История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Гражданская архитектура в Древнем Риме. Гражданская архитектура древнего рима


Гражданская архитектура в Древнем Риме

Моделированный карниз. — Образец В (рисунок 11, храм в Ассизи), по-видимому, соответствует последним временам республики. Зубчики в антаблементе этого храма, собственно говоря, не являются нововведением, так как они существовали уже в зачаточной форме в Тиволи. Действительными же различиями являются необычайный до того времени капельник и присутствие модильонов под выносной плитой. Храм в Ассизи является древнейшим примером карниза с модильонами.

Модильоны являются следствием увеличения откоса карниза. Примитивный, мало выступающий карниз представляет собой ряд очень маленьких, тесно прижатых друг к другу кронштейнов. При увеличении выступа карниза этот ряд кронштейнов кажется недостаточным, и его удваивают; так как конструкция должна быть тем легче, чем она больше выступает в первом ряду, то кронштейны второго ряда не сжаты, как в первом ряду, а поставлены на расстоянии друг от друга,— это и есть модильоны. Они напоминают общим видом дорийские мутулы и исполняют аналогичную роль. Витрувий не одобряет этой комбинации модильонов с зубчиками, противоречащей, по его мнению, доброй старой традиции.Различная форма модильонов. — Модильоны храма в Ассизи (рисунок 11, В) имеют в месте своего прикрепления перехват, который мы встретим впоследствии и в храме в Ниме; они оставляют желать лучшего в отношении производимого впечатления, так как здесь не учтены требовании прочности. В некоторых случаях они принимают более простую и рациональную форму выступающего параллелепипеда, как например в ордере «садов Колонны» (рисунок 12, А).

Еще более рациональной и вместе с тем наиболее распространенной является форма консоли (рисунок 12, В). Нижняя часть модильонов украшается листьями, а промежутки между ними заполняются кессонами с розеткой. По мере приближения к зрителю декоративные детали делаются все более легкими и воздушными.

Этот двойной ряд кронштейнов, т. е. зубчиков и модильонов, придает карнизу чрезмерную высоту. В храме Юпитера Статора (В) высота одного только карниза равняется общей высоте архитрава и фриза. Помимо этого недостатка римский антаблемент является наиболее совершенным произведением римского искусства.

Обзор главнейших разновидностей коринфского карниза.— Можно свести общие формы карниза, в соответствии с присутствием или отсутствием в них модильонов или зубчиков, к трем основным группам:

1. Цельный карниз с модильонами и зубчиками (храм Юпитера Статора, храм в Ассизи, форумы Нервы и Траяна, арка Тита, базилика в Помпеях, храм в Ниме, храм в Виенне).2. Карниз с модильонами, но без зубчиков («Сады Колонны», храмы Венеры и Ромы).3. Карниз с зубчиками без модильонов, другими словами, ионийский карниз в его чистой и простой форме (храм в Тиволи, базилика Пренесты, алтари Пантеона, храм Антонина и Фаустины).

Мы причисляем, конечно, к карнизам с зубчиками карнизы как с обработанными и с отделенными друг от друга зубчиками, так и с зубчиками в зачаточном состоянии, без разделки.

Таким образом, мы находим в римском карнизе, как и в капители, следы общего происхождения, связывающего ионийский и коринфский ордера. Ионийский ордер, давший начало коринфскому, зачастую передает ему свой карниз, а иногда, наоборот, заимствует у него модильоны; мы находим, например, такие модильоны на главном фасаде Форума. Напомним, наконец, в качестве совершенно исключительного варианта, случай, изображенный на рисунке 331, С, когда модильоны уже не составляют части карниза и превращаются в консоли, занимающие всю высоту фриза и выделяющиеся светлым пятном на тени, падающей от карниза. Этот смелый прием применен в ордере, венчающем фасад Колоссея; он как нельзя более подходил для завершения такого ансамбля, и художник очень кстати отбросил здесь традиционные формы.

Пользуясь ассимиляцией, римляне непосредственно перенесли формы колонн на пилястры или анты, чего никогда не позволили бы себе греки в лучшую эпоху искусства; капитель пилястра представляет собой обычно не что иное, как плоскую капитель колонны. Единственным ощутимым различием между колонной и пилястром является в данном случае полное отсутствие утончения ствола или сведение этого утончения к минимальному. Коринфский пилястр обработан вертикальными плоскостями.

Детали коринфского ордера

Фронтон. — При изучении греческих ордеров мы отметили видоизменения коринфского профиля в целях его приспособления к наклонной линии фронтона. Выносная плита получает большую глубину, а находящиеся под ней детали упрощаются. Наклонный карниз дорийского ордера обычно утрачивает мутулы, а карниз ионийского — зубчики. Это стремление к различным оттенкам не совсем чуждо и римскому искусству. Так, например на горизонтальном карнизе храма в Ассизи имеются модильоны, а в наклонном они отсутствуют.

Однако в скором времени перестают обращать внимание на эти тонкости; карниз фронтона ионийского ордера храма Фортуны Вирилис уже спрофилирован подобно горизонтальному карнизу; то же встречаем мы и в Пантеоне и во всех коринфских храмах имперской эпохи.

В Ниме боковые плоскости модильонов даже не были вертикальны; но обычно небрежность все-таки не заходит столь далеко, и модильоны фронтона изменяют, как показано на рисунке 333, А.Подъем фронтона обычно более круто скошен, чем в греческой архитектуре. В то время как соотношение высоты фронтона не превышает у греков 1 : 4, в Риме встречаются примеры сокращения основания до отношения 1 : 2,5. Фронтон Пантеона является одним из самых крутых из существующих фронтонов. Его необычайная крутизна обусловлена, как мы увидим далее, перестройкой: тимпан, предназначавшийся первоначально для декастильного портика, был потом приспособлен, без изменения высоты, к восьмиколонному портику.

Римская архитектура допускает фронтоны по дуге круга и даже разрывные фронтоны, стороны которых обрываются, не достигая вершины. Эти причудливые неправильные варианты особенно распространены на Востоке; они встречаются в Баальбеке и Петре, а в Африке — в Тимгаде. На Западе им подражают, начиная со II в., в помпейской живописи и воплощают их в камень в термах Диоклетиана в IV в. н. э.

Соффиты. — Плафон коринфского портика обработан кессонами, причем, по возможности, по одному глубокому кессону на пролет. В центре кессона помещается большая розетка.

Отверстия. — Дверь коринфского ордера, самый яркий пример которой находится в Пантеоне, окружена в виде рамки наличником и завершается карнизом. До нас дошло два окна коринфского ордера. Одно — в храме Тиволи, другое — в базилике Пренесты; отверстия отличаются в обоих случаях чрезвычайно вытянутыми пропорциями с сильно подчеркнутым сужением кверху. Они украшены наличником с кроссетами и карнизами с консолями.

В Риме для декора использовали несколько основных ордера: тосканский, коринфский, дорический и ионический. По свидетельству Витрувия, основным ордером в его время был ионийский. Но это свидетельство можно оспорить, т.к. Витрувий является последователем и сторонником греческой школы. На самом деле  римским ордером, использовавшимся в его время был преимущественно коринфский. только он один отвечал пышностью вкусу этого народа-завоевателя, и он почти всюду сопутствует великолепным архитектурным замыслам эпохи императоров.

До эпохи Августа для постройки употреблялись исключительно травертин и пеперин. Первый из них принадлежит к грубым вулканическим туфам, второй представляет собой пористый камень, более мягкий, чем мрамор, и хуже поддающийся скульптурной обработке. В начале императорской эры появляется мрамор; его плотное строение способствует умножению мелких деталей, которые постепенно затушевывают впечатление ясности и вносят запутанность в построение масс, бывшее таким свободным в старых ордерах из травертина. Введение мрамора позволило римлянам хотя частично вернуться к орнаменту и карнизу греческих мраморов

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3.2.Декоративная скульптура, облицовка, полихромия в архитектуре Древнего Рима

 

Отделка и орнамент. Изображения антаблемента, приведенные нами для главнейших эпох зодчества, позволяют проследить характер и развитие архитектурного орнамента. Профилям последних времен республики свойственны или изящество, или пышность, неведомые искусству эллинов; но мало-помалу утонченность греческого искусства исчезает, и ко времени последних Антонинов появляются перегруженные комбинации с полным отсутствием покоя, где чрезмерная роскошь деталей скрадывает общий эффект масс. Тем не менее здесь следует установить различие между западной и восточной школами.

На Западе, по мере приближения эпохи упадка, орнамент все более и более отличается торжественной громоздкостью и округлыми массивными формами. На Востоке же формы приобретают, напротив, характер угловатости, а скульптурный орнамент стремится обратиться в плоскую резьбу, исполненную при помощи бурава (Спалато и др.)

В IV в. эта скульптура, обработанная буравом, воспринимается также и другой школой и дает западным художникам возможность оживить их вялые формы. Почти все декоративные детали римского искусства последних времен пройдены таким пунктиром черных отверстий, которые придают, в силу контраста, некоторую прозрачность теням и возвращают контурам известную долю выразительности.

Но не будем отклоняться от лучших эпох; их отличительной чертой является не только индивидуальное достоинство орнамента, но и разумное распределение последнего. Памятники эпохи упадка иногда сплошь покрыты беспорядочной скульптурой.

Превосходство же великих эпох заключается в сохранении чувства меры в применении украшений. В то время умели сделать выбор и понимали, что нельзя рассеивать внимание равномерным распределением орнамента по всем членам архитектурного целого, что между орнаментированными частями необходимы промежутки или поля. Если отделывается скульптурой фриз, то обрамляющие его архитрав и карниз оставляются совершенно гладкими; и наоборот, фриз делается гладким, если архитрав и карниз покрыты скульптурой.

Изображения на рисунке 333 ясно показывают эту разницу: фриз с орнаментом принадлежит садам Колонны, а гладкий фриз между скульптурными архитравом и карнизом взят из храма Юпитера Статора.

Римская декоративная облицовка и полихромия. Римляне до эпохи империи возводили свои колоннады из крупнозернистого камня и покрывали их, по примеру греков, облицовкой из штукатурки. В храмах Тиволи, Ассизи и Фортуны Вирилис штукатуркой покрыты колонны, антаблементы и даже капители.

По мере распространения кладки на растворе в эпоху империи облицовка начинает играть все более и более значительную роль. Так как стены из кладки на растворе мало пригодны для орнамента, то их облицовывали не только штукатуркой, но и мраморными плитами, прикреплявшимися скобами. Наружные стены Пантеона и храма Антонина и Фаустаны были выстланы таким образом белым мрамором с подражанием рустам и пилястрам.

Облицовка стен с внутренней стороны обычно состояла из сочетаний разноцветных мраморов. Здесь появляется система полихромии, почти неизвестная грекам. Мы находим у последних едва несколько примеров расцветки при помощи черного мрамора. У римлян же эффект полихромии достигается, главным образом, посредством естественной окраски пестрых мраморов.

Облицовка больших пространств римских зданий (Пантеон, термы Каракаллы, Диоклетиана) представляет собой маркетри из мраморных плит различных оттенков. Общие тона становятся таким образом, более глубокими, а гармония — более тусклой. Эта несколько мрачная пышность производит в целом впечатление спокойного величия, вполне свойственного Риму.

Римлянам была известна мозаика, и Плиний указывает на нее как на одну из принадлежностей римского орнамента. Однако мозаики, найденные при раскопках, представляют собой почти исключительно настилы.

Они образовывали большие шероховатые поверхности, одновременно дававшие мощный эффект. Декоративные возможности распределялись по большей части следующим образом: для полов — мозаика, для вертикальной поверхности стен — облицовка из мрамора; штукатурка же оставлялась для сводов, на которых мрамор не мог бы удержаться.

Взамен инкрустации из мрамора прибегали к фресковой живописи. Витрувий указывает нам два способа этой живописи: фреску, или живопись по сырой штукатурке, и живопись горячим способом восковыми красками (энкаустика). Поскольку можно судить по раскопкам, последний способ был наиболее распространенным.

Живописный орнамент, взятый, несомненно, с греческих образцов, отличается легкостью рисунка, выделяющегося на гладком черном или белом, а иногда желтом или красновато-коричневом фоне. Лучшими примерами такой отделки являются погребальная камера в пирамиде Цестия, термы Тита, Палатим и помпейские дома. Орнамент выступает в них легкими завитками над фигурами, изолированными в пространстве.

Если сюжетом росписи является архитектура, то художник дает полную волю своему воображению. Совершенно нереальную легкость приобретают при этом в особенности колоннады. Гитторф сравнивал этот фантастический архитектурный стиль со стилем усыпальниц Петры. Влияние азиатской Греции здесь, конечно, вполне возможно.

Эпоха появления этого орнаментального стиля в Риме относится приблизительно ко времени Витрувия, который говорит о нем, как о новшестве, и порицает его. Несмотря на весь авторитет, какой имеют для нас его суждения, нельзя не признать за этими легкими, четко слепленными формами и смелыми и чистыми силуэтами глубокого декоративного чувства наряду с самым изысканным изяществом. 

stud24.ru

Гражданская архитектура в Древнем Риме

Римский бетон. Сведения о римском бетоне наиболее достоверны, так как множество бетонных сооружений дошло до нашего времени. Римляне не являются изобретателями бетона. Пески вулканического происхождения, обладающие цементирующими свойствами, широко распространены по всему Средиземноморью. И до римлян их смешивали с известью и получали вяжущее, похожее на современное цементное. Даже в наше время на древнегреческом острове Фера, который после четвертого крестового похода получил название Санторин, в качестве основного строительного материала используют вулканический грунт. Скорее всего, технологию изготовления бетона на извести римляне заимствовали у этрусков. Известно, что бетон стали использовать в Риме после 2-й Пунической войны во II в. до н. э. Бетонное строительство описывается  Витрувием. Однако в эпоху Августа (27-14 гг. до н. э.) бетон еще не рекомендуется в качестве материала, которому можно всецело доверять.

С I по IV в., в эпоху императорского Рима, строительство из бетона выходит на невероятный технический уровень, который позже не удастся достичь вплоть до XIX века. Это объяснялось несколькими обстоятельствами. Во-первых, получил самое широкое распространение раствор с заполнителем из дробленой керамики или бута от разрушенных строений или из кусков естественного камня. Этот раствор славился своей долговечностью. Из него строились огромные сооружения. Во-вторых, поблизости от Рима находились карьеры с вулканическим песком, обладающим цементирующими свойствами. В-третьих, римляне хорошо владели строительным мастерством. Для особенно ответственных объектов они привозили пуццолану из порта Путеоли близ Неаполя, что в окрестностях Везувия. Витрувий писал, что «в соединении с известкой и бутом она (пуццолана) не только сообщает крепость зданиям вообще, но даже когда при помощи ее выкладываются дамбы в море, то и они приобретают прочность под водою».[3] Бетон, изготовленный на основе пуццоланы, по своим качествам был близок к современному бетону на основе портландцемента.

Однако на многие века после падения Римской империи этот замечательный материал будет забыт, и на протяжении всего Средневековья, эпохи Возрождения, вплоть до начала XIX века в строительстве будет применяться только известковый раствор.

При отсутствии пуццоланы вместе с обычным речным песком применяли гидравлическую известь и добавляли треть керамического щебня. Однако прочность римского бетона достигалась прежде всего его низким водоцементным соотношением. Для приобретения и сохранения прочности бетона большое значение имеет температурный режим. Римляне хорошо знали влияние температуры на качество бетона. При сильной жаре свойства материала могут утратиться. Если современный бетон включает в себя в качестве основного заполнителя щебень, то римляне использовали заполнитель из самых разных по составу и размерам фракций. Так, заполнители более тяжелые и крупные применялись в бетоне при закладке фундаментов, более легкие, такие как пемза, использовались для строительства надземных частей здания. Заполнитель из более крупных, чем применяют сегодня, кусков укладывался правильными рядами и затем заливался раствором.

В Пантеоне, длина пролета которого - 43 м - не была превзойдена до XIX века, в нижнем поясе стен в качестве заполнителя был применен кирпичный щебень, выше шли слои с кирпичным ломом и туфом, а для верхней части купола заполнителем служили слои туфа и пемзы.

Для облегчения конструкции римляне применяли также кессонирование. Так, в покрытии Пантеона и базилики Максенция  были сделаны кессоны, что существенно уменьшало массу бетона. В теле бетона Золотого дворца Нерона были обнаружены пустые кувшины, а позднее и пустотелые керамические трубы, что свидетельствует о специальном применении этих элементов в целях облегчения конструкции.

После отвердевания бетонной массы прочность сооружений не вызывала сомнений. Однако как победить возникающий от давления жидкой бетонной смеси распор, особенно в нижних частях конструкций?  Стены Пантеона, например, достигают в толщину 7 м. Для погашения распора, который в римской конструкции был существенно меньше в связи с укладкой заполнителя правильными рядами и заливкой его раствором, чем при применении современного бетона на мелкозернистом заполнителе, римляне применяли опалубку из кирпича или камня, которая оставалась после завершения строительства. Одновременно с этим в кладке устраивались арки, что повышало ее прочность, особенно в тех местах, где изменялось поперечное сечение стены. Кирпичные ряды, уложенные внутри бетонных слоев, служили связями жесткости в еще не отвердевшем бетоне. Так римляне усовершенствовали принцип применения вяжущего в строительстве и в итоге создали материал, позволявший возводить сооружения с огромными по тем временам высотами и пролетами.

Таким образом можно сделать вывод, что строительное искусство Древних Римлян постепенно эволюционировало: от природных  материалов (глина, камень, песок, естественная  древесина) к более сложным, произведенным человеком (кирпич, бетон, бронза, железо).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 2. Функциональное назначение и архитектурные особенности сооружений в Древнем Риме.

 

2.1. Оборонительные сооружения.

 

В древнейшую пору (VIII – VII вв. до н.э.) Рим был небольшим поселением, возникшем на Палатинском холме и окруженным валом и рвом (так называемый Квадратный Рим). К концу VII в. до н.э. разросшееся поселение обратилось в город площадью около 285 га, разделенный на четыре района. Крепость была перенесена с Палатина на крутой скалистый Капитолий, ставший акрополем города. К VI в. до н.э. восходит древнейшая каменная стена Рима, сложенная из туфа и имеющая в периметре около 7 км. Она частично сохранилась на Палатине, Капитолии, Квиринале и Эсквилиие.

Взятие и разорение галлами Рима в начале IV  в. до н.э. со всей остротой показало необходимость постройки мощных оборонительных укреплений. В 378 -352 гг. была возведена так называемая Сервиева стена, долго ошибочно относимая к эпохе царя Сервия Туллия. Стена периметром в 11 км охватывала территорию в 126 га. Уцелели ее остатки на Капитолии, Квиринале, Виминале, Эсквилине и Авентине. Строители Сервиевой стены сочетали италийские и греческие приёмы фортификации: италийский земляной вал и каменный пояс стен греческих полисов. Вал, доведенный здесь до 30-40 м толщины был расположен между высокой передней и более низкой задней стенами. Высота и объем вала уменьшалась на некоторых участках, соответствуя повышению рельефа местности, и сходили на нет в самых крутых точках. Так, у Капитолия стена прерывалась, поскольку могучие субструкции площадки храма Юпитера вместе с его подием над ними завершали крутой скалистый склон, делая его недоступным. Глубокий ров пред стеной увеличивал ее неприступность. Стена была выполнена в «нормальной» кладке насухо на чередующихся  ложковых и тычковых рядов туфовых блоков. Величина блоков, различная в разных местах, в среднем колеблется от 30х30х60 до 60х 60х120 см.

Имеющиеся клинчатые арки над площадкой для установки катапульт (на Авентине и Квиринале) устроены значительно позже (II – I вв. до н.э.) .

Участок стены на Авентине, построенный в последнюю очередь ( в 217-87 гг. до н.э.) инаиболее тщательно, дает представление о былой грандиозности целого. Монументальная Сервиева стена явилась одним из крупнейших достижений фортификации античного мира.

До начала империи римляне не имели сколько-нибудь развитой системы пограничных укреплений. В конце республики собственно римские территории были окружены вассальными и полувассальными государствами, обеспечивавшими своими вооруженными  силами охрану римских рубежей. Развитие  системы пограничных укреплений, начавшееся еще при Августе, особенно интенсивно идет в III в. н.э., когда все сильнее дает о себе знать возросшая мощь окружающих империю «варварских» народов.

Можно выделить две системы укреплении границ: европейскую и африкано-азиатскую. Первая  характеризуется сравнительно небольшой глубиной обороны, вторая – более глубоко эшелонирована. На европейских границах империи (в Британии, Германии и дунайских провинциях) основу обороны обычно представлял вал или стена, шедшая на десятки или даже сотни километров. Пример укреплений первого рода представляет германская граница, где систему обороны составляли частокол, за ним ров и затем вал. В пределах видимости  вдоль вала располагались башни, занятые небольшими подразделениями вспомогательных римских войск. Через каждые несколько башен располагался лагерь – кастеллум. Чаще всего его укрепления прямо смыкались с линией вала. Строился он позади вала  и окружался одним, а то и несколькими (до пяти) рвами. Иногда эти укрепления были несколько сдвинуты назад от передовой линии обороны. Наконец, в глубине находился большой постоянный лагерь, где квартировались основные силы охраны границы. Чаще всего там располагался один легион с приданными ему вспомогательными частями. Вся система укреплений связывалась дорогами, позволявшими легко перебрасывать к угрожаемому месту необходимые подкрепления.

По-новому строилась система обороны границ в Сирии и Северной Африке, где она проходила по пустыне. Там обычно отсутствуют рвы и стены. Первая линия укреплений – кастелумов – проходит по границе пустыни, которая выдвинута далеко вперед в пески. Широкая полоса между ними занята небольшими укреплениями на перекрестках караванных дорог и редких в пустыне источников воды. Стационарные легионные лагеря располагались уже в глубине земледельческих территорий. Эта система обороны была рассчитана на борьбу с набегами кочевников и построена так, чтобы в условиях пустыни, где невозможно создание укреплений типа сплошной стены или вала, максимально затруднить действия кочевнической кавалерии.

Основным элементом обороны римских границ был кастеллум. Первоначально он представлял собой уменьшенную копию римского легионного лагеря, а к началу IV в н.э. сменился новым типом, напоминающим средневековый замок, с мощными башнями, донжоном, большим прямоугольным зданием, окружающим внутренний дворик.

Большое место занимали в системе обороны стены городов. Наиболее известны городские стены в Риме, построенные при императоре Аврелиане (270-275 гг. н.э.), когда после нескольких веков мира столица империи вновь оказалась под прямой угрозой. Бетонная стена облицована кирпичом, имеет высоту 10-15 м., внутри усилена контрфорсами, связанными арками. Квадратные в плане башни отстояли друг от друга на 30 м. Особое внимание уделялось укреплению ворот, которые ланкировались двумя башнями (квадратными или овальными в плане). Городские ворота в позднюю эпоху утрачивают свой нарядный облик, который они имели в начале империи (например Порта деи Борсари в Вероне, ворота в Августодуне, совр. Отэне – I в. н.э.), хотя и сохраняют старый принцип устройства – ордерная галерея над двумя проездами. Одним из ярких образцов поздних городских ворот (конец III в. н.э.) являются так называемые Порта Нигра  в Августе Теверов (Трире). Они замкнуты между двумя четырехэтажными башнями, в отличие от городских ворот Рима не выступающими за гладь стены. Над двумя проездами проходила двухэтажная галерея.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.2. Религиозные сооружения.

Храмы

Первоначально религия италиков, поклонявшихся безликим божествам природы, не требовала изображения божеств и храмов. Богам посвящались алтари в лесу, у источников и т. п. Место культа Весты, одной из главных богинь, хранительницы домашнего очага, было простым круглым навесом над неугасимым огнём.

Постепенно под влиянием этрусков и греков религиозные представления римлян изменились. Появились статуарные изображения богов; для их сохранения понадобились храмы. Из плеяды многочисленных духов и божеств, олицетворявших различные проявления сил природы и моральные понятия (согласие, мир, добродетель и т. п.), выделилась группа верховных богов: Юпитер, Юнона, Минерва, Марс, Венера и Вета, близких по своим функциям к основным богам греческого пантеона. Но в отличие от греческой, римская религия была холодно формальной, отражающей дух трезвого практицизма латинян. Вследствие тесной связи религии с государственной властью культовым церемониям, гаданиям и обрядам придавалось большое значение в жизни государства.

Храмы были основным типом общественных сооружений в эпоху республики, особенно в V - II вв. до н.э.

В V - II вв. до н.э. в Риме и других городах Лация было выстроено множество этрусско-италийских простилей: храмов на высоком подии (до 5 м. высотой) с глубоким передним портиком, примерно равным по размерам целле, с широко расставленными деревянными колоннами и обильным терракотовым  рельефным декором фронтонов. Другой разновидностью был храм италийского типа, имевший боковые портики, замкнутые продолженной задней стеной целлы.

Самым значительным из них был храм Юпитера Капитолийского в Риме, известный по остаткам его оснований и по описаниям историка эпохи Августа Дионисия Галикарнасского. Этот храм италийского типа имел три целлы (средняя больших размеров) и был посвящён триаде богов: Юпитеру, Юноне и Минерве.

Его осевая композиция подчёркивалась наличием лестницы только со стороны главного фасада, глубиной переднего портика (три ряда по шесть колонн) и вытянутостью в плане пропорций целл. Этот приземистый храм, по видимому, с деревянными антаблементами и широко расставленными коринфскими колоннами на массивном подии (размером 56,85 х 61,6 м.) возвышался на Капитолийском холме и господствовал над городом. Как показывают сохранившиеся части подия, он был сложен из квадратов туфа без применения раствора. Храм украшали полихромные терракотовые детали и квадрига на фронтоне работы знаменитого этрусского мастера Вулки из Вей. В 296 г. до н.э.  Терракотовая квадрига была заменена бронзовой копией. Храм неоднократно перестраивался с сохранением первоначального плана. Последняя его реконструкция относится к 80-м гг. до н. э.

К концу VI в. до н. э. В Риме появились трёхцелловый храм Дианы на Авентине и храмы Фортуны и Матер Матуты на Бычьем рынке. Наряду с преобладающим этрусским воздействием на начавшую складываться римскую архитектуру имело место и некоторое греческое влияние. Известно, что храм Дианы на Авентине украшали греческие мастера.

На протяжении последующих столетий воздействие архитектуры эллинизма на римское культовое зодчество всё более усиливалось. Шёл процесс постепенного усвоения приёмов и форм греческого зодчества и преобразования и преобразования их в соответствии с местными италийскими традициями и потребностями римского общественного уклада. Сначала этот процесс носил характер механического сочетания разнородных элементов. Выработанные греческой архитектурой формы сопоставлялись без понимания логики их взаимосвязи и накладывались на италийскую основу здания. Своеобразными иллюстрациями этого являются храмы Южной Италии (от многочисленных храмов Рима этого периода сохранилось очень немногое). Так называемый храм Мира в Пестуме (III - II вв. до н. э.) представлял собой четырёхколонный простиль, своеобразно трактованные коринфские колонны которого несли антаблемент с дорическим фризом. Такое же смешение частей различных ордеров было и в храме Аполлона в Помпеях, где дорический фриз сопоставляли с ионическими колоннами.

stud24.ru

Гражданская архитектура в Древнем Риме

Обогащённый новыми архитектурными формами и строительными приёмами, ансамбль святилища Геркулеса в Тибуре усовершенствовал традиционную италийскую осевую композицию строящегося террасами святилища.

Базилики

Одним из необходимых сооружений италийского форума, особенно в небольших городах с одним общественным центром была базилика. В ней происходило и оглашение постановлений городских властей, и судопроизводство, она была биржей, местом деловых и приятельских встреч, торговли и праздного времяпрепровождения. Ранние базилики не дошли до нас, поэтому трудно судить о генезисе этого сугубо римского типа здания и о том, в какой мере на его сложение воздействовала эллинистическая стоя.

Древнейшая из сохранившихся базилик - базилика в Помпеях (II в. до н.э.) - большое прямоугольное здание рядом с храмом Аполлона, узким главным фасадом обращённое на форум. Она имела пятипролётный входной портал, приводивший в вестибюль. Из вестибюля открывалось обширное внутреннее пространство базилики (59,85х24 м.), приподнятое на несколько ступеней и отделённое от вестибюля рядом колонн. Бетонные стены огромного зала, наверху прорезанные окнами, поверх облицовки инцертом были покрыты стуком и росписями, которые имитировали мраморные квадры. Интерьер обходила двухъярусная колоннада (нижний ярус - ионический, верхний - коринфский). Колонны, которым у боковых стен отвечали полуколонны, имели базы и капители из туфа и выложенный из фасонного кирпича стержень, покрытый стуком. Перспективу колоннады в глубине базилики замыкал трибунал ? двухъярусное, оформленное коринфскими колоннами возвышение на подии, предназначенное для выступлений судей и других должностных лиц. Среднее пространство базилики было перекрыто.

Известно о постройке в Риме ряда базилик: Порция (184 г. до н.э.), Фульвия Эмилия (179 г. до н.э.), Семпрония (170 г. до н.э.) и Опримия (121 г. до н.э.), не оставивших следа. Только остатки перестроенной в конце I в. до н.э. Базилики Эмилия на Римском форуме позволяет составить представление о базиликах Рима. Похожая в общих чертах на помпейскую она была ориентирована на Табуларий и со стороны форума имела ряд таберн. При реконструкции форума Цезаря она была заслонена возведённым перед нею портиком, мраморный фасад которого украшали позолоченные детали. Внутреннее пространство базилики с полом из цветных мраморных квадратов делилось тремя продольными рядами мраморных колонн, над которыми проходил рельефный фриз, изображающий сцены из истории основания Рима. Напротив находилась построенная затем в 54-56 гг. до н.э базилика Юлия, аналогичная Эмилевой, но имевшая первоначально двойной ряд столбов, обходивших интерьер, и открытая со всех сторон.

Наряду с базиликами, имевшими продольную ориентацию существовал и другой род базиликальных зданий, который отличался поперечной ориентацией. Такова базилика  в италийском городе Коза, обращённая к форуму открытой длинной стороной и апсидой напротив входа. Оба этих типа, определившиеся к концу республики, послужили основой последующего развития базиликальных зданий.

Нимфеи

Эти полукруглые, овальные или прямоугольные сооружения с источником или фонтаном архитектурно сложились к концу республики и использовались как места отдыха в виллах и в термах. Первоначально нимфей был гротом с источником, где поклонялись нимфам ? божествам, связанным с водой.

Ранние нимфеи являются приспособлением или имиитацией естественных гротов. Таков нимфей святилища Фортуны в Пренесте (так называемый Антро делле Сорти), который являлся естественным гротом, увеличенным и архитектурно обработанным. Полукруглый в плане нимфей над источником близ городской стены в Бовиллах (150-120 гг. до н.э.) перекрыт сводом, поверхность которого украшена резьбой в виде водорослей. Подражающий естественному гроту, этот нимфей был целиком искусственной постройкой.

К началу I в. до н.э. Выработалась базиликальная форма нимфеев, ставшая весьма распространённой: прямоугольное в плане здание с апсидой в глубине, разделённое колоннами на три нефа и перекрытое цилиндрическими сводами. Таковы нимфей виллы Горация близ Тибура и находящийся на обращённой к морю террасе большой нимфе виллы Цицерона в Формии. Эти нимфеи являлись уже чисто архитектурными произведениями, не связанными ни с гротом, ни с источником. Последний заменён небольшим фонтаном в прямоугольной апсиде.

Наиболее широкое распространение маленькие нимфеи, служившие украшением гоордских домов. Очень характерен нимфей дома Нептуна и Амфитриды в Геркулануме  с фасадом, красочно декорированным скульптурными масками,  растительными и геометрическим орнаментом, гирляндами и сценами охоты, изображёнными посредством мозаики.

.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.3. Сооружения для благоустройства.

Форумы

В республиканский период все многообразные стороны общественной жизни города сосредотачивались на форуме. Здесь находились храмы главных богов - покровителей города, перед которыми совершались религиозные церемонии. Форум был центром политической жизни горожан, местом народных собраний и выступлений государственных деятелей. Тут же хранилась казна, велась оживленная торговля, заключались сделки. В праздничные дни форум превращался в зрительный зал: в центре площади происходили гладиаторские игры. Такое многообразие функций форума определило состав окружающих его зданий. На многих форумах этого времени наряду с храмами возводились базилики (для суда, биржи и других целей), курии для заседаний сената или городского управления и лавки торговцев, таберны. Площадь, украшенную статуями знаменитых граждан, стали окаймлять воспринятые от эллинистической архитектуры колоннады портиков, второй ярус которых вмещал дополнительное количество зрителей.

Торговые сооружения

От эпохи республики дошло немного разновидностей торговых зданий. Кроме небольших лавок ? таберн, помещавшихся в нижних этажах городских домов и вдоль стен форумов, существовали более обширные тороговые сооружения. Сохранившиеся рынки в Тибуре и Ферентине (первой половины I в. до н.э.) представляют собой удлинённые здания (рынок в Тибуре 34х5,3 м., а в Ферентине 24х4,4 м.), перпендикулярные улице, с арочным входом. Полукруглые или квадратные в плане сводчатые магазины с входом внутрь рынка примыкали к одной из его сторон. Рынок в Тибуре, выстроенный подобно римскому портику Эмилев на участке с уклоном, имел пол разных уровней и ступенчатое расположение помещений.

Более монументальным сооружениями являлись мацеллумы - продовольственные рынки. «Название mocellum (мясной рынок) произошло от имени некоего Мацелло, который в Риме занимался грабежом; после того, как он был осужден, цензоры [Марк] Эмилий [Лепид] и [Марк] Фульвий [Нобилиор] постановили, чтобы в его доме продавали съестные припасы ».[4]  Это были прямоугольные в плане перистильные дворы, окружённые табернами, одни из которых открывались внутрь рынка, а другие - наружу. Нередко они содержали храмик или эдикулу со статуей божества. Середину двора обычно занимал круглый или восьмигранный бассейн, служивший рыбным садком и окружённый колоннадой. Подобный мацеллум существовал до начала империи в Риме, близ Римского Форума.

Термы

Долгое время общественные бани римлян были небольшими, недостаточно освещёнными и скромно отделанными сводчатыми помещениями. Вплоть до I в. до н.э. В нагреваемых жаровнями термах использовалась колодезная вода, накапливаемая в резервуарах. К середине II в. до н.э. Изменение уклада жизни римлян и повышение степени комфорта привели к усложнению планировки и архитектурного оформления бань. К этому времени установился состав их помещений, последовательно отражавший различные стадии процесса омовения.

Термы начинались с раздевальни - аподитерия. Далее располагались фригидарий, тенидарий и кальдарий - холодная, тёплая и горячая бани, а несколько позже появляется лаконик - парильня. Для воздушных и солнечных ванн, массажа, гимнастики, игр и плавания постепенно потребовались открытые дворы, портики, экседры и бассейны. В основных чертах этот тип сооружений сложился в эпоху республики. Процесс его формирования виден на самых ранних из сохранившихся - Стабианских термах Помпей (II в. до н.э.), реконструированных в I в. до н.э.

Неправильные очертания плана определены здесь формой углового участка и необходимостью использовать старые бани - четыре тесных тёмных помещения на северо-западное его стороне, приспособленные в качестве отдельных кабин. Главным был вход с улицы Изобилия, находившийся между табернами, которые примыкали к обоим обращённым в сторону улиц фасадам терм. Основные помещения  бань располагались справа от входа. Термы начинались с просторного аподитория мужских бань, свод которого украшала стуковая лепнина. За ним следовали круглый фригидарий с четырьмя нишами, тенидарий и кальдарий с прямоугольным бассейном, наполненном горячей водой, и арсидой, заключавшей круглую каменную чашу с холодной водой. За котельной следовала аналогичная группа помещений женских бань, но без фригидария. В начале I в. до н.э. к Стабианским термам подвели водопровод и было устроено изобретённое Сергием Оратой отопление горячим воздухом, циркулирующим в каналах, скрытых под полом и в стенах. Портики из дорических колонн огибали три стороны трапецевидного двора палестры.

На открытую  его сторону выходили плавательный бассейн и залы для гимнастических упражнений.

В последнее десятилетие жизни Помпей термы заново отделаны. Вследствие низкого вкуса того времени и грубой работы строгий, изысканный облик терм сильно пострадал. Туфовые колонны прекрасных пропорций, одетые в толстую оболочку из штукатурки, приобрели тяжеловесность, ещё усугублённую введением широкого орнамента над капителью. Подобные искажения коснулись и многих деталей.

Построенные позже так называемые термы форума Помпей (80 г. до н.э.) аналогичны Стабианским, но меньше их и без палестры; тенидарий и кальдарий освещались довольно большими остеклёнными окнами. Термы Геркуланума принадлежат к тому же типу.

При несомненной типологической близости Стабианских и построенных позже Центроальных терм к греческому гимнасию в них уже наметилось характерное для римских терм преобладание банных помещений над гимнастическими. Эта тенденция впоследствии получит дальнейшее развитие.

Зрелищные сооружения

Большое место в жизни римлян занимали разного рода зрелища: драматические и мимические представления, гладиаторские игры и борьба с животными, состязания колесниц и т.п. Эти зрелища отразили отличие римской культуры от высокой духовной и физической культуры греков с их идеалом гармонического развития личности человека. Среди греческих зрелищ важное место отводилось традиционным состязаниям самих граждан, причём не только в силе и ловкости, но и в искусстве поэзии, музыки и пения. В противоположность этому главными участниками римских зрелищ были рабы, нередко погибавшие на потеху зрителей ? римлян. Римские зрелища в большинстве своём были рассчитаны на примитивные запросы толпы, часто отвечали самым низменным вкусам и носили пассивный потребительский характер.

Театры.

В эпоху ранней республики для театральных представлений сооружались временные деревянные театры. Самым ранним сохранившимся каменным театром был Большой театр в Помпеях, примыкавший к треугольному форуму. Построенный в III ? II в. до н.э., он был расширен и реконструирован в 75 г. до н.э. Эти две стадии строительства показывают процесс формирования театра римского типа.

Первоначально Большой театр был ещё близок к греческому типу, сохранившему связь с природой и изолированность отдельных элементов. Расположенные полукругом места для зрителей - театрон - были устроены на ступенях, врезанных в холм. Орхестра, в которую можно вписать круг, ещё греческого типа, а сцена представляла собой отдельное здание. За сценой находился обширный четырёхсторонний портик, служивший фойе (впоследствии преобразовнный в престиль казармы гладиаторов).

При реконструкции театра по его краям соорудили сводчатый коридор (крипту), ставший опорой для пяти дополнительных рядов мест. Концы полукружия облицованных камнем зрительских мест и сцена соединялись сводами, над которыми возникли места для почётних зрителей - трибуналия. Тем самым разрозненные прежде части театра слились в единое целое - характернейшая черта римского театра. Здесь же наметилась и другая его особенность -заполнение театра и освобождение его от зрителей через субструкции. Пять тысяч человек, заполнявшие Большой театр, могли проходить не только через главные входы у сцены, но и через крипту с её тремя выходами.

Малый театр в Помпеях (Одеон), не связанный с холмом, построен в 80-75 гг. до н.э., сразу как единое здание. Прямоугольный в плане театр (27х27 м.) был перекрыт крышей и украшен внутри настенными росписями второго стиля. В углах за полукружием мест помещались лестницы и над ними ещё несколько рядов. Изменилась и форма орхестры - она стала полукруглой и вместила кресла почётных граждан. Театр был рассчитан на 1200 зрителей  и предназначался для музыкальных и поэтических представлений перед избранной публикой.

Самым значительным в республиканский период был театр Помпея на Марсовом поле в Риме 55-42 гг. до н.э. По размерам и совершенству конструкции он означал новый этап в развитии римского театра. Театр Помпея был центром ансамбля, в который кроме него входил огромный сад позади сцены и храм Венеры Победительницы, расположенный над театром на высоких субструкциях и подчеркивавший ось композиции.

Сад окружали портики из колоннад и прямоугольных и полукруглых экседр, украшенных статуями и росписями. Они доходили до древних храмов Ларго Арджентина, включив в их ансамбль. Великолепные портики Помпея стали центром общественной жизни Рима; туда были перенесены заседания Сената (на одном из них был убит Цезарь). Театр Помпея уже целиком надземный. Места для 17 тыс. зрителей опирались на бетонные, облицованные ретикулатом субструкции и размещались четырьмя ярусами. Театр имел два обхода: внутренний, прорезанный в радиальных субструкциях, и наружный, проходивший вдоль полукруглого фасада (диаметром около 150 м). Середину фасада из ордерных аркад, сложенных из туфа и травертина, занимали высокие субструкции храма Венеры.

Театр Помпея - заключительное звено в формировании театра римского типа: надземного сооружения на субструкциях с системой кулуаров и выходов под местами для строительства.

Амфитеатры. Гладиаторские игры и битвы с дикими животными происходили в амфитеатрах — сооружениях с эллиптической в плане ареной и повторявшим ее форму театроном (зрительскими местами). Это был чисто римский тип зрелищных сооруженй, возникший вокруг удлиненной арены, форма которой определялась специфическим характером представлений — борьбой между двумя группами гладиаторов, наступавших друг на друга с противоположных концов площадки. Тип амфитеатра выработался в несохранившихся деревянных постройках раннего времени (об их существовании известно уже в III в. до н.э.).

От конца республики дошли только остатки амфитеатров в Сутрии и Помпея.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 3. Особенности декора сооружений.

 

3.1.            Римские ордера: Дорический, тосканский, ионический ордера

 

stud24.ru

Гражданская архитектура в Древнем Риме

О типах некоторых храмов Рима, об освоении римскими мастерами периптера как в его прямоугольном, так и в круглом виде и особенно о принципах композиции храмовых ансамблей республиканского периода дают представление немногие сохранившиеся остатки на Бычьем и Овощном рынках и на Ларго Арджентина. Все эти храмы различных форм, размеров и высоты обычно располагались параллельно и очень близко друг от друга в виде компактной группы.

На Бычьем рынке два ориентированных на юг храма располагались на подии и имели, видимо, одну заднюю стену. Они восходили  к IV - III вв. до н.э., но были перестроены позже. Остатки трёх храмов на Овощном рынке также дошли в поздней перестройке, возможно, сохраняющей архаические формы первоначальных сооружений. Храмы стоят на подиях и обращены главными фасадами на восток. Один из них, северный, италийского типа с ионическими колоннами. Два других представляют собой пример приспособления периптера к этрусско- италийской схеме простиля с глубоким передним портиком. Сравнительно небольшой (20 х 11 м. по стилобату) южный храм был дорического ордера с колоннами из травертина и невысоким подием, украшенным строгими профилями архаического типа. Средний - ионический храм на подии (24 х 15 м. По стилобату и 15 х 6,5 м. Внутри целлы) имел стены из туфа, мраморные каппелированные колонны и мраморный фрриз. Карнизы на главном фасаде травертиновые. На менее доступных обозрению боковых фасадах они выполнены из пеперина.

Комплекс на Ларго Арджентина состоит из четырёх храмов, расставленных несколько свободнее и также ориентированных на восток. Названия их неизвестны, поэтому они обозначаются буквами. Самый древний из них храм C (IV в. ддо н. э. Был, видимо, достилем в антах, в III в. он был преобразован в простиль с четырёхколонным портиком, а в 80-х годах I в. до н. э. Получил форму периптера с шестью колоннами на фасаде. Самый интересный - храм B (II в. до н. э.) - круглый периптер на подии с лестницей только перед входом. Он является одним из существенных звеньев в формировании круглого италийского храма, постепенно развившегося сначала из деревянного, а затем каменного ограждения вокруг очага со священным огнём Весты. На сложение архитектурного образ храма несомненно повлияли такие формы греческого голоса. Но постановка здания а подий, имеющий доступ только со стороны входа, свидетельствует только об италийской основе храма с его сторго осевой ориентацией. В I в. до н. э. Храмы Ларго Арджентина были  включены в ансамбль театра Помпея, а позже закрыты общим портиком и бережно охранялись как реликвия прошлого. Поиски и разработка типов римского культового здания продолжались и во II в. до н. э. В 196-192 гг. ддо н. э. Был построен необычный в композиции храм Вейова на Капитолии, реставрированный в I в. до н. э.  Его оригинальность заключалась в поперечной по отношению к портику входа постановке целлы (её размер 14 х 18 м.) Храм был обращён главным фасадом к Капитолийскому подъёму. От эпохи  республики дошёл до нас только один храм этого типа.

Наряду с новыми архитектурными решениями продолжали существовать традиционные типы храмов. Таков построенный около 100 г. до н. э.  дорический храм Геркулеса в Коре, стоящий на субструкциях на крутой горе и представляющий собой простиль с равными по объёму портиками и целлой. Ордер и здесь употреблён без ясного понимания его конструктивной сущности, а детали выполнены без необходимого мастерства.

Происходивший на протяжении IV - II вв. процесс приспособления периптера к местным композиционным схемам - этрусскому простилю и храма италийского типа - в основном закончился лишь к концу II - началу I в. до н.э., когда римские зодчие сумели найти органическое сочетание этих форм. В результате возник новый тип храма - псевдопериптер, наиболее полно отвечавший италийскому вкусу к фронтальным осевым композициям. Являясь синтезом форм, псевдопериптер может быть определён и как простиль с полуколоннами вокруг целы и как италийский храм, интерколумнии боковых портиков которого заполнены раздвинутыми стенами целлы. В псевдопериптере с его единственным глубоким портиком достигнуто максимальное выделение  главного фасада храма, поднятого на высокий подий и доступного только с одной стороны. Полуколонны и свободно стоящие колонны единым мотивом ордера объединяют и уравновешивают две разнородные части храма -  замкнутую целлу и сквозной портик, придавая зданию необходимую целостность.

Наиболее ранним считается псевдопериптер в Тибуре, поставленный на субструкции у обрыва высокой скалы. Боковые части его портика с заполненными кладкой интерколумниями и слегка выступающими из них плоскости колоннами придают храму особое своеобразие.

Ему аналогичен более зрелый по композиции храм на Лагро Арджентина, выстроенный около 100 г. до н.э.  На фундаментах более древнего здания. Оба храма сравнительно невелики.

Псевдопериптер больших размеров появился в первой половине I в. до н.э. в Таррацине (совр. Террачине). Опираясь на отчасти вырубленную в скале, отчасти на искусственную террасу, храм Юпитера (34 х 20м.) был вознесён над морем на 200 м. Ориентированный строго по странам света , он стоял под углом 45о к сторонам занимаемой им площадки - необычное явление в римском зодчестве. От ансамбля сохранились великолепные сводчатые субструкции, облицованные инцертом.

К середине I в. до н.э. псевдопериптер стал ведущим типом культового здания по образцу, которого не только строились новые, но и переделывались старые храмы. Так даже круглый храм B на Лагро Арджентина был преобразован в псевдопериптер с четырёхколонным портиком, вследствие чего его осевая направленность выявилась гораздо острее.

Вполне развитым псевдопериптером является так называемый храм Фортуны Вирилис (возможно бога Портунуса), построенный между 42 и 38 гг. до н.э. На Бычьем рынке в Риме. Это единственный храм республики, дошедший почти в полной сохранности. Он был выстроен из туфа с применением травертина (углы целлы, колонны, подий) и оштукатурен. Здание чётко разграничено на три равные части - портик и две ячейки целлы. Четырёхколонный ионический портик своими пропорциями поддобен квадрату. По сравнению с предшествующими храмами венчающие части здания утяжелены и обильно украшены декоративной резьбой. Скульптурный фриз образован гирляндами, чередующимися с канделябрами и человеческими фигурами.

Развитие круглого периптера в начале I в. до н.э.  Продолжилось в храме Сибиллы в Тибуре, стоящем рядом с псевдопериптером. Его опирающийся на субструкции небольшой объём, окружённый стройной колоннадой, завершает крутой обрыв, чётко выделяясь на фоне гористого пейзажа. Форма перекрытия храма неизвестна. Его пропорции несколько вытянуты в расчёте на восприятие храма издалека снизу в ракурсе. Характерное италийское стремление сохранить одностороннюю направленность и в круглом здании ясно здесь выразилась. Главную ось храма отмечают не только ступени перед входом и суженный кверху дверной проём, но и приближенные к нему и акцентирующие его окна тех же очертаний. Выполненный в бетоне, облицованный травертином и оштукатуренный храм с его изящными колоннами итало-коринфского ордера, лёгким фризом из гирлянд и букраниев и кассетированным перекрытием круглого портика являлся гармоничным архитектурным организмом, неотъемлемым от окружающей природной среды.

Построенный в самом конце республики круглый периптер на Бычьем рынке в Риме, известный как храм Весты, по типу довольно близко повторял храм Сибиллы в Тибуре. Однако этот в основе своей италийский храм был выполнен не в туфе и травертине, но сложен из орфостатов паросского мрамора в греческой технике кладки и имел прекрасные коринфские колонны классического типа, сложившегося под воздействием греческих образцов. Несколько позже вокруг подия появились ступени, как в греческих храмах.

И храм Весты, и храм Фортуны Вирилис, выстроенные в переходный период между двумя историческими эпохами, естественно содержат разнородные черты. Как и большинство сооружений республики они сравнительно невелики по размерам, а храм Фортуны ещё очень прост по использованным материалам. Но достигнутая в них монументальность и совершенство исполнения архитектурных форм, насыщенность декором и применение в храме Весты в качестве основного строительного материала дорогого привозного мрамора говорят уже о новых явлениях, назревающих в римском зодчестве. Архитектура храма Весты  обнаруживает также усилившееся тяготение к формам и типу центрических сооружений эллинизма.

Святилища

Значительный интерес представляет архитектура святилищ, сложные комплексы которых вырастали вокруг древних мест культа. В большинстве своём они возникали на склонах гор у священного источника или расселины скалы. Храм в них обычно сочетался с театром, располагавшемся несколько ниже, где происходили культовые представления.

Самый ранний ансамбль этого рода сооружён в Кальяри, на острове Сардинии и датируется III в. до н.э. Это стоящий на высокой площадке пунический храм простильного типа с четырёхколонным портиком. Расположение театра по оси храма, возможно, вызвано италийскими влияниями.

Наиболее древнее известное нам святилище Лация - место поклонения Юноне в Габиях, получившее архитектурное оформление около 200 г. до н.э. Священный участок находился на возвышенности, к западу от города, близ Пренестинской дороги. Умелое использование рельефа позволило наиболее выгодно расположить отдельные элементы ансамбля. Помещённый в нижней части святилища театр, ступени которого были вырублены в скалистом склоне, подчёркивал возвышенное положение храма, поставленного в центре более высокой средней зоны участка. Расположенные дальше и ещё несколько выше низкие П-образные дорические портики служили архитектурным фоном, выделявшим храм, главенствующий в ансамбле.

Храм Юноны (23,9х17,8 м.) принадлежал к италийскому типу, имел целлу, задняя часть которой была выделена решёткой, и каннелированные колонны портика(видимо коринфского или ионического ордера).перекрытие храма не сохранилось, но большие иинтерколумнии его портика заставляют предполагать деревянный орнамент. Это подтверждают найденные рядом остатки терракотовых рельефов с изображениями геометрического и растительного орнамента и мифологических сцен.

Строго осевое построение комплекса святилища в Габиях (театр - храм - портик) явилось главным отличием его от аналогичных культовых ансамблей древней Греции с их живописной планировкой. Уравновешенный и простой ансамбль в Габиях был легко обозрим и хорошо вписан в ландшафт.

