История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Предисловие

История Древнего Рима

. Бирд история древнего рима


Мэри Бирд «SPQR. История Древнего Рима» (2017): cultprosvet_mag

Статьи Мэри Бирд периодически с интересом читал в журналах по истории, поэтому не смог пройти мимо рекламы ее книги «SPQR. История Древнего Рима». Прочел и не пожалел. Бирд пишет нестандартно, аргументировано, понятно, учитывая последние открытия. Читать ее всегда интересно. Да и история Древнего Рима, чем дальше тем больше интересует. Ведь если, как говорится, поскребя русского — увидишь татарина, то в случае Запада — Древний Рим. Удивительно насколько и политически, и культурно, и лингвистически, и даже территориально Западный мир продолжает двигаться в створе заданных Древним Римом траекторий. Не учитывая это едва ли можно разобраться с происходящим сейчас в мире процессами. Ведь информации о повседневности стало так много, что уже никакой эксперт не в состоянии владеть ей в полном объеме. Да и само общество стало крайне сложноустроенным, состоящим из огромного количества неочевидным образом взаимоувязанных элементов и с социально-политическими процессами протекающими, как правило, нетранспарентно. Еще более проблему понимания усугубляет то, что общественное мнение стало возможно конструировать на заказ, а технологии манипулирования через СМИ позволяют убеждать население в чем угодно. В таких условиях невозможно классическим способом не то чтобы понять происходящее, но и хотя бы получить общую картину. Только при чем тут Древний Рим вообще, и как его история может помочь — в частности?У древней истории есть интересное свойство. С одной стороны, наука научилась по косвенным фактам (археология, экономика, лингвистика, генетика) достаточно точно проверять гипотезы, а с другой, тем не менее, восстановить древнюю историю можно лишь в совсем общих чертах, без большого количества деталей. Создаваемые в таких условиях исторические модели проходят двойную проверку. Сначала их обкатывают на известных фактах по конкретному историческому периоду, а потом применяют для прогноза исторических событий. Результаты такого прогноза, в свою очередь, поверяют по фактам реального исторического периода и при необходимости модель корректируют и уточняют до требуемой точности. В результате возникают принципиальные модели функционирования общества, на которых, в определенном приближении, можно моделировать настоящее, и пусть упрощенно, но все же что-то в нем понимать. Да, любые исторические модели несовершенны, ограничены, и иногда — просто неверны, но тем не менее они работают почти так, как работают законы Ньютона.

Но даже без исторических моделей и Вергилий, и Цицерон, и битва при Каннах, и Римская мифология, и «Memento Mori» — до сих пор актуальны для Запада в культурном плане. На римских примерах учатся, их продолжают исследовать, брать за образец, они формируют западную идентичность. А значит, зная и понимая Pax Romana и его историю, проще понимать и Pax Americano, в котором мы и имеем счастье жить. Интересно и то, что если приглядеться, то именно по степени вовлечения в «Древне Римский» контекст проходит один из «водоразделов» между Западной элитой и плебсом.

Кадр из четвертой серии аниме "Сага о Маленькой Девочке: Таня - Воплощение Зла / Youjo Senki". Сцена в библиотеке военной академии: генерал одобряет выбор книги курсантом. Причем битва при Каннах упоминается в аниме несколько раз. И это как крайний пример вовлеченности Западной культуры в римский контекст. Ведь речь идет о развлекательном, подростковом аниме, снятом японской студией на тему ПМВ.

А когда все так, то становится не так уж и важно, что на самом деле думал Юлий Цезарь или был ли Катилина злодеем. Куда значимее что, например, для отцов-основателей Соединенных Штатов римские образцы были настолько важны, что в Новом Свете было воссоздан не только сенат, но и дом американского правительства назван «Капитолием» (явно в честь римского одноименного холма).

Здание Конгресса США (Капитолий) в Вашингтоне

1. О чем книгаНельзя сказать, что книга «SPQR. История Древнего Рима» это историческая работа в классическом понимании. С одной стороны, она «всего лишь» нон-фикшен, читать который просто полезно и занимательно, а с другой — интересная попытка переосмысления современного представления о Древнем Риме. Не модернизация, но переложение древней истории на язык современных понятий и образов, доступных читателю. Суть подхода Бирд не в систематическом изложении фактов, а в формирования у читателя «римского» мировоззрения и миропонимания. Фактов же она использует ровно столько, сколько нужно для иллюстрации и обоснования авторского изложения. При этом в книге много «свежих» исторических открытий, опубликованных в последние десятилетия и пока, судя по статьям, не всегда даже специалистам известных. И тем не менее основное в книге не факты, а попытка реконструкции «римского» мира, для соотнесения его с современностью. Поясню это на примере Нерона. С одной стороны, «все знают» что он был:

«самовлюбленный матереубийца-пироман, который якобы устроил великий пожар 64 г. не только для того, чтобы насладиться зрелищем, но также чтобы расчистить место под свой новый дворец, Золотой дом»

Ну и так дале, а с другой:

«Даже Тацит признается, что Нерон спонсировал эффективные меры по облегчению участи оставшихся без крова в результате пожара; а предполагаемый размах его новой резиденции, при всей ее роскоши (включая вращающуюся столовую), не помешал бережливому Веспасиану и его сыновьям использовать ее часть в качестве собственного дома. Кроме того, в течение 20 лет после смерти Нерона в 68 г. в восточных областях империи появилось по крайней мере три Лженерона, и даже с лирой, каждый из которых претендовал на власть, заявляя, что он и есть император Нерон, все еще живой, несмотря на сообщения о его самоубийстве. Всех их быстро убрали, но подобный обман предполагает, что в некоторых частях римского мира Нерона вспоминали с любовью: никто не пытается захватить власть, притворяясь императором, которого все ненавидят.»

Знакомая картина? Попробуйте воссоздать портрет, например, Каддафи по западной прессе. Вполне себе получится Нерон или Калигула. Даже смерть будет похожа, но что сейчас думают жители Ливии о своем «кровавом тиране»? Да и чем было убийство Каддафи в реальности? И ведь дело не только в объективной оценке исторической личности, но есть тут и еще один важный момент, на который обращает внимание Бирд:

«Наверное, те или иные черты императорского характера были важны для элиты метрополии, советников императора, сенаторов и дворцовой прислуги. <....> Однако вне этого узкого круга, и уж точно вне пределов города Рима, где последствия щедрости конкретного императора могли коснуться и обычных людей, вряд ли на самом деле имело какое-либо значение, кто именно на троне, каковы его личные привычки, какие вокруг него интриги. И у нас нет совершенно никакого свидетельства того, что характер правителя играл сколько-нибудь значительную роль для модели управления в метрополии или за ее пределами.

Если Гай, или Нерон, или Домициан на самом деле были столь безответственны, склонны к садизму и безумны, как их изображают, это не влияло или почти не влияло на внутренние закономерности <....> в глубине и независимо от тщательно выстроенных афоризмов Гиббона находилась весьма стабильная структура управления и — как мы еще увидим — весьма неизменный в течение всего данного периода набор проблем и конфликтов. Именно в эти моменты, а не в конкретные идиосинкразии правителей, мы должны вникнуть, чтобы понять имперский способ правления. В конце концов, коня так никогда и не сделали консулом.»

Но ведь и «чудовищный» сталинский террор, по факту касался в основном элиты и приближенных к ней слоев. Это в «Дом на набережной» по ночам приезжали воронки, но в паре кварталов от него, в Замоскворечье, шла уже совсем иная жизнь. А в Челябинске к общежитию тракторного завода воронки подъезжали? А в Новокузнецке? А в сотнях других городов? Для основной массы населения, сталинское время запомнилось вовсе не «воронками», и даже после XX съезда, когда сталинизм уже был под полу запретом, у многих работяг продолжали висеть портреты Сталина. И такие примеры исторической переклички из книги можно приводить постоянно.

А если под углом, предлагаемом Бирд, взглянуть на последние американские выборы, что получится? С одной стороны, да, смена «глобалистов» на «консерваторов», это существенное изменение в политической системе, но с другой стороны, так ли велико его влияние в масштабе Pax Americana? Вызовы, стоящие перед США и Западным миром в целом, куда-то рассосались? Сменилась бюрократия? Изменилось качество населения? А структура экономики? Может пропал госдолг? Преодолен кризис культуры? Что изменилось после американских выборов? И насколько это возможно в принципе?

2. Кто автор

Мэри Бирд — профессор истории Древнего мира Кембриджского университета, редактор раздела антиковедения The Times Literary Supplement (литературное приложение к The Times). Получив признание в мировом научном сообществе, стала членом Британской академии и Американской академии искусств и наук. Удостоена высших наград: Ордена Британской империи, Премии национального общества книжных критиков, Премии принцессы Астурийской.

3. Чем и кому полезнаКак уже отмечал выше, с одной стороны «SPQR. История Древнего Рима» интересное историческое чтиво: ярко, доступно и убедительно рассказывающее о периоде становления и расцвета Pax Romana. С другой же, она находка для желающих понимать происходящие в мире глобальные процессы. В книге есть для этого и «ключи», и необходимые «модели», и даже «технологии». Например, на примерах показано, как нужно рассматривать события, чтоб понимать из них что-то практически ценное. То есть, не в «интернете написали что», а разбор того, кто и что написал, с какой целью, с технологической критикой, сравнением позиций, интересов и контекстов участников. В этом смысле, удивительно читать некоторые «отзывы» на книгу , упрекающие автора в лихом развешивании ярлыков и клеймлении «исторических персонажей различными эпитетами, не являющими фактами». Особенно после того, как Бирд специально не раз на страницах акцентировала внимание читателя на необходимости ровно обратного подхода. Вот один развернутых примеров ее позиции:

«Славная традиция современного повествования о римских императорах по большей части построена на тех же принципах, вокруг личности императоров — хороших и плохих. Слова Эдуарда Гиббона <...> оказали огромное влияние на взгляды многих последующих поколений историков <...>: «Если бы у кого-нибудь спросили, в течение какого периода всемирной истории положение человеческого рода было самое счастливое и самое цветущее, он должен был бы без всяких колебаний назвать тот период, который протек от смерти Домициана до восшествия на престол Коммода», то есть время, которое многие с тех пор называли периодом «хороших „императоров“: Нервы, Траяна, Адриана, Антонина Пия, Марка Аврелия и Луция Пия.

Эти правители <...> „внушали невольное уважение и своим характером, и своим авторитетом“ и „наслаждались внешним видом свободы“. Должно быть, единственное, о чем они сожалели, делает он вывод, заключалось в том, что вскоре после них мог появиться недостойный преемник <...> и разрушить весь их труд, как и поступило большинство их предшественников: „мрачный и неумолимый Тиберий, свирепый Калигула, слабоумный Клавдий, развратный и жестокосердный Нерон, зверский Вителлий и бесчеловечный трус Домициан“.

Достаточно безапелляционное обобщение двух веков римской истории. Гиббон жил в эпоху, когда историки делали утверждения „без тени сомнения“ и были готовы поверить, что жизнь в римском мире была лучше, чем в их собственном. И это также очень обманчиво по нескольким причинам. Многих правителей нелегко вписать в некий стандартный стереотип. Сам Гиббон соглашается <...>, что один из его любимцев, Адриан, мог быть тщеславным, капризным и жестоким, то есть не только благородным принцем, но и ревнивым тираном. Должно быть, Гиббон знал историю о том, как Адриан приказал умертвить своего архитектора из-за разногласий по поводу эскиза здания; если это правда, такое императорское зло­употребление достойно самого Калигулы.»

4. НедостаткиКнига невольно базируется на том, что базовые факты из истории Рима читателю известны, что он в контексте, а это, увы, далеко не всегда так. С другой стороны, то, что Бирд в контексте Калигулы упоминает Сталина:

«Но предположим, не считаясь со всеми подозрениями, что эти рассказы полностью правдивы, что обычные люди слишком доверяют тиранам и что Рим был под властью безумного садиста — помеси клинического психопата и Сталина»

показывает, что контекст штука тонкая, и наше счастье, что даже Бирд не опускается до того, чтоб разобраться с русским. Через это, как говорится, и спасаемся, хотя в целом, пока, прогноз скорее негативный.

5. ErgoИнтересно и полезно. И, кстати, хорошо сочетается с «Как управлять рабами» Марка Сидония Фалкса и Джерри Тонера, которая как раз и показывает как семена Древнего Рима начинают прорастать в настоящем.

cultprosvet-mag.livejournal.com

SPQR. История Древнего Рима читать онлайн, Мэри Бирд

Древний Рим для нас очень важен. Отвернуться от истории римлян – значит не просто закрыть глаза на давнее прошлое. Рим по-прежнему определяет наши представления о мире и о самих себе, что нашло отражение как в серьезных теориях, так и в простодушных комедиях. По прошествии 2000 лет Рим все еще задает тон западной культуры и политики, влияя на то, что мы пишем, как мы видим мир вокруг себя и свое место в нем.

Убийство Юлия Цезаря в мартовские иды 44 г. до н. э. послужило примером и порой неуклюжим оправданием для убийств новых тиранов. Завоевания Римской империи заложили основу современной политической географии Европы и конфигурацию обширных пространств на других континентах. Лондон является столицей Великобритании прежде всего потому, что римляне сделали этот город столицей своей провинции Британии – полной опасностей земли, как им казалось, за пределами великого Океана, окружающего цивилизованный мир. Рим оставил нам в наследство идеи свободы и гражданства, равно как и империалистической эксплуатации, снабдив современную политологию словарем терминов, включая и «сенаторов», и «диктаторов». Римляне подарили нам крылатые фразы, такие как «бойтесь данайцев, дары приносящих» или «хлеба и зрелищ!», «играть на лире, когда пылает Рим» или «пока есть жизнь, есть надежда». Рим порождает столько же смеха, сколько и благоговения, и ужаса. Гладиаторы как в прошлом, так и в настоящем имеют огромные кассовые сборы. У знаменитой эпической поэмы Вергилия «Энеида», посвященной основанию Рима, оказалось в ХХ в. безусловно больше читателей, чем в I в. н. э.

Историография Древнего Рима, однако, претерпела сильные изменения за последние 50 лет, а тем более за 250 лет с момента написания «Истории упадка и разрушения Римской империи» Эдварда Гиббона – уникального исторического труда, давшего начало исследованию римской истории в англоговорящем мире. Частично это можно связать с новым взглядом на старые обстоятельства и с новыми вопросами, которые мы задаем древней истории. Но думать, будто мы стали лучшими историками, чем наши предшественники, было бы опасным заблуждением. Это не так. Мы просто подходим к Древнему Риму с другими приоритетами – от гендерных проблем до вопросов питания – и тем самым вынуждаем древность говорить с нами другим языком.

Последнее время ознаменовалось огромным множеством находок, обнаруженных в грунте, подземных водах и даже в библиотеках, и это предоставляет современным историкам гораздо больше данных, чем прежние источники. У нас теперь в распоряжении есть трогательный рассказ римского врача, чье драгоценное имущество исчезло в языках пламени: это свидетельство нашли на территории греческого монастыря лишь в 2005 г. У нас есть обломки затонувших торговых кораблей Средиземноморья, так и не довезших до Рима груз с иноземными скульптурами, стеклом и мебелью, предназначенными для богатых, а также вином и оливковым маслом для всех. Одни археологи тщательно изучают образцы бурения ледового панциря Гренландии, обнаруживая даже там следы промышленного загрязнения времен Рима. Другие специалисты разглядывают под микроскопом человеческие экскременты, найденные в выгребной яме в Геркулануме, в Южной Италии, чтобы уточнить состав пищи простых римлян, поступавшей в – и покидавшей – их пищеварительный тракт. По большей части это оказались яйца и морские ежи.

История Рима все время переписывается. Так было во все времена. В определенном смысле мы знаем о Риме больше, чем сами римляне. Иными словами, изучение истории Древнего Рима – процесс незавершенный. Данная книга – мой вклад в этот большой проект, попытка объяснить, почему нам так важна римская история. Название «SPQR» – аббревиатура еще одной крылатой латинской фразы «Senatus PopulusQue Romanus», что означает «Сенат и народ Рима». Мой труд вдохновлялся интересом к античности, убеждением, что диалог с жителями Древнего Рима по-прежнему актуален, и желанием разобраться, каким образом маленький, ничем не примечательный городок центральной Италии превратился в империю с огромной территорией на трех континентах.

Эта книга про то, как Рим рос и сохранял свои позиции, а не про упадок и разрушение, если вообще упадок происходил в том смысле, как себе это представлял Гиббон. Существует несколько разных сюжетов, пригодных в качестве завершения истории Древнего Рима: кто-то считает финалом обращение императора Константина в христианство на смертном одре в 337 г. н. э. или разграбление города в 410 г. н. э. вестготами во главе с Аларихом. Мое исследование заканчивается кульминационным моментом, когда в 212 г. н. э. император Каракалла дал всем свободным жителям Римской империи права полного римского гражданства, уничтожив различия между победителями и побежденными и завершив процесс распространения прав и привилегий римского гражданства, начавшийся примерно за тысячу лет до этого.

Книга «SPQR» – не просто дань восхищения. Многое в классической античности, как греческой, так и римской, требует нашего интереса и внимания. Наш мир был бы неизмеримо беднее, если бы мы не продолжали взаимодействовать с античным миром. Но это отнюдь не безоговорочное восхищение. Как современного человека меня возмущают рассуждения о «великих» римских завоевателях или «великой» Римской империи. Я постаралась смотреть на эти вещи и с иной стороны.

В книге «SPQR» мне хотелось развенчать некоторые мифы и полуправду о Древнем Риме, с которыми я, как и многие, выросла. Римляне не выходили на старт своего исторического пути с грандиозным планом завоевания мира. И хотя в конечном счете успех империи и был обоснован идеей, подобной доктрине «предопределения судьбы» или «явного предначертания»,[1] изначальная мотивация римской военной экспансии в Средиземноморье и на прилегающих территориях остается одной из великих мировых загадок. Расширяя империю, римляне не ставили своей задачей грубое угнетение невинных народов, занимавшихся своим делом в мире и согласии до появления легионов. История Древнего Рима была, безусловно, полна жестокости. Покорение Юлием Цезарем Галлии не без оснований сравнивают с геноцидом, и римляне той эпохи осуждали его действия. При этом Рим завоевывал земли, населенные отнюдь не мирными сообществами: для этих народов были характерны постоянная агрессия, исключительно силовые способы разрешения конфликтов между претендентами на власть; некоторые территории сами представляли собой мини-империи. Большинство врагов Рима были не менее воинственны, чем римляне, но не столь успешны, в силу обстоятельств, которые я попытаюсь раскрыть.

Рим не был лишь напористым младшим братом классической Греции, увлекавшимся инженерным делом, строительством армии и утверждением абсолютизма, в то время как греки предпочитали интеллектуальные изыскания, театр и демократию. Некоторым римским деятелям удобно было представлять дело именно так, да и многим современным историкам удобно описывать античный мир с позиций простой дихотомии двух сильно различавшихся культур. Такой подход, как будет показано, является заблуждением по отношению к обеим сторонам. Греческие города-государства жаждали побед в сражениях никак не меньше, чем римляне, большинство из них не были знакомы с афинским недолговечным экспериментом – демократией. Некоторые римские писатели не только не были бездумными сторонниками власти императора, но и оказались одними из самых яростных критиков империализма во все времена. «Создав пустыню, они говорят, что принесли мир»[2] – фраза, емко передающая обычный итог завоеваний. Эти слова были написаны во II веке н. э. римским историком Тацитом про римское владычество в Британии.

Заниматься историей Древнего Рима – дело очень непростое. Не существует единой версии римской античности, особенно с тех пор, как римский мир вышел далеко за пределы Италии. История Рима не совпадает с историей римской Британии или римской Африки. Основное внимание я уделю городу Риму и римской Италии, не преминув также оглядеть Рим извне, с точки зрения жителей разных земель империи, среди которых были солдаты, повстанцы или амбициозные предатели. И для разных периодов должна быть написана разная история Рима. От древнейшего периода возникновения Рима и его превращения в IV в. до н. э. из маленького селения в основного игрока, занимавшего весь полуостров, не осталось никаких записей, сделанных римлянами, жившими в то время. Описание этого периода должно быть смелой реконструкцией, в которую нуж ...

knigogid.ru

SPQR. История Древнего Рима (Мэри Бирд) читать онлайн книгу бесплатно

Мы встречаемся с образами и историей Древнего Рима в науке, литературе, искусстве. Но насколько близки к реальности наши представления об эпохе, на которую опирается вся западная цивилизация? Ведущий мировой специалист по древней истории Мэри Бирд в своей книге «SPQR: История Древнего Рима» объясняет, почему нам так важна римская история, каким образом маленький, ничем не примечательный городок Центральной Италии превратился в империю трех континентов.Название «SPQR» – аббревиатура латинского выражения senatus populus que romanus, означающего «сенат и народ Рима». Сенат дал название современным законодательным собраниям по всему миру.SPQR – книга о Риме и о том, как он сохранял свое господство несколько веков подряд, о его жителях, императорах и заговорщиках. Описывая взаимоотношения власти и человека, политическое устройство и конфликты, становление государственности и империи, знаменитых и никому не известных римлян, автор посредством научных данных разрушает мифы.Изложение истории Древнего Рима начинается с середины I в. до н. э., когда Рим уже был обширной метрополией с населением больше миллиона жителей, с предвестия переворота и описания звездного часа Цицерона. А заканчивается кульминационным моментом, когда в 212 г. император Каракалла дал всем свободным жителям Римской империи право полного римского гражданства, уничтожив различия между победителями и побежденными.Почему книга достойна прочтения:– Здесь есть все лучшее, что читатель может найти в научно-популярной литературе: глубокое и всестороннее знание предмета, великолепный язык, ощущение пульсации повседневной жизни.– С увеличением числа находок, обнаруженных в грунте, подземных водах и даже в библиотеках, историография Древнего Рима претерпела сильные изменения за последние 50 лет. Книга содержит актуальные научные данные.– Эта книга – исторический спектакль, связь между прошлым и настоящим. Удивительно, как много похожих событий и параллелей с сегодняшним днем читатель найдет в истории о Древнем Риме.

О книге

  • Название:SPQR. История Древнего Рима
  • Автор:Мэри Бирд
  • Жанр:История
  • Серия:-
  • ISBN:978-5-9614-4516-9
  • Страниц:133
  • Перевод:Дарья Попова
  • Издательство:Альпина Диджитал
  • Год:2017

Электронная книга

Карты

1. Ранний Рим и его соседи

2. Древний город Рим

3. Италия времен Древнего Рима

4. Город Рим времен империи

5. Римский мир

Предисловие История Древнего Рима

Древний Рим для нас очень важен. Отвернуться от истории римлян – значит не просто закрыть глаза на давнее прошлое. Рим по-прежнему определяет наши представления о мире и о самих себе, что нашло отражение как в серьезных теориях, так и в простодушных комедиях. По прошествии 2000 лет Рим все еще задает тон западной культуры и политики, влияя на то...

lovereads.me

«SPQR. История Древнего Рима» — Мэри Бирд

ПРЕДИСЛОВИЕ

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА

Древний Рим для нас очень важен. Отвернуться от истории римлян — значит не просто закрыть глаза на давнее прошлое. Рим по-прежнему определяет наши представления о мире и о самих себе, что нашло отражение как в серьезных теориях, так и в простодушных комедиях. По прошествии 2000 лет Рим все еще задает тон западной культуры и политики, влияя на то, что мы пишем, как мы видим мир вокруг себя и свое место в нем.

Убийство Юлия Цезаря в мартовские иды 44 г. до н.э. послужило примером и порой неуклюжим оправданием для убийств новых тиранов. Завоевания Римской империи заложили основу современной политической географии Европы и конфигурацию обширных пространств на других континентах. Лондон является столицей Великобритании прежде всего потому, что римляне сделали этот город столицей своей провинции Британии — полной опасностей земли, как им казалось, за пределами великого Океана, окружающего цивилизованный мир. Рим оставил нам в наследство идеи свободы и гражданства, равно как и империалистической эксплуатации, снабдив современную политологию словарем терминов, включая и «сенаторов», и «диктаторов». Римляне подарили нам крылатые фразы, такие как «бойтесь данайцев, дары приносящих» или «хлеба и зрелищ!», «играть на лире, когда пылает Рим» или «пока есть жизнь, есть надежда». Рим порождает столько же смеха, сколько и благоговения, и ужаса. Гладиаторы как в прошлом, так и в настоящем имеют огромные кассовые сборы. У знаменитой эпической поэмы Вергилия «Энеида», посвященной основанию Рима, оказалось в ХХ в. безусловно больше читателей, чем в I в. н.э.

Историография Древнего Рима, однако, претерпела сильные изменения за последние 50 лет, а тем более за 250 лет с момента написания «Истории упадка и разрушения Римской империи» Эдварда Гиббона — уникального исторического труда, давшего начало исследованию римской истории в англоговорящем мире. Частично это можно связать с новым взглядом на старые обстоятельства и с новыми вопросами, которые мы задаем древней истории. Но думать, будто мы стали лучшими историками, чем наши предшественники, было бы опасным заблуждением. Это не так. Мы просто подходим к Древнему Риму с другими приоритетами — от гендерных проблем до вопросов питания — и тем самым вынуждаем древность говорить с нами другим языком.

Последнее время ознаменовалось огромным множеством находок, обнаруженных в грунте, подземных водах и даже в библиотеках, и это предоставляет современным историкам гораздо больше данных, чем прежние источники. У нас теперь в распоряжении есть трогательный рассказ римского врача, чье драгоценное имущество исчезло в языках пламени: это свидетельство нашли на территории греческого монастыря лишь в 2005 г. У нас есть обломки затонувших торговых кораблей Средиземноморья, так и не довезших до Рима груз с иноземными скульптурами, стеклом и мебелью, предназначенными для богатых, а также вином и оливковым маслом для всех. Одни археологи тщательно изучают образцы бурения ледового панциря Гренландии, обнаруживая даже там следы промышленного загрязнения времен Рима. Другие специалисты разглядывают под микроскопом человеческие экскременты, найденные в выгребной яме в Геркулануме, в Южной Италии, чтобы уточнить состав пищи простых римлян, поступавшей в — и покидавшей — их пищеварительный тракт. По большей части это оказались яйца и морские ежи.

История Рима все время переписывается. Так было во все времена. В определенном смысле мы знаем о Риме больше, чем сами римляне. Иными словами, изучение истории Древнего Рима — процесс незавершенный. Данная книга — мой вклад в этот большой проект, попытка объяснить, почему нам так важна римская история. Название «SPQR» — аббревиатура еще одной крылатой латинской фразы «Senatus PopulusQue Romanus», что означает «Сенат и народ Рима». Мой труд вдохновлялся интересом к античности, убеждением, что диалог с жителями Древнего Рима по-прежнему актуален, и желанием разобраться, каким образом маленький, ничем не примечательный городок центральной Италии превратился в империю с огромной территорией на трех континентах.

Эта книга про то, как Рим рос и сохранял свои позиции, а не про упадок и разрушение, если вообще упадок происходил в том смысле, как себе это представлял Гиббон. Существует несколько разных сюжетов, пригодных в качестве завершения истории Древнего Рима: кто-то считает финалом обращение императора Константина в христианство на смертном одре в 337 г. н.э. или разграбление города в 410 г. н.э. вестготами во главе с Аларихом. Мое исследование заканчивается кульминационным моментом, когда в 212 г. н.э. император Каракалла дал всем свободным жителям Римской империи права полного римского гражданства, уничтожив различия между победителями и побежденными и завершив процесс распространения прав и привилегий римского гражданства, начавшийся примерно за тысячу лет до этого.

Книга «SPQR» — не просто дань восхищения. Многое в классической античности, как греческой, так и римской, требует нашего интереса и внимания. Наш мир был бы неизмеримо беднее, если бы мы не продолжали взаимодействовать с античным миром. Но это отнюдь не безоговорочное восхищение. Как современного человека меня возмущают рассуждения о «великих» римских завоевателях или «великой» Римской империи. Я постаралась смотреть на эти вещи и с иной стороны.

В книге «SPQR» мне хотелось развенчать некоторые мифы и полуправду о Древнем Риме, с которыми я, как и многие, выросла. Римляне не выходили на старт своего исторического пути с грандиозным планом завоевания мира. И хотя в конечном счете успех империи и был обоснован идеей, подобной доктрине «предопределения судьбы» или «явного предначертания»[1], изначальная мотивация римской военной экспансии в Средиземноморье и на прилегающих территориях остается одной из великих мировых загадок. Расширяя империю, римляне не ставили своей задачей грубое угнетение невинных народов, занимавшихся своим делом в мире и согласии до появления легионов. История Древнего Рима была, безусловно, полна жестокости. Покорение Юлием Цезарем Галлии не без оснований сравнивают с геноцидом, и римляне той эпохи осуждали его действия. При этом Рим завоевывал земли, населенные отнюдь не мирными сообществами: для этих народов были характерны постоянная агрессия, исключительно силовые способы разрешения конфликтов между претендентами на власть; некоторые территории сами представляли собой мини-империи. Большинство врагов Рима были не менее воинственны, чем римляне, но не столь успешны, в силу обстоятельств, которые я попытаюсь раскрыть.

Рим не был лишь напористым младшим братом классической Греции, увлекавшимся инженерным делом, строительством армии и утверждением абсолютизма, в то время как греки предпочитали интеллектуальные изыскания, театр и демократию. Некоторым римским деятелям удобно было представлять дело именно так, да и многим современным историкам удобно описывать античный мир с позиций простой дихотомии двух сильно различавшихся культур. Такой подход, как будет показано, является заблуждением по отношению к обеим сторонам. Греческие города-государства жаждали побед в сражениях никак не меньше, чем римляне, большинство из них не были знакомы с афинским недолговечным экспериментом — демократией. Некоторые римские писатели не только не были бездумными сторонниками власти императора, но и оказались одними из самых яростных критиков империализма во все времена. «Создав пустыню, они говорят, что принесли мир»[2] — фраза, емко переда­ющая обычный итог завоеваний. Эти слова были написаны во II веке н.э. римским историком Тацитом про римское владычество в Британии.

Заниматься историей Древнего Рима — дело очень непростое. Не существует единой версии римской античности, особенно с тех пор, как римский мир вышел далеко за пределы Италии. История Рима не совпадает с историей римской Британии или римской Африки. Основное внимание я уделю городу Риму и римской Италии, не преминув также оглядеть Рим извне, с точки зрения жителей разных земель империи, среди которых были солдаты, повстанцы или амбициозные предатели. И для разных периодов должна быть написана разная история Рима. От древнейшего периода возникновения Рима и его превращения в IV в. до н.э. из маленького селения в основного игрока, занимавшего весь полуостров, не осталось никаких записей, сделанных римлянами, жившими в то время. Описание этого периода должно быть смелой реконструкцией, в которую нужно втиснуть отдельные свидетельства — обломок керамики, несколько букв, процарапанных на камне, — как бы трудно это ни было. Три столетия спустя появляется огромная масса противоречивых письменных свидетельств, создающая обратную проб­лему: как разобраться в этом море, грозящем затопить любое стройное повествование.

Изучение истории Рима требует особенного воображения. В некотором смысле, исследование римской античности из XXI в. похоже на работу канатоходца: приходится очень осторожно балансировать. С одной стороны, все выглядит успокаивающе знакомым: в Древнем Риме ведутся диалоги, к которым мы вполне могли бы присоединиться: о сути свободы или проблеме полов; там возводятся узнаваемые здания и памятники; семейная жизнь устроена понятным нам образом, со всеми известными подростковыми трудностями; там придумывают шутки, над которыми мы смеемся. Но с другой стороны, Рим кажется нам совершенно чуждой территорией. Мы сталкиваемся не только с рабством, жуткой грязью (едва ли в Древнем Риме осуществлялся вывоз мусора), человекоубийством на арене и смертью от болезней, которые сейчас легко лечатся, но и с такими дикостями, как выбрасывание новорожденных, малолетние невесты и живописные жрецы-скопцы.

Мы начнем изучение этого мира с рассказа об одном периоде римской истории, над которым и сами римляне не переставали ломать голову, и современные исследователи, от историков до драматургов, не устают о нем спорить. Этот период знакомит нас с некоторыми ключевыми персонажами Древнего Рима, с богатством дискуссии римлян о своем прошлом и с нашими попытками это прошлое воскресить и понять — и разобраться, почему же история Рима, его сената и народа для нас так много значат.

mybook.ru

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА МЭРИ БИРД

Транскрипт

1 ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА МЭРИ БИРД

2 A HISTORY OF ANCIENT ROME MARY BEARD PROFILE BOOKS

3 ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА МЭРИ БИРД Перевод с английского Москва 2017

4 УДК 94(37) ББК 63(0)32 Б64 Переводчик Дарья Попова Редактор Любовь Сумм Б64 Бирд М. SPQR: История Древнего Рима / Мэри Бирд ; Пер. с англ. М.: Альпина нон-фикшн, с с. вкл. ISBN Древний Рим тема всеобщего интереса, опыты знакомства с его образами и историей сопровождают нас в науках, литературе, искусстве. Но насколько близки к реальности наши представления о той эпохе? Книга Мэри Бирд, одного из ведущих мировых специалистов по древней истории, неизбежно изменит многие из них. Сенат и народ, Цицерон и Катилина, Ганнибал, Цезарь, Клеопатра, Август и Нерон... Описывая взаимоотношения власти и человека, политическое устройство и конфликты, становление государственности и империи, знаменитых и никому не известных римлян, автор обрушивает множество мифов, заставляет по-иному взглянуть на многие события давней истории. Здесь есть все лучшее, что читатель может найти в научно-популярной литературе: глубокие и всесторонние знания о предмете, великолепный язык рассказчика, умение передать пульс повседневной жизни. Читая о далеком прошлом, мы сопереживаем ему так, словно читаем блог самого Цицерона, словно играем в кости в помпейском трактире. УДК 94(37) ББК 63(0)32 Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу ISBN (рус.) ISBN (англ.) Mary Beard Publications, 2015 Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2017

5 Оглавление Карты 8 Предисловие: История Древнего Рима 15 1 Звездный час Цицерона 23 2 В самом начале 63 3 Римские цари Великий рывок Рима Шире круг Новая политическая ситуация 251

6 7 От империи к императорам В тылу Превращения Августа Четырнадцать императоров Имущие и неимущие Рим вне Рима 579 Послесловие: Первое римское тысячелетие 641 ИСТОЧНИКИ 653 ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА 661 СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ 675 ПРЕДМЕТНО-ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ 685 6

7 карты 1 Ранний Рим и его соседи 2 Древний город Рим 3 Италия времен Древнего Рима 4 Город Рим времен империи 5 Римский мир

8 1 Ранний Рим и его соседи Тразименское озеро Клузия (Кьюзи) п е А н н и Я И Р У Р Т Э Вольсинии н ы Вульчи Тарквинии Тибр С А Б И Н Ы Тирренское море Цере (Черветери) Остия Вейи Фидены Анио РИМ Альба-Лонга Тибур Габии Альбанские горы Тускул Ариция Пренеста Э В Ы К Лавиниум ЛАЦИУМ Ардея киллометры Анций Сатрикум ВОЛЬСКИ Таррачина мили Цирцеи

9 2 Древний город Рим Campus Марсово поле Martius Капитолий Capitoline (Капитолиум) (Capitolium) Тибрский Tiber остров Island Quirinal Квиринал Палатин Palatine (Палациум) (Palatium) Viminal Виминал Ф О Р У М Велия Фагутал Fagutal Cispius Циспий Caelian (Caelius) Целий Esquiline Эсквилин Oppius Оппий Тибр Aventine Авентин Extent of 4th Century BCE контур стен walls IV в. до н. э метры ярды

10 Тибр 3 Италия времен Древнего Рима Комум ЦИЗАЛЬПТЙСКАЯ ГАЛЛИЯ Патавий По А П Е Н Н И Н С К И Е Г О Р Ы Л И Г У Р И Я Каррара Арно Рубикон Сентинум ПИЦЕН И Л Л И Р И Я Д Р И А Т И Ч Е С К О Е М О Р Е А Э Т Р У Р И Я Тразименское озеро Перузия ЭЛЬБА УМБРИЯ Аскул Коза КОРСИКА САРДИНИЯ Алерия Аллия Тиволи озеро Фучино РИМ Тускул Остия Арпин Фрегеллы Антиум Астура Формия Теан Капуя КАМПАНИЯ Анио Лирис САМНИЙ Неаполь Кумы Путеолы Везувий Помпеи Пифекуза Геркуланум МОРЕ ТИРРЕНСКОЕ КАПРИ Канны Кавдинское ущелье АПУЛИЯ Аппиева дорога ЛУКАНИЯ Тарент Гераклея Брундизий БРУТТИЙ Таормина километры мили Этна С И Ц И Л И Я Мессинский пролив СИЦИЛИЙСКОЕ МОРЕ

11 4 Город Рим времен империи Мавзолей Августа Мавзолей Адриана Алтарь мира колонна Марка Аврелия КВИРИНАЛ термы Диоклетиана театр Помпея Пантеон театр Марцелла Тибрский остров храм Юпитера Всеблагого Величайшего КАПИТОЛИЙ ПАЛАТИН Форум Траяна и колонна Траяна Форум Августа Форум Цезаря арка Тита Римский Форум ВИМИНАЛ бани Траяна ЭСКВИЛИН остатки Золотого дома Palace Колизей река Тибр Большой цирк АВЕНТИН Монте Тестаччо метры («гора черепков») ярды РИМСКИЙ ФОРУМ термы Каракаллы гробница Сципионов курия карцер арка Септимия Севера Комиций пуп земли Черный храм камень Согласия Ростры храм Курциево Веспасиана озеро храм Сатурна Юлиева базилика Эмилиева базилика храм Антонина и Фаустины героон Ромула храм Божественного Регия Юлия храм Весты храм Кастора Атрий Весты и Поллукса озеро Ютурны Священная дорога

12 5 Римский мир КАЛЕДОНИЯ Вал Адриана Арбея Виндоланда Эборак ГИБЕРНИЯ Вириконий Бат (Аквы Сулийские) Фишбурн Эл ьба Тевтобургский лес БРИТАНИЯ Колчестер Лондон Чичестер ГЕРМАНИЯ Рей ш н Ла-Ман Вальдгирм Дун ай АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН ГАЛЛИЯ АЛЬ ПЫ Аквилея ПАННОНИЯ По Рона Ля-Грофсенк Массалия (Марсель) АД Т А Л ро Эб ЛУЗИТАНИЯ Эмерита-Августа ИЛЛ Равенна И ИСПАНИЯ Виндобона НОРИК РЕЦИЯ КОРСИКА Тарракон РИМ И РИ ИРИ Я Салона АТ ИЧ ЕС Я КО Е М ОР Брундизий Е САРДИНИЯ Балеарские острова Кордуба Бетис Италика Картея СИЦИЛИЯ Тиддис МАВРЕТАНИЯ Тимгад Утика Карфаген Зама НУМИДИЯ АФРИКА П У С Т Ы Н Я Битвы километры 300 мили Сиракузы Большая Лептида С А Х А Р А

13 КА СП М ИЙ ОР СК Е О Е КРЫМ ДАКИЯ Одессус МЁЗИЯ ИЯ АК Ф РКонстантинополь ФИ ГАЛАТИЯ Никомедия Анкира Никея Троя Пергам ФЕССАЛИЯ КОРФУ Фарсал Никополь ЛЕСБОС ХИОС САМОС Дельфы Афины Акций Коринф ДЕЛОС Спарта Гифион ПЕЛОПОННЕС АНТИКИТЕРА АРМЕНИЯ ПОНТ Я НИ ВИ Филиппы Абдеры МАКЕДОНИЯ Е МОРЕ Е РНО ЧЕ ай Дун Тиг р МЕСОПОТАМИЯ Эдесса АЗИ Антиохия Каунос РОДОС КРИТ рат СИРИЯ Саламин Эмеса Пальмира Сидон Тир КИПР ПАРФИЯ Евф Я Теос Афродисиас Иераполис Аспенд Эфес Галикарнас Книд Карры КИЛИКИЯ Дамаск ИУДЕЯ Иерусалим Е СРЕДИЗЕМНО Кирена Мертвое море Е МОР Масада Петра АРАВИЯ Александрия Нил СИНАЙ ЕГ ИП ЕТ Монс Клаудианус К Дендера Р А С Н О Е М О Р Е

14

15 предисловие ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА Д ревний Рим для нас очень важен. Отвернуться от истории римлян значит не просто закрыть глаза на давнее прошлое. Рим по-прежнему определяет наши представления о мире и о самих себе, что нашло отражение как в серьезных теориях, так и в простодушных комедиях. По прошествии 2000 лет Рим все еще задает тон западной культуры и политики, влияя на то, что мы пишем, как мы видим мир вокруг себя и свое место в нем. Убийство Юлия Цезаря в мартовские иды 44 г. до н. э. послужило примером и порой неуклюжим оправданием для убийств новых тиранов. Завоевания Римской империи заложили основу современной политической географии Европы и конфигурацию обширных пространств на других континентах. Лондон является столицей Великобритании прежде всего потому, что римляне сделали этот город столицей своей провинции Британии полной опасностей земли, как им казалось, за пределами великого Океана, окружающего цивилизованный мир. Рим оставил нам в наследство идеи свободы и гражданства, равно как и империалистиче- 15

16 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА ской эксплуатации, снабдив современную политологию словарем терминов, включая и «сенаторов», и «диктаторов». Римляне подарили нам крылатые фразы, такие как «бойтесь данайцев, дары приносящих» или «хлеба и зрелищ!», «играть на лире, когда пылает Рим» или «пока есть жизнь, есть надежда». Рим порождает столько же смеха, сколько и благоговения, и ужаса. Гладиаторы как в прошлом, так и в настоящем имеют огромные кассовые сборы. У знаменитой эпической поэмы Вергилия «Энеида», посвященной основанию Рима, оказалось в ХХ в. безусловно больше читателей, чем в I в. н. э. Историография Древнего Рима, однако, претерпела сильные изменения за последние 50 лет, а тем более за 250 лет с момента написания «Истории упадка и разрушения Римской империи» Эдварда Гиббона уникального исторического труда, давшего начало исследованию римской истории в англоговорящем мире. Частично это можно связать с новым взглядом на старые обстоятельства и с новыми вопросами, которые мы задаем древней истории. Но думать, будто мы стали лучшими историками, чем наши предшественники, было бы опасным заблуждением. Это не так. Мы просто подходим к Древнему Риму с другими приоритетами от гендерных проблем до вопросов питания и тем самым вынуждаем древность говорить с нами другим языком. Последнее время ознаменовалось огромным множеством находок, обнаруженных в грунте, подземных водах и даже в библиотеках, и это предоставляет современным историкам гораздо больше данных, чем прежние источники. У нас теперь в распоряжении есть трогательный рассказ римского врача, чье драгоценное имущество исчезло в языках пламени: это свидетельство нашли на территории греческого мона- 16

17 ПРЕДИСЛОВИЕ стыря лишь в 2005 г. У нас есть обломки затонувших торговых кораблей Средиземноморья, так и не довезших до Рима груз с иноземными скульптурами, стеклом и мебелью, предназначенными для богатых, а также вином и оливковым маслом для всех. Одни археологи тщательно изучают образцы бурения ледового панциря Гренландии, обнаруживая даже там следы промышленного загрязнения времен Рима. Другие специалисты разглядывают под микроскопом человеческие экскременты, найденные в выгребной яме в Геркулануме, в Южной Италии, чтобы уточнить состав пищи простых римлян, поступавшей в и покидавшей их пищеварительный тракт. По большей части это оказались яйца и морские ежи. История Рима все время переписывается. Так было во все времена. В определенном смысле мы знаем о Риме больше, чем сами римляне. Иными словами, изучение истории Древнего Рима процесс незавершенный. Данная книга мой вклад в этот большой проект, попытка объяснить, почему нам так важна римская история. Название «SPQR» аббревиатура еще одной крылатой латинской фразы «Senatus PopulusQue Romanus», что означает «Сенат и народ Рима». Мой труд вдохновлялся интересом к античности, убеждением, что диалог с жителями Древнего Рима по-прежнему актуален, и желанием разобраться, каким образом маленький, ничем не примечательный городок центральной Италии превратился в империю с огромной территорией на трех континентах. Эта книга про то, как Рим рос и сохранял свои позиции, а не про упадок и разрушение, если вообще упадок происходил в том смысле, как себе это представлял Гиббон. Существует несколько разных сюжетов, пригодных в качестве завершения истории Древнего Рима: кто-то считает финалом обращение 17

18 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА императора Константина в христианство на смертном одре в 337 г. н. э. или разграбление города в 410 г. н. э. вестготами во главе с Аларихом. Мое исследование заканчивается кульминационным моментом, когда в 212 г. н. э. император Каракалла дал всем свободным жителям Римской империи права полного римского гражданства, уничтожив различия между победителями и побежденными и завершив процесс распространения прав и привилегий римского гражданства, начавшийся примерно за тысячу лет до этого. Книга «SPQR» не просто дань восхищения. Многое в классической античности, как греческой, так и римской, требует нашего интереса и внимания. Наш мир был бы неизмеримо беднее, если бы мы не продолжали взаимодействовать с античным миром. Но это отнюдь не безоговорочное восхищение. Как современного человека меня возмущают рассуждения о «великих» римских завоевателях или «великой» Римской империи. Я постаралась смотреть на эти вещи и с иной стороны. В книге «SPQR» мне хотелось развенчать некоторые мифы и полуправду о Древнем Риме, с которыми я, как и многие, выросла. Римляне не выходили на старт своего исторического пути с грандиозным планом завоевания мира. И хотя в конечном счете успех империи и был обоснован идеей, подобной доктрине «предопределения судьбы» или «явного предначертания»*, изначальная мотивация римской военной экспансии в Средиземноморье и на прилегающих территориях остается одной из великих мировых загадок. Расширяя империю, римляне не ставили своей задачей грубое угнетение невинных народов, занимавшихся своим делом в мире * Доктрина экспансии США в Северной и Южной Америке, которая оправдывалась в XIX в. божественным провидением. Здесь и далее прим. ред. 18

19 ПРЕДИСЛОВИЕ и согласии до появления легионов. История Древнего Рима была, безусловно, полна жестокости. Покорение Юлием Цезарем Галлии не без оснований сравнивают с геноцидом, и римляне той эпохи осуждали его действия. При этом Рим завоевывал земли, населенные отнюдь не мирными сообществами: для этих народов были характерны постоянная агрессия, исключительно силовые способы разрешения конфликтов между претендентами на власть; некоторые территории сами представляли собой мини-империи. Большинство врагов Рима были не менее воинственны, чем римляне, но не столь успешны, в силу обстоятельств, которые я попытаюсь раскрыть. Рим не был лишь напористым младшим братом классической Греции, увлекавшимся инженерным делом, строительством армии и утверждением абсолютизма, в то время как греки предпочитали интеллектуальные изыскания, театр и демократию. Некоторым римским деятелям удобно было представлять дело именно так, да и многим современным историкам удобно описывать античный мир с позиций простой дихотомии двух сильно различавшихся культур. Такой подход, как будет показано, является заблуждением по отношению к обеим сторонам. Греческие города-государства жаждали побед в сражениях никак не меньше, чем римляне, большинство из них не были знакомы с афинским недолговечным экспериментом демократией. Некоторые римские писатели не только не были бездумными сторонниками власти императора, но и оказались одними из самых яростных критиков империализма во все времена. «Создав пустыню, они говорят, что принесли мир»* фраза, емко переда- * Тацит. Агрикола (пер. А. Бобовича). 19

20 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА ющая обычный итог завоеваний. Эти слова были написаны во II веке н. э. римским историком Тацитом про римское владычество в Британии. Заниматься историей Древнего Рима дело очень непростое. Не существует единой версии римской античности, особенно с тех пор, как римский мир вышел далеко за пределы Италии. История Рима не совпадает с историей римской Британии или римской Африки. Основное внимание я уделю городу Риму и римской Италии, не преминув также оглядеть Рим извне, с точки зрения жителей разных земель империи, среди которых были солдаты, повстанцы или амбициозные предатели. И для разных периодов должна быть написана разная история Рима. От древнейшего периода возникновения Рима и его превращения в IV в. до н. э. из маленького селения в основного игрока, занимавшего весь полуостров, не осталось никаких записей, сделанных римлянами, жившими в то время. Описание этого периода должно быть смелой реконструкцией, в которую нужно втиснуть отдельные свидетельства обломок керамики, несколько букв, процарапанных на камне, как бы трудно это ни было. Три столетия спустя появляется огромная масса противоречивых письменных свидетельств, создающая обратную проблему: как разобраться в этом море, грозящем затопить любое стройное повествование. Изучение истории Рима требует особенного воображения. В некотором смысле, исследование римской античности из XXI в. похоже на работу канатоходца: приходится очень осторожно балансировать. С одной стороны, все выглядит успокаивающе знакомым: в Древнем Риме ведутся диалоги, к которым мы вполне могли бы присоединиться: о сути свободы или проблеме полов; там возводятся узна- 20

21 ПРЕДИСЛОВИЕ ваемые здания и памятники; семейная жизнь устроена понятным нам образом, со всеми известными подростковыми трудностями; там придумывают шутки, над которыми мы смеемся. Но с другой стороны, Рим кажется нам совершенно чуждой территорией. Мы сталкиваемся не только с рабством, жуткой грязью (едва ли в Древнем Риме осуществлялся вывоз мусора), человекоубийством на арене и смертью от болезней, которые сейчас легко лечатся, но и с такими дикостями, как выбрасывание новорожденных, малолетние невесты и живописные жрецы-скопцы. Мы начнем изучение этого мира с рассказа об одном периоде римской истории, над которым и сами римляне не переставали ломать голову, и современные исследователи, от историков до драматургов, не устают о нем спорить. Этот период знакомит нас с некоторыми ключевыми персонажами Древнего Рима, с богатством дискуссии римлян о своем прошлом и с нашими попытками это прошлое воскресить и понять и разобраться, почему же история Рима, его сената и народа для нас так много значат. 21

22

23 ГЛАВА 1 ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС ЦИЦЕРОНА spqr: 63 г. до н. э. Наше изложение истории Древнего Рима начинается с середины I в. до н. э., когда с момента основания города прошло уже более 600 лет. Начинается оно с предвестия переворота. Это было время ожидания революционных изменений, когда тайная террористическая организация вынашивала планы восстания в городе; секретных провокаций и публичных страстных речей, сражений римлян против римлян же, с беспрецедентной казни римских граждан (виновных или невиновных) в интересах государственной безопасности. И все это 63 г. до н. э. С одной стороны, мы видим Луция Сергия Катилину, озлобленного обанкротившегося аристократа, которого многие считают инициатором заговора против сенаторов: задумав убийство оппонентов и поджог Рима, он надеялся таким способом добиться списания всех долгов, как для бедных, так и для богатых. С другой стороны Марк Туллий Цицерон (далее просто Цицерон) знаменитый оратор, философ, жрец, поэт, политик, остряк и прекрасный рассказчик, одна из потенциальных 23

24 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА жертв убийц; талантливый ритор, он не жалел красноречия для демонстрации своих заслуг в деле разоблачения коварного заговора Катилины и спасения отечества. Это был его звездный час. К 63 г. до н. э. Рим уже был обширной метрополией, населенной более чем миллионом жителей. Это был самый большой город в Европе, и он оставался таковым до XIX в. И хотя Рим еще не знал императоров, он господствовал над огромной империей от Испании до Сирии и от южной Франции до Сахары. Это была странная смесь роскоши и грязи, свободы и эксплуатации, гордости за отечество и братоубийства в гражданских войнах. В последующих главах мы вернемся к более глубокому прошлому, к началу римской эпохи, отмеченному подвигами римского народа как на военном, так и на мирном поприще. Мы постараемся понять, что стоит за известными сюжетами, и поныне задевающими нас за живое, от истории Ромула и Рема до поругания Лукреции. У нас будут возникать вопросы, которые не давали покоя историкам начиная с античных времен. Как и почему обычный маленький городок в центральной Италии разросся до размеров самого большого во всем Средиземноморье города, контролирующего огромную империю? Было ли в римлянах что-то особенное и что это могло быть? Однако начинать изложение истории Древнего Рима с самого начала довольно бессмысленная затея. Современным взглядом ее пристально и детально рассматривать можно лишь с I в. до н. э. От этого периода нам досталось невероятное множество текстов: от частных писем до публичных речей, от философии до поэзии, текстов эпических и эротических, научных и прямо «с улицы». Благодаря этим источникам мы можем представить себе, как должны были крутиться и вертеться по- 24

25 ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС ЦИЦЕРОНА литические гранды в потоке повседневных проблем. Мы можем подслушать, как они торговались и шли на компромиссы, подсмотреть, как всаживали нож в спину друг другу, в буквальном и переносном смысле. Мы можем даже окунуться в их личную жизнь: стать свидетелями семейных неурядиц, финансовых проблем, можем посочувствовать утрате любимого ребенка или, порой, любимого раба. С более ранними периодами в истории Запада мы не имеем возможности так близко познакомиться (у нас нет, например, таких подробных и разнообразных сведений о жизни в классических Афинах). И вновь так же детально нам откроется бытописание какого-либо места лишь спустя тысячу с лишним лет, и это будет уже мир Флоренции в эпоху Возрождения. Более того, именно в I в. до н. э. сами римские авторы начали систематически изучать более ранние века истории своего города и всей империи. Интерес к прошлому Рима, безусловно, возникал и раньше: до нас дошло, например, сочинение жившего во II в. до н. э. эры грека о расцвете и могуществе города. Но лишь с I в. до н. э. римские ученые и критики стали ставить вопросы, подобные тем, что мы задаем сегодня. Сочетание научных исследований с большой долей творческого вымысла позволило им собрать по кусочкам свою версию того, что происходило в древности, и мы до сих пор принимаем ее за основу. Мы и поныне во многом смотрим на историю Рима сквозь призму открытий I в. до н. э. Или, другими словами, та история Древнего Рима, которую мы знаем, родилась в I в. до н. э. Год 63 г. до н. э. значимый рубеж в том непростом столетии. Город был на грани катастрофы. За тысячелетнюю историю, которую мы рассматриваем в этой книге, Рим не раз сталкивался лицом к лицу с опасностями и поражениями. 25

26 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА Так, в 390 г. до н. э. город был разграблен большим отрядом галлов. В 218 г. до н. э. карфагенский полководец Ганнибал совершил знаменитый переход через Альпы с 37 слонами и нанес римлянам огромный ущерб, прежде чем они сумели отбить его атаку. Римские потери в битве при Каннах в 216 г. до н. э. составляют убитыми за один день, что сопоставимо с Геттисбергским кровопролитием или первым днем на Сомме. Не менее ужасающими в глазах римлян были поражения, нанесенные регулярным легионам в 70-х гг. до н. э. неорганизованным отрядом бывших гладиаторов и беглых рабов под предводительством Спартака: обнаружилось, что римская военная подготовка вовсе не так уж надежна. По сути дела, римляне никогда и не были столь уж непобедимы, как мы склонны думать, или как бы они хотели казаться. Но в 63 г. до н. э. им пришлось иметь дело с внутренним врагом, с кровавым заговором прямо в сердце правящей элиты. Развитие этого кризиса можно проследить в мельчайших подробностях, день за днем, а в какие-то моменты и час за часом. Мы точно знаем, где произошла бóльшая часть событий, в некоторых местах поныне сохранились те же памятники, что доминировали в ландшафте тех времен. Мы можем узнать, какие «спецоперации» поставляли Цицерону информацию о заговоре; как Катилину заставили бежать из города, чтобы присоединиться к наспех собранному ополчению к северу от Рима, и как он ввязался в битву с римскими легионерами, что стоило ему жизни. Мы можем также ознакомиться с некоторыми доводами дискуссии вокруг этого политического кризиса и задаться более широкими вопросами, которые эти события поставили и продолжают ставить до сих пор. Решительная реакция Цицерона, в числе прочего повлекшая 26

27 ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС ЦИЦЕРОНА 1. Тяжелые колонны и арки Табулария, встроенные в более поздний дворец Микеланджело, до сих пор привлекают внимание осматривающих римский Форум. Построенный за несколько десятков лет до консульства Цицерона в 63 г. до н. э., Табуларий представлял в свое время последнее слово архитектурной техники. Его назначение не вполне ясно. Это было, очевидно, общественное здание, но необязательно для государственного архива (tabularium), как обычно считается за собой скоропалительные казни, обнажает в острой форме проблемы, которые волнуют нас и по сей день. Насколько законно уничтожение террористов вне заведенного судебного порядка? До какой степени могут быть принесены в жертву гражданские права во имя безопасности отчизны? Римляне никогда не переставали дискутировать на тему того, что потом стало называться «заговором Катилины». Был ли Катилина абсолютным злом, или можно найти обстоятельства, смягчающие его вину? Какую цену пришлось заплатить 27

28 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА за предотвращение революции? События 63 г. до н. э. находили отклик на протяжении всей истории Запада. Некоторые формулировки, родившиеся во время жарких дебатов вокруг разоблачения заговора, сделались крылатыми фразами и по-прежнему встречаются в современной политической риторике, попадают, как мы далее увидим, на плакаты, в лозунги и даже в твиты участников политических протестов. Можно по-разному относиться к заговору Катилины, но при всех возможных за и против он приводит нас к самой сердцевине политической жизни Рима I в. до н. э., со всеми ее условностями, противоречиями и конфликтами. Он позволяет нам увидеть в действии сенат и римский народ две составные части формулы, давшей название моей книги «SPQR» (Senatus PopulusQue Romanus). Эти две силы, находившиеся подчас в ожесточенном противостоянии, были основными источниками политической власти Рима в I в. до н. э. Вместе они складывались в краткую формулу законной власти римского государства, эта сумма двух слагаемых прошла через всю римскую историю, она по-прежнему определяет устройство Италии и в XXI в. Более того, сенат (власть минус PopulusQue Romanus) дал название современным законодательным собраниям по всему миру, от США до Руанды. Список действующих лиц этой драмы включает некоторых самых известных персонажей истории Древнего Рима. Гай Юлий Цезарь, которому шел тогда тридцать восьмой год, сыграл одну из ключевых ролей в дискуссии о том, как следует наказать заговорщиков. Марк Лициний Красс, римский плутократ, известный заявлением, что человек не может считаться богатым, если он на свои деньги не может содержать частную армию, вел таинственную закулисную игру. Но главную роль, роль непримиримого противника 28

29 ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС ЦИЦЕРОНА 2. Аббревиатуру SPQR по-прежнему можно встретить везде: на канализационных люках, на мусорных баках. Бывшее популярным уже во времена Цицерона, это сокращение демонстрирует завидную живучесть. Естественно, на вездесущую формулу появились пародии. «Sono Pazzi Questi Romani» одна из любимых в Италии: «Они сумасшедшие, эти римляне» Катилины, сыграл человек, о котором известно больше, чем о ком бы то ни было во всем античном мире. Его речи, эссе, письма, шутки и стихи наполняют десятки томов современной печатной продукции. Кроме Цицерона (и, пожалуй, спустя 450 лет блаженного Августина, христианского святого, теолога, человека, пристально изучавшего самого себя) в древней истории нет другого человека, чья жизнь, публичная и частная, была бы задокументирована с такой полнотой, и это позволяет восстановить его правдоподобную биографию, в современном понимании этого слова. Благодаря сочинениям Цицерона мы смотрим на историю Рима того времени его глазами, во многом повторяя его предубеждения. 29

30 SPQR ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА 63 г. до н. э. был поворотным в его карьере: удача никогда потом не была так благосклонна к нему. Через 20 лет все закончилось крахом, и все еще преисполненный уверенности в себе, все еще остававшийся влиятельным лицом, хотя он и утратил уже лидирующие позиции в общественной жизни, Цицерон был убит в одной из гражданских войн после гибели Юлия Цезаря в 44 г. до н. э. Его голову и правую руку выставили на всеобщее обозрение и поругание. За ужасной смертью Цицерона пришла еще более мощная революция I в. до н. э., которая начиналась с популистского правления, пусть не совсем демократии, а закончилась троном с автократом на нем, единолично управляющим Римской империей. Как бы ни казалось Цицерону, что в 63 г. до н. э. он «спас отечество», правда состоит в том, что отечеству в той государственной форме, которую он знал, недолго оставалось существовать. На горизонте уже показалась другая революция, которой суждено было стать более успешной, чем бунт Катилины. К «сенату и римскому народу» добавилась еще всемогущая фигура императора. Новое слагаемое формулы власти воплотилось в череде автократов, которым льстили и которыми манипулировали, которых слушались беспрекословно и которыми пренебрегали. Они, безусловно, стали неотъемлемой частью истории Запада и потому мы непременно будем говорить и о них. А сейчас мы окунемся в незабываемый период, наиболее показательный и насыщенный событиями во всей истории Рима. Цицерон против Катилины Конфликт между Цицероном и Катилиной можно отчасти объяснить столкновением идеологических платформ и амбиций. 30

docplayer.ru

Мэри Бирд «SPQR. История Древнего Рима» (2017): raasta

Статьи Мэри Бирд периодически с интересом читал в журналах по истории, поэтому не смог пройти мимо рекламы ее книги «SPQR. История Древнего Рима». Прочел и не пожалел. Бирд пишет нестандартно, аргументировано, понятно, учитывая последние открытия. Читать ее всегда интересно. Да и история Древнего Рима, чем дальше тем больше интересует. Ведь если, как говорится, поскребя русского — увидишь татарина, то в случае Запада — Древний Рим. Удивительно насколько и политически, и культурно, и лингвистически, и даже территориально Западный мир продолжает двигаться в створе заданных Древним Римом траекторий. Не учитывая это едва ли можно разобраться с происходящим сейчас в мире процессами. Ведь информации о повседневности стало так много, что уже никакой эксперт не в состоянии владеть ей в полном объеме. Да и само общество стало крайне сложноустроенным, состоящим из огромного количества неочевидным образом взаимоувязанных элементов и с социально-политическими процессами протекающими, как правило, нетранспарентно. Еще более проблему понимания усугубляет то, что общественное мнение стало возможно конструировать на заказ, а технологии манипулирования через СМИ позволяют убеждать население в чем угодно. В таких условиях невозможно классическим способом не то чтобы понять происходящее, но и хотя бы получить общую картину. Только при чем тут Древний Рим вообще, и как его история может помочь — в частности?У древней истории есть интересное свойство. С одной стороны, наука научилась по косвенным фактам (археология, экономика, лингвистика, генетика) достаточно точно проверять гипотезы, а с другой, тем не менее, восстановить древнюю историю можно лишь в совсем общих чертах, без большого количества деталей. Создаваемые в таких условиях исторические модели проходят двойную проверку. Сначала их обкатывают на известных фактах по конкретному историческому периоду, а потом применяют для прогноза исторических событий. Результаты такого прогноза, в свою очередь, поверяют по фактам реального исторического периода и при необходимости модель корректируют и уточняют до требуемой точности. В результате возникают принципиальные модели функционирования общества, на которых, в определенном приближении, можно моделировать настоящее, и пусть упрощенно, но все же что-то в нем понимать. Да, любые исторические модели несовершенны, ограничены, и иногда — просто неверны, но тем не менее они работают почти так, как работают законы Ньютона.

Но даже без исторических моделей и Вергилий, и Цицерон, и битва при Каннах, и Римская мифология, и «Memento Mori» — до сих пор актуальны для Запада в культурном плане. На римских примерах учатся, их продолжают исследовать, брать за образец, они формируют западную идентичность. А значит, зная и понимая Pax Romana и его историю, проще понимать и Pax Americano, в котором мы и имеем счастье жить. Интересно и то, что если приглядеться, то именно по степени вовлечения в «Древне Римский» контекст проходит один из «водоразделов» между Западной элитой и плебсом.

Кадр из четвертой серии аниме "Сага о Маленькой Девочке: Таня - Воплощение Зла / Youjo Senki". Сцена в библиотеке военной академии: генерал одобряет выбор книги курсантом. Причем битва при Каннах упоминается в аниме несколько раз. И это как крайний пример вовлеченности Западной культуры в римский контекст. Ведь речь идет о развлекательном, подростковом аниме, снятом японской студией на тему ПМВ.

А когда все так, то становится не так уж и важно, что на самом деле думал Юлий Цезарь или был ли Катилина злодеем. Куда значимее что, например, для отцов-основателей Соединенных Штатов римские образцы были настолько важны, что в Новом Свете было воссоздан не только сенат, но и дом американского правительства назван «Капитолием» (явно в честь римского одноименного холма).

Здание Конгресса США (Капитолий) в Вашингтоне

1. О чем книгаНельзя сказать, что книга «SPQR. История Древнего Рима» это историческая работа в классическом понимании. С одной стороны, она «всего лишь» нон-фикшен, читать который просто полезно и занимательно, а с другой — интересная попытка переосмысления современного представления о Древнем Риме. Не модернизация, но переложение древней истории на язык современных понятий и образов, доступных читателю. Суть подхода Бирд не в систематическом изложении фактов, а в формирования у читателя «римского» мировоззрения и миропонимания. Фактов же она использует ровно столько, сколько нужно для иллюстрации и обоснования авторского изложения. При этом в книге много «свежих» исторических открытий, опубликованных в последние десятилетия и пока, судя по статьям, не всегда даже специалистам известных. И тем не менее основное в книге не факты, а попытка реконструкции «римского» мира, для соотнесения его с современностью. Поясню это на примере Нерона. С одной стороны, «все знают» что он был:

«самовлюбленный матереубийца-пироман, который якобы устроил великий пожар 64 г. не только для того, чтобы насладиться зрелищем, но также чтобы расчистить место под свой новый дворец, Золотой дом»

Ну и так дале, а с другой:

«Даже Тацит признается, что Нерон спонсировал эффективные меры по облегчению участи оставшихся без крова в результате пожара; а предполагаемый размах его новой резиденции, при всей ее роскоши (включая вращающуюся столовую), не помешал бережливому Веспасиану и его сыновьям использовать ее часть в качестве собственного дома. Кроме того, в течение 20 лет после смерти Нерона в 68 г. в восточных областях империи появилось по крайней мере три Лженерона, и даже с лирой, каждый из которых претендовал на власть, заявляя, что он и есть император Нерон, все еще живой, несмотря на сообщения о его самоубийстве. Всех их быстро убрали, но подобный обман предполагает, что в некоторых частях римского мира Нерона вспоминали с любовью: никто не пытается захватить власть, притворяясь императором, которого все ненавидят.»

Знакомая картина? Попробуйте воссоздать портрет, например, Каддафи по западной прессе. Вполне себе получится Нерон или Калигула. Даже смерть будет похожа, но что сейчас думают жители Ливии о своем «кровавом тиране»? Да и чем было убийство Каддафи в реальности? И ведь дело не только в объективной оценке исторической личности, но есть тут и еще один важный момент, на который обращает внимание Бирд:

«Наверное, те или иные черты императорского характера были важны для элиты метрополии, советников императора, сенаторов и дворцовой прислуги. <....> Однако вне этого узкого круга, и уж точно вне пределов города Рима, где последствия щедрости конкретного императора могли коснуться и обычных людей, вряд ли на самом деле имело какое-либо значение, кто именно на троне, каковы его личные привычки, какие вокруг него интриги. И у нас нет совершенно никакого свидетельства того, что характер правителя играл сколько-нибудь значительную роль для модели управления в метрополии или за ее пределами.

Если Гай, или Нерон, или Домициан на самом деле были столь безответственны, склонны к садизму и безумны, как их изображают, это не влияло или почти не влияло на внутренние закономерности <....> в глубине и независимо от тщательно выстроенных афоризмов Гиббона находилась весьма стабильная структура управления и — как мы еще увидим — весьма неизменный в течение всего данного периода набор проблем и конфликтов. Именно в эти моменты, а не в конкретные идиосинкразии правителей, мы должны вникнуть, чтобы понять имперский способ правления. В конце концов, коня так никогда и не сделали консулом.»

Но ведь и «чудовищный» сталинский террор, по факту касался в основном элиты и приближенных к ней слоев. Это в «Дом на набережной» по ночам приезжали воронки, но в паре кварталов от него, в Замоскворечье, шла уже совсем иная жизнь. А в Челябинске к общежитию тракторного завода воронки подъезжали? А в Новокузнецке? А в сотнях других городов? Для основной массы населения, сталинское время запомнилось вовсе не «воронками», и даже после XX съезда, когда сталинизм уже был под полу запретом, у многих работяг продолжали висеть портреты Сталина. И такие примеры исторической переклички из книги можно приводить постоянно.

А если под углом, предлагаемом Бирд, взглянуть на последние американские выборы, что получится? С одной стороны, да, смена «глобалистов» на «консерваторов», это существенное изменение в политической системе, но с другой стороны, так ли велико его влияние в масштабе Pax Americana? Вызовы, стоящие перед США и Западным миром в целом, куда-то рассосались? Сменилась бюрократия? Изменилось качество населения? А структура экономики? Может пропал госдолг? Преодолен кризис культуры? Что изменилось после американских выборов? И насколько это возможно в принципе?

2. Кто автор

Мэри Бирд — профессор истории Древнего мира Кембриджского университета, редактор раздела антиковедения The Times Literary Supplement (литературное приложение к The Times). Получив признание в мировом научном сообществе, стала членом Британской академии и Американской академии искусств и наук. Удостоена высших наград: Ордена Британской империи, Премии национального общества книжных критиков, Премии принцессы Астурийской.

3. Чем и кому полезнаКак уже отмечал выше, с одной стороны «SPQR. История Древнего Рима» интересное историческое чтиво: ярко, доступно и убедительно рассказывающее о периоде становления и расцвета Pax Romana. С другой же, она находка для желающих понимать происходящие в мире глобальные процессы. В книге есть для этого и «ключи», и необходимые «модели», и даже «технологии». Например, на примерах показано, как нужно рассматривать события, чтоб понимать из них что-то практически ценное. То есть, не в «интернете написали что», а разбор того, кто и что написал, с какой целью, с технологической критикой, сравнением позиций, интересов и контекстов участников. В этом смысле, удивительно читать некоторые «отзывы» на книгу , упрекающие автора в лихом развешивании ярлыков и клеймлении «исторических персонажей различными эпитетами, не являющими фактами». Особенно после того, как Бирд специально не раз на страницах акцентировала внимание читателя на необходимости ровно обратного подхода. Вот один развернутых примеров ее позиции:

«Славная традиция современного повествования о римских императорах по большей части построена на тех же принципах, вокруг личности императоров — хороших и плохих. Слова Эдуарда Гиббона <...> оказали огромное влияние на взгляды многих последующих поколений историков <...>: «Если бы у кого-нибудь спросили, в течение какого периода всемирной истории положение человеческого рода было самое счастливое и самое цветущее, он должен был бы без всяких колебаний назвать тот период, который протек от смерти Домициана до восшествия на престол Коммода», то есть время, которое многие с тех пор называли периодом «хороших „императоров“: Нервы, Траяна, Адриана, Антонина Пия, Марка Аврелия и Луция Пия.

Эти правители <...> „внушали невольное уважение и своим характером, и своим авторитетом“ и „наслаждались внешним видом свободы“. Должно быть, единственное, о чем они сожалели, делает он вывод, заключалось в том, что вскоре после них мог появиться недостойный преемник <...> и разрушить весь их труд, как и поступило большинство их предшественников: „мрачный и неумолимый Тиберий, свирепый Калигула, слабоумный Клавдий, развратный и жестокосердный Нерон, зверский Вителлий и бесчеловечный трус Домициан“.

Достаточно безапелляционное обобщение двух веков римской истории. Гиббон жил в эпоху, когда историки делали утверждения „без тени сомнения“ и были готовы поверить, что жизнь в римском мире была лучше, чем в их собственном. И это также очень обманчиво по нескольким причинам. Многих правителей нелегко вписать в некий стандартный стереотип. Сам Гиббон соглашается <...>, что один из его любимцев, Адриан, мог быть тщеславным, капризным и жестоким, то есть не только благородным принцем, но и ревнивым тираном. Должно быть, Гиббон знал историю о том, как Адриан приказал умертвить своего архитектора из-за разногласий по поводу эскиза здания; если это правда, такое императорское зло­употребление достойно самого Калигулы.»

4. НедостаткиКнига невольно базируется на том, что базовые факты из истории Рима читателю известны, что он в контексте, а это, увы, далеко не всегда так. С другой стороны, то, что Бирд в контексте Калигулы упоминает Сталина:

«Но предположим, не считаясь со всеми подозрениями, что эти рассказы полностью правдивы, что обычные люди слишком доверяют тиранам и что Рим был под властью безумного садиста — помеси клинического психопата и Сталина»

показывает, что контекст штука тонкая, и наше счастье, что даже Бирд не опускается до того, чтоб разобраться с русским. Через это, как говорится, и спасаемся, хотя в целом, пока, прогноз скорее негативный.

5. ErgoИнтересно и полезно. И, кстати, хорошо сочетается с «Как управлять рабами» Марка Сидония Фалкса и Джерри Тонера, которая как раз и показывает как семена Древнего Рима начинают прорастать в настоящем.

raasta.livejournal.com

Читать онлайн "SPQR. История Древнего Рима" автора Бирд Мэри - RuLit

Изучение истории Рима требует особенного воображения. В некотором смысле, исследование римской античности из XXI в. похоже на работу канатоходца: приходится очень осторожно балансировать. С одной стороны, все выглядит успокаивающе знакомым: в Древнем Риме ведутся диалоги, к которым мы вполне могли бы присоединиться: о сути свободы или проблеме полов; там возводятся узнаваемые здания и памятники; семейная жизнь устроена понятным нам образом, со всеми известными подростковыми трудностями; там придумывают шутки, над которыми мы смеемся. Но с другой стороны, Рим кажется нам совершенно чуждой территорией. Мы сталкиваемся не только с рабством, жуткой грязью (едва ли в Древнем Риме осуществлялся вывоз мусора), человекоубийством на арене и смертью от болезней, которые сейчас легко лечатся, но и с такими дикостями, как выбрасывание новорожденных, малолетние невесты и живописные жрецы-скопцы.

Мы начнем изучение этого мира с рассказа об одном периоде римской истории, над которым и сами римляне не переставали ломать голову, и современные исследователи, от историков до драматургов, не устают о нем спорить. Этот период знакомит нас с некоторыми ключевыми персонажами Древнего Рима, с богатством дискуссии римлян о своем прошлом и с нашими попытками это прошлое воскресить и понять – и разобраться, почему же история Рима, его сената и народа для нас так много значат.

Глава 1

Звездный час Цицерона

SPQR: 63 г. до н. э

Наше изложение истории Древнего Рима начинается с середины I в. до н. э., когда с момента основания города прошло уже более 600 лет. Начинается оно с предвестия переворота. Это было время ожидания революционных изменений, когда тайная террористическая организация вынашивала планы восстания в городе; секретных провокаций и публичных страстных речей, сражений римлян против римлян же, с беспрецедентной казни римских граждан (виновных или невиновных) в интересах государственной безопасности. И все это 63 г. до н. э. С одной стороны, мы видим Луция Сергия Катилину, озлобленного обанкротившегося аристократа, которого многие считают инициатором заговора против сенаторов: задумав убийство оппонентов и поджог Рима, он надеялся таким способом добиться списания всех долгов, как для бедных, так и для богатых. С другой стороны – Марк Туллий Цицерон (далее – просто Цицерон) знаменитый оратор, философ, жрец, поэт, политик, остряк и прекрасный рассказчик, одна из потенциальных жертв убийц; талантливый ритор, он не жалел красноречия для демонстрации своих заслуг в деле разоблачения коварного заговора Катилины и спасения отечества. Это был его звездный час.

К 63 г. до н. э. Рим уже был обширной метрополией, населенной более чем миллионом жителей. Это был самый большой город в Европе, и он оставался таковым до XIX в. И хотя Рим еще не знал императоров, он господствовал над огромной империей от Испании до Сирии и от южной Франции до Сахары. Это была странная смесь роскоши и грязи, свободы и эксплуатации, гордости за отечество и братоубийства в гражданских войнах. В последующих главах мы вернемся к более глубокому прошлому, к началу римской эпохи, отмеченному подвигами римского народа как на военном, так и на мирном поприще. Мы постараемся понять, что стоит за известными сюжетами, и поныне задевающими нас за живое, – от истории Ромула и Рема до поругания Лукреции. У нас будут возникать вопросы, которые не давали покоя историкам начиная с античных времен. Как и почему обычный маленький городок в центральной Италии разросся до размеров самого большого во всем Средиземноморье города, контролирующего огромную империю? Было ли в римлянах что-то особенное и что это могло быть? Однако начинать изложение истории Древнего Рима с самого начала – довольно бессмысленная затея. Современным взглядом ее пристально и детально рассматривать можно лишь с I в. до н. э. От этого периода нам досталось невероятное множество текстов: от частных писем до публичных речей, от философии до поэзии, текстов эпических и эротических, научных и прямо «с улицы». Благодаря этим источникам мы можем представить себе, как должны были крутиться и вертеться политические гранды в потоке повседневных проблем. Мы можем подслушать, как они торговались и шли на компромиссы, подсмотреть, как всаживали нож в спину друг другу, в буквальном и переносном смысле. Мы можем даже окунуться в их личную жизнь: стать свидетелями семейных неурядиц, финансовых проблем, можем посочувствовать утрате любимого ребенка или, порой, любимого раба. С более ранними периодами в истории Запада мы не имеем возможности так близко познакомиться (у нас нет, например, таких подробных и разнообразных сведений о жизни в классических Афинах). И вновь так же детально нам откроется бытописание какого-либо места лишь спустя тысячу с лишним лет, и это будет уже мир Флоренции в эпоху Возрождения.

www.rulit.me