История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Нормы морали и христианские заповеди. Древние моральные нормы библейские заповеди


Нормы морали и христианские заповеди

Христианская мораль включает в себя некоторую совокупность норм (правил) , призванных регулировать взаимоотношения между людьми в семье, в общине верующих, в обществе. Таковы известные ветхозаветные заповеди, евангельские "заповеди блаженства" и другие новозаветные нравственные наставления. В своей совокупности они составляют то, что можно назвать официальным, одобренным церковью кодексом христианской морали.

Христианские богословы считают библейские заповеди богооткровенны-ми по происхождению и общечеловеческими по их нравственному значению, так как бог один. Однако хри-стианско-богословское толкование происхождения и сущности нравственных норм совершенно несостоятельно с научной точки зрения.

Марксизм-ленинизм доказывает социальную обусловленность нравственного сознания людей. Поскольку жизнь обществ а протекала в условиях классового разделения людей, постольку были классовыми все существовавшие в эксплуататорском обществе системы морали и, следовательно, не могло быть единого, общечеловеческого морального кодекса.

Это не значит, что в существовавших в прошлом моральных кодексах не было никаких общечеловеческих элементов. Несмотря на имеющиеся существенные расхождения в кодексах морали различных классов, в них можно найти некоторые общие требования к поведению личности в любом общежитии, простейшие нормы нравственности, без соблюдения которых невозможно существование никакого сообщества людей. Бессмысленная жестокость по отношению к ближнему, вероломство, предательство, разврат, неуважительное отношение к старшим, пренебрежение родительским долгом и некоторые другие подобные действия осуждались всеми кодексами морали.

Христианство - идеология, по-своему отражающая явления социальной жизни. Естествественно, что, создавая свой моральный кодекс, христианство включило в него и некоторые простые общечеловеческие нормы нравственности. Простейшие общие требования к поведению личности в коллективе, которые получили отражение в ветхозаветном десятисловии, были выработаны опытом коллективной жизни задолго до внесения их в тексты древнееврейской Торы. Такие обычаи, как запрещение убийства сородича или соплеменника, запрещение браков внутри племени, возникли еще в недрах родо-племенного строя. Моисеево десятисло-вие, как и весь ветхозаветный морально-правовой кодекс, формировалось в обстановке зарождавшегося рабовладельческого государства, создавалось жрецами Иерусалимского храма. Естественно, что, будучи служителями культа, жрецы объявляли свои морально-правовые установления от имени бога. Так некоторые простые нормы нравственности, приспособленные в тот период к условиям патриархального рабовладения, вошли в виде "божественных заповедей" (примерно в IX-VII вв. до н. э.) в ,.священные" книги древних евреев Исход и Второзаконие. Таким образом, не общество почерпнуло нормы морали из Библии, а, наоборот, Библия заимствовала некоторые из них из опыта реальной общественной жизни людей.

При ближайшем рассмотрении заповедей ветхозаветного декалога бросается в глаза, что они далеко не исчерпывают всех возможных моральных предписаний, имеющих общечеловеческое значение. Можно добавить, например, такие элементарные требования к поведению личности: не ленись, уважай знание, мудрость, не оскорбляй, уважай человеческое достоинство других, люби родину - и другие истины, самоочевидность которых признается большинством людей.

Обращает на себя внимание и тот факт, что первые четыре заповеди де-сятисловия сами по себе не имеют к морали непосредственного отношения. В них зафиксированы вероучи-тельно-обрядовые предписания древнееврейской религии, а не нравственные нормы. Требование строгого единобожия, запрещение поклонения другим богам, упоминания всуе имени бога и культовое требование соблюдения субботы призваны регулировать взаимоотношения человека с богом, а не с другими людьми и обществом. При всем том, однако, перечисленные заповеди оказывали вредное влияние на нравственность, так как в течение тысячелетий служили устойчивыми мотивами к фанатической нетерпимости, причинами преследований инаковерующих и "войн за веру". Картинными описаниями всего этого переполнены книги ветхозаветной Библии.

Истинная нравственность - это человечность. Первые же четыре заповеди требуют жертвовать любовью к людям ради любви к богу. Нравственное богословие христианства ссылается на слова евангелия, в которых любовь к богу провозглашается как "первая и наибольшая заповедь", а любовь к ближнему выдвигается лишь как заповедь вторая и подчиненная первой. Если любовь к людям мешает любви к богу, то христианин должен отказаться от первой в пользу второй. А такой конфликт вполне возможен, потому что "...дружба с миром есть вражда против бога... кто хочет быть другом миру, тот становится врагом богу" (Иак., 4:4).

Интересы коллективной человеческой жизни требуют дружбы, товарищества, взаимопомощи людей, а христианская мораль осуждает "человеко-надеяние" и "человекоугодис", уводящие верующего от любви к богу. Воспитываемое такой проповедью неверие в человека, упование только на божью помощь искажают нравственное сознание и поведение верующих. Оно отдаляет людей друг от друга, обрекает их на одиночество и способно сделать фанатически верующего человека равнодушным к другим людям.

Так заповедь первенствующей любви к богу становится препятствием на пути нравственно го совершенствования людей, если под ним понимать не возрастание благочестия, а воспитание в человеке действительно гуманных мыслей, чувств и привычек. Именно это имел в виду К. Маркс, говоря: "Чем больше вкладывает человек в бога, тем меньше остается в нем самом".

Непосредственное отношение к нравственности имеют остальные шесть заповедей ветхозавегного декалога. В них нашли отражение некоторые элементарные правила человеческого общежития: требование почтительного отношения к родителям, запрещение убийства, разврата, воровства, клеветы, зависти. Но, во-первых, эти общие моральные требования имеют не богооткровенное, а земное происхождение, и, во-вторых, в религиозном сознании они претерпели значительные изменения. И в иудаизме и в христианстве перечисленные простые нормы морали толковались в интересах определенных групп людей, в силу чего эти моральные нормы утрачивали общечеловеческое значение.

Так, например, православный катехизис растолковывает верующим, что в пяюй заповеди о почитании старших под "родителями" следует подразумевать не только отца и мать, но и всех тех, кто "заступает место родителей", т. е. "начальников гражданских" и "начальников духовных", в первую очередь царя, затем церковных пастырей и, наконец, вообще всех "начальствующих в разных отношениях", следовательно, представителей господствующих классов и их государства. К такому истолкованию заповеди почитания родителей дают поводы многие места "священного писания", в которых мы находим наставления быть покорными властям, потому что всякая власть от бога, повиноваться господам не только из страха, но и по совести, не только мягким, но и жестоким. Таким образом, хотя пятая заповедь десятисловия в своей отвлеченной формулировке несомненно отражала простую норму нравственности, тем не менее в хри-стианско-церковном истолковании и применении она выражала классовые интересы эксплуататоров и гем самым не могла претендовать на общечеловеческое значение.

Шестая заповедь - "не убивай" -не может кем-либо оспариваться, если ее брать в такой отвлеченной формулировке. Но и на эту заповедь христианство накладывало различные ограничения. По смыслу ветхозавегного законодательства заповедь "не убивай" охраняла жизнь только членов одного из "колен Израилевых", заключивших "завет" с Яхве. Ее охранительная функция не распространялась на иноплеменников и поклонявшихся другим богам Не удивительно, что так называемые "Исторические книги" ветхозаветной Библии рисуют картины бесчисленных избиений людей.

Что касается новозаветной интерпретации этой заповеди, то она противоречива. С одной стороны, евангельский Христос подтверждает и даже усиливает заповедь, осуждая не только убийство, но даже мысль о немили простое чувство гнева на "брата своего" (см. Мф., 5:21-22). А с другой стороны, тот же самый Христос призывает к физической расправе над теми, кто не верует в него, или грозит им скорой гибелью на страшном суде (см.Мф., 18:6; Лк., 19:27). Яркие картины массовой гибели язычников рисует Откровение Иоанна. Несмотря на то, что христианство объявило раба человеком перед богом, охранительная функция шестой заповеди фактически не распространялась на рабов. Избиение строптивых рабов господином рассматривается в евангелиях как его бесспорное, законное право (Лк., 12:47).

Христианская церковь воспользовалась половинчатостью христианского гуманизма в этом вопросе для того, чтобы авторитетом веры оправдывать жестокие расправы над людьми, не желавшими подчиниться церкви или светской власти. Ссылаясь на "священное писание", церковники организовывали и благословляли истребительные походы против "еретиков", "схизматов". Как известно, ни первая, ни вторая мировые войны, спровоцированные империалистами, не были осуждены ни одной из христианских церквей.

Осуждение прелюбодеяния, т. е. нарушения супружеской верности, стало общим моральным правилом с тех пор, как сложилась парная семья в обществе. Но в своем библейском воплощении заповедь "не прелюбодействуй" фактически ограждала лишь мужа от возможного нарушения супружеской верности его женой. Кроме того, христианство обставило эту норму всевозможными аскетическими и домостроевскими предписаниями, которые в конечном счете вели к прелюбодеянию, тек результату, прямо прогиво-положному. Неравными требованиями к целомудрию мужчины и женщины христианство сильно ограничивало всеобщее в нравственной норме "не прелюбодействуй"

Заповедь "не кради", восьмая по порядку в десятисловии, настолько явственно выдвигалась на защиту собственности богатых, что выдавать ее в условиях частнособственнического общества за общечеловеческую норму — значило бы бесстыдно лицемерить. Например, охранительная функция этой заповеди не имела никакого смысла в отношении к рабу, который не только не имел собственности, но сам был собственностью рабовладельца. Действие заповеди не распространялось и на собственность инаковерующих: картины грабежа в Библии не менее многочисленны, чем картины убийства и разврата. Что касается церковников, то их корыстолюбие стало притчей во языцех. Само собою разумеется также, чго заповедь "не кради" не распространялась и на огромную область "законного" ограбления трудящихся, плоды труда которых присваивались эксплуататорами.

Требование "не лжесвидетельствуй", выраженное девятой заповедью, является элементарным общечеловеческим правилом. Ложь, клевета, обман, вероломство всегда считались качествами, нравственно недостойными человека. Но и эта простая норма морали была искажена христианством. Во-первых, как видно из главы 5 евангелия от Матфея, грех лжесвидетельства понимался узко - как ложная клятва именем бога. Истинность или ложность показания важна не сама по себе: с религиозной точки зрения главное здесь - боязнь оскорбить бога. Во-вторых, что касается взаимоотношений между людьми (т. е. действительной области морали), то и Библия и история церквей переполнены примерами лукавого обмана и коварства "Благочестивый обман" на пользу церкви был возведен в принцип действий церковников, которые мало считались с "богооткровенной"заповедью.

Наконец, десятая заповедь - "не желай ничего, что у ближнего твоего" — запрещает не только действие, но и мысль, намерение отнять собственность у богача, стало быть, в ней наиболее отчетливо выступает классовый характер ветхозаветного декалога. Десятая заповедь ближе других Моисеевых заповедей стоит к новозаветной христианской морали.

Заповеди ветхозаветного десяти-словия имеют запретительный характер. Они перечисляют то, чего человек не должен делать, но ничего не говорят о том, что он должен делать, т. е. о положительном нравственном идеале. Новозаветная христианская мораль, сохранив ветхозаветный запретительный кодекс, дополнила его рядом норм, которые составили то, что можно назвать положительным нравственным идеалом христианства. В наиболее концентрированном виде этот идеал обрисован в Нагорной проповеди Христа (см Мф., 5). Блаженны, говорится здесь, нищие духом, плачущие, кроткие, алчущие и жаждущие правды, милостивые, чистые сердцем, миротворцы, изгнанные за правду, все те, кого поносят и гонят и всячески злословят, блажен, кто любит даже врагов своих и не противится злому. Они - "соль земли", "свет мира" - унаследуют царство небесное.

