История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Багира. Летописцы древней руси имена список


Летописи — рукотворные литературные памятники истории русского народа (Начало)

И мы сохраним тебя,Русская речь,Великое русское слово.

Анна АХМАТОВА

Но это было! Было! Было!

Николай КЛЮЕВ

Летописи — рукотворные литературные памятники русского народа, по существу — его овеществленная и навсегда сохраненная для многих поколений историческая память.

Начертанные в разные времена пером на пергаменте или особо прочной, сделанной из льна бумаге, они запечатлели в документальных текстах события минувших веков и имена тех, кто творил реальную русскую историю, ковал славу или, напротив, покрывал позором Отечество. Редкие летописи сохранили имена своих создателей, но все они были живыми людьми со своими страстями и симпатиями, что неизбежно отражалось и в вышедших из-под их пера рукописных текстах. В архиве великого нашего писателя Николая Васильевича Гоголя, который одно время больше всего на свете мечтал стать профессором истории в столичном университете, сохранилось множество подготовительных заметок для будущих лекций. Среди них — размышления о безымянных русских летописцах и переписчиках:

«Переписчики и писцы составляли как бы особый цех в народе. А как те переписчики были монахи, иные вовсе неучены, а только что умели маракать, то и большие несообразности выходили. Трудились из эпитимии и для отпущения грехов, под строгим надзором своих начальников. Переписка была не в одних монастырях, она была, что ремесло поденщика. Как у турков, не разобравши, приписывали свое. Нигде столько не занимались переписываньем, как в России. Там многие ничего не делают <другого> в течение целого дня и тем только снискивают пропитание. Печатного тогда не было, не то что <теперь?>. А тот монах был правдив, писал то только, что <было>, не мудрствовал лукаво и не смотрел ни на кого. И начали последователи его раскрашивать…».

Множество безымянных переписчиков денно и нощно трудились в монастырских кельях, тиражируя запечатленную историческую память веков (рис. 80), украшая манускрипты выразительными миниатюрами (рис. 81) и буквицами (рис. 82), создавая на основе летописных сводов бесценные литературные шедевры. Именно таким образом сохранились до наших дней «Житие Бориса и Глеба» и других русских святых, «Поучение Владимира Мономаха», «Русская правда», «Повесть об убиении Андрея Боголюбского», «Сказание о Мамаевом побоище», «Хожение за три моря Афанасия Никитина» и другие произведения. Все они — не чужеродный привесок, а компоненты органического целого в контексте летописного повествования, создающие неповторимый колорит конкретной летописи и позволяющие воспринять события литературного памятника в качестве неотъемлемого звена монолитной хронологической цепи.

Литературоведы XIX и особенно XX века, преследующие собственную узкоспециальную цель, приучали читателя воспринимать шедевры русской духовности, вкрапленные в летописи, как обособленные. Их публикациями заполнены все современные изборники и собрания, создавая иллюзию какого-то особого и самостоятельного литературного процесса, протекавшего на протяжении почти что семи столетий. Но это — обман и самообман! Не говоря уж о том, что искусственно расчленяются сами летописи, — современные читатели теряют ориентацию и перестают понимать истоки культуры собственного народа в ее органической целостности и реальной последовательности.

Собирательный образ подвижника-летописца воссоздан в пушкинском «Борисе Годунове» в лице черноризца московского Чудова монастыря Пимена, посвятившего жизнь переписке старых и составлению новой хроник:

Еще одно, последнее сказанье —И летопись окончена моя,Исполнен долг, завещанный от БогаМне, грешному. Недаром многих лет

Свидетелем Господь меня поставилИ книжному искусству вразумил;Когда-нибудь монах трудолюбивыйНайдет мой труд усердный, безымянный,Засветит он, как я, свою лампаду —И, пыль веков от хартий отряхнув,Правдивые сказанья перепишет,Да ведают потомки православныхЗемли родной минувшую судьбу…

На создание подобных летописных списков уходили многие годы. Летописцы (рис. 83) трудились во славу Господа в столицах удельных княжеств, крупных монастырях, выполняя заказы светских и церковных властителей и в угоду им нередко перекраивая, вымарывая, подчищая и сокращая написанное до них. Каждый мало-мальски уважающий себя летописец, создавая новый свод, не просто копировал своих предшественников слово в слово, а вносил посильную авторскую лепту в хартию, то есть рукопись. Поэтому-то многие летописи, описывая одни и те же события, так разнятся между собой — особенно в оценке произошедшего.

Официально летописание на Руси продолжалось чуть более шести столетий. Первые летописи по образцу византийских хронографов были созданы в XI веке, а к концу XVII века все само собой завершилось: начиналось время Петровских преобразований, и на смену рукописным творениям пришли печатные книги. За шесть столетий были созданы тысячи и тысячи летописных списков, но до нынешних времен их сохранилось около полутора тысяч. Остальные — в том числе и самые первые — погибли в результате погромов и пожаров. Самостоятельных летописных сводов не так уж и много: подавляющее большинство списков — это рукописное тиражирование одних и тех же первоисточников. Самыми старыми из сохранившихся считаются летописи: Синодальный список Новгородской первой (XIII–XIV вв.), Лаврентьевская (1377 год), Ипатьевская (XV в.), иллюстрированная Радзивиловская (XV век).

Оригинальные летописи имеют собственные названия — по именам создателей, издателей или владельцев, а также по месту написания или первоначального хранения (нынче все летописи находятся в государственных библиотеках или иных хранилищах). Например, три самые знаменитые русские летописи — Лаврентьевская, Ипатьевская и Радзивиловская — названы так: первая — по имени переписчика, монаха Лаврентия; вторая — по месту хранения, костромского Ипатьевского монастыря; третья — по имени владельцев, литовского великокняжеского рода Радзивиллов.

* * *Автор не намерен утомлять читателей специальными текстологическими, филологическими и историографическими вопросами. Моя задача и цель всей книги, как станет понятно чуть позже, заключается совсем в другом. Однако для лучшей ориентации читателей-неспециалистов считаю необходимым сделать некоторые терминологические разъяснения. Те, кому эти термины известны, могут их безболезненно пропустить. Те же, кому ряд понятий в новинку или в диковинку, могут обращаться к нижеприводимому пояснительному словарику всякий раз, когда потребуется.

В научном и житейском обиходе используются почти как синонимы слова «летопись», «летописец», «временник», «хронограф». Так оно, в общем, и есть, но все же некоторые различия имеются.

Летопись — историческое произведение, в котором повествование велось по годам. Отдельные части (главы) летописного текста, привязанные к конкретному году (лету), в настоящее время принято именовать статьями (на мой взгляд, название избрано не самое удачное). В русских летописях каждая такая новая статья начиналась словами: «В лето такое-то…», имея в виду соответствующий год. Летосчисление велось, однако, не от Рождества Христова, то есть не от новой эры, а от библейского Сотворения мира. Считалось, что это произошло в 5508 году до рождения Спасителя. Таким образом, в 2000 году наступил 7508 год от Сотворения мира. Ветхозаветная хронология в России просуществовала вплоть до петровской реформы календаря, когда был принят общеевропейский стандарт. В летописях же счет по годам велся исключительно от Сотворения мира, старое летосчисление завершилось официально 31 декабря 7208 года, за ним последовало 1 января 1700 года.[12]

Летописец — терминологически то же, что и летопись. Например, Радзивиловская летопись начинается словами: «Сия книга — летописець» (рис. 84), а Ермолинская: «Летописець Рускии весь от начала и до конца». Софийская первая летопись также именует себя: «Летописец Рускыя земли…» (Написание же самого слова в рукописных оригиналах: в первых двух случаях с «мягким знаком», в последнем — без оного). Другими словами, многие летописи изначально именовались летописцами, но со временем утвердилось их иное (более солидное, что ли) название. В позднейшие времена летописец, как правило, излагает события сжато — особенно это касается начальных периодов мировой и русской истории. Хотя слова «летопись» и «летописец» являются исконно русскими, как понятия они применяются и к иностранным историческим сочинениям того же плана: так, популярный на Руси переводной компилятивный памятник, излагавший события мировой истории, именовался «Летописец елинский и римский», а название многотомного исторического труда, посвященного монгольским завоеваниям, знаменитого персидского историка Рашида ад-Дина переводится как «Сборник летописей».

Временник — раньше употреблялось в качестве синонимов слов «летопись» и «летописец» (например, «Русский временник», «Временник Ивана Тимофеева»). Так, Новгородская первая летопись младшего извода открывается словами: «Временникъ еже есть нарицается летописание князеb и земля Руския…». Начиная с XIX века данный термин применяется, в основном, к ежегодным периодическим изданиям: например, «Временник императорского Московского общества истории и древностей Российских», «Временник Пушкинской комиссии» и др.

Хронограф — средневековое историческое сочинение в православных странах — Византии, Болгарии, Сербии, России, синоним «летописи». Некоторые поздние русские летописные сочинения также поименованы хронографами; как правило, события мировой истории, заимствованные из византийских компендиумов, излагаются более подробно, чем в обычных летописях, а отечественная история, по существу, механически пристегивается к переводным текстам.

Хроника (по-древнерусски — кроника) — по смыслу то же самое, что «хронограф» или «летопись», но распространена она была, главным образом, в западноевропейских странах, а также в славянских, тяготеющих к Западу (Польша, Чехия, Хорватия и др.). Но есть исключения: в Древней Руси, Болгарии и Сербии были чрезвычайно популярны переводы «Хроник» византийских историков Иоанна Малалы и Георгия Амартола, откуда черпались основные познания по мировой истории.

Полезно усвоить также еще несколько понятий.

Летописный свод — соединение в единое повествование разных летописных записей, документов, актов, беллетристических повестей и житийных произведений. Подавляющее большинство дошедших до нас летописей представляют собой своды.

Летописный список — переписанные в разное время, разными лицами (и к тому же в разных местах) одинаковые летописные тексты (рис. 85). Понятно, что одна и та же летопись может иметь множество списков. Например, Ипатьевская летопись известна в восьми списках (при этом ни одного первичного списка, именуемого протографом, начальных летописей ко времени, когда ими занялись историки-профессионалы, не сохранилось).

Летописный извод — редакционная версия какого-либо текста. Например, известны Новгородская первая и Софийские летописи старшего и младшего изводов, которые отличаются друг от друга по особенностям языка.

О генетической связи между различными сводами, списками, редакциями русского летописания дает представление схема, изображенная на рисунке 86. Вот почему, когда читатель берет в руки современное издание Начальной летописи, поименованной по первой строке «Повесть временных лет», он должен помнить и понимать, что ему предстоит прочесть (или перечитать) отнюдь не оригинальное творение монаха Киево-Печерской лавры Нестора (рис. 87), которому по традиции (хотя и не всеми разделяемой) приписывается создание этого литературного и историографического шедевра. Впрочем, и у Нестора были предшественники, не говоря уж о том, что «отец русского летописания» опирался на богатейшую устную традицию. Предполагается (и это аргументированно обосновали выдающиеся исследователи русского летописания — А.А. Шахматов и М.Д. Приселков), что прежде чем обмакнуть перо в чернильницу, Нестор познакомился с тремя летописными сводами — Древнейшим (1037), сводом Никона (1073) и сводом Ивана (1093).

Кроме того, полезно не упускать из вида, что самостоятельно, то есть в отрыве от конкретных летописей, «Повесть временных лет» не существует. Современные «отдельные» издания — это продукт искусственной препарации, как правило, на основе Лаврентьевской летописи с дополнением незначительных фрагментов, фраз и слов, взятых из других летописей. По объему то же — «Повесть временных лет» не совпадает со всеми летописями, в состав которых она была включена. Так, по Лаврентьевскому списку она доведена до 1110 года (текст самого Нестора с более поздними вставками «Поучения Владимира Мономаха», «протокольной записи» об ослеплении князя Василька Теребовльского и др.) + приписка 1116 года «главного редактора» — игумена Сильвестра. На этом Лаврентьевская летопись (рис. 88) не завершается: далее следует текст, написанный совершенно другими хронистами, доведенный до 1305 года и иногда именуемый Суздальской летописью. Последнее обусловлено тем, что вся летопись в целом (то есть «Повесть временных лет» + дополнение) была переписана на пергаментный список в 1377 году монахом Лаврентием по заказу великого князя суздальско-нижегородского Дмитрия Константиновича. По Ипатьевскому списку «Повесть временных лет» доведена до 1115 года (как считают ученые, вслед за последней записью, сделанной рукой Нестора, каким-то неизвестным монахом дописаны события еще за пять лет). Сама же Ипатьевская летопись доведена до 1292 года. Радзивиловская летопись, описывающая практически те же события, но имеющая множество разночтений, доведена до 1205 года.Следы Несторова протографа теряются сразу же после смерти великого русского подвижника. Основательно обработанный и отредактированный, он был положен в основу летописного свода, по заданию Владимира Мономаха составленного Сильвестром — игуменом Михайловского Выдубецкого монастыря в Киеве, а затем епископом в Переяславле Южном. Можно представить, как постарался приближенный к великокняжескому двору черноризец, в угоду заказчику перекроивший и во многих местах заново переписавший Несторов протограф. Сильвестров свод, в свою очередь, также основательно обработанный и отредактированный (но уже в угоду другим князьям), через двести пятьдесят лет послужил основой Лаврентьевской и других летописей. Ученые-историки вычленили из множества летописных списков текстовый субстрат, предположительно принадлежащий Нестору, и сделали к нему множество дополнений, по их мнению улучшающих содержание «Повести временных лет».

Вот с этой литературной химерой (в позитивном смысле) и имеет дело современный читатель. Что удивительно: если подлинного Несторова текста теперь уж не дано увидеть и прочесть никому, то лицезреть самого Нестора может каждый желающий. Мощи первого русского летописца, обернутые в траурные одеяния, открыты для обозрения в подземных галереях Киево-Печерской лавры. Они покоятся в углубленной могильной нише, прикрытой прозрачным стеклом и освещенные приглушенным светом. Следуя традиционным экскурсионной маршрутом, можно пройти в каком-нибудь метре от родоначальника русской исторической науки. За прошедшую жизнь мне довелось трижды постоять рядом с Нестором (впервые — в 14-летнем возрасте). Не хотелось бы кощунствовать, но и истины скрывать не стану: каждый раз (особенно уже в зрелом возрасте) я ощущал ток энергии и прилив вдохновения.

Окончание следует...

lsvsx.livejournal.com

ЛЕТОПИСАНИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ДРЕВНЕЙ РУСИ

АрхеологияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБотаникаБухгалтерский учётВойное делоГенетикаГеографияГеологияДизайнИскусствоИсторияКиноКулинарияКультураЛитератураМатематикаМедицинаМеталлургияМифологияМузыкаПсихологияРелигияСпортСтроительствоТехникаТранспортТуризмУсадьбаФизикаФотографияХимияЭкологияЭлектричествоЭлектроникаЭнергетика

 

По мнению академика Д.С. Лихачева, возникновение летописания на Руси относится ко времени Ярослава Мудрого. Это было время подъема национального самосознания. Русская летопись родилась в атмосфере борьбы за свою культурную и политическую самостоятельность, которая пронизывала всю эпоху Ярослава Мудрого. Возникновение летописания можно объяснить рядом причин:

1. Желанием иметь свою историю, которое свидетельствовало о высоком уровне политического самосознания.

2. Направленностью против византийских притязаний, т.е. как средство борьбы за свою независимость.

Известный историк С.Ф. Платонов утверждал, что летопись - это погодное изложение событий. Развивая эту мысль, академик Б.Д. Греков писал, что летопись - не просто погодная запись событий, это один из показателей высоты древнерусской культуры, это законченный систематизированный труд по истории русского народа и тех нерусских народов, которые были объединены в одно Киевское государство.

Ученые практически единодушны в том, что время Ярослава Мудрого - это время возникновения летописей. Летопись возникла на основе более ранних записей, которые, возможно, велись еще с конца X века. В XI веке они получили форму летописного свода.

Древнерусское летописание, как известно, в первоначальном виде до нас не дошло, а только в составе более поздних летописных сводов XIV-XV веков. Они представляют собой продукт неоднократной переработки текстов предшествующих летописей и других источников с целью придать им определенную политическую и идейную направленность. Как отмечал А.А. Шахматов, Древнейший Киевский свод был составлен в 1037- 1039 гг. Толчком к созданию этого свода было основание в Киеве при Софийском соборе митрополии. Образование Киевской митрополии было делом греческих рук. В Византии был заведен обычай в честь каких-либо крупных событий составлять исторические сочинения. Очевидно, создание Киевской митрополии и привело к созданию Древнейшего Киевского свода. Со временем он дополнялся. Существование свода 1037 -1039 гг. у некоторых летописеведов вызывает сомнения, но нет сомнений по поводу создания свода 1073 года, о котором можно говорить с большой степенью достоверности.

Ученые отмечают, что за несколько десятилетий XI в. произошел ряд важных событий. Например, в 1043 год началась война Руси с Византией, закончившаяся для Ярослава Мудрого неудачей. Вследствие этого произошел конфликт княжеской власти с Киевским митрополитом - грек Феопемпт был изгнан с митрополии, которая долго оставалась осиротевшей. В 1051 году по совету с русскими епископами Ярослав Мудрый поставил на митрополию Иллариона, русского родом. Это событие имело большое значение не только для развития самостоятельности Русской Православной Церкви. Оно подчеркивало и силу великокняжеской власти, и противоборство этой власти византийским притязаниям.

Илларион был одним из самых образованных людей своего времени. Исследователь М.А. Приселков выдвинул предположение, что Илларион, уйдя с митрополии, принял постриг под именем Никона в Киево-Печерском монастыре, с именем которого и связано создание нового летописного свода, вышедшего из стен Киево-Печерского монастыря - Древнейшего Киево-Печерского свода. В этом своде произведены были существенные изменения в тексте, отчетливым становится антивизантийский характер, подробно описаны отношения Руси с Византией, большое внимание уделяется событиям 1068-1071 гг. - периоду межкняжеской борьбы сыновей Ярослава Мудрого, периоду многочисленных восстаний в Киеве, Ростове, Суздале и др.

Девяностые годы XI века - время создания следующего летописного свода. В научной литературе он получил название “Начального свода”, так как при его определении еще не были известны предшествующие своды. Свод 90-х годов появляется в сложной обстановке обострения межкняжеской борьбы, которая провоцировала половецкие набеги на Русь, и неслучайно в нем отчетливо чувствуется тревога летописца за судьбу Руси. Поэтому в летописи обосновывается необходимость единства княжеских родов в целях сохранения Руси. В это время в летописный свод вводится ряд новых сюжетов для того, чтобы обосновать те цели, которые ставит летописец. Во многом свои цели летописец пытается достичь через противопоставление современных ему князей первым киевским князьям; он обращается к этим образам за примерами и нередко идеализирует их.

Свод 90-х годов XI века и послужил базой для составления в начале XII века Повести Временных Лет. Сохранилось две основные редакции ПВЛ: Лаврентьевская и Ипатьевская. Лаврентьевская - названная так по одному из списков, представляет собой свод, написанный в 1377 году монахом Лаврентием для суздальского князя Дмитрия Константиновича. В него входит, кроме ПВЛ, Владимиро-Суздальская летопись. Вторая редакция - Ипатьевская была написана в конце XIV - начале XV веков и состоит из ПВЛ, Киевской и Галицко-Волынской летописей.

Дошедшие до нас списки изобилуют позднейшими летописными наслоениями, вставками. Поэтому ПВЛ дошла до нас в измененном виде. ПВЛ завершает историю Древнерусского летописания в Киево-Печерском монастыре (редакция 1116 года Сильвестра в Выдубицком монастыре, 1118 года - вновь в Киево-Печерском монастыре). В этом смысле ПВЛ подводит итог политическим, религиозным и историческим воззрениям, сложившимся на Руси в конце XI - начале XII веков. Эта историческая концепция нашла отражение в древнерусских летописях. Составителем ПВЛ большинство ученых справедливо считают Нестора.

Исторические воззрения Древней Руси выражались и в произведениях других жанров, например, в литературно-публицистических сочинениях Киевской Руси. Наиболее известные: “Слово о Законе и Благодати” митрополита Иллариона, “Моление Даниила Заточника”, “Поучение Владимира Мономаха” и др. Они помогают уточнить исторические представления Киевской Руси, но важнейшим источником, все-таки, остается летопись.

Библейская концепция, изложенная в ПВЛ, - это попытка установить провиденциалистскую закономерность истории, утвердить взгляд на историю, как протекающую по единым законам единого творца всего сущего. Рассказав о разделе Земли после потопа между сыновьями Ноя, первый русский историк начинает раскручивать свое повествование. И чем ближе описание событий к современности, тем более в историческим взглядах летописца начинает проступать реальная историческая действительность.

Летописец в начале своего произведения сформулировал главный вопрос: “Откуда есть пошла русская земля?”. Отвечая на этот вопрос, он начинает поиск и окидывает своим взором все стороны света. Летописец рассматривает Русь сквозь призму ее взаимоотношений со Степью (Восток), обращается и в противоположную сторону - рассказывает об отношениях Руси с Западом (отсюда возникает мысль, что Россия - это Евразия). Однако не меньшее значение тогда в создании всемирной концепции занимали Юг и Север (речь идет об обращении нашего книжника к Византии и Скандинавии). В такой постановке вопроса Русь выступала уже как Скандославия. В этом нет ничего удивительного. Само положение Руси на пути из варяг в греки заставляло ее бороться за свою независимость, как с Византией, так и со Скандинавией. Эта борьба и нашла отражение в исторических теориях Древней Руси.

Скандинавия была той стороной, с которой летописец связывал свою концепцию происхождения княжеской власти на Руси. Самые древние летописцы не были современниками предполагаемого Рюрика, и рассказ о мирном, добровольном призвании варяжских князей был книжной конструкцией, созданной два с половиной столетия спустя. Сюжет о призвании варяжских князей, таким образом, был легендой, открывавшей собой легендарный период русских исторических теорий. В легенде о Рюрике была сформулирована концепция происхождения монархии в России, и что важно, для летописца появление первого князя было началом русской земли, исходным рубежом всей русской истории. Какую же цель преследовала эта концепция первоначально?

Древние летописи составлялись в те годы, когда единая Русь, созданная первыми киевскими князьями, стала рушиться. И летописец, будучи горячим сторонником единства русской земли, выступал против княжеских междоусобиц, для чего и апеллировал к истории. Концепция наших древних летописцев - единый князь на единой земле - явилась историческим обоснованием той истины (для летописца), что Рюрик был призван на Русь для успокоения раздоров, чтобы судить по праву. В построениях летописцев это был главный аргумент, с помощью которого русские книжники стремились остановить распад Древней Руси. И в этом смысле иноземное происхождение Рюрика должно было придать, в глазах летописца, весомость династии Рюриковичей.

Легенда о Рюрике играла большую и внешнеполитическую роль. Д.С. Лихачев подчеркивает, что норманнское происхождение династии Рюриковичей имело ярко выраженную антивизантийскую направленность. Это происхождение исторически мотивировало исконную независимость Руси от Византии, от ее посягательств, против которой в этот период она вела ожесточенную борьбу. Летописание зарождается во время Ярослава Мудрого - это был апогей борьбы Руси с Византией (1043 год - военный поход), борьба на церковном фронте (Феопемпта и Иллариона), что нашло отражение в первых исторических теориях.

В этой связи надо упомянуть сочинение не летописного характера - “Слово о Законе и Благодати” митрополита Иллариона. “Слово” можно считать первым русским политическим трактатом, написанным в XI веке. “Слово” явилось яркой политической речью, где обилие цитат из священного писания держится на прочном каркасе антивизантийской исторической концепции. Илларион использует различные средства художественной выразительности. Как отмечает Г.В. Вернадский, по той аудитории, к которой обращено это произведение, “Слово” было произведением элитарным (“... для людей преизлихо пресытившихся сладости книжной”). Автор начинает свое произведение с выяснений взаимодействия Закона и Благодати. По мысли Иллариона, Закон призван определять внешние поступки людей на той стадии их развития, когда они не достигли совершенства. Благодаря такому подзаконному состоянию человечество способно избежать взаимного истребления. Закон и истина у Иллариона не противопоставляются друг другу. Наоборот, они рассматриваются во взаимодействии с заданной последовательностью. Законопослушное и нравственное поведение человека в обществе связано с постижением истины и с достижением в связи с этим - Благодати как идеала христианина.

Илларион подходит к рассмотрению и формированию своей исторической концепции, которая дополняет и углубляет летописную версию. Здесь Илларион утверждает идею равноправия (“равновеликости”) всех народов, живущих на земле. Он подчеркивает, что время избранничества одного народа уже прошло, и поэтому Илларион осуждает притязания Византии на гегемонию во всем христианском мире. Автор, протестуя против этого притязания, стремится показать международное значение Киевской Руси как равноправного среди других государств. Интересно то, что Илларион стремится не только поставить Русь рядом с Византией, более того - он ставит Русь выше Византии.

Средством для иллюстрации этой мысли служит попытка Иллариона перечеркнуть монополию Византии в распространении христианства. Христианство, - утверждает он, - это всемирное явление, имевшее в разных государствах своих учредителей и оберегателей. Утверждение христианства в Византии обычно связывалось с именем императора Константина. Илларион говорит, что у Руси есть свой Константин - это Владимир Святославич. Илларион отмечает, что князь Владимир Святославич владычествовал вовсе не в бедной и неизвестной стране, но в русской стране, которая известна во всех концах земли. При этом важно то, что он, перечисляя страны, в которых распространено было христианство, Византию не называет. Более того, как отмечается в научной литературе, согласно Иллариону, у Руси есть даже преимущество перед Византией, ибо русский народ - это молодой народ, и за ним будущее, следовательно, за ним - будущее христианства.

Илларион характеризует киевского князя как единодержавного правителя, сумевшего покорить все окрестные страны. Власть великого князя крепка и основана на правде. В Ярославе Илларион видит преемника великих дел Святослава и Владимира. Источник верховной власти Илларион усматривает в божественной воле, поэтому сам великий князь воспринимается как причастник божественного царства, который обязан перед богом отвечать за труд своих подданных, обязан обеспечивать мир и хорошее правление. В “Слове” Иллариона была предложена своеобразная религиозно-социологическая концепция, согласно которой история человечества движется через смену форм религии. Здесь Илларион использует известный сюжет о соотношении Ветхого Завета (Моисеева закона) и Нового Завета (Христовой благодати). Противопоставляя их, Илларион выводит два различных принципа общественного устройства:

1. На Законе основывается подчинение народов друг другу.

2. На Благодати основано полное равноправие народов.

Киевскую Русь Илларион характеризует как общество, основанное на Благодати. Тем самым он стремится теоретически обосновать государственную самостоятельность и международную значимость русской земли. Обычно христианское мироощущение, как правило, противопоставляется языческому как варварскому. Вопреки христианскому нигилизму Илларион не подчеркивает различия в русской жизни до 988 года и после. Скорее Илларион создает концепцию преемственности русской истории и воздает хвалу киевским князьям, стоявшим у истоков национальной государственности, много сделавшим для объединения славяно-русских племен. “Слово” высоко было оценено уже современниками и потомками. Эта сумма политических, философских, религиозных, правовых и исторических проблем, затронутых в “Слове”, еще долгое время разрабатывалась в русской исторической традиции в течение многих веков.

Тем не менее, общепризнанным является тот факт, что основными историческими сочинениями той эпохи являются летописи. Для летописца история Руси, в отличие от Иллариона, была тесно связана с призванием князей. Эта легенда изначально была призвана служить славе русской земли. Этот сюжет ратовал за единодержавие русского государства и служил идейным оружием против притязаний Византии.

Однако скоро варяжские мотивы утратили свое значение. Появившись в ПВЛ, этот сюжет переходил из одного летописного свода в другой и постепенно превратился в мертвую традицию, не привлекая внимания русских книжников. Дело в том, что в ходе истории изменялась международная обстановка, перед Русью вставали другие задачи, поэтому возникали новые исторические теории. Большинство из них также имело легендарную основу. Эти новые исторические теории возводились в разряд официальной идеологии и должны были служить славе Руси.

В ходе исторического развития по отношению к Византии Русское государство от обороны перешло в наступление. Да и сама Византия клонилась к упадку. В 1439 году Византия, испытывая мощное давление со стороны турок, пошла на унию с католической церковью, но надежды ее не оправдались. В 1453 год последовало падение Византии под ударами турок. Перед Русью встал вопрос о Византийском наследстве. Этот вопрос актуализировался в последующие годы. С 1480 года Русь обретает внешнеполитическую независимость, освободившись от ордынского ига. Русь начинает восприниматься как единственное православное государство, сохранившее свою независимость в огромном, окружающем ее море иноверческого мира.

Эти идеи, витавшие в воздухе, о том, что Русь должна быть центром мирового православия, были в законченной форме сформулированы старцем Псковского Елеазарова монастыря Филофеем в виде знаменитой теории “Москва - третий Рим” (“два Рима падоша, третий Рим стоит, а четвертому - не быти”). Смысл этой теории в том, что два Рима пали вследствие отступления от истинной веры, то же самое ждет и Москву, если в ней порушится вера. Следовательно, с падением третьего Рима наступит конец света.

Считается, что концепция “Москва - третий Рим” получила хождение прежде всего в церковных кругах и ее идеи не проникали в сознание масс. Это неверно. В середине XVII века церковные реформы, проведенные патриархом Никоном, были восприняты как нарушение истинной веры, поэтому ожидания грядущего конца света явились мотивацией рождения старообрядчества. В учении протопопа Аввакума была выдвинута концепция “чувственного антихриста”. Он представлялся Аввакуму о двух рогах: один - Алексей Михайлович, а второй - патриарх Никон. Евфимий (беглый солдат), основоположник и идеолог бегунства, разработал концепцию неразделенного антихриста, согласно которой происходит постоянная смена одного антихриста другим. Основная масса старообрядцев - это простые люди, значит концепция “Москва - третий Рим” затронула многие умы и социальных низов.

После падения Византии церковь должна была искать защиту у московских государей. Царь выступал гарантом независимости православной церкви. Церковными кругами начинает в это время дополняться и углубляться мысль о божественном происхождении власти московского государя. Он трактуется как помазанник Божий. Царь - это Бог земной, а Бог - царь небесный. Следовательно, устанавливается параллелизм Царя и Бога, который был исходно задан христианскому сознанию.

Отразив идею преемственности Руси от Византии, эпоха конца XV - XVI веков все более отворачивается от Византии, обращаясь лицом к Западу. Византия занимает все меньшее место в русских исторических теориях, создаваемых такими памятниками древнерусской литературы, как “ Сказание о князьях Владимирских” тверского инока Спиридона-Саввы, “Сказание о Вавилон-граде” Ивана Пересветова, “Повесть о Новгородском белом клобуке”, “Сказание о Мономаховом венце” и др. В чем смысл этих исторических концепций? Все они преследовали определенную идейно- политическую направленность. Цель их - обосновать московское самодержавство. В них варяжские мотивы, утратив свое прежнее значение, получили другое истолкование.

Теперь происхождение московских государей ведется от кесаря Августа (римский император) через его брата Пруса, потомком которого в тринадцатом колене был Рюрик - основатель династии русских князей. Таким образом, Рюрик получает западное происхождение. Возведение династии к иноземному происхождению преследовало несколько целей: во-первых, возвеличивание династии, например, в то время многие знатные боярские фамилии начинали выдумывать мифологических прародителей обязательно с иноземными корнями, якобы стоявших у их истоков, что придавало более высокий статус роду; во-вторых, почему именно Август? Оказывается, согласно религиозным представлениям, на царствование Августа приходится рождение Иисуса Христа. Учитывая, что все сознание средневекового человека было пропитано религиозностью, можно утверждать, что это обстоятельство несомненно усиливало авторитет царской власти.

Заодно московские государи, в таком контексте, начинали представлять себя не только правопреемниками византийских императоров, но и императоров Западной Римской империи. Следовательно, начинали претендовать на тот объем полномочий, который имели римские и византийские императоры. Это способствовало еще большему обожествлению царской власти. В середине XVI века в чин царского венчания входит обязательный обряд миропомазания, который призван был убедительно показать, что Царь - действительно помазанник Божий. Это отличает его как на Руси, так и во всем мире. Василий III, например, отказался иметь дело с послом империи Великих Моголов на том основании, что они узурпаторы власти. Иван III отказался от королевского титула, обещанного императором Священной Римской империи, утверждая, что московские государи являются законными правителями, так как получают свою власть от Бога, а получать королевский титул из рук римского папы - это позор.

Начало Руси устанавливается через преемственную цепочку от Августа к Прусу, а затем к Рюрику, потомки которого были великими киевскими князьями. Из Киева столица была перенесена во Владимир, а затем политический центр переместился в Москву. Таким образом, московские государи оказываются правопреемниками великих киевских князей, что позволяет им претендовать на территории, входившие в состав Киевского государства как на свою отчину, хотя ныне они являются частью Великого Литовского княжества. Это обстоятельство объясняет частые конфликты Московской Руси с Русью Литовской. В основе их лежал территориальный вопрос.

В идейных концепциях Московской Руси все большее место начинает также занимать представление, что московские князья являются правопреемниками и золотоордынских ханов. После распада Золотой Орды образуется ряд самостоятельных государств: Московская Русь, Казанское, Сибирское, Астраханское ханства и др. Между ними начинается борьба за территориальное наследие Золотой Орды. Право Московии на эти земли было необходимо обосновать.

Американский историк Р. Пайпс писал, что восточные деспоты постоянно нарушали права своих подданных, московские же государи не признавали за подданными каких-либо прав. Эта мысль выражалась не только в общественно-политических концепциях того времени, но проявлялась и в повседневной жизни. Например, даже самые знатные бояре, обращаясь с просьбой к государю, именовали себя: “Яз, холоп твой, государь”. Социальные же низы вообще называли себя «сиротами твоими, государь». В этом прослеживается внедренность в сознание людей тех концептуальных положений официальной идеологии, которые разрабатывались в эпоху формирования единого Московского государства. Русь все более обращается к Западу, в XVI веке она начинает войну за выход к Балтийскому морю. Поэтому новые исторические концепции, ориентированные на Запад, все более утверждаются в повседневной практике Московского государства.

После периода политической нестабильности, в конце XVII в. начинается царствование Петра I. И теперь в общественно-политической мысли начинают утверждаться другие исторические теории и концепции, которые активно вводят Россию в русло мировой истории. Петром I стала утверждаться концепция круговорота, заимствованная у ученого Лейбница. Согласно этой концепции, колыбелью всех знаний являлась Греция, затем все культурное богатство, наработанное ею, перешло в Италию, оттуда - в Центральную Европу. Теперь на несколько веков центром мировой цивилизации должна стать Россия, а затем эти науки и ценности возвратятся в свое истинное отечество - Грецию.

 

ТЕМА № 4

studopedya.ru

Древнерусские летописи: Главные тайны | Древняя Русь

Сведения о ранней русской истории мы черпаем из летописей. А что, собственно, мы знаем о них самих? По сей день исследователи не могут прийти к единому мнению как об их авторстве, так и об их объективности.

Журнал: История «Русская Семёрка» №6, август 2016 годаРубрика: ТайныТекст: Русская Семёрка

Кто автор?

Древняя летописьДля людей, не сильно углубляющихся в историю, летописец один — Нестор, черноризец Киево-Печёрского монастыря. Закреплению за ним такого статуса способствовала канонизация в лике святых под именем Нестор Летописец. Однако этот монах в качестве автора «Повести временных лет» упоминается лишь в одном из её поздних (XVI в.) списков, да и помимо «Повести» есть ещё множество других летописных текстов, созданных в разные века и в разных, далеко отстоящих друг от друга местах.Один Нестор не смог бы разорваться во времени и пространстве, чтобы написать их все. Так что в любом случае он всего лишь один из авторов.Кто остальные? Создателем Лаврентьевской летописи значится монах Лаврентий, Троицкая приписывается иноку Троице-Сергиевой лавры Епифанию Премудрому. Да и в целом, если судить по тому, что почти все летописи хранились в монастырях, своим происхождением они обязаны людям церковным.Однако стиль написания некоторых текстов даёт повод искать авторов в мирской среде. Так, например, в Киевской летописи церковным вопросам внимания уделено очень мало, а язык максимально приближен к народному: общеупотребительная лексика, использование диалогов, пословиц, цитат, живописные описания. Галицко-Волынская летопись содержит много специальных военных слов и явно направлена на выражение определённых политических идей.

Где оригинал?

Не упрощает поиск авторов и тот факт, что все летописи известны нам в списках (копиях) и изводах (редакциях). Ни в одном собрании мира вы не найдёте «Повесть временных лет», записанную рукой Нестора на рубеже XI-XII вв. Есть только Лаврентьевский список XIV в., Ипатьевский — XV в., Хлебниковский — XVI в. и т.д.Да и сам Нестор вряд ли был первым автором «Повести».По версии филолога и историка А.А. Шахматова, он всего лишь переработал Начальный свод 1093 года игумена Киево-Печёрского монастыря Иоанна и дополнил его текстами русско-византийских договоров и преданиями, дошедшими до него в устной традиции.Иоанн же в свою очередь дополнял свод монаха Никона. А у той версии был свой предшественник — Древнейший свод первой половины XI века. Но никто не может дать стопроцентной гарантии, что в его основе не лежит другой, более древний текст.Такова суть русской традиции летописания. Каждый следующий переписчик использует старые рукописи, устные предания, песни, рассказы очевидцев и составляет новый, более полный — с его точки зрения — сборник исторических сведений. Это хорошо заметно по «неровной» Киевской летописи, в которой игумен Выдубицкого монастыря Моисей переплавил тексты авторов ну очень разного уровня образованности и таланта.

Почему летописи противоречат друг другу?

Ответ на этот вопрос плавно вытекает из предыдущего. Так как летописей, их списков и редакций очень много (по некоторым данным, около пяти тысяч), их авторы жили в разное время и в разных городах, не обладали современными способами передачи информации и использовали доступные им источники, то даже непредумышленно было трудно избежать некоторых неточностей. Что уж говорить о желании перетянуть одеяло на себя и выставить в выгодном свете то или иное событие, город, правителя…До этого мы касались вопросов, относящихся к истории самих летописей, но ведь и в их содержании немало загадок.

Откуда всё-таки пошла Земля Русская?

«Повесть временных лет» как раз начинается с этого вопроса. Однако и здесь остаются поводы для толкований, и учёные до сих пор не могут прийти к единому мнению.С одной стороны, вроде бы достаточно внятно сказано: «И пошли за море к варягам, к руси. <…> Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родам, и взяли с собой всю русь, и пришли. <…> И от тех варягов прозвалась Русская земля».На этом отрывке основывается норманская теория происхождения государства Русь — от варягов.Но есть и другой фрагмент: «…Из тех же славян — и мы, русь… А славянский народ и русский един, от варягов ведь прозвались русью, а прежде были славяне; хоть и полянами назывались, но речь была славянской». По которому выходит, что мы хоть и получили своё название от варягов, но ещё до них были единым народом. Такой (антинорманской, или славянской) гипотезы придерживались М.В. Ломоносов и В.Н. Татищев.

Кому Владимир Мономах писал своё «поучение»?

«Поучение Владимира Мономаха» входит в состав «Повести временных лет» и содержит три части: поучение детям, автобиографический рассказ и письмо, адресатом которого обычно называют брата князя — Олега Святославовича. Но зачем включать личную переписку в исторический документ?Стоит отметить, что имя Олега в письме нигде не названо, а содержание текста имеет покаянный характер.Возможно, пересказом этой сложной истории с братом, убившим его сына, Мономах хотел показать публичный пример смирения и прощения, рифмующийся с первой частью. Но с другой стороны, этот текст включён только в один из списков «Повести» и явно не предназначался для большого количества глаз, так что некоторые учёные считают это личной письменной исповедью, приготовлением к Страшному суду.

Кто и когда написал «Слово о полку Игореве»?

Споры о происхождении «Слова» начались сразу после его обнаружения графом А.И. Мусиным-Пушкиным в конце XVIII века. Текст этого литературного памятника настолько необычен и сложен, что его авторство кому только не приписывали: самому Игорю, Ярославне, Владимиру Игоревичу и другим князьям или не князьям; поклонникам этого похода и, наоборот, тем, кто осуждал авантюру Игоря; имя сочинителя «расшифровывали» и вычленяли из акростихов. Пока безрезультатно.То же самое и со временем написания. Совпадало ли время описываемых событий с тем, когда их описывали? Историограф Б.А. Рыбаков считал «Слово» чуть ли не репортажем с места действия, а Б. И. Яценко переносил дату его создания на десяток лет дальше, так как в тексте упоминаются события, о которых не было известно в 1185 году — в год похода. Есть также множество промежуточных версий.

Где находится Китеж-Град?

Легенда о Китеже, Русской Атлантиде, дошла до нас в литературной обработке старообрядцев — в памятнике под названием «Книга глаголемая летописец». В ней сказано, что этот город был построен князем Георгием Всеволодовичем, а затем при нападении хана Батыя ушёл под воду. Большинство сходится в том, что этот «земной рай» прячется в озере Светлояр Нижегородской области, однако некоторые исследователи двигают искомую точку на карте то ближе к Суздалю (по названию бывшего здесь села Кидекши), то к Ярославлю.

  • < Назад
  • Вперёд >

www.bagira.guru

как называется древнейшая русская летопись?

Ле? топись — более или менее подробный рассказ о событиях. Русские летописи являются основным письменным источником по истории России допетровского времени. Начало русского летописания относится к XI веку, когда в Киеве начали делать исторические записи, хотя летописный период начинается в них с IX века. Русские летописи обычно начинались словами «Въ л? то» +«дата» , что означает сегодня «в год» +«дата» . Количество сохранившихся летописных памятников по условным оценкам составляет порядка 5000[1]. Большинство летописей в виде оригиналов не сохранились, а сохранились их копии и частичные переработки — так называемые списки, созданные в XIV—XVIII веках. Под списком подразумевается «переписывание» («списывание» ) с другого источника. Списки эти по месту составления или по месту изображаемых событий исключительно или преимущественно делятся на разряды (первоначальная киевская, новгородские, псковские и т. д. ) . Списки одