие песни сопровождались обряжением березы, завиванием венков 12.

Купальская песня "Ой, рано на Ивана", построенная на мотиве-возгласе, связана с летним праздником Купалы 13, приуроченным к летнему солнцестоянию (24 июня), и началом жатвы. Звукоряд этой песни — тетрахорд в квинте — типичен для обрядовых летних ("петровских") и лирических песен. Интересна форма строф песни — возглас вступления повторяется в заключении каждой строфы.

Во время весенних и летних календарных обрядов водили хороводы (танки). Многие из них сохранились по сей день. Такими хороводными песнями, как "А мы просо сеяли", в деревнях ежегодно открывали весенние гулянья. Утратив свое первоначальное значение хозяйственно-магического торжественного обряда, они превратились в веселую песню.

Арабский писатель первой половины X в. Ибн Даста в своей "Книге драгоценных сокровищ" описывает жизнь славян и ритуал, связанный с посевом проса: "В самом начале границы славян находится город по имени Куяб (Киев)... Все они идолопоклонники. Более всего они сеют просо. Во время посева берут они просеянные зерна в ковше, поднимают их к небу и говорят: "Господи, ты, который снабжал нас пищей (до сих пор), снабди и теперь нас ею в изобилии...""14. Этот обряд, по-видимому, сопровождался пением. Древняя хороводная песня "А мы просо сеяли", очевидно, входила в этот ритуал. Она пелась двумя полухориями по две фразы каждым.

К наиболее древним обрядовым песням относятся колядки, исполняемые во время зимнего солнцестояния (24 декабря), — праздника Коляды или Овсеня. К этому празднику рождения нового солнечного года был приурочен христианский праздник Рождества. Сохранившийся поныне обычай колядовать восходит к древним языческим обрядам, связанным с аграрно-магическими действиями: гаданием, предсказанием приплода, посыпанием зерном, ряженьем, пожеланиями урожая в новом году и достатка 15. Обряд колядования включал величания хозяину дома, его семье. Такие колядки пели с припевом "Святый вечер".

Довольно часто встречается другой припев — "коляда", "колиодка" или "коляда-маляда" — с таким припевом исполнялась одна из древнейших колядок, отражающая древний языческий ритуал, "За рекой огонь горит".

Самый полный вариант текста этой песни был записан в 30-е гг. XIX в.:

За рекою, за быстрою,Ой, колиодка! Ой, колиодка!Леса стоят дремучие.Во тех лесах огни горят,Огни горят великие,Вокруг огней скамьи стоят,Скамьи стоят дубовые,На тех скамьях добры молодцы,Добры молодцы, красны девицы,Поют песни колиодушки.Ой, колиодка! Ой, колиодка!В середине их старик сидит,Он точит свой булатный нож.Котел кипит горючий,Возле котла козел стоит;Хотят козла зарезати.

Несомненно, в тексте этой колядки сохранились воспоминания о древнем обряде; по-видимому, здесь идет речь о языческом жертвоприношении, которое сопровождается обрядовой культовой песней с упоминанием Коляды (колиодка)16.

Поскольку некоторые языческие божества и обряды были поставлены в параллель христианским святым (Перун — Илья, Велес (Волос) — Власий, Ярило — Юрий, Георгий), то не исключено, что музыкальная основа подобных культовых языческих песен повлияла в дальнейшем на русский ранний христианский культовый мелос. В частности, колядка "За рекой огонь горит"  интонационно близка к простейшим видам церковного пения Древней Руси.

Колядки признаются одним из самых архаичных русских песенных жанров. В. Л. Гошовский, произведший сравнительный анализ колядок всех славянских народов, обнаружил между ними структурное сходство 17, что может служить свидетельством общности музыкального языка славян в эпоху праславянского единства.

Широко на Руси праздновали встречу весны и масленицу. Распространенным было убеждение, что если не потешить себя на широкую масленицу, жить в горькой беде, по русской пословице — "Хоть с себя заложить, а масленицу проводить"18. В обрядовой песне, исполнявшейся на масленицу, "Масленая полизуха", упоминаются катания с ледяных гор, поливание их сыром и маслом в знак благоденствия.

Семейно-бытовые песни

Песня глубоко проникала в жизнь человека, сопровождая всю деятельность человека от рождения до смерти. Праздники, труд, события личной жизни человека — всюду присутствовала песня, заполняя труд и досуг, охватывая разные эмоциональные сферы. Поэтому семейно-бытовые песни представляют очень многочисленную группу: свадебные песни, плачи, колыбельные, детские.

Наибольшим своеобразием среди жанров русского фольклора отличаются плачи. Они были неотъемлемой частью таких семейных обрядов, как похороны, свадьбы, в древности существовали и коллективные воинские плачи. На Руси даже была специальная профессия плакальщиц, которых нанимали для оплакивания. Плач входил в церемониальный обряд поминовения умерших. "Церемониален плач Ярославны. Она плачет открыто, при всех, на самом высоком месте своего Путивля — на городских забралах, откуда открывается простор Посеймья"19 "Ярославна чуть свет плачет в Путивле на стене кремля причитая: "Светлое и тресветлое Солнце! Всем ты тепло и пригоже! Зачем ты, господин мой, простер горячие свои лучи на воинов лады; в поле безводном жаждою им луки согнул, тоскою колчаны замкнул?""20

Многие образцы плачей по своей поэтичности, удивительной эмоциональной глубине и законченности могут быть признаны подлинными шедеврами народного творчества. Плачевые напевы, как правило, ограничены диапазоном малой терции, реже диапазон расширяется до кварты. Отталкиваясь от реального звучания плача, музыкальные интонации имитируют его характер. Некоторые похоронные плачи основываются на интонациях опевания одного центрального тона вспомогательными звуками, в пределах терции.

Мелодическая основа других похоронных плачей образуется из сплетения нескольких попевок. Характерной особенностью является их прерывистость: строфы причитаний, имитируя плач, нередко заканчиваются глиссандированием, словообрывами и глубокими паузами на концах фраз, последние слова часто проговариваются.

Древнейшей частью складывавшегося постепенно свадебного обряда был плач невесты, оплакивавшей разлуку с привольной жизнью в родном доме, с девичеством.

Свадебные плачи особенно разнообразны. Среди них встречаются плачи повествовательного и лирического характера. Свадебный плач, записанный Н. М. Бачинской в Ярославской области 21 напоминает лирическую песню. Особую экспрессивность ему придают прерывистость мелодии, широкие ходы на квинту и краткость плачущих интонаций, в которых последнее слово каждой строки "разрывается" всхлипыванием невесты.

Музыкальная культура восточных славян не ограничивалась песенным творчеством. Наряду с ним была распространена и инструментальная музыка, струнная и духовая, о чем будет подробнее сказано далее. Одним из наиболее распространенных инструментов в Древней Руси были гусли. Византийские историки сообщают о трех славянских музыкантах VI в., которые были захвачены в плен по пути в Хазарию. Эти музыканты оказались послами; в руках у них был струнный инструмент, который греки назвали кифарой. Ю. В. Келдыш не без основания полагает, что этот факт свидетельствует не только о почетном и привилегированном положении древнеславянских музыкантов, но и о том, что музыкантам доверялось выполнять ответственные дипломатические поручения. "Подобное совмещение функций, — пишет он, — было широко распространено в средние века на западе Европы. В роли послов и парламентеров часто выступали кельтские барды, которые пользовались личной неприкосновенностью и могли свободно входить во вражеский лагерь. В феодальной Руси этот обычай сохранился и позже"22.

О музыкальной одаренности славян нередко говорят древние историки, а сохранившийся фольклор свидетельствует о богатейшей русской песенной культуре, ее жанровом разнообразии, своеобразии интонационного строя, послужившего прекрасной основой для развития нового музыкального искусства в период формирования музыкальной культуры Киевской Руси.

Расцвет русской культуры периода Киевской Руси был подготовлен всем предшествующим развитием восточнославянской культуры. Оригинальная, богатая песенная культура восточных славян оказывала постоянное воздействие на светскую народную и церковную музыку последующих времен, на профессиональное творчество русских композиторов.

Примечания:

1. См.: Повесть временных лет. Т. 1. М.; Л., 1950. С. 11—12. "Повесть временных лет", или "Первоначальная летопись", была написана в Киево-Печерском монастыре Нестором-летописцем и игуменом Выдубецкого монастыря Сильвестром. Д. С. Лихачев называет эту Летопись энциклопедией русской жизни X—XI вв. В этом первом летописном произведении даны уникальные сведения об истории, языке, религии, народах, искусстве.2. Нидерле Л. Славянские древности. М., 1956. С. 270.3. Перун был главным божеством языческой Руси, богом князей и дружинников, божеством, олицетворяющим грозные силы природы, вызывающим страх и трепет. При скреплении договоров князья со своею дружиною присягали Перуном и Велесом. По всем областям расселения славян известны названия возвышенностей и гор, которые происходили от имени Перуна (например, Перынь под Новгородом). На возвышенностях ставили изваяния Перуна.4. Грубер Р. И. История музыкальной культуры. Т. 2. Ч. 2. М., 1959. С. 291.5. В Лаврентьевской летописи, в описании начала княжения Владимира перечисляются их имена по порядку: "И нача княжити Владимир в Киеве един, и постави кумиры на холму вне двора теремного — Перуна древняна, а главу его сребрену, а уст злат, и Хорса Даждь-бога и Стрибога и Симарьгла и Мокошь" (ПСРЛ. Т. 1. Лаврентьевская летопись. М., 1962. С. 79). В житии князя Владимира говорится о том, как, крестившись, он велел всех древних идолов ввергнуть в реку: "а Волоса идола, его же именоваху яко скотия бога, повелел в Почаину реку воврещи".6. В древних памятниках сохранились сведения о водяных культах язычников, молитвах и жертвоприношениях у воды. Славяне считали воду стихией, из которой образовался мир, и поэтому поклонялись ей. По их представлению, водная стихия была населена различными божествами — морянами, водяными, русалками, берегинями — особыми женским водяными существами, что нашло отражение в русском фольклоре.7. К более низкому уровню относились божества, связанные с хозяйственными циклами и сезонными обрядами, а также боги, воплощавшие целостность замкнутых небольших коллективов: Род и Чур. К низшей мифологии принадлежали разные классы неиндивидуализированной (часто и неантропоморфной) нечисти, духов, животных, связанных со всем мифологическим пространством от дома до леса, болота и т. п.: домовые, лешие, водяные, русалки, вилы, лихорадки, мары, моры, кикиморы (см.: Иванов В. В., Топоров В. Н. Славянская мифология // Мифы народов мира: Энциклопедия. Т. 2. М., 1982. С. 450—451).8. См.: Нидерле Л. Славянские древности. С. 290—292.9. См.: Гошовский В. Л. У истоков народной музыки славян. М., 1971. С. 14, 110.10. См.: Рубцов Ф. Л. Основы ладового строения русских народных песен // Статьи по музыкальному фольклору. Л.; М., 1973. С. 27—33.11. См.: Рубцов Ф. Л. Там же. С. 24—43. Систематизируя звукоряды календарных и семейно-обрядовых песен Белоруссии и Смоленщины, Рубцов выделяет четыре типа звукорядов: трихорды в кварте и в квинте и тетрахорды в квинте и сексте.12. Основываясь на многочисленных фольклорных источниках, исследователям удалось отчасти реконструировать обряд русалий, согласно которому в русальную неделю (следующую за Троицей) русалки выходят из воды, бегают по полям, качаются на деревьях, могут защекотать встречных до смерти или увлечь в воду. Особенно опасны русалки в четверг перед троицыной неделей — в Семик — русальчин велик день. "Всю троицкую неделю пели русальные песни, в воскресенье (русальное заговенье) изгоняли, "провожали" русалку (или весну). Русалку обычно изображала девушка, которой распускали волосы, надевали венок и с песнями провожали в рожь. Выталкивая ее в рожь, с криками разбегались, а русалка их догоняла" (Иванов В. В. Русалки // Мифы народов мира. Т. 2. С. 390).13. Купала — бог земных плодов, праздник которого отмечался в начале жатвы. Ему приносили жертвы возле озер и различных источников. На праздник Купалы возле воды собирались девушки и парни, раскладывали костры, прыгали через них, пели песни, жгли березовую кору. Девушки плели венки, пускали их на воду. Прыганье через огонь, купание на заре, хороводы вокруг костров в древнем культе имели особый магический смысл и функцию ритуального очищения.14. Цит. по кн.: Финдейзен Н. Ф. Очерки по истории музыки в России с древнейших времен до конца XVIII века. Т. 1. Л., 1928. С. 22.15. Праздник Коляды представлял собой обряд древнего жертвоприношения, который включал также сбор различных приношений для общей жертвы рождающемуся солнцу, о чем свидетельствуют остатки этого ритуала в отдельных местностях.16. См.: Финдейзен Н. Очерки по истории музыки в России... Т. 1. С. 35—37.17. Гошовский В. Л. У истоков народной музыки славян. С. 139.18. Обряд проведения масленицы хорошо сохранился в фольклоре XIX в. Этот обрядовый цикл составляли встреча масленицы, зажигание костров, проводы или похороны масленицы, катание с ледяных гор и на лошадях, праздничная трапеза — блины (в знак поминания усопших родителей). См.: Соколова В. К. Весенне-летние календарные обряды русских, украинцев и белорусов. М., 1979. N. 13.19. Лихачев Д. С. "Слово о полку Игореве" и культура его времени. Л., 1978.20. Слово о полку Игореве / Пер. В. И. Стеллецкого. Л., 1967.21. См.: Бачинская Н., Попова Т. Русское народное музыкальное творчество: Хрестоматия. М., 1974. С. 80.22. История русской музыки. Вып. 1 / O. Е. Левашева, Ю. В. Келдыш, А. И. Кандинский; Под ред. А. И. Кандинского. М., 1980. С. 12.

© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

portal-slovo.ru

Русские народные песни Тексты слова

Вот уж без чего совершенно невозможно представить русского человека — так это без песни. И вовсе не потому, что все-еда весело живется — это хорошо поясняет народная мудрость «не от радости и пташка в клетке поет», «не всяк весел, кто поет — и за песней плачется». Просто песня с давних времен стала неотъемлемой частью жизни — и бытовой, и духовной. Родился человек — ему поют колыбельные. Юность пришла— ее сопровождают хороводные, любовные, игровые песни. А уж что касается свадебного обряда, то в нем песнями сопровождается едва ль не каждый жест невесты. А сколько семейных песен звучит на российских просторах из века в век! И еще отдельно — солдатские, казачьи, ямщицкие, уличные, бурлацкие, разбойничьи, тюремно-невольничьи. Другими словами, в песнях отражена вся жизнь и человека, и народа в целом. Не зря же сам народ и говорит, что «сказка — складка, а песня — быль, сказка — ложь, а песня — правда», подтверждая этим прежде всего реалистичность песенного искусства. Действительно, сейчас по текстам песен можно достоверно узнать, как и из чего делалась колыбель для ребенка («оценок деревянный, колечко оловянно» и т.д.), как распределялись роли в семье, кто какую работу исполнял, каким образом происходило чаще всего знакомство будущих мужа и жены, почему именно такое отношение было к свекру, свекрови, золовкам.. А что за кладезь исторических сведений — песни о Пугачеве и Разине, о военных походах, об Иване Грозном, Петре Великом.

Наверное, нет такого события в жизни нашего народа, которое не нашло бы своего отражения в песнях, будь то давнее иго («А и деялось в орде..»), или покорение Сибири («Шатался-мотался Ермак сын Тимофеевич»), или Северная война («Пишет, пишет Карла шведский»), или Отечественная война с французами («Про Платова-казака»), уж не говоря о таких недавних, как гражданская война и Великая Отечественная.. Перечитывая эти песни, понимаешь, почему Н. Гоголь назвал их народной историей, исполненной истины. Современный исследователь С. Лазутин в энциклопедической статье о песне как одной из форм словесно-музыкального искусства пишет, что «в былинах и исторических песнях русского народа получили отражение важнейшие исторические события за тысячелетие. Одна из центральных идей этих песенных жанров — идея патриотизма, защиты отечества».

Но патриотичны — в самом глубоком значении этого слова — практически все народные песни: календарные, лирические, плясовые, игровые, — ведь в них продолжает жить традиция, в них сохранен сам дух народной жизни. И если сейчас редко звучат родильные и крестильные песни, колядки и подблюдные, купальские и покосные, веснянки и жнивные, — это вовсе не значит, что они забыты за ненадобностью. Может, и забыты на время, но по другим причинам. А стоит любой из них зазвучать — и душа тут же потянется навстречу мелодии, распахнется, потому что узнает, почувствует нечто родное. Тем более, что русские песни, как, может, никакие иные, многогранны и многожанровы. Например, один из лучших современных знатоков русских обрядовых песен Ю. Круглов пишет: «То, что пелось и называлось колядками, на самом деле представляет собой комплекс жанров. Можно говорить о ритуальных песнях-колядках, колядках-заклинаниях, колядках-величаниях и колядках-корениях. Среди масленичных песен совершенно определенно можно выделить также ритуальные, заклинательные, величальные и корильные песни.. В хороводах и величали, и корили, в них исполнялись игровые и лирические песни.. В свадебных песнях наиболее полно представлены все жанры обрядовых песен.» О сути народных песен, об их закономерностях и особенностях, о влиянии и распространении написано много книг и статей. Но данный сборник предназначен прежде всего для широкого читателя, которого интересуют в первую очередь сами тексты, ведь так много прекрасных песен со временем было утрачено, забыто. Память — не самое прочное на земле. Поэтому песенники были и остаются достаточно популярными изданиями, — начиная с появившихся в восемнадцатом веке, таких как «Музыкальные увеселения», «Собрание русских простых песен с нотами», «Собрание разных песен», «Карманный песенник, или Собрание лучших светских и простонародных песен», «Солдатский песенник» и других, и завершая выходящими в свет сейчас.

Распевая народные песни, мы, как правило, не задумываемся о том, что целые поколения отечественных фольклористов собирали, записывали, публиковали их именно для того, чтобы сохранить и для нас, и для наших внуков. Какие яркие личности в этой славной плеяде — Н. Львов, П. Рыбников и П. Киреевский, А. Соболевский и П. Якушкин, П. Шейн, Н. Лопатин, В. Прокудин, Ф. Истомин, С. Ляпунов и многие другие. Благодаря их поистине титаническому подвижническому труду десятки тысяч текстов обрели вторую жизнь. Народная песня вдохновляла А. Пушкина и М. Лермонтова, Н. Некрасова и А. Кольцова, И. Сурикова, Н. Языкова и других поэтов, чьи стихи затем тоже стали народными песнями, будь то «Не шуми ты, рожь» или «Степь да степь кругом».

Но разве и по сей день не вдохновляет она миллионы россиян? Не только потому, что «строить и жить помогает», хотя еще В. Даль в своем словаре отмечает — «весело поется — весело прядется», но и потому, что сохраняет представление о красоте, о доброте, о любви, о чести, о дружбе; а еще — спасает душу, не давая ей забывать о полете, о парении, о крыльях. И, конечно же, о красивом русском языке, который песня старается сохранять во всей его чистоте и многогранности. В книге, которую вы держите в руках, собраны песни, представляющие жизнь в разных ее ипостасях. Как правило, тексты взяты из дореволюционных изданий. Составитель, не ставя задачи публиковать этнографические материалы, все же старался как можно бережнее относиться к тексту. Пунктуация по мере необходимости приведена к современным требованиям. Что же касается орфографии, то полностью следовать принятым сейчас принципам не всегда возможно, особенно в тех случаях, когда речь идет о ритме (например, «мово коня» вряд ли стоит править, ибо «моего коня» — это уже иной ритм), да и не всегда нужно, так как излишнее «осовременивание» старой народной песни лишает публикацию смысла. Это все равно, что букет сирени, лишенный запаха.

Надеюсь, читатель разделяет мое убеждение, что песня существует для того, чтобы ее пели, а не декламировали с листа. Следовательно, текст должен быть практически одинаков для всех потенциальных певцов, особенно, если предполагается хоровое исполнение. Расположить народные песни по какому-либо одному принципу — жанровому, хронологическому, тематическому, функциональному и т.д. — достаточно сложно. Поэтому для удобства сборник составлен так, что песни в нем «взрослеют» вместе с человеком — от колыбели до самостоятельной жизни. Завершается книга авторскими произведениями, значительная часть которых со временем стала восприниматься, как народные песни. По соображениям объема книги за пределами данного сборника остались календарные и исторические песни, причитания и частушки, но — всему свое время и свои книги.

С самого раннего детства слыша русскую песню — то растяжную застольную, то удалую плясовую, то напевную лирическую — мы и сами того не замечаем, как она влияет на наш национальный характер. Не зря же придумано — «чьим умом живешь, того и песенку поешь». Но так ли уж часто звучит она сейчас, русская народная песня, с экранов телевизоров, в радиопередачах, на стадионных концертах современных «звезд» эстрады? Гораздо реже, чем могла бы. Гораздо меньше, чем всем нам необходимо. И если этот сборник поможет кому-то вспомнить и — дай Бог — пропеть несколько народных песен, значит, он не зря вышел в свет. Как говорится, хоть песней коня не накормишь, а и то верно, что слова из нее не выкинешь.

Иван Панкеев

КОЛЫБЕЛЬНЫЕ ПЕСНИ Серые коты Уж ты, дремушка-дрема Сон да дрема Сон ходит по сеням Бай-побай да ржаной каравай Бай-бай, поскорее засыпай Спи, хорошая моя Бай-побаюшки Бай-побай, колыбели не ломай А баю-баю-баю Баю-баюшки-баю Котик-коток, серый хвосток Байки-побайки А баю-баю-баю, жил мужик на краю Ай люшеньки-люли

ХОРОВОДНЫЕ ПЕСНИ Я по жердочке шла По утру ранешенько, на заре Ах ты, веюшко За лесом-лесом Как за реченькой Как у наших у дворянских у ворот Как под белою под березою Как и люди-то во людях-то живут У девицы в белом лице Я полю, полю лучок В саду девки, в саду красны Я по травке шла Я вечор, молода Выходили красны девушки Как во далице, далице. Как по речке, по Казанке. Отпросилась Катенька у родимого батюшки. Вздумала мати Дуню домой покликати. На улице, матушка, девиц хоровод Уж как на лугу-лугу Этот кустичек не мил Хожу млада по Дунаю Горенка, горенка новая. Со восточной со сторонушки. Летел сокол высоко, да высоко На горе-то калина Как на море волны бьют При долу лен, лен Как у наших у ворот По горам девки гуляли На горе-то вьюны вьются , За долом, долом С вечерочка два следочка Вечер девки, вечер девки Молодка, молодка молоденькая. Еще по морю корабличек Скочил козел в огород Я вечор, молода, во пиру была Посеяли девки лен Уж я сеяла, сеяла ленок На горе, горушке, на высокой Еще сметь ли песню петь Взойду ли я Посею лебеду на берегу. Я из горницы в горницу ходила Теща до зятя удобрилася

ПЕСНИ О ЛЮБВИ Ах, кабы на цветы да не морозы Ой, матушка, тошно Разливалась мати полая вода Шумел камыш, деревья гнулись Кручина моя, кручинушка Я посею ли, младенька Ты, дума моя, думушка Из-за лесу, лесу темного Вы не дуйте, ветры буйные Кого-то нет, кого-то жаль Кабы знала я, ведала Волга-матушка родимая течет Растоскуйся, моя сударушка Ты полынушка, полынка Если б я была вольной пташечкой Цвели, цвели цветики да поблекли Не спится мне, красной девушке Скучно, матушка, весною жить одной Ах, девица-красавица Ах, уж вы, ночи, мои ноченьки По улице мостовой Я вечор, добрый молодец, загулялся. Устиньюшка по горенке ходила Грушица, грушица моя Таня по полю ходила Как и батюшкин терем Поляна моя, полянушка Ты дуброва моя, дубровушка Хорошо тому на свете жить Ах, кто бы мне, ах, мому горюшку Ой ты, зимушка-зима Соловей кукушку подговаривал Не сиди, девушка, поздно вечером Говорил-то мне мил друг, приказывал Можно, можно по рощице разгуляться Ах, ты зачем, зачем, рябинушка. Среди поля, полюшка-поля Ах вы ветры, ветры буйные По весне то было, весне красныя Как по улице молодец идет Добрый молодец по улице похаживает Болит моя головушка Канарейка, канарейка, канареечка Не пыль, не кура в поле подымалася На восходе красна солнышка Ах ты, душенька, красна девица Вещевало мое сердце Вострепенется сокол, на дубу сидючи В чистом поле при долине Не сокол летит по поднебесью Туман, туман при долине Ты о чем, горька кукушечка На заре было, на зореньке Красная девица по бережку гуляла Пойду, млада, я вдоль долиною Соловей мой, соловей Калинушка с малинушкой, лазоревый цвет Девки шили ковер Возле речки, возле мосту Сторона ль ты моя, сторонушка Ах ты, камень мой, камышек Туманно красное солнышко Ах, что ж ты, голубчик, не весел сидишь Ты мой сизенький, мой беленький голубчик Ахти, горе, тоска Заболит головушка, заноет сердечушко Подружки, голубушки Долина-долинушка По горам, и я по горам ходила Девушка молоденька семнадцати лет Во саду ли, в огороде: Дорогая моя, хорошая Полно, солнышко, из-за лесу светать Ой, по удице туман расстилался Как на горке, на горе, на прикрасе на такой Не ржавчина у нас в болоте травку всю съедает Уж вечор-то я, добрый молодец Уродилася сильна ягода в бору Говорила я дружку милому Вену ли ветры из поля Вниз по Волге-реке с Нижня города На родимую сторонку ясный сокол прилетел Веселитеся, подружки Ты не пой, не пой, соловьюшко Не летай, не летай, мой сизенькой голубок Что цвели-то, цвели в поле цветики Ивушка, ивушка, зеленая моя Не калинушку ломала Как у ключика у гремучего Идет миленький лужочком Как на дубчике два голубчика Манул парень девушку Ходил-гулял молодец Во лесах то было, во лесах-борах Соловей мой, громкая пташечка Что во светлой было светлице Пряди, моя пряха, пряди, не ленися Государь мой родный батюшка Далеченько в чистом поле Прощай, батюшка-Иртыш, с крутыми горами Возвивался сокол высоко Ах, не одна-то, не одна Из-под гор, млада, иду Вдоль по улице молодчик Вылетала бедна пташка на долину Вниз по реченьке, вниз по быстренькой Я во тихой во смиренной во беседушке Соловей мой, соловей, молоденький Выду за ворота Во колодезю было во студеному Не мила-то мому разлюбезному Как и молодец шел дорожкою Уж вы, сады мои, сады Ой, неволя, неволя — боярский двор. Ах ты, ноченька, ночка темная Как во городе во Санктпитере. Вечор ночесь к девушке Не заря ли, вечерняя зорюшка, заря спотухала Ты развей-ко, раздуй-ко, рябинушка раскудрявая Во селе, селе Покровском Не летай, сокол, по новым сеням , Время проходит, время летит