Дальнейшая эволюция архитектуры святилищ относится к первое половине I в. до н.э. и связана с расширением святилища Фортуны в Пренесте. Древнейшим местом культа в Пренесте была пещера оракула богини удачи Фортуны, особенно почитаемой практичными римлянами, и маленькое святилище вблизи неё на узкой террасе. В середине II в. до н.э. Терраса была расширена субструкциями, а старое святилище заменено новым. Это было прямоугольное в плане здание (22,18х14 м.), примыкавшее к скале, естественному гроту которой придали очертания апсиды. Вдоль расчленённых ионическими полуколоннами стен зала проходил широкий подий, на который ставились приношения богине. Пол покрывала великолепная мозаика с изображением разлива Нила. Находившаяся левее пещера оракула была превращена в нимфей. Струящаяся из скалы вода падала на цветной мозаичный пол с изображением моря и рыб. Между нимфеем и залом с апсидой впоследствии появилось пятинефное базиликальное здания.

Над этой террасой в 82 - 70 гг. развернулось строительство нового грандиозного святилища Фортуны. Оно было предпринято диктатором Суллой после разгрома им своих политических врагов, укрепившихся в Пренесте, и должно было не только выразить его благосклонность Фортуне, но и увековечить его победу над мятежным городом.

Согласно новым исследованиям, верхний комплекс был выстроен по единому плану. Основанием его служили три широкие террасы. Четвёртая содержала помещения с фонтанами для омовения по краям террасы и два пологих крытых пандуса, сходящихся к центру и ведущих к ступеням лестницы. Объединявшая пандусы верхняя площадка отмечала начало главной композиционной оси, которая далее была прочерчена прямыми маршами крутых лестниц двух следующих террас. Концы пятой террасы оформлены полукруглыми в плане экседрами, перекрытыми цилиндрическими сводами, опирающимися с внешней стороны на колоннады. Так впервые в римском зодчестве появился изогнутый плацесвод. Облегчавшие бетонную массу свода углубления кессонов были отлиты одновременно с ним. Между экседрами и лестницей находились помещения, видимо, торгового назначения, выходящие на фасад дорическими портиками. Фон шестой террасы образуют аркады с коринфскими полуколоннами, которые чередовались с глухими простенками. Ордерная аркада, только что возникшая в Табуларии, была применена и здесь, но ещё очень робко: перебиваемые простенками аркады не раскрывались во всей своей выразительности. Седьмая терраса вместила большую площадь, ограниченную с трёх сторон двухъярусными коринфскими портиками. Лестница в центре площади приводила к полукружию театральных мест, завершённому двухъярусной коринфской колоннадой. Всё сооружение увенчивалось небольшим круглым храмом, замкнувшим главную ось композиции. В целом обращённый к морю комплекс святилища Фортуны последовательно развивался по вертикали от массивных стен и тяжёлых арок нижних террас к ордерным аркадам средних, подготовлявших переход к прозрачной верхней колоннаде и венчающей ротонде. Впечатление постепенно нарастающего движения создавалось также наклоном пандусов  внизу, медленно восходящих к центру и сменявшихся лестницами, круто устремляющимися ввысь. Подобной динамической композиции столь сложного комплекса, пронизанной единой организующей осью, не знала архитектура эллинизма.

Наряду с достижениями в сводостроении видны и некоторые слабости строителей святилища в Пренесте, которые ещё не умели осуществлять пересечения сводов и поэтому выводили их друг над другом.

В середине I в. до н.э. Появился последний крупный культовый ансамбль республики - храм Геркулеса в Тибуре. Он явился дальнейшим развитием на новой стадии римской архитектуры того типа композиции святилища, который в зачаточной форме выразился в Кальяри и затем более полно воплотился в Габиях. Сложные местные условия вызвали необычное архитектурное решение комплекса.

Поклонение Геркулесу Победителю в период постоянных победоносных для Рима войн необычайно возросло, и небольшое, аналогичное габийскому, святилище III в. до н.э. не могло вместить всех паломников. Нужны были помещения для возросшего жреческого персонала храма, сокровищницы для хранения доходов от святилища, портики для молящихся, лавки торговцев и склады. Однако холм, на склоне которого находился священный участок, был слишком тесно придвинут к реке Анио, а в узкую береговую полосу занимала древняя Тибуртинская дорога - одна из основных транспортных и военных дорог, отходивших от Рима. Единственным способом увеличить площадку  святилища было вынесение её на субструкции, под которми и прошла дорога, перекрытая цилиндрическим бетонным сводом с пролётом 8,5 м. Распор этого свода погашался цилиндрическими и сомкнутыми сводами таберн и складов по обеим сторонам дороги, освещавшейся световыми люками. Все сооружения комплекса выполнены из бетона, облицованного инцертом. Осуществлённое здесь впервые пересечение сводов явилось важнейшим шагом в сводостроении, открывшим новые возможности построения архитектурного пространства.

Последовательность во взаимном расположении элементов святилища здесь та же, что и в Габиях. На портики, доведённые до нижней границы участка, объединили театр на нижней террасе с храмом на нижней террасе, преодолев некоторую разобщённость этих элементов святилища в Габиях и сообщив ансамблю целостность. Место простых колоннад в ограждающих святилище портиках заняли ордерные аркады, впервые широко применённые здесь уже как целостный архитектурный мотив.

Портики усложнились не только по форме, но и по высоте, получив второй ярус (особенность, появившаяся в святилище Фортуны). Однако старый приём выделения храма как главного сооружения в ансамбле посредством меньшего масштаба ордера ограждающих его портиков остался неизменным. В этом святилище, обращённом открытой (западной) стороной к Тибуртинской дороге, храм доминировал не только над его широкой площадью и театром, но был издалека виден путникам, приближавшимся к городу. А из-за колонн храма Геркулеса и с верхних портиков открывалась прекрасная панорама Римской Кампаньи. Внешняя аркада святилища с тосканскими полуколоннами, не воспринимавшаяся в сопоставлении с храмом, но соответствующая масштабу реки, над которой она возвышалась, вдвое крупнее внутренней.

stud24.ru

Архитектура Древнего Рима. Эпоха Августа (30 г. до н. э.— 14 г. н. э.) | Архитектура и Проектирование

30 г. до н. э. открывает новый этап римской истории: это — время начала принципата. Вместе с тем в том же году последнее из оставшихся еще самостоятельными эллинистических государств — Египет— вошел в состав римской державы. В эпоху Августа (30 г. до н. э.— 14 г. н. э.) развивается интенсивное строительство в Риме; реставрируются и сооружаются десятки роскошных зданий, в которых широко применяется ранее почти не употреблявшийся мрамор. Август гордится тем, что он принял Рим глиняным, а оставил мраморным.

Ряд сооружаемых в эту эпоху памятников непосредственно связан с императором и имеет своим назначением прославить его деятельность.

Во 2 г. до н. э. была окончена постройка храма Марса Ультора (Temple of Mars Ultor). Этот довольно большой храм коринфского ордера имел по переднему фасаду восемь колонн. Передний портик храма был очень глубок. Отодвинутую назад целлу с боков обрамляли колоннады. С задней стороны храм замыкался глухой стеной, образовывавшей против входа в целлу довольно большую абсиду.

Храм Марса был главной постройкой форума Августа. С трех сторон его обрамляли пышные колоннады, причем против боковых сторон храма за ними находились полукруглые пристройки. Эллинистический прием организации внутреннего пространства площади посредством колоннады проведен здесь с исключительной симметрией, которая, как увидим в дальнейшем, является характерной особенностью распланировки архитектурных ансамблей Римской империи.

Исключительно четкое представление о храмовом зодчестве эпохи Августа может дать сооруженный в 4 г. н. э. храм в Ниме, известный под наименованием Maison Carree. Этот стоящий на высоком подии коринфский псевдопериптер имеет глубокий десятиколонный портик, причем шесть колонн стоят по переднему фасаду. Большая целла храма с наружных сторон украшена полуколоннами. Легкий архитрав венчает колоннаду, фриз покрыт рельефными орнаментами, карниз тщательно разукрашен.

Не меньшей пышностью отличаются украшения карниза храма Конкордии, построенного в 10 г. н. э. в Риме и фриз храма в Пиле.

В общем можно отметить, что храм в Ниме, видимо, как и другие постройки эпохи Августа, имеет парадный разукрашенный вид, резко отличающий его от простого и строгого храма Mater Matuta. Совершенно аналогичным образом может быть сопоставлена статуя Августа (Prima Porta) со скульптурами поздней республики (например ватиканской статуей римлянина в тоге).

Это стремление придать архитектурному памятнику пышный характер было, видимо, причиной господства в римском зодчестве, начиная с эпохи Августа, коринфского ордера. С этим также может быть поставлено в связь столь частое использование колонны, как чисто декоративного элемента.

Римское общество этого времени рассматривало искусство как предмет роскоши и самого утонченного комфорта; такому пониманию искусства вполне отвечает сосредоточение исключительного внимания в архитектуре на декорировании здания, стремление сделать его возможно более изукрашенным, и самое широкое использование декоративной, нередко гедонистической по содержанию (статуи сатиров, Вакха, Венеры и т. д.) скульптуры в домах, виллах, парках и т. д.

Этому гедонизму в искусстве отвечает, подобно тому как это в свое время имело место в Греции, и гедонизм в философии. Еще в I в. до н. э. Лукреций написал свою поэму De rerum natura, в которой изложил учение Эпикура, получившее широкое признание среди значительной части верхов римского общества.

Вместе с тем такие сооружения, как храм в Ниме, несмотря всю близость их греческому храму, в корне отличаются от него отсутствием характерного для эллинского периптера ступенчатого постамента, дающего целому «героические масштабы», о которых мы говорили выше. Столь характерное для эллинской культуры мифологическое миросозерцание было чуждо римлянам даже и после восприятия ими эллинской мифологии и религии Олимпийского пантеона.Обычная лестница, ведущая к храму в Ниме, наоборот, подчеркивает чисто антропичный характер постройки, что в полной мере отвечает учению Эпикура.

Достоин внимания также в корне отличный характер орнаментов, украшавших эллинские и римские постройки. Условный геометризованный плоскостной орнамент греческого храма если и заключает в себе некоторые мотивы, взятые из растительного мира, то дает их в столь сильно переработанном виде, что они принципиально не отличаются от линейных элементов украшений (см. орнаменты Парфенона). В римском же орнаменте растительные мотивы в полной мере сохраняют живые органические формы, что явно свидетельствует о более реалистическом характере римского декоративного искусства (см. фриз храма в Поле и орнаменты алтаря Мира Августа). Этот более реалистический характер, всецело отвечающий трезвому практицизму римлян, получил выражение и в статуарной пластике: скульптурный портрет занимает в римском искусстве такое же господствующее положение, как и типизирующая статуя атлета в греческом; соответствует этому и характер римской религии, где в отличие от свойственного Греции трансцендентного анимизма длительно держался имманентный анимизм.

В 13—9 гг. до н. э. был сооружен алтарь Мира Августа (Ara Paris Augustae), представлявший собой небольшую прямоугольную постройку (11,6x10,6 м), обнесенную высокой стеной, сплошь покрытой богатой декорацией; на стенах внизу были широкие пояса рельефного орнамента, а вверху—рельефный зофор (по углам находились коринфские пилястры). С востока и запада стена прерывалась широкой дверью, к которой вела небольшая лестница. В центре сооружения помещался самый алтарь. Вся постройка была исполнена из мрамора Луны.

Задача сооружения алтаря Мира Августа близка той, которую разрешали строители грандиозного пергамского алтаря; но достаточно самого беглого взгляда, чтобы убедиться, насколько различны оба памятника. Внешнее оформление пергамского алтаря строится еще по принципу периптера, хотя колоннада и помещена на высокий, украшенный горельефами постамент. Алтарь Мира ограничен сплошной, богато украшенной стеной. Этот принцип акцентирования стены, часто совмещаемой не с прямым, а со сводчатым перекрытием, — одно из самых характерных явлений в римском зодчестве. Яркое выражение он нашел в триумфальных арках, ряд которых был сооружен в эпоху Августа.

Довольно простыми формами отличается сооруженная в 8 г. до н. э. однопролетная арка в Сусе. Большой проход (8,75 м в вышину и 5 м в ширину) обрамлен полуциркульным сводом, подчеркнутым тройной выкружкой, и гладкими стенами, которые оживляются неполными коринфскими колоннами по углам постройки и плоскими пилястрами, фланкирующими проход. Колонны поддерживают коринфский антаблемент с украшенным рельефами фризом. Над карнизом возвышается небольшой гладкий аттик, продолжающий основную гладь нижней стены.

Обильнее была декорирована триумфальная арка около St. Remy, верхняя часть которой не сохранилась. В ней увеличено количество неполных приставных колонн и рельефных украшений.

В триумфальной арке, помимо упомянутого, характерного для римского зодчества акцентирования стены и сводчатого перекрытия, может быть отмечено другое не менее типичное явление: низведение колонны и поддерживаемого ею антаблемента, игравших столь важную конструктивную роль в эллинском зодчестве, на степень чисто декоративных элементов, долженствующих лишь расчленять и оживлять поверхность стены.

Сооружались в эпоху Августа и галереи-колоннады, столь характерные для эллинистического зодчества. Об одной из них, обрамлявшей храм Марса Ультора, мы уже упоминали. Особенно грандиозными размерами отличался поставленный еще во II в. до н. э. и заново перестроенный при Августе «портик Октавии»; в нем было до трехсот колонн коринфского ордера и большое количество произведений скульптуры и живописи.

В 11 г. до н. э. был построен дошедший до нас в сильно поврежденном виде исполненный из травертина театр Марцелла. В отличие от греческих театров, которые, в сущности говоря, представляют собой лишь приспособление под зрительный зал удобного для данной цели склона холма, перед которым воздвигались соответствующие сценические постройки, римский театр представляет собой архитектурный памятник обычного типа, внутри которого находятся сценические сооружения и постепенно повышающиеся места для зрителей.

Весьма монументальный по формам театр Марцелла имел характерный для римских гражданских построек наружный вид: ритмически повторявшиеся, расположенные в два яруса могучие столбы перемежались с высокими полуциркульными арками сводов. Столбы и находившиеся над ними части стен были украшены имевшими чисто декоративное назначение колоннами, поддерживавшими антаблемент: в первом ярусе — дорийского ордера (с карнизом, украшенным дентикулом) и во втором — ионийского.

Несомненный интерес представляют надгробные памятники эпохи Августа, отличающиеся большим разнообразием форм. По-видимому, своеобразным отголоском включения Египта в римскую державу и связанного с этим приобщения художественных ценностей (ср., например, третий помпейский стиль) является надгробный памятник Цестия, умершего в 12 г. до н. э. Он имеет форму четырехгранной довольно высокой пирамиды. Памятник был сооружен из кирпича и облицован мрамором.

Воздвигнутый в ту же эпоху надгробный памятник поставщика хлеба М. Вергилия Еврисака представлял собой очень своеобразное сооружение: в нижней части постройки находились массивные квадратные и круглые столбы, поддерживавшие высокие стены здания. Гладь этих стен была оживлена особыми выкружками, обозначавшими горла квашней или венцы пифосов для запасов; выше проходил неширокий рельефный фриз и карниз. В этом, очень оригинальном по формам, памятнике нельзя не отметить своеобразного проявления тех устремлений к реализму в римской архитектуре, о которых мы уже говорили.

В надгробном памятнике Юлиев в St. Remy сконцентрированы все характерные особенности архитектуры эпохи Августа. На квадратном уступчатом постаменте поднимается цоколь, облицованный рельефами; на нем стоит тетрапилон — ворота, открывающиеся во все четыре стороны. К углам тетрапилона приставлены коринфские колонны, поддерживающие антаблемент; наконец, все здание увенчивает ротонда коринфского ордера.

Находящийся на Via Appia мавзолей Цецилии Метеллы (Mausoleo di Cecilia Metella)представляет собой массивное, напоминающее башню, сооружение цилиндрической формы. Нерасчлененные гладкие стены этого памятника производили впечатление непреодолимой мощи. В мавзолее Августа и его семьи мы находим близкий мотив большого (88 м в диаметре), массивного, башнеобразного сооружения из мрамора, которое здесь служит крепидой обсаженного деревьями кургана.

Наряду с пышными мавзолеями, служившими могилами императору и общественным верхам, до нас дошли и более скромные подземные склепы-колумбарии, представлявшие собой прямоугольные помещения, стены которых сплошь были покрыты небольшими нишами, куда ставили урны с прахом умерших.

Из жилых домов этого времени упомянем о доме Ливии на Палатине, украшенном росписью, соответствующей второму помпейскому стилю (архитектурному), применявшемуся в эпоху поздней республики и начала принципата. Характерной особенностью этого стиля является оживление поверхности стены посредством нанесения архитектурных деталей (колонны, пилястры и т. д.). Основная гладь стены имитирует облицовку; кроме того, вкомпоновываются отдельные картины.

Наряду со вторым стилем в эпоху Августа применяется при росписи домов и третий помпейский стиль. Он отличается преобладанием орнамента, в духе которого перерабатываются и архитектурные элементы росписи; характерно также в этом стиле обилие египтизирующих мотивов.

Следует, наконец, отметить, что в эпоху Августа сооружается ряд построек чисто утилитарного назначения. Примером может служить грандиозный акведук Агриппы около Нима (известный под наименованием Pont du Gard), длина которого достигает 269 м. 

arx.novosibdom.ru