Содержится ли какой-либо общечеловеческий элемент в "заповедях блаженства"? Эти заповеди явились порождением конкретной исторической эпохи, идеологическим отражением бессилия угнетенных слоев населения Римской империи изменить свое положение к лучшему. Вследствие этого евангельские заповеди не могут быть признаны ни общеисторическими, ни общечеловеческими. Если простые нормы нравственности и справедливости, как правило, выступали лозунгами восстаний трудящихся, то христианские заповеди терпения, покорности, непротивления злу, конечно, такими лозунгами быть не могли, они не возбуждали, а сковывали освободительную энергию трудящихся и порабощенных Римом народов. Так в христианстве сложился своеобразный идеал праведности, лишний раз подтверждающий демократический состав первых христианских общин, потому что в "заповедях блаженства" перечисляются добродетели бедняка, и притом бедняка, разуверившегося в возможности осуществления мечтаний о лучшей жизни на земле. Такая проповедь безусловно была выгодна господствующим классам, потому что она оправдывала и даже возвышала страдания, причинявшиеся социальным гнетом и эксплуатацией. Христианская мораль, выросшая из чувства бессилия, превратила сознание этого бессилия в долг, а покорность — в главную добродетель трудящихся христиан. "Социальные принципы христианства, - писал Маркс, - проповедуют необходимость существования классов — господствующего и угнетенного, и для последнего у них находится лишь благочестивое пожелание, дабы первый ему благодетельствовал".

Итак, христианская мораль не могла не включить в себя некоторые простые нормы нравственности в виде отвлеченных высказываний — заповедей Но в христианском религиозном сознании эти нормы предстали в искаженном виде, во-первых, потому, что религия в целом является извращенным миросозерцанием, и, во-вторых, в связи с тем, что христианство превратилось в идеологию, оправдывающую и защищающую классовые интересы эксплуататоров.

maxpark.com

Нормы морали и христианские заповеди

АрхеологияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБотаникаБухгалтерский учётВойное делоГенетикаГеографияГеологияДизайнИскусствоИсторияКиноКулинарияКультураЛитератураМатематикаМедицинаМеталлургияМифологияМузыкаПсихологияРелигияСпортСтроительствоТехникаТранспортТуризмУсадьбаФизикаФотографияХимияЭкологияЭлектричествоЭлектроникаЭнергетика

 

Христианская мораль включает в себя некоторую совокупность норм (правил) , призванных регулировать взаимоотношения между людьми в семье, в общине верующих, в обществе. Таковы известные ветхозаветные заповеди, евангельские «заповеди блаженства» и другие новозаветные нравственные наставления. В своей совокупности они составляют то, что можно назвать официальным, одобренным церковью кодексом христианской морали.

Христианские богословы считают библейские заповеди богооткровенны–ми по происхождению и общечеловеческими по их нравственному значению, так как бог один. Однако христианско–богословское толкование происхождения и сущности нравственных норм совершенно несостоятельно с научной точки зрения.

Марксизм–ленинизм доказывает социальную обусловленность нравственного сознания людей. Поскольку жизнь общества протекала в условиях классового разделения людей, постольку были классовыми все существовавшие в эксплуататорском обществе системы морали и, следовательно, не могло быть единого, общечеловеческого морального кодекса.

Это не значит, что в существовавших в прошлом моральных кодексах не было никаких общечеловеческих элементов. Несмотря на имеющиеся существенные расхождения в кодексах морали различных классов, в них можно найти некоторые общие требования к поведению личности в любом общежитии, простейшие нормы нравственности, без соблюдения которых невозможно существование никакого сообщества людей. Бессмысленная жестокость по отношению к ближнему, вероломство, предательство, разврат, неуважительное отношение к старшим, пренебрежение родительским долгом и некоторые другие подобные действия осуждались всеми кодексами морали.

Христианство – идеология, по–своему отражающая явления социальной жизни. Ествественно, что, создавая свой моральный кодекс, христианство включило в него и некоторые простые общечеловеческие нормы нравственности. Простейшие общие требования к поведению личности в коллективе, которые получили отражение в ветхозаветном десятисловии, были выработаны опытом коллективной жизни задолго до внесения их в тексты древнееврейской Торы. Такие обычаи, как запрещение убийства сородича или соплеменника, запрещение браков внутри племени, возникли еще в недрах родо–племенного строя. Моисеево десятисло–вие, как и весь ветхозаветный морально–правовой кодекс, формировалось в обстановке зарождавшегося рабовладельческого государства, создавалось жрецами Иерусалимского храма. Естественно, что, будучи служителями культа, жрецы объявляли свои морально–правовые установления от имени бога. Так некоторые простые нормы нравственности, приспособленные в тот период к условиям патриархального рабовладения, вошли в виде «божественных заповедей» (примерно в IX–VII вв. до н. э.) в «священные» книги древних евреев Исход и Второзаконие. Таким образом, не общество почерпнуло нормы морали из Библии, а, наоборот, Библия заимствовала некоторые из них из опыта реальной общественной жизни людей.

При ближайшем рассмотрении заповедей ветхозаветного декалога бросается в глаза, что они далеко не исчерпывают всех возможных моральных предписаний, имеющих общечеловеческое значение. Можно добавить, например, такие элементарные требования к поведению личности: не ленись, уважай знание, мудрость, не оскорбляй, уважай человеческое достоинство других, люби родину – и другие истины, самоочевидность которых признается большинством людей.

Обращает на себя внимание и тот факт, что первые четыре заповеди де–сятисловия сами по себе не имеют к морали непосредственного отношения. В них зафиксированы вероучи–тельно–обрядовые предписания древнееврейской религии, а не нравственные нормы. Требование строгого единобожия, запрещение поклонения другим богам, упоминания всуе имени бога и культовое требование соблюдения субботы призваны регулировать взаимоотношения человека с богом, а не с другими людьми и обществом. При всем том, однако, перечисленные заповеди оказывали вредное влияние на нравственность, так как в течение тысячелетий служили устойчивыми мотивами к фанатической нетерпимости, причинами преследований инаковерующих и «войн за веру». Картинными описаниями всего этого переполнены книги ветхозаветной Библии.

Истинная нравственность – это человечность. Первые же четыре заповеди требуют жертвовать любовью к людям ради любви к богу. Нравственное богословие христианства ссылается на слова евангелия, в которых любовь к богу провозглашается как «первая и наибольшая заповедь», а любовь к ближнему выдвигается лишь как заповедь вторая и подчиненная первой. Если любовь к Людям мешает любви к богу, то христианин должен отказаться от первой в пользу второй. А такой конфликт вполне возможен, потому что «…дружба с миром есть вражда против бога… кто хочет быть другом миру, тот становится врагом богу» (Иак., 4:4).

Интересы коллективной человеческой жизни требуют дружбы, товарищества, взаимопомощи людей, а христианская мораль осуждает «человеко–надеяние» и «человекоугодие», уводящие верующего от любви к богу. Воспитываемое такой проповедью неверие в человека, упование только на божью помощь искажают нравственное сознание и поведение верующих. Оно отдаляет людей друг от друга, обрекает их на одиночество и способно сделать фанатически верующего человека равнодушным к другим людям.

Так заповедь первенствующей любви к богу становится препятствием на пути нравственного совершенствования людей, если под ним понимать не возрастание благочестия, а воспитание в человеке действительно гуманных мыслей, чувств и привычек. Именно это имел в виду К. Маркс, говоря: «Чем больше вкладывает человек в бога, тем меньше остается в нем самом».

Непосредственное отношение к нравственности имеют остальные шесть заповедей ветхозаветного декалога. В них нашли отражение некоторые элементарные правила человеческого общежития: требование почтительного отношения к родителям, запрещение убийства, разврата, воровства, клеветы, зависти. Но, во–первых, эти общие моральные требования имеют не богооткровенное, а земное происхождение, и, во–вторых, в религиозном сознании они претерпели значительные изменения. И в иудаизме и в христианстве перечисленные простые нормы морали толковались в интересах определенных групп людей, в силу чего эти моральные нормы утрачивали общечеловеческое значение.

Так, например, православный катехизис растолковывает верующим, что в пятой заповеди о почитании старших под «родителями» следует подразумевать не только отца и мать, но и всех тех, кто «заступает место родителей», т. е. «начальников гражданских» и «начальников духовных», в первую очередь царя, затем церковных пастырей и, наконец, вообще всех «начальствующих в разных отношениях», следовательно, представителей господствующих классов и их государства. К такому истолкованию заповеди почитания родителей дают поводы многие места «священного писания», в которых мы находим наставления быть покорными властям, потому что всякая власть от бога, повиноваться господам не только из страха, но и по совести, не только мягким, но и жестоким. Таким образом, хотя пятая заповедь десятисловия в своей отвлеченной формулировке несомненно отражала простую норму нравственности, тем не менее в хри–стианско–церковном истолковании и применении она выражала классовые интересы эксплуататоров и тем самым не могла претендовать на общечеловеческое значение.

Шестая заповедь – «не убивай» – не может кем–либо оспариваться, если ее брать в такой отвлеченной формулировке. Но и на эту заповедь христианство накладывало различные ограничения. По смыслу ветхозаветного законодательства заповедь «не убивай» охраняла жизнь только членов одного из «колен Израилевых», заключивших «завет» с Яхве. Ее охранительная функция не распространялась на иноплеменников и поклонявшихся другим богам. Не удивительно, что так называемые «Исторические книги» ветхозаветной Библии рисуют картины бесчисленных избиений людей.

Что касается новозаветной интерпретации этой заповеди, то она противоречива. С одной стороны, евангельский Христос подтверждает и даже усиливает заповедь, осуждая не только убийство, но даже мысль о нем или простое чувство гнева на «брата своего» (см. Мф., 5:21–22). А с другой стороны, тот же самый Христос призывает к физической расправе над теми, кто не верует в него, или грозит им скорой гибелью на страшном суде (см. Мф., 18:6; Лк., 19:27). Яркие картины массовой гибели язычников рисует Откровение Иоанна. Несмотря на то, что христианство объявило раба человеком перед богом, охранительная функция шестой заповеди фактически не распространялась на рабов. Избиение строптивых рабов господином рассматривается в евангелиях как его бесспорное, законное право (Лк., 12:47).

Христианская церковь воспользовалась половинчатостью христианского гуманизма в этом вопросе для того, чтобы авторитетом веры оправдывать жестокие расправы над людьми, не желавшими подчиниться церкви или светской власти. Ссылаясь на «священное писание», церковники организовывали и благословляли истребительные походы против «еретиков», «схизматов». Как известно, ни первая, ни вторая мировые войны, спровоцированные империалистами, не были осуждены ни одной из христианских церквей.

Осуждение прелюбодеяния, т. е. нарушения супружеской верности, стало общим моральным правилом с тех пор, как сложилась парная семья в обществе. Но в своем библейском воплощении заповедь «не прелюбодействуй» фактически ограждала лишь мужа от возможного нарушения супружеской верности его женой. Кроме того, христианство обставило эту норму всевозможными аскетическими и домостроевскими предписаниями, которые в конечном счете вели к прелюбодеянию, т. е. к результату, прямо противоположному. Неравными требованиями к целомудрию мужчины и женщины христианство сильно ограничивало всеобщее в нравственной норме «не прелюбодействуй».

Заповедь «не кради», восьмая по порядку в десятисловии, настолько явственно выдвигалась на защиту собственности богатых, что выдавать ее в условиях частнособственнического общества за общечеловеческую норму значило бы бесстыдно лицемерить. Например, охранительная функция этой заповеди не имела никакого смысла в отношении к рабу, который не только не имел собственности, но сам был собственностью рабовладельца. Действие заповеди не распространялось и на собственность инаковерующих: картины грабежа в Библии не менее многочисленны, чем картины убийства и разврата. Что касается церковников, то их корыстолюбие стало притчей во языцех. Само собою разумеется также, что заповедь «не кради» не распространялась и на огромную область «законного» ограбления трудящихся, плоды труда которых присваивались эксплуататорами.

Требование «не лжесвидетельствуй», выраженное девятой заповедью, является элементарным общечеловеческим правилом. Ложь, клевета, обман, вероломство всегда считались качествами, нравственно недостойными человека. Но и эта простая норма морали была искажена христианством. Во–первых, как видно из главы 5 евангелия от Матфея, грех лжесвидетельства понимался узко как ложная клятва именем бога. Истинность или ложность показания важна не сама по себе: с религиозной точки зрения главное здесь – боязнь оскорбить бога. Во–вторых, что касается взаимоотношений между людьми (т. е. действительной области морали), то и Библия и история церквей переполнены примерами лукавого обмана и коварства. «Благочестивый обман» на пользу церкви был возведен в принцип действий церковников, которые мало считались с «богооткровен–ной» заповедью.

Наконец, десятая заповедь – «не желай ничего, что у ближнего твоего» запрещает не только действие, но и мысль, намерение отнять собственность у богача, стало быть, в ней наиболее отчетливо выступает классовый характер ветхозаветного декалога. Десятая заповедь ближе других Моисеевых заповедей стоит к новозаветной христианской морали.

Заповеди ветхозаветного десяти–словия имеют запретительный характер. Они перечисляют то, чего человек не должен делать, но ничего не говорят о том, что он должен делать, т. е. о положительном нравственном идеале. Новозаветная христианская мораль, сохранив ветхозаветный запретительный кодекс, дополнила его рядом норм, которые составили то, что можно назвать положительным нравственным идеалом христианства. В наиболее концентрированном виде этот идеал обрисован в Нагорной проповеди Христа (см. Мф., 5). Блаженны, говорится здесь, нищие духом, плачущие, кроткие, алчущие и жаждущие правды, милостивые, чистые сердцем, миротворцы, изгнанные за правду, все те, кого поносят и гонят и всячески злословят, блажен, кто любит даже врагов своих и не противится злому. Они – «соль земли», «свет мира» унаследуют царство небесное.

Содержится ли какой–либо общечеловеческий элемент в «заповедях блаженства»? Эти заповеди явились порождением конкретной исторической эпохи, идеологическим отражением бессилия угнетенных слоев населения Римской империи изменить свое положение к лучшему. Вследствие этого евангельские заповеди не могут быть признаны ни общеисторическими, ни общечеловеческими. Если простые нормы нравственности и справедливости, как правило, выступали лозунгами восстаний трудящихся, то христианские заповеди терпения, покорности, непротивления злу, конечно, такими лозунгами быть не могли, они не возбуждали, а сковывали освободительную энергию трудящихся и порабощенных Римом народов. Так в христианстве сложился своеобразный идеал праведности, лишний раз подтверждающий демократический состав первых христианских общин, потому что в «заповедях блаженства» перечисляются добродетели бедняка, и притом бедняка, разуверившегося в возможности осуществления мечтаний о лучшей жизни на земле. Такая проповедь безусловно была выгодна господствующим классам, потому что она оправдывала и даже возвышала страдания, причинявшиеся социальным гнетом и эксплуатацией. Христианская мораль, выросшая из чувства бессилия, превратила сознание этого бессилия в долг, а покорность – в главную добродетель трудящихся христиан. «Социальные принципы христианства, – писал Маркс, – проповедуют необходимость существования классов – господствующего и угнетенного, и для последнего у них находится лишь благочестивое пожелание, дабы первый ему благодетельствовал».

Итак, христианская мораль не могла не включить в себя некоторые простые нормы нравственности в виде отвлеченных высказываний – заповедей. Но в христианском религиозном сознании эти нормы предстали в искаженном виде, во–первых, потому, что религия в целом является извращенным миросозерцанием, и, во–вторых, в связи с тем, что христианство превратилось в идеологию, оправдывающую и защищающую классовые интересы эксплуататоров.

 

 

studopedya.ru

Заповеди Божии - читать, скачать

Законы природы и нравственности

Закон Божий – это путеводная звезда, указывающая человеку-страннику дорогу в Царство Небесное. Значение Закона Божия не уменьшается с веками. Напротив, чем больше жизнь усложняется противоречивыми людскими мнениями, тем больше человек нуждается в ясном и авторитетном руководстве Заповедей Божьих.

Закон Божий – это свет, просвещающий разум и согревающий сердце. Так смотрели на него люди, жаждущие найти высший смысл в своей жизни: «Закон Твой – утешение мое… Как люблю я закон Твой! Весь день размышляю о нем. Заповедью Твоею Ты сделал меня мудрее врагов моих… Великий мир у любящих закон Твой и нет им преткновения» – писали древние праведники-поэты – царь Давид и другие (Пс.118:1, 77, 97–98, 165).

Заповеди Божии можно сравнить с законами природы: и те и другие имеют своим источником Творца и дополняют друг друга: одни регулируют бездушную природу, другие дают нравственную основу человеческой душе. Разница между ними та, что материя, безусловно, подчиняется физическим законам, человек же свободен подчиняться или не подчиняться нравственным законам. В предоставлении человеку свободы выбора заключается великая милость Божия: эта свобода дает возможность человеку духовно расти и совершенствоваться, даже – уподобляться Богу . Однако, нравственная свобода налагает на человека ответственность за свои поступки.

Сознательное нарушение заповедей Божиих ведет к духовному и физическому вырождению, рабству, страданию и в конце концов – к катастрофе. Так, например, еще до того, как Бог создал наш видимый мир, трагедия произошла в ангельском мире, когда гордый Денница восстал против Творца и вместе с другими ангелами образовал свое царство, ставшее местом мрака и ужаса, именуемое адом. Другая трагедия произошла в жизни человечества, когда наши прародители Адам и Ева нарушили заповедь Божию, в результате чего зараза греха непослушания перешла к их потомкам, и жизнь людей наполнилась преступлениями, страданиями и несчастьями. К катастрофам меньшего размера надо отнести всемирный потоп в наказание современников Ноя; уничтожение городов Содома и Гоморры; разрушение сначала Израильского, а потом – Иудейского царства при Навуходоносоре и, вторичное, в 70 году нашей эры; падение Византийской и Русской империи и многие другие бедствия, которые постигают страны за грехи их народа.

Сравнивая далее законы природы с Заповедями Божиими, надо сказать, что законы природы временны и условны: они появились вместе с физическим миром и с ним же, вероятно, прекратят свое существование. (Таково мнение некоторых современных ученых). Нравственные же законы – вечны. Они содержат основные моральные нормы, которые неизменны , потому что отображают собой сущность вечного и неизменяемого Творца.

Основы нравственного закона заложены Творцом в самую духовную природу человека. Мы чувствуем в себе этот закон каждый раз, когда совесть нам говорит, что следует, а чего не следует делать. Сравнивая нравственный закон в душе человека с законом в Священном Писании, мы видим, что они имеют одно содержание: Заповеди Божии в конкретной словесной форме подтверждают то, что нашему сердцу говорит внутреннее чувство, именуемое совестью.

В этой брошюре мы поговорим о Десяти Заповедях Божиих, которые лежат в основе всех законодательных систем, как древних, так и современных. Вкратце расскажем об обстоятельствах, при которых эти заповеди были даны и раскроем их значение в жизни христианина.

Обстоятельства возникновения Десяти Заповедей

Получение от Бога Десяти Заповедей является самым знаменательным ветхозаветным событием. С Десятью Заповедями связано само образование еврейского народа. Действительно, до получения заповедей в Египте жило семитское племя бесправных и огрубевших рабов, после Синайского законодательства возникает народ, призванный верить и служить Богу, из которого в последствии произошли великие пророки, апостолы и святые первых веков христианства. Из него же родился по плоти Сам Спаситель мира – Господь Иисус Христос.

Об обстоятельствах получения Десяти Заповедей повествует книга Исход в 19–20 и 24-й главах. За полторы тысячи лет до Рождества Христова, после великих чудес, совершенных пророком Моисеем в Египте, фараон вынужден был отпустить еврейский народ, и тот, перейдя чудесным образом Красное море, пошел по пустыне Синайского полуострова на юг, направляясь к обещанной (Обетованной) земле. К пятидесятому дню после исхода из Египта еврейский народ подошел к подножью Синайской горы и расположился здесь станом. (Синай и Хорив – две вершины той же горы). Здесь пророк Моисей взошел на гору, и Господь объявил ему: «Скажи... сынам израилевым: ...если будете слушаться голоса Моего и соблюдать Завет Мой, то будете Моим народом» (Исх.19:3, 5). Когда Моисей, передал волю Божию евреям, они ответили: «Все, что сказал Господь, исполним и будем послушны» (Исх.19:8). Тогда Господь повелел Моисею к третьему дню приготовить народ для принятия Закона, и евреи постом и молитвой стали готовиться к нему. На третий день густое облако покрыло вершину горы Синай. Сверкали молнии, гремел гром и раздавался громкий звук трубы. От горы восходил дым, и вся она сильно колебалась. Народ стоял вдалеке и с трепетом наблюдал происходящее. На горе Господь сказал Моисею Свой закон в виде Десяти Заповедей, которые пророк потом пересказал народу.

Приняв заповеди, еврейский народ обещал их соблюдать, и тогда был заключен Завет (союз) между Богом и евреями, состоящий в том, что Господь обещал еврейскому народу Свои милости и покровительство, а евреи обещали праведно жить. После этого Моисей снова взошел на гору и пробыл там в посте и молитве в течение сорока дней. Здесь Господь дал Моисею и другие законы церковные и гражданские, повелел соорудить Скинию (переносной храм-палатку) и дал правила относительно служения священников и совершения жертвоприношений. К концу сорока дней Бог написал Свои Десять Заповедей, данные раньше устно, на двух каменных плитах (скрижалях) и повелел хранить их в “Ковчеге завета” (позолоченном ящике с изображениями херувимов наверху крышки) для вечного напоминания о Завете, заключенном между Им и израильским народом. (Местонахождение каменных скрижалей с Десятью Заповедями – неизвестно. Во 2-й главе Вторая книга Маккавеев повествует, что при разрушении Иерусалима Навуходоносором в 6-м столетии до Р.Х. пророк Иеремия спрятал каменные скрижали и некоторые другие принадлежности храма в пещере на горе Нево. Гора эта находится в двадцати километрах на восток от места впадения реки Иордан в Мертвое море. Перед самым вступлением израильтян в Обетованную землю (1400 лет до Р.Х). на этой же горе был похоронен пророк Моисей. Неоднократные попытки найти скрижали с Десятью Заповедями не увенчались успехом). Эти заповеди мы здесь приводим:

1. Я – Господь Бог твой, да не будет у тебя других богов, кроме Меня.

2. Не делай себе кумира и ни какого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу и что в водах ниже земли; не поклоняйся и не служи им.

3. Не произноси имени Господа Бога твоего напрасно.

4. Помни день покоя, чтобы проводить его свято; шесть дней трудись и совершай в них все твои дела, а день седьмой – день покоя – да будет посвящен Господу Богу твоему.

5. Почитай отца твоего и матерь твою, чтобы тебе было хорошо и чтобы ты долго жил на земле.

6. Не убивай.

7. Не прелюбодействуй.

8. Не кради.

9. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

10. Не желай жены ближнего твоего и не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его … ни всего того, что принадлежит ближнему твоему.

В течение дальнейшего сорокалетнего странствования по пустыне Моисей постепенно записал и многое другое, что Господь открыл ему на Синайской горе и в последующих явлениях. Из этих записей образовались библейские книги Исход, Числа, Левит и Второзаконие (Между Десятью Заповедями, приведенными в книге Исход 20:1–17 и в книге Второзаконие 5:6–21 есть незначительная разница в кратких пояснениях, прибавленных к ним. Эти пояснения мы здесь опускаем).

Значение Десяти Заповедей

Законы, которые пророк Моисей дал еврейскому народу, имели целью регулировать не только его религиозную, но и гражданскую жизнь. В новозаветное время большинство ветхозаветных обрядовых и гражданских законов утратили свое значение и были отменены апостолами (Смотри постановление Апостольского Собора в книге Деяний Святых Апостолов, 15-я гл.). Однако, Десять Заповедей и другие заповеди, определяющие моральное поведение человека,составляют вместе с новозаветным учением единый нравственный закон. О Десяти Заповедях надо сказать, что они содержат в себе самые основы нравственности, закладывают те фундаментальные принципы, без которых невозможно существование никакого человеческого общества. Поэтому, они являются как бы “конституцией” или “Маgnа Chаrtа” человечества. Вероятно, по причине такой чрезвычайной важности и неприкосновенности Десять Заповедей, в отличие от других заповедей, были написаны не на бумаге или другом каком-либо тленном веществе, но на камне.

Как увидим, в Десяти Заповедях есть определенная последовательность. Так, в первых четырех заповедях говорится об обязанностях человека по отношению к Богу, следующие пять определяют взаимоотношения между людьми, последняя призывает к чистоте мыслей и желаний.

Несомненно, что есть некоторые общие черты между Десятью Заповедями и законами древних народов, населявших северо-западную часть Месопотамии. (Известны законы сумерского царя Ur-Nаmmu (2050 до Р.Х.), аморитского царя Bilаlаmа, сумеро-аккадского правителя Lipit-Ishtаr, вавилонского царя Hаmmurаbi (1800 до Р.Х.), ассирийские и хиттитские законы, составленные около полутора тысяч лет до Р.Х). Эти общие элементы и совпадения можно объяснить единством нравственного закона, заложенного Богом в душу человека. Если бы человеческая природа не была повреждена грехом, то, вероятно, одного голоса совести было бы достаточно, чтобы регулировать все человеческие взаимоотношения. В отличие от Десяти Заповедей в древних языческих законодательствах явно чувствуется нравственное несовершенство их составителей.

Выражены Десять Заповедей весьма кратко и ограничиваются самыми минимальными требованиями. В этом заключается их большое преимущество: они предоставляют человеку максимум свободы в устройстве своих житейских дел, отчетливо определяя лишь те границы, которые нельзя переступать, не поколебав основ общественной жизни.

Господь Иисус Христос в Своих беседах нередко ссылался на ветхозаветные Десять Заповедей и давал им более глубокое и совершенное понимание. Об этом мы будем говорить по мере изложения самих заповедей.

Первая заповедь Закона Божия

«Я – Господь Бог твой, пусть не будет у тебя других Богов, кроме Меня».

Этой заповедью Господь Бог указывает человеку на Самого Себя, как на Источник всех благ и как на Руководителя всех поступков человека. Следуя этой первой заповеди, человек должен стараться познавать Бога и свои поступки направлять к славе Его имени. На этот руководящий принцип в наших намерениях указал Господь Иисус Христос, научив нас просить в молитве: «Да святится имя Твое!»

Таким образом, в первой заповеди дается направление умственной и волевой деятельности человека и этим закладывается фундамент его жизни. Вот почему эта заповедь занимает первенствующее место среди других заповедей. Она устремляет духовный взор человека к Богу и говорит ему: пусть Господь будет первым предметом твоих мыслей и стремлений. Познание Бога – считай самым драгоценным знанием, Его волю – высшим авторитетом, служение Ему – жизненным призванием. Первая заповедь обнаруживает все превосходство Десяти Заповедей над законодательствами других народов, как древних, так и современных тем, что кладет веру в основу морали и жизни. Опыт показывает, что нравственность можно строить только на религиозной почве, потому что без Божьего авторитета, все человеческие принципы оказываются условными, шаткими и неубедительными. Об этом свидетельствует история развития стоицизма, эпикурейства, учения Пифагора и современных этических систем вроде этики Канта.

В наше время первая заповедь так же актуальна, как много тысяч лет тому назад. Современный человек перегружен всякими знаниями, а о Боге и Его участии в своей жизни часто имеет самое тусклое представление. Отчужденность человека от Бога лишает его разум необходимых духовных знаний, а его жизнь делает извилистой и суетной. Как можно познавать Бога? – Вдумчивым чтением Священного Писания, размышлением о Боге, о Его близости и любви к нам, размышлением о цели нашей жизни. Содействуют познанию Бога чтение святоотеческих книг и другой православной религиозной литературы, молитва дома и в храме, участие в духовных беседах. При этом, познание Бога не должно ограничиваться одной отвлеченной умственной работой, но должно проникать глубоко в сердце и отображаться в нашей жизни, светиться во всех наших словах и поступках.

Таким образом, первая заповедь в известной мере включает в себя остальные заповеди. Последующие же заповеди конкретнее раскрывают смысл первой.

Грехами против первой заповеди являются пренебрежение делом познания Бога и холодностью к Нему, из-за чего происходят умственные грехи: безбожие (атеизм), многобожие, неверие, агностицизм, суеверия, отречение от веры, отчаяние и уклонение в ересь. От умственных грехов труднее избавиться, чем от греховных дел, вот почему отцы Церкви всегда с такой энергией и самоотверженностью выступали в защиту чистоты веры.

Вторая заповедь Закона Божия

«Не делай себе кумира и ни какого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу и что в водах ниже земли; не поклоняйся и не служи им».

Этой заповедью Господь запрещает человеку создавать себе кумиров – вещественных или воображаемых – служить им, преклоняться перед ними и воздавать какие-либо почести.

Писалась эта заповедь во времена, когда идолопоклонство было болезнью человечества. В то время отдельные люди и целые народы обоготворяли разные стихии природы, небесные светила, изображения людей, животных, всяких страшилищ – все, в чем темное суеверие видело что-то, необъяснимое, сверхъестественное. Ветхозаветная вера, а затем – Христианское учение принесло людям светлое учение об едином Творце вселенной, любящем Отце, заботящемся о людях. С веками христианская вера вытеснила древние суеверия почти повсюду, и язычество сейчас ютится только в немногих уголках мира, как остатки прежней тьмы – частично в Японии, Китае, Индии, среди диких племен Южной Америки и Африки, доживая свои последние дни.

Для современного человека буквальное поклонение идолам – немыслимо и даже смешно. Тем не менее, если не буква, то дух второй заповеди, запрещающей преклоняться перед чем-либо, кроме единого Бога, нарушается многими. Современными кумирами стали богатство, земное счастье, физические удовольствия, преклонение перед вождями и лидерами. Идолом делается “наука,” когда ее голос противопоставляется вере. Является идолом все то, к чему человек чрезмерно привязывается, чему отдает свои силы и здоровье в ущерб спасению своей души. Страсти: наркомания, пьянство, курение, азартные игры, чревоугодие – все это жестокие кумиры несчастного грешника. Книга Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис) предсказывает об усилении язычества в последние времена мира, говоря о порабощении людей богатству, страстям и суевериям (Откр.9:20–21). Святой ап. Павел говорит: «Любостяжание есть идолослужение», относительно же чревоугодия: «Их бог – чрево» (Кол.3:5; Флп.3:19).

О почитании святых икон: Отвергать почитание святых икон и других религиозных предметов, ссылаясь на вторую заповедь – неправильно. Икона, изображающая Святую Троицу или Спасителя, в православном понимании не воспринимается православным человеком, как божество, но как напоминание об истинном Боге. Икона передает в контурах и красках то, что Священное Писание описывает словами. Здесь изображение является символом на таких же правах, как и слово.

Молясь перед иконой, православные люди воздают честь не веществу, из которого икона сделана, но Тому, Кто на ней изображен. Человек так устроен, что его зрение, слух и другие чувства имеют огромное влияние на его мысли и духовное настроение. Гораздо легче обращаться мыслью к Спасителю и сознавать Его близость, когда видишь перед собой Его пречистый лик, или крест, нежели когда перед тобой пустая стена или что-либо отвлекающее твою мысль от молитвы.

Не противоречит второй заповеди и почитание святых угодников Божиих, их икон и мощей (святых останков). Святые – наши старшие братья. Бог у нас один, а ангелы и святые являются нашими помощниками в деле спасения и заступниками перед Богом. Мы обращаемся к ним, прося молиться о нас перед престолом Божиим и помогать нам в добром. Ведь Сам Господь повелел: «Молитесь друг за друга». Как мы знаем из Евангелий, Господь часто по молитве одних, помогал тем, за которых они молились. Надо понять, что человек призван спасаться не в одиночку, но именно в Церкви – в этой великой семье, в которой все должны помогать друг другу достичь спасения. Мы, верующие на земле и святые на небе составляем одну духовную семью.

Поучительно то, что Моисей, через которого Богом дана заповедь, запрещающая кумиры, в то же время получил от Бога повеление поставить золотых херувимов на крышке Ковчега Завета. Господь сказал Моисею: «Сделай их на обоих концах крышки… Там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкой, посреди двух херувимов». Господь повелел Моисею также выткать изображения херувимов на завесе, отделявшей Святилище от Святое Святых, и на внутренней стороне виссонных (из дорогой шерстяной материи) покрывал, которые покрывали не только верх, но и стороны скинии (Исх.25:18–22, 26:1–37).В храме Соломона находились скульптурные и вышитые изображения херувимов на всех стенах и на церковной завесе (3Цар.6:27–29; 2Пар.3:7–14). И обновлены были херувимы на крышке Ковчега Завета (2Пар.3:10). «Когда храм был готов, слава Господня (в виде облака) наполнила храм» (3Цар.8:11). Изображения херувимов были угодны Господу, и народ, взирая на них, молился и преклонялся.

Изображений Господа Бога в Скинии и в храме Соломона не было потому, что в течение большей половины ветхозаветной жизни люди не удостоены были видеть Господа. Не было изображений ветхозаветных праведников, потому что тогда люди еще не были искуплены и оправданы (Рим.3:9, 25; Мф.11:11). По преданию, Сам Господь Иисус Христос послал чудесное изображение Своего Лика эдесскому князю Авгарю, названное позже “Нерукотворным” образом. Помолившись перед образом Христовым Авгарь исцелился от своей болезни.

Св. евангелист Лука, врач и живописец, писал и оставил, по преданию, после себя иконы Божией Матери. Некоторые из них находятся в нашем отечестве – России. С этих изображений Спасителя и Девы Марии христиане потом делали копии, многие из которых Господь прославил чудесами. Так возникли чудотворные иконы.

Третья заповедь Закона Божия

«Не произноси имени Господа Бога твоего напрасно».

Этой заповедью запрещается неблагоговейное употребление имени Божия, например: в пустых разговорах и шутках. Грехами против третьей заповеди являются: божба, т.е. легкомысленное употребление клятвы, богохульство, кощунство, нарушение обетов, данных Богу, клятвопреступление и призвание Бога во свидетели в пустых житейских делах.

Имя Божие должно произноситься со страхом и благоговением, потому что оно обладает величайшей силой. Человеческому слову с призванием имени Божия повинуется природа, о чем существует немало рассказов в Библии. Книга Деяний Святых Апостолов повествует о многих чудесах и изгнании бесов, совершенных именем Христовым. Поэтому имя Божие следует употреблять, собрав свои мысли, – в молитве и в серьезной беседе о Боге. Употребление Его имени в клятве или присяге разрешается только в исключительно важных случаях (Евр.6:16–17).

Имя Божие, призываемое с вниманием и благоговением на молитве, привлекает к человеку Божью благодать, приносит свет уму и радость сердцу. Ни при каких обстоятельствах нельзя разрешать себе шуток и разговоров в храме.

Четвертая заповедь Закона Божия

«Помни день субботний, чтобы проводить его свято: шесть дней работай и делай в продолжении их все дела твои, а день седьмой – день покоя (суббота) посвящай Господу Богу твоему».

Этой заповедью Господь Бог велит трудиться в течение шести дней и заниматься нужными делами, к каким кто призван, а седьмой день посвящать на служение Ему и на святые дела. К угодным Ему делам относятся: забота о спасении своей души, молитва в храме Божием и дома, изучение Слова Божия, просвещение ума и сердца полезными религиозными знаниями, благочестивые религиозные беседы, помощь бедным, посещение больных и заключенных в темнице, утешение скорбящих и другие дела милосердия.

В Ветхом Завете праздновалась суббота (“Шаббаш” по-древнееврейски значит “покой,”) как воспоминание о творении Богом мира: «И благословил Бог седьмой день и освятил его, ибо в этот день Бог почил от дел Своих» (Быт. 2:3). После вавилонского пленения иудейские книжники стали объяснять заповедь о субботнем покое слишком формально и ригористично, запрещая в этот день вообще что-либо делать, даже доброе. Как видно из Евангелий, книжники и Спасителя обвиняли в “нарушении субботы,” когда Он в этот день кого-либо исцелял. Господь объяснял им, что «суббота для человека, а не человек для субботы» (Мк.2:27). Иными словами, субботний покой установлен для физической и духовной пользы человека, а не для порабощения его и лишения доброй деятельности. Еженедельное устранение от обычных занятий дает возможность человеку собрать свои мысли, обновить свои физические и душевные силы, осмыслить цель своих трудов и вообще своего земного существования. Труд необходим, но важнейшим делом является спасение души.

В апостольское время суббота соблюдалась христианами иудейского происхождения. Однако, в первый день после субботы, в воскресенье, иудеи-христиане собирались для молитвы и причащения. Так уже в первое столетие христианской эры возникло празднование воскресного дня. Обращая язычников в христианство, апостолы не требовали от них соблюдения субботы, но собирали их на молитву именно в воскресный день. Постепенно суббота уступила место воскресенью, которое стало повсеместно отмечаться, как день, посвященный Богу, в исполнение четвертой заповеди. Нарушают четвертую заповедь не только те, кто работают в воскресенье, но и те, которые леня тся трудиться в будничные дни и уклоняются

azbyka.ru

10 заповедей Библии. Заповеди Господни

Наверное, все слышали про 10 заповедей Библии. Они считаются основополагающими законами и в христианских религиях, и в иудаизме. Это простые тезисы, но по их толкованию написаны просто-таки целые тома. Реально ли применять их в сегодняшней жизни? Принесет ли это какую-то практическую пользу?

Происхождение Десяти заповедей

10 заповедей Библии

О том, как появился этот свод законов, повествует Библия. 10 заповедей Божьих были объявлены с неба во всеуслышание всему израильскому народу, который собрался возле горы Синай. Позже сам Бог написал провозглашенный свод законов на десяти каменных скрижалях и передал Моисею для того, чтобы этот оригинал хранился в народе из поколения в поколение.

10 заповедей Библии кратко

Рассказ о том, как Бог давал израильскому народу 10 заповедей, записан в двадцатой главе книги Исход. Вот их краткое содержание:

  1. Поклоняйся только своему Создателю.
  2. Не делай для поклонения никаких статуй и картин.
  3. Не используй имя Бога неподобающе.
  4. Субботу посвящай Богу (не занимайся повседневной работой).
  5. Уважай родителей.
  6. Не убивай.
  7. Не участвуй в распутстве.
  8. Не воруй.
  9. Не лги.
  10. Не завидуй.

Библия 10 заповедей Божьих

Надо ли соблюдать христианам?

Относятся ли требования Закона, данного в древности Моисею, к христианам? Нелишним будет упомянуть, что постановления Закона не ограничивались лишь десятью пунктами. Он включает в себя около 600 различных указаний. Однако эти десять заповедей содержат в себе главные принципы, которые остальные постановления объясняли более широко.

Главным мерилом для принятия тех или иных решений для христиан, по идее, должна бы быть Библия. 10 заповедей Христа в ней нигде не упоминаются. И даже более того, когда Иисуса Христа спросили, какая заповедь в Законе самая главная, он привел два высказывания, которые не являются частью 10 заповедей Библии.

Означает ли это, что Христос считал их устаревшими к тому времени или неактуальными для своих последователей, которые должны были перестать исповедовать иудаизм и стать первыми христианами?

Отнюдь нет. Если проанализировать знаменитую Нагорную проповедь Христа, легко увидеть схему, по которой он ее строил: конкретное постановление из Закона – объяснение того, как его выполнять правильно. Так вот, среди этих постановлений есть и требования, включенные в 10 заповедей Библии, и те, которые не являются их частью.

Сам Иисус Христос заверил своих учеников в том, что он пришел на землю не для того, чтобы нарушить Закон, а для того, чтобы его исполнить. Не случайно на протяжении тысячелетий Слово Бога сохранялось, невзирая на все попытки его уничтожить. И это не простое совпадение, что сегодня у нас есть список 10 заповедей Библии. Закон Божий был написан для нашей же пользы. А потому принципы, содержащиеся в Десяти заповедях, непосредственно касаются христиан и сегодня.

Библия 10 заповедей Христа

Уникальность закона Бога

Даже при весьма беглом взгляде на знаменитые заповеди в глаза бросается сходство с основными законами любого цивилизованного общества. И это не удивительно, ведь в них отражается понимание человеческой сущности. Однако одна из заповедей в корне отличается от любого человеческого закона.

Подумайте о самом смысле существования законов. Они принимаются ради защиты интересов общества в целом и отдельно взятых членов этого общества в частности. К тому же любое постановление, которое что-либо запрещает, предполагает определенную меру наказания в случае нарушения. Соответственно определяются и методы фиксации этих нарушений.

Однако подумайте, как можно проследить за исполнением последней из заповедей: «Не завидуй»? Как можно определить, обвинить, доказать и добиться наказания для того, кто нарушит это указание? Для человека это просто невозможная задача.

Существование десятой заповеди – одно из косвенных доказательств правдивости библейского повествования. Бог в состоянии исследовать сердце и увидеть мотивы поступков и скрытые желания. Следить же за своей непорочностью в этом вопросе каждый должен самостоятельно.10 заповедей Библии Закон Божий

10 заповедей Библии и современное общество

Еще в 2000 году был проведен опрос на предмет отношения респондентов к Десяти заповедям. Результаты ярко проиллюстрировали изменение ценностей в пределах соседних поколений. Почти 70% опрошенных, которым было более 60 лет, знали заповеди и старались поступать в соответствии с ними. А вот среди молодых людей до 30 лет таковых не набралось и 30%. И подобная тенденция лишь усугубляется.

Подмена понятий и ценностей

10 заповедей Библии кратко

Практически каждый, даже очень далекий от религии человек скажет, что выполнение Десяти заповедей полезно и правильно. Да и не один здравомыслящий индивидуум не заявит, что надо идти против Бога. Подмена библейских ценностей – тех ценностей, которые были изначально установлены самим Создателем, – происходит на более тонком уровне.

Убивать - грех? Да! А если убивать, защищая свою страну? Убийца переименовывается в героя…. Причем независимо от того, защищается эта страна или нападает.Прелюбодеяние – грех? Да! А если это – настоящая любовь? Вроде уже и звучит как-то по-другому….

Не делай изображений для поклонения. Вроде как абсолютно определенное указание. Но если это икона…. То, что согласно закону Бога – неприемлемо, в какой-то момент превратилось в освященное.

Вот так, незаметно, идет влияние на подсознание человека. И в момент, когда надо принять решение о том, как поступить, мозг автоматически предложит более комфортный вариант. Хотя последствия могут быть и плачевными.

Обучение детей

10 заповедей Библии для детей

Когда стоит начинать знакомить детей с библейскими наставлениями? В наше время популярно мнение, что ребенку не стоит давать религиозное воспитание. Лучше подождать, пока он вырастет и сможет принять свое собственное осознанное решение в этих вопросах.

Однако подобные умозаключения несостоятельны. 10 заповедей Библии для детей полезны не меньше, чем для взрослых. А знание этих принципов вреда уж точно никакого не причинит.

Подумайте, мы же не ждем сознательного возраста у ребенка, чтобы начать учить его пользоваться ложкой. А следуя вышеприведенной логике, надо было бы все полностью пустить на самотек, ожидая подходящего момента.

Сам Закон Бога предписывает необходимость обучать своих детей заповедям с самого раннего возраста. Но как это можно делать практически?

Во-первых, не бойтесь читать с детьми Библию в оригинале с юного возраста. Не стоит недооценивать способность к восприятию и обучению у малышей. Лучше всего, если вы будете использовать ясный и легко понятный перевод Библии, а не отдавать предпочтение устаревшему варианту только из-за традиции.

Кроме того, сейчас в изобилии имеется литература, которая знакомит с основными библейскими требованиями, написанная специально для детей. Читайте ее вместе с ребенком. Поощряйте его задавать вопросы и вместе ищите на них ответы. И не сомневайтесь в том, что ваши усилия окупятся сторицей.

fb.ru

Десять заповедей. Этика

Десять заповедей

Моисей — больше, чем мудрый вождь своего народа. Он является духовным отцом нации. Для того чтобы племена переплавились в народ и из естественного, природного состояния поднялись до исторического бытия, они должны сплотиться духовно. Кровное родство должно перерасти в отношения, которые цементируются общей верой, идеалами праведности и справедливости. Если в этническом смысле евреи происходят от Иакова (Израиля), то в историческом смысле они происходят от Моисея. Моисей разработал детализированный свод правил, регулирующий все сферы жизни народа, — от благочестия до элементарной гигиены. Общей основой этого свода являются десять заповедей, которые содержат самые общие религиозно-нравственно-юридические принципы поведения. Именно благодаря им Моисей приобрел значение, выходящее далеко за пределы еврейско-иудаистской культуры, и стал одним из учителей человечества.

Первые три заповеди предписывают почитать одного лишь Яхве, запрещают создавать других богов, предостерегают от необязательного отношения к указаниям. Бога. Почему единый Бог? Потому, что там, где молятся многим богам, там нет единой правды. Иное дело Яхве, он — один, он одинаково справедлив ко всем.

«Он Бог богов и Господь господов, Бог великий, могучий и страшный, который не взирает на лицо и не берет взятку, творящий правосудие сироте и вдове и любящий жильца, чтобы дать ему хлеб и одежду» (Втор., 10:17–18).

Предостерегая от практикуемого другими народами многобожия, Моисей подчеркивает, что они приносят в жертву богам своих сыновей и дочерей, наносят себе порезы, едят всякую мерзость, что они колдуют, ворожат, вызывают духов, вопрошают мертвых. Именно против этого варварства восстает Яхве, свидетельством силы и справедливости которого является то, что он вывел евреев из египетского рабства.

Четвертая заповедь: «Помни день отдохновения» (Втор., 20:8) является исключительно важной с точки зрения связи Бога и народа. В ней отношение к Богу и отношение к ближним оказывается одним и тем же отношением. Суббота — день, который отдается Богу. И в то же время это — день, в который перед лицом Бога уравниваются все в пределах Израиля, независимо от их социального статуса. Отдохновение (подчеркнем еще раз: отдохновение ради Яхве) предписано и рабам, и чужеплеменникам, находящимся в доме, и даже домашнему скоту. В субботнем отдохновении духовное единство Израиля перед йогом находит свое предметное воплощение.

Пятая заповедь предписывает почитание отца и матери. Ее необходимость объясняется не только фактами преступного попрания детьми воли родителей (так, в Пятикнижии мы находим норму, предусматривающую смертную казнь детям, побившим или проклявшим отца и мать). В контексте Десятисловия она приобретает особый смысл — призвана подчеркнуть, что новый религиозно-национальный горизонт общественного поведения не отменяет родственные обязанности, вековечный закон почитания родителей.