СВАДЕБНЫЕ ПЕСНИ Как у ласточки да у касаточки Середи было царства Московского Где был, сокол, где, соколинька? Как бы по мосту, мосту Как бы на горе, горе Поутру рано на заре Накануне было девичничка В поле олень — золотые рога Месяц светит над горою Золото к золоту сыплется По-край моря синего На горе, горе, на высокой. : Вкруг Казани, вкруг города Ты камень яхонт Что летал-то летал сокол Летал сокол по вишенью Билася буря перед тучею Из поля, поля-поличка Как у нас было во нынешнем году Выкатался скатен жемчуг На море, на море селезенюшко. Ах ты яблонь, ты яблонь Сердце мое, ты сердечко Разлилась вода вешняя Полечком, полечком уторена дорожка Ай сборы, сборы Лукерьюшкины Не буйные ветры навеяли Что не ключики-то брякнули Прошу я, красна девица По лугам весною Я пошла, молоденька Спасибо тебе, парная мыльная баенка Не несут-то мои ножки резвые Спасибо, желанная родимая матушка Теперь вскину свои очи ясные Не пу жайся, дом тепловито гнездышко Глупая младая буйная головушка Расшатнитесь-ко, народ, люди добрые Господи Иисусе Христе Сыне Божий Полно спать, пора вставать Слава Богу, слава Господу Что сестра брату милому Вы вставайте, мои голубушки Во кремле Китае-городе Во саду было, во садичке Поднималася погодушка Ой дымно, ой чадно

ПЕСНИ О СЕМЕЙНОЙ ЖИЗНИ По горенке похожу, в окошечко погляжу Ветры мои, ветры, вы буйные ветры Летела пава через улицу Ходила-гуляла вдова молодая Давно я, давно у батюшки была Исходила, младенька, все луга и болота Отдают меня, мл аду Ой не сырой бор загорается Понизехонько солнце ходит Полоса ли моя да полосонька Не сон мою головушку клонит. На улице то дождь, то снег На море орел Выдала матушка далече замуж А кумушки пьют, голубушки пьют Лучина, лучинушка березовая Судьба ты, моя судьба Зеленейся, зеленейся, мой зелененький садочек Калину с малиною вода поняла Сосенка, сосенушка молоденькая Возле садика, млада, хожу. Мимо саду, мимо зеленого Как у сизого млада селезня Вы раздайтесь, расступитесь, люди добрые Возле реченьки я хожу, молода Спится мне, младешенькой, дремлется. Калина, калина, калинушка моя Ах, да у соловушки крылья примахалися Как по речке-речке. Я пойду, пойду в зеленый сад гулять Ах ты хмель мой, хмель, веселая голова Ой, и всплакнула вдовушка.ы При дуброве лен, лен Отдала меня матушка Я малешенек у матушки родился Одна была в поле дорожка Ах ты, молодость, моя молодость Высоко, высоко кленовый лист Сосенка, сосенушка Была я у матушки любимая дочь , В чистом поле, полюшке. У батюшкиных ворот Через леса, леса темные Виноградка, сладка ягодка

СОЛДАТСКИЕ И КАЗАЧЬИ ПЕСНИ .Черный ворон У отца бьшо, у матушки три сына любимыих Вдоль по, Питерской, Московской по дороженьке Запобедны наши головушки молодецкие Ты пеки, пеки, красно солнышко Не кукушечка во сыром бору куковала Тошно жить вдове с сиротами Как у ласточки, у касаточки Уж вы кудри мои, кудерушки Не ясен сокол пролетывал Торил Ванюшка дорожку Как отдал меня батюшка замуж Заря моя, зорюшка Как не пыль в поле запылилася Был один-то, один у отца, у матери Не белы снеги во чистом поле Попила-то моя буйная головушка Вились, вились мои кудерцы. Как у Ванюшки голова болит Уж ты в^тер, шельма, ветер-ветерочек Породила да меня матушка Шел детинушка дорогою Дорожка моя, дорожка славна питерска По зарям- зарям сердце слышало Уж вы ночи мои, ночи темные В чистом поле стояло тут дерево Горька-то в поле травонька, полынь горькая Проторенная новая дорожка Что победные головушки солдатские. Сторона ль ты моя, сторонушка. Как не с гор, не с дол сильная погодушка Ты долина ли моя, долинушка, раздолье широкое Уж ты зимушка, зима Дорога ль моя, дороженька Со вечера, со полночи Погодушка полуденная Далече ты, раздольице, в чистом поле Ах, бедные головушки солдатские Что вились-то мои русы кудри Ох вы туманы мои, туманушки Не травушка, не ковылушка в поле шатается Не от тучи, не от грома, не от солнышка Воспоют, воскормил отец сьша. Не беленькая березонька к земле клонится Как у ключика было у текучего Как никто-то про то не знает, не ведает Ах, пал туман на сине море За Уралом за рекой Ах ты, матушка Москва-река Вы, солдатики-уланы За горами бьшо за высокими Не черная черница зачернелася На заре то бьшо на утренней Тихохонько сине море становилося Возмутился славный наш тихий Дон Как на славном то бьшо на Круглом озере Шли казаки с моря Черного

ПЕСНИ БУРЛАКОВ Да вы, ребята, бери дружно Не вечерняя заря, братцы, приутухла Ах, по помосту, мосту Не пора ли нам, братцы-ребятушки Поутру то бьшо раным-рано Перед нашими вороты. Вольна птичка пташечка перепел очка

ПЕСНИ РАЗБОЙНИЧЬИ И ТЮРЕМНЫЕ Не шуми, мати зеленая дубровушка. Вы бродяги, вы бродяги. Ты рябинушка да ты кудрявая , Ты детинугдка-сиротинушка Волга, ты Волга-матушка Сиротка, ты, сироточка, сиротинушка горькая Не ковыль в поле травушка шатается Край дорожки, край широкий Не былинушка в чистом поле зашаталася Еще что же вы, братцы, призадумались Растужился млад ясен сокол Собирается вор Копейкин Не далече было вот, бьшо далече Что из Нижнего Нова-города Ты взойди-ка, красно солнышко Сирота ль моя ты, сиротушка На степи-то, степи на Саратовской Пожила ли я с дружком, я с дружком во совести Уж ты, воля, моя воля Не для-ради меня, молодца, тюрьма строена Вы, леса мои, лесочки, леса темные Бывало у соколика времечко. Добры молодцы все на волюшке живут Ты воспой, воспой, млад жавороночек. Как бывало мне, ясну соколу, да времечко. Не соловушек в зеленом лесу громко свищет Все люди живут, как цветы цветут. Ты злодейка да злакоманка, змея лютая Ах, что ж ты, мой сизый голубчик

АВТОРСКИЕ ПЕСНИ, СТАВШИЕ НАРОДНЫМИ Аммосов А. Хас-Булат удалой Вельтман А. Что отуманилась, зоренька ясная Вяземский П. Тройка Глинка Ф. Тройка Гребенка Е. Очи черные Грейнц Р. Плещут холодные волны Давыдов Д. Славное море — священный Байкал Жуковский В. Кольцо души-девицы Козлов И. Вечерний звон Козлов И. Проснется день — его краса Кольцов А. Ах, зачем меня силой выдали. Кольцов А. За рекой на горе Кольцов А. По-над Доном сад цветет Кольцов А. Не шуми ты, рожь Кугушев В. Не будите меня, молоду Лермонтов М. В глубокой теснине Дарьяла Лермонтов М. Выхожу один я на дорогу Лермонтов М. Отворите мне темницу Лермонтов М Спи, младенец мой прекрасный Макаров Н. Однозвучно звенит колокольчик Мерзляков А. Среди долины ровныя Некрасов Н. Не гулял с кистенем я в дремучем лесу. Некрасов Н. Хорошо бьшо детинушке Некрасов Н. Тройка Никитин И. Ни кола, ни двора Ольхин А. Дубинушка Плещеев А. Я у матушки выросла в холе Полонский Я. В одной знакомой улице Полонский Я. Мой костер в тумане светит Пушкин А. Гляжу, как безумный, на черную шаль Пушкин А. Раз полуночною порою Разоренов А. Не брани меня, родная Репнинский Я. Наверх вы, товарищи, все по местам. Рылеев К. Ревела буря, дождь шумел Соколов Н. Шумел, горел пожар московский Стромилов С. То не ветер ветку клонит Суриков И. Словно море в час прибоя Суриков И. Спишь ты, спишь, моя родная Суриков И. Степь да степь кругом Суриков И. Тихо тощая лошадка Трефолев Л. Когда я на почте служил ямщиком Цыганов Н. Не шей ты мне, матушка Цыганов Н. Что ты, соловьюшко Языков Н. Из страны, страны далекой : Языков Н. Нелюдимо наше море Литература Алфавитный указатель Скачать тексты народных песен

 

ale07.ru