Последующие заповеди (с шестой по десятую) можно охарактеризовать как нормы отношения человека к ближним, понимая под ближними всех представителей своего народа и только их.

«Не мсти и не злобствуй на сына своего народа, и люби своего ближнего, как самого себя» (Лев., 19:18).

Без этого отождествления ближнего с сыном своего народа нельзя понять своеобразие этики Моисея. Мы уже подчеркивали, что единство народа и его сплочение вокруг единого Бога, помимо прямого поклонения Богу в установленных и для всех обязательных формах, обеспечивается едиными законами. Справедливость — таков основной предмет, по поводу которого разворачиваются противоречивые отношения народа и Бога.

Пять заповедей, образующих вторую часть Декалога — не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай ничего, что принадлежит твоему ближнему, — как раз задают основную меру справедливости. Именно их признание в качестве основы общественной жизни является главным признаком богоугодности народа, а их соблюдение — критерием нравственно достойного поведения.

В содержательном плане справедливость, задаваемая принципами Десятисловия, является равным возмездием. Речь идет об уходящем корнями в родоплеменные отношения принципе талиона, или воздаяния равным за равное. Это хорошо видно на примере принципа «Не убивай». Заметим, что по духу и букве Пятикнижия сфера действия требования «Не убивай» ограничена Израилем. Что касается наказаний за отступление от требования «Не убивай», то они заключаются в том, чтобы отвечать убийством на убийство, если нет очевидных доказательств того, что оно было совершено непредумышленно, увечьем на увечье, по принципу: жизнь за жизнь, око за око. Такой же принцип кары действует и в других случаях. По отношению к лжесвидетелю, например, Моисей предписывает:

«Сделайте ему так, как он злоумышлял сделать своему брату. И истреби зло из своей среды. И остальные услышат и испугаются, и не станут больше делать подобное этому злодейству среди тебя. И пусть не пощадит твой глаз: душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу» (Втор., 19:19–21).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

fil.wikireading.ru

Моральные заповеди Моисея

Моральные заповеди Моисея

МАКЕЕВСЬКИЙ ЭКОНОМИКО-ГУМАНИТАРНЫЙ ИНСТИТУТ

ГУМАНИТАРНЫЙ ФАКУЛЬТЕТ

Кафедра философии и социологии

Реферат

на тему «Моральные заповеди Моисея»

Студента 1 курса

«Социологии»

гр С-11Б

Короткова С.Ю.

Преподаватель

Агаркова А.А

Макеевка - 2013

Мораль, заповеди - понятия

Мораль, начиная с греческой античности, понималась, как мера господства человека над самим собой, показатель того, насколько человек ответствен за себя, за то, что он делает.

Вопрос о господстве человека над самим собой есть прежде всего вопрос о господстве разума над страстями. Мораль связана с характером и темпераментом. Если в человеке выделять тело, душу и разум (дух), то мораль является качественной характеристикой его души.

Мораль всегда выступает как умеренность, она ближе к способности человека ограничивать себя, наложить в случае необходимости запреты на свои природные желания.

Во все времена и у всех народов мораль ассоциировалась со сдержанностью.

Разумное поведение является морально совершенным тогда, когда оно направлено на совершенную цель, - цель, которая считается безусловной (абсолютной), признается в качестве высшего блага.

Мораль характеризует человека с точки зрения его способности жить в человеческом обществе. Пространство морали - отношения между людьми.

Мораль придает человеческому обществу изначально самоценный смысл.

Мораль можно назвать общественной (человеческой) формой, делающей возможной отношения между людьми во всем их конкретном многообразии.

Золотое правило взятое со Священного Писания, а точнее из Евангелия Иисуса Христа говорит, чтобы мы поступали с людьми так, как хотим, чтобы поступали окружающие нас люди с нами. Любой здравомыслящий человек понимает и знает и хочет, чтобы к нему относились с уважением, снисходительно, терпеливо, проявляли добро и заботу - это и есть основополагающее правило нравственности, мораль в котором запрет на насилие и любую форму зла по отношению к человеку.

Мораль можно кратко определить как:

) господство разума над душевным состоянием;

) стремление к высшему благу;

) добрую волю, бескорыстие мотивов;

) способность жить в гармонии в человеческом обществе;

) человечность или общественную (человеческую) форму отношений между людьми;

) автономию воли;

) взаимность отношений, выраженную в золотом правиле нравственности.

Заповеди которые мы будем далее рассматривать - это установленные Всевышнем законы для человечества, дабы хорошо было человеку жить на земле.

Библия как этический источник вдохновлённый Богом

Библия - собрание священных книг Ветхого и Нового Заветов, которые собой представляют уникальную ценность для человека. Книга, которая пронеслась сквозь века и осталась не повреждённой в своём содержании, чему есть многие доказательства найденных старинных рукописей и свитков. Это несомненно Богодухновенная книга и уж без всякого сомнения нельзя из её вырывать отдельные фрагменты, так как каждый из них дополняет или открывает друг друга.

«Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.» (2 послание апостола Павла к Тимофею 3:16,17)

Моисей - законодатель и учитель еврейского народа, основатель религии иудаизма. Он исходил из основного убеждения, согласно которому путь к человеческому благополучию и согласию лежит через веру в Всевышнего и справедливого общественного устройства, верховенство закона.

С именем Моисея связан один из древнейших и самых распространенных кодексов нравственного поведения, состоящий из десяти заповедей, которые сформулированы в Библии дважды, в книгах «Исход» (20:1 - 17) и «Второзаконие» (5:6-21). Кроме того, заповеди, хотя и в иной редакции, излагаются еще в книге «Левит» (19:3 -19). О жизни и учении Моисея в целом нам известно по приписываемым ему первым пяти книгам Библии (Пятикнижие, в иудейской традиции - Тора, что означает «учение»).

Основная жизненная миссия Моисея, в рамках которой разворачивается его религиозная и нравственно-законодательная деятельность, - вывести евреев из египетского рабства. Моисей родился в то время, когда евреи испытывали особо тяжкий гнет, когда, в частности, фараон приказал умерщвлять всех новорожденных еврейских мальчиков. Мать смогла спрятать сына и по прошествии трех месяцев оставила его в камышах на берегу Нила. Младенца нашла дочь фараона, она же дала ему имя Моисей. Родился Моисей во второй половине второго тысячелетия до нашей эры, вероятнее всего на рубеже XIV-XIII вв. до н.э. Рос Моисей при дворе фараона. Став взрослым, он однажды увидел, как надсмотрщик бьет выполняющего тяжёлую работу еврея. Оскорбившись этим, он в гневе убил египтянина и спрятал его в песок. Спасаясь от гнева фараона, Моисей убежал на северо-восток, где в доме жреца по имени Иофор нашел приют и жену.

Однажды, когда Моисей пас овец, он увидел охваченный огнем, но не сгорающий куст терновника. Подойдя ближе, он услышал обращенный к нему голос, который представился как Бог его предков и объявил о своем решении спасти свой народ от рук египтян и о том, что сделать это его именем должен Моисей: «Иди, и Я пошлю тебя к фараону, и выведи Мой народ, сынов Израиля, из Египта» (Исх., 3:10) . Первой реакцией Моисея была мысль, что он не готов и недостоин такой миссии.

На сомнения Моисея Бог обещает быть с ним. На его вопрос, каким именем он должен назвать Бога, последовал ответ: «Я есмь Тот, Кто Я есмь!». И Он сказал: «Так скажи Сынам Израиля: «Я-Есмь послал меня к вам». И сказал Бог Моисею: «Так скажи сынам Израиля: Яхве, Бог ваших отцов, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова, послал меня к вам» (Исх., 3:14 15). Бог обещает карами принудить фараона выполнить свою волю. Моисей продолжает сомневаться. «А если израильтяне не поверят, что мне являлся Яхве-Бог?», - спрашивает он. Бог научает Моисея трем чудесам, которые должны стать знамением его избранности. По приказу Бога Моисей превращает свой посох в змея, воду - в кровь, его рука поражается проказой и вновь выздоравливает. Тогда Моисей находит новые аргументы для сомнения. Он обращает внимание на то, что он лишен красноречия и заикается. Бог отвечает, что он научит Моисея нужным речам, а до народа эти речи будет доносить его старший брат Аарон, обладавший ораторскими способностями. Моисей вынужден согласиться.

Человек, выступающий в роли вождя и учителя народа, оказывается в нравственно двусмысленном положении, ибо всегда остается немой вопрос: «А достоин ли он этой роли?» И в самом деле: святой, считающий себя святым, святым не является. Бог освобождает Моисея от такой двусмысленности тем, что берет на себя ответственность за его высокую миссию. Сомнения же Моисея относительно своих прав и способностей быть предводителем народа говорят о его высоких моральных качествах. Моисей с женой и детьми возвращается к своему народу. В это время ему было уже 80 лет. По пути его встречает посланный Богом Аарон. Они объявляют израильтянам волю Яхве; народ принял их. Потом они пошли к фараону и передали тому просьбу израильтян отпустить их в пустыню на расстояние трех дней, чтобы принести жертвы своему Богу.

Фараон отклонил эту просьбу и, чтобы евреи не предавались праздным мыслям, велел усилить гнет.

Чтобы добиться своего, Яхве подвергает египтян страшным наказаниям: отравляет воду Нила; наводит лягушек на всю страну; земной прах превращает в комаров; насылает песьих мух; устраивает тяжелый мор скоту; заражает людей и скот оспенной язвой; проливает дождь с сильным градом, убивающим все под открытым небом; приводит саранчу, пожирающую все подряд; устраивает непроглядную тьму; и наконец, умерщвляет всех первенцев египтян, независимо от того, идет ли речь о людях или о скоте. Это -так называемые десять казней египетских. Им подвергаются именно египтяне. Евреи чудесным образом остаются нетронутыми. Когда стали гибнуть все первенцы и начался великий крик в Египте, фараон сдался. Путь к спасению был открыт.

Бог, указывая днем путь облачным, а ночью огненным столбом, повел евреев по пустынной дороге, чтобы у них не появилось искушения вернуться. Тем временем фараон догадался, что евреи ушли не для одноразового свершения обряда, как говорили Моисей и Аарон, а навсегда, и снарядил погоню. Шестьсот отборных египетских колесниц во главе с самим фараоном настигли израильтян у берега Тростникового (Красного) моря. Гибель последних казалась неминуемой. Тогда Моисей по указанию Яхве своим посохом разделяет воды, превращает море в сушу. Когда наутро вслед за ними по тому же пути пустились египтяне они увязли в грязи и Моисей вернул море на свое место, и оно поглотило преследователей. Так был найден чудесный выход из безвыходного положения, подтверждающий всемогущество Бога и необходимость веры в Него.

Через три месяца после ухода из Египта израильтяне достигли подножия священной горы в пустыне. Моисей поднялся на гору, и там Бог возвестил ему, что сыны Израиля, если они будут слушать Бога и соблюдать союз с ним, станут для него святым народом, более близким, чем остальные, и что через три дня он спустится на гору в облаке, чтобы израильтяне навеки поверили Моисею. Так и случилось. Гора Синай сотрясалась, и Бог Яхве сошел на нее в огне под сильный трубный звук. Моисей вторично поднимается на гору, где Бог к возвещенным им перед всем Израилем десяти основным заповедям добавляет множество предписаний юридического, нравственного и религиозно-ритуального характера. Моисей передал народу полученное им учение Яхве, все его слова и приговоры.

«И отвечал народ одним голосом, и они сказали: «Все слова, которые говорил Яхве, исполним» (Исх., 24:3).

Так был заключен договор между Яхве и израильским народом.

После этого Яхве снова вызвал к себе Моисея, чтобы передать ему каменные таблицы с записанными на них повелениями. Моисей снова взошел на гору и был там сорок дней и сорок ночей. Оставшийся внизу народ пришел в волнение из-за долгого отсутствия Моисея. Израильтяне решили сделать себе других Богов, чтобы вообще не остаться без них. Они собрали все золотые серьги, и Аарон переработал их в литого тельца, который заменил им Яхве. Они сказали, что этот золотой телец вывел их из Египта. Яхве возмутился и хотел уничтожить это необузданное племя и заново создать великий народ из потомков Моисея. Моисей заступился за евреев.

Спустившись вниз с двумя плитами, на которых перстом Божьим были выведены законы, Моисей увидел разнузданную картину плясок вокруг тельца и был настолько разгневан, что швырнул в сторону плиты, которые от этого разбились, взял изображение тельца, сжег его, истолок в мельчайшие кусочки, посыпал ими воду и заставил всех испить ее. Затем он приказал представителям своего колена, дома Левиев, мечом привести народ к покорности, что и было сделано. За день было истреблено около трех тысяч человек. На следующее утро Моисей объявил израильтянам, что хотя они «согрешили великим грехом», он попробует очистить их грех перед Богом. Моисей по указанию Бога заготовил две новые каменные плиты с заповедями, подобные прежним.

Моисей - больше, чем мудрый вождь своего народа. Он является духовным отцом нации. Для того чтобы племена переплавились в народ и из естественного, природного состояния поднялись до исторического бытия, они должны сплотиться духовно. Кровное родство должно перерасти в отношения, которые цементируются общей верой, идеалами праведности и справедливости. Если в этническом смысле евреи происходят от Иакова (Израиля), то в историческом смысле они происходят от Моисея. Моисей разработал детализированный свод правил, регулирующий все сферы жизни народа, - от благочестия до элементарной гигиены. Общей основой этого свода являются десять заповедей, которые содержат самые общие религиозно-нравственно-юридические принципы поведения. Именно благодаря им Моисей приобрел значение, выходящее далеко за пределы еврейско-иудаистской культуры, и стал одним из учителей человечества.

Десять заповедей

.Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.

.Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого [рода], ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.

.Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.

.Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай всякие дела твои, а день седьмой - суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его.

.Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.

.Не убивай.

.Не прелюбодействуй.

.Не кради.

.Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

.Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего.

Первые три заповеди говорят о вере в Бога, управляющего всем миром, ещё первая книга Пятикнижия Моисея - Бытие говорит о том, что Всевышний создал свет, небо, землю, моря и океаны, всю растительность, животный мир, а также человека по образу и подобию своему. И что нет больше других богов, что все остальные боги суть идолы, получившие свои названия и очертания из повреждённого разума людей. Предостерегая от практикуемого другими народами многобожия, Моисей подчеркивает, что они приносят в жертву богам своих сыновей и дочерей, наносят себе порезы, едят всякую мерзость, что они колдуют, ворожат, вызывают духов, вопрошают мертвых. Именно против этого варварства восстает Яхве, свидетельством силы и справедливости которого является то, что он вывел евреев из египетского рабства. Даже веруя в единого и святого Бога, люди и Ему порой хотят предначертать какой-либо образ, но даже Моисей не видел лица божьего, хотя и разговаривал с Ним лицом к лицу. Когда Моисей попросил увидеть лик божий, Господь сказал ему: «…что нельзя человеку увидеть Бога и остаться в живых…», в другом контексте Священного Писания говориться: «что Бога никогда никто из людей не видел». Один из современников архиепископ Украинской Реформаторской Православной Церкви, а он по образованию художник, говорил, что в советские времена, когда был на вершине атеизм и советская власть пыталась, под большим давлением отлучить людей от веры в Бога, он пережил в камере, где находился в голоде и холоде, с многочисленными побоями от пыток, удивительную встречу с Иисусом Христом. Долее он описывает, что свет, который исходил от Него был в семь раз ярче солнца, но не слепил, тепло которое исходило от Него было настолько сильно, что плавило внутренности внутри, однако было приятно и что самое главное каждая клеточка Его естества была полна жизни. Дальше он говорит, что Того Кого я видел невозможно изобразить. Вот поэтому все попытки человечества изобразить Бога будут тщетны. Почему я сопоставил, Всевышнего и Иисуса Христа, да потому, что в Библии в многих местах написано: «В начале было Слово… и Слово было Бог, всё через Него начало быть… и Слово стало плотию и обитало среди нас, полное благодати и истины и мы видели славу Его, как единородного от Отца.» (Ев. от Иоанна 1 гл.)

В послании к евреям Всевышний говорит о Сыне « в начале Ты, Господи основал землю, и небеса - дело рук Твоих;»

И поэтому мы должны с глубоким уважением относиться к Тому, Кто даёт дыхание жизни.

Четвертая заповедь: «соблюдения субботы» является исключительно важной с точки зрения связи Бога и народа. В ней отношение к Богу и отношение к ближним оказывается одним и тем же отношением. Суббота - день, который отдается служению Богу, чтению Торы, воспитания детей в семье в духе смирения, послушания, милосердия, любви к ближнему. И в то же время это - день, в который перед лицом Бога уравниваются все в пределах Израиля, независимо от их социального статуса.

Пятая заповедь предписывает почитание отца и матери, на её соблюдении зиждется одна из основ построения семьи. Ее необходимость объясняется не только фактами преступного попрания детьми воли родителей (так, в Пятикнижии мы находим норму, предусматривающую смертную казнь детям, побившим или проклявшим отца и мать). В контексте Десятисловия она приобретает особый смысл - призвана подчеркнуть, что новый религиозно-национальный горизонт общественного поведения не отменяет родственные обязанности, проявляя уважение к родителям, повинуясь их слову и относясь к ним с любовью.

Последующие заповеди можно охарактеризовать как нормы отношения человека к человеку.

Шестая заповедь говорит о святости человеческой жизни и что никто не может забрать жизнь у другого, как только один Бог, который и дал её.

Седьмая заповедь рассказывает нам о святости брака, семейного союза между мужчиной и женщиной.

Восьмая заповедь открывает нам святость свободы, эти слова «не кради», относятся к краже человека с целью поработить его, использовать как раба или продать его в рабство. Нарушение этого запрета наказывается смертной казнью. Запрет воровства, как незаконного присвоения имущества, также является одним из запретов Торы, однако подробно он описывается в других местах текста.

Девятая заповедь это запрет ложного свидетельства, наговора, клеветы, в общем любой неправды во всех её проявлениях, это также важно, как и все другие заповеди, так как в книге «Откровения» пишется, что участь всех лжецов, не Царствие Небесное, а озеро горящее огнём и серою - это смерть вторая, куда в последствии будет помещена вечно живущая душа человека.

Также и рассмотрение десятой заповеди, которая говорит «не пожелай», т.е. о запрете желать чужого, которая отличается от предыдущих тем, что устанавливаемый ею запрет ограничивает не деятельность и не произнесения слов, а эмоции и желания человека, даже не высказанные словами и не нашедшие выражения в действии. Человек не должен желать завладеть тем, что он не может приобрести честно, законным путём. Этот запрет направлен на то, чтобы уничтожить корень всех преступлений, о которых говорится в предыдущих заповедях. Человек, который не желает принадлежащие другому, не будет давать против него ложных показаний, он не украдёт, не ограбит, не убьёт и не станет прелюбодеем. Всевышний никогда не даёт человеку заповедей, которые тот не в состоянии исполнить; каждый способен контролировать свои желания и не позволять им овладеть собою. Более того невозможно представить себе человека, живущего достойно без постоянного самоконтроля. Самоконтроль является критерием оценки достоинства как мужчины, так и женщины. Мудрецы Талмуда задают вопрос: «кого можно назвать нравственным?». И сами отвечают на него: «того, кто подавляет свои дурные желания» (Авот)

Установления Декалога - прежде всего: «не убивай», «не прелюбодействуй», «не кради», «не лжесвидетельствуй» - вошли в культуру как всеобщие требования и стали важной составной частью нравственных канонов христианства и ислама, общечеловеческой основой нравственности.

Они наталкивают человека строить свою жизнь по законам справедливости.

Субъектом этики Моисея является народ. И в этом качестве она является этикой справедливости. Идея справедливости составляет смысловой центр всего учения Моисея.

Эти страницы книги «Исход» судьба неслучайно сделала буквально кодом универсальной этики. Десять заповедей обращены ко всем людям, и они на протяжении всех столетий будут оставаться повелениями Бога. Историки изучающие становление и развитие цивилизаций, придерживаются единого мнения, что этические стандарты современного мира, вне всякого сомнения, были бы гораздо ниже, если бы не то всеобъемлющее влияние, которое во все времена, оказывали на человечество Десять заповедей.

Десять заповедей, о которых рассказывает Библия - это как программа достойной человека жизни, говорит о том, что не ум, не хитрость, не сила, не красота и не какие-нибудь иные антропологические свойства делают человека человеком, а его способность жить по законам, предначертанными Богом, по законам справедливости и честности.

Конечно с моим рефератом, возможно многие не согласятся, но по моему мнению нельзя понимать Священное Писание и размышлять о нём не имея духовного образования, так как это не просто история отдельного народа, это история сотворения мира, история человечества и законы Божие записанные для каждого человека в котором есть дух жизни и который живёт на земле.

На сегодняшний день современное общество не смогло заложить прочного фундамента и нуждается в законе Бога, который бы учитывал все стороны жизни и деятельности человека.

Мудр и разумен, кто из вас, докажи это на самом деле добрым поведением с мудрою кротостью. (послание Иакова)

бог мораль заповедь библия

ИСПОЛЬЗУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Библия. Синодальный перевод

. Пятикнижие и Гафтарот. Ивритский текст с русским переводом и классическим комментарием. Д-р Й. Герц

diplomba.ru

Нормы морали и христианские заповеди

 

Христианская мораль включает в себя некоторую совокупность норм (правил) , призванных регулировать взаимоотношения между людьми в семье, в общине верующих, в обществе. Таковы известные ветхозаветные заповеди, евангельские «заповеди блаженства» и другие новозаветные нравственные наставления. В своей совокупности они составляют то, что можно назвать официальным, одобренным церковью кодексом христианской морали.

Христианские богословы считают библейские заповеди богооткровенны–ми по происхождению и общечеловеческими по их нравственному значению, так как бог один. Однако христианско–богословское толкование происхождения и сущности нравственных норм совершенно несостоятельно с научной точки зрения.

Марксизм–ленинизм доказывает социальную обусловленность нравственного сознания людей. Поскольку жизнь общества протекала в условиях классового разделения людей, постольку были классовыми все существовавшие в эксплуататорском обществе системы морали и, следовательно, не могло быть единого, общечеловеческого морального кодекса.

Это не значит, что в существовавших в прошлом моральных кодексах не было никаких общечеловеческих элементов. Несмотря на имеющиеся существенные расхождения в кодексах морали различных классов, в них можно найти некоторые общие требования к поведению личности в любом общежитии, простейшие нормы нравственности, без соблюдения которых невозможно существование никакого сообщества людей. Бессмысленная жестокость по отношению к ближнему, вероломство, предательство, разврат, неуважительное отношение к старшим, пренебрежение родительским долгом и некоторые другие подобные действия осуждались всеми кодексами морали.

Христианство – идеология, по–своему отражающая явления социальной жизни. Ествественно, что, создавая свой моральный кодекс, христианство включило в него и некоторые простые общечеловеческие нормы нравственности. Простейшие общие требования к поведению личности в коллективе, которые получили отражение в ветхозаветном десятисловии, были выработаны опытом коллективной жизни задолго до внесения их в тексты древнееврейской Торы. Такие обычаи, как запрещение убийства сородича или соплеменника, запрещение браков внутри племени, возникли еще в недрах родо–племенного строя. Моисеево десятисло–вие, как и весь ветхозаветный морально–правовой кодекс, формировалось в обстановке зарождавшегося рабовладельческого государства, создавалось жрецами Иерусалимского храма. Естественно, что, будучи служителями культа, жрецы объявляли свои морально–правовые установления от имени бога. Так некоторые простые нормы нравственности, приспособленные в тот период к условиям патриархального рабовладения, вошли в виде «божественных заповедей» (примерно в IX–VII вв. до н. э.) в «священные» книги древних евреев Исход и Второзаконие. Таким образом, не общество почерпнуло нормы морали из Библии, а, наоборот, Библия заимствовала некоторые из них из опыта реальной общественной жизни людей.

При ближайшем рассмотрении заповедей ветхозаветного декалога бросается в глаза, что они далеко не исчерпывают всех возможных моральных предписаний, имеющих общечеловеческое значение. Можно добавить, например, такие элементарные требования к поведению личности: не ленись, уважай знание, мудрость, не оскорбляй, уважай человеческое достоинство других, люби родину – и другие истины, самоочевидность которых признается большинством людей.

Обращает на себя внимание и тот факт, что первые четыре заповеди де–сятисловия сами по себе не имеют к морали непосредственного отношения. В них зафиксированы вероучи–тельно–обрядовые предписания древнееврейской религии, а не нравственные нормы. Требование строгого единобожия, запрещение поклонения другим богам, упоминания всуе имени бога и культовое требование соблюдения субботы призваны регулировать взаимоотношения человека с богом, а не с другими людьми и обществом. При всем том, однако, перечисленные заповеди оказывали вредное влияние на нравственность, так как в течение тысячелетий служили устойчивыми мотивами к фанатической нетерпимости, причинами преследований инаковерующих и «войн за веру». Картинными описаниями всего этого переполнены книги ветхозаветной Библии.

Истинная нравственность – это человечность. Первые же четыре заповеди требуют жертвовать любовью к людям ради любви к богу. Нравственное богословие христианства ссылается на слова евангелия, в которых любовь к богу провозглашается как «первая и наибольшая заповедь», а любовь к ближнему выдвигается лишь как заповедь вторая и подчиненная первой. Если любовь к Людям мешает любви к богу, то христианин должен отказаться от первой в пользу второй. А такой конфликт вполне возможен, потому что «…дружба с миром есть вражда против бога… кто хочет быть другом миру, тот становится врагом богу» (Иак., 4:4).

Интересы коллективной человеческой жизни требуют дружбы, товарищества, взаимопомощи людей, а христианская мораль осуждает «человеко–надеяние» и «человекоугодие», уводящие верующего от любви к богу. Воспитываемое такой проповедью неверие в человека, упование только на божью помощь искажают нравственное сознание и поведение верующих. Оно отдаляет людей друг от друга, обрекает их на одиночество и способно сделать фанатически верующего человека равнодушным к другим людям.

Так заповедь первенствующей любви к богу становится препятствием на пути нравственного совершенствования людей, если под ним понимать не возрастание благочестия, а воспитание в человеке действительно гуманных мыслей, чувств и привычек. Именно это имел в виду К. Маркс, говоря: «Чем больше вкладывает человек в бога, тем меньше остается в нем самом».

Непосредственное отношение к нравственности имеют остальные шесть заповедей ветхозаветного декалога. В них нашли отражение некоторые элементарные правила человеческого общежития: требование почтительного отношения к родителям, запрещение убийства, разврата, воровства, клеветы, зависти. Но, во–первых, эти общие моральные требования имеют не богооткровенное, а земное происхождение, и, во–вторых, в религиозном сознании они претерпели значительные изменения. И в иудаизме и в христианстве перечисленные простые нормы морали толковались в интересах определенных групп людей, в силу чего эти моральные нормы утрачивали общечеловеческое значение.

Так, например, православный катехизис растолковывает верующим, что в пятой заповеди о почитании старших под «родителями» следует подразумевать не только отца и мать, но и всех тех, кто «заступает место родителей», т. е. «начальников гражданских» и «начальников духовных», в первую очередь царя, затем церковных пастырей и, наконец, вообще всех «начальствующих в разных отношениях», следовательно, представителей господствующих классов и их государства. К такому истолкованию заповеди почитания родителей дают поводы многие места «священного писания», в которых мы находим наставления быть покорными властям, потому что всякая власть от бога, повиноваться господам не только из страха, но и по совести, не только мягким, но и жестоким. Таким образом, хотя пятая заповедь десятисловия в своей отвлеченной формулировке несомненно отражала простую норму нравственности, тем не менее в хри–стианско–церковном истолковании и применении она выражала классовые интересы эксплуататоров и тем самым не могла претендовать на общечеловеческое значение.

Шестая заповедь – «не убивай» – не может кем–либо оспариваться, если ее брать в такой отвлеченной формулировке. Но и на эту заповедь христианство накладывало различные ограничения. По смыслу ветхозаветного законодательства заповедь «не убивай» охраняла жизнь только членов одного из «колен Израилевых», заключивших «завет» с Яхве. Ее охранительная функция не распространялась на иноплеменников и поклонявшихся другим богам. Не удивительно, что так называемые «Исторические книги» ветхозаветной Библии рисуют картины бесчисленных избиений людей.

Что касается новозаветной интерпретации этой заповеди, то она противоречива. С одной стороны, евангельский Христос подтверждает и даже усиливает заповедь, осуждая не только убийство, но даже мысль о нем или простое чувство гнева на «брата своего» (см. Мф., 5:21–22). А с другой стороны, тот же самый Христос призывает к физической расправе над теми, кто не верует в него, или грозит им скорой гибелью на страшном суде (см. Мф., 18:6; Лк., 19:27). Яркие картины массовой гибели язычников рисует Откровение Иоанна. Несмотря на то, что христианство объявило раба человеком перед богом, охранительная функция шестой заповеди фактически не распространялась на рабов. Избиение строптивых рабов господином рассматривается в евангелиях как его бесспорное, законное право (Лк., 12:47).

Христианская церковь воспользовалась половинчатостью христианского гуманизма в этом вопросе для того, чтобы авторитетом веры оправдывать жестокие расправы над людьми, не желавшими подчиниться церкви или светской власти. Ссылаясь на «священное писание», церковники организовывали и благословляли истребительные походы против «еретиков», «схизматов». Как известно, ни первая, ни вторая мировые войны, спровоцированные империалистами, не были осуждены ни одной из христианских церквей.

Осуждение прелюбодеяния, т. е. нарушения супружеской верности, стало общим моральным правилом с тех пор, как сложилась парная семья в обществе. Но в своем библейском воплощении заповедь «не прелюбодействуй» фактически ограждала лишь мужа от возможного нарушения супружеской верности его женой. Кроме того, христианство обставило эту норму всевозможными аскетическими и домостроевскими предписаниями, которые в конечном счете вели к прелюбодеянию, т. е. к результату, прямо противоположному. Неравными требованиями к целомудрию мужчины и женщины христианство сильно ограничивало всеобщее в нравственной норме «не прелюбодействуй».

Заповедь «не кради», восьмая по порядку в десятисловии, настолько явственно выдвигалась на защиту собственности богатых, что выдавать ее в условиях частнособственнического общества за общечеловеческую норму значило бы бесстыдно лицемерить. Например, охранительная функция этой заповеди не имела никакого смысла в отношении к рабу, который не только не имел собственности, но сам был собственностью рабовладельца. Действие заповеди не распространялось и на собственность инаковерующих: картины грабежа в Библии не менее многочисленны, чем картины убийства и разврата. Что касается церковников, то их корыстолюбие стало притчей во языцех. Само собою разумеется также, что заповедь «не кради» не распространялась и на огромную область «законного» ограбления трудящихся, плоды труда которых присваивались эксплуататорами.

Требование «не лжесвидетельствуй», выраженное девятой заповедью, является элементарным общечеловеческим правилом. Ложь, клевета, обман, вероломство всегда считались качествами, нравственно недостойными человека. Но и эта простая норма морали была искажена христианством. Во–первых, как видно из главы 5 евангелия от Матфея, грех лжесвидетельства понимался узко как ложная клятва именем бога. Истинность или ложность показания важна не сама по себе: с религиозной точки зрения главное здесь – боязнь оскорбить бога. Во–вторых, что касается взаимоотношений между людьми (т. е. действительной области морали), то и Библия и история церквей переполнены примерами лукавого обмана и коварства. «Благочестивый обман» на пользу церкви был возведен в принцип действий церковников, которые мало считались с «богооткровен–ной» заповедью.

Наконец, десятая заповедь – «не желай ничего, что у ближнего твоего» запрещает не только действие, но и мысль, намерение отнять собственность у богача, стало быть, в ней наиболее отчетливо выступает классовый характер ветхозаветного декалога. Десятая заповедь ближе других Моисеевых заповедей стоит к новозаветной христианской морали.

Заповеди ветхозаветного десяти–словия имеют запретительный характер. Они перечисляют то, чего человек не должен делать, но ничего не говорят о том, что он должен делать, т. е. о положительном нравственном идеале. Новозаветная христианская мораль, сохранив ветхозаветный запретительный кодекс, дополнила его рядом норм, которые составили то, что можно назвать положительным нравственным идеалом христианства. В наиболее концентрированном виде этот идеал обрисован в Нагорной проповеди Христа (см. Мф., 5). Блаженны, говорится здесь, нищие духом, плачущие, кроткие, алчущие и жаждущие правды, милостивые, чистые сердцем, миротворцы, изгнанные за правду, все те, кого поносят и гонят и всячески злословят, блажен, кто любит даже врагов своих и не противится злому. Они – «соль земли», «свет мира» унаследуют царство небесное.

Содержится ли какой–либо общечеловеческий элемент в «заповедях блаженства»? Эти заповеди явились порождением конкретной исторической эпохи, идеологическим отражением бессилия угнетенных слоев населения Римской империи изменить свое положение к лучшему. Вследствие этого евангельские заповеди не могут быть признаны ни общеисторическими, ни общечеловеческими. Если простые нормы нравственности и справедливости, как правило, выступали лозунгами восстаний трудящихся, то христианские заповеди терпения, покорности, непротивления злу, конечно, такими лозунгами быть не могли, они не возбуждали, а сковывали освободительную энергию трудящихся и порабощенных Римом народов. Так в христианстве сложился своеобразный идеал праведности, лишний раз подтверждающий демократический состав первых христианских общин, потому что в «заповедях блаженства» перечисляются добродетели бедняка, и притом бедняка, разуверившегося в возможности осуществления мечтаний о лучшей жизни на земле. Такая проповедь безусловно была выгодна господствующим классам, потому что она оправдывала и даже возвышала страдания, причинявшиеся социальным гнетом и эксплуатацией. Христианская мораль, выросшая из чувства бессилия, превратила сознание этого бессилия в долг, а покорность – в главную добродетель трудящихся христиан. «Социальные принципы христианства, – писал Маркс, – проповедуют необходимость существования классов – господствующего и угнетенного, и для последнего у них находится лишь благочестивое пожелание, дабы первый ему благодетельствовал».

Итак, христианская мораль не могла не включить в себя некоторые простые нормы нравственности в виде отвлеченных высказываний – заповедей. Но в христианском религиозном сознании эти нормы предстали в искаженном виде, во–первых, потому, что религия в целом является извращенным миросозерцанием, и, во–вторых, в связи с тем, что христианство превратилось в идеологию, оправдывающую и защищающую классовые интересы эксплуататоров.

 

 

Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 264 | Нарушение авторских прав

Читайте в этой же книге: Модернизм в исламе | Иудейская догматика | Модернистский иудаизм | Иудаизм и сионизм | Вероучение буддизма | Социальная доктрина буддизма | Ламаизм | Буддизм и современность | РЕЛИГИОЗНАЯ МОРАЛЬ | Христианский идеал человека |mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.007 сек.)

mybiblioteka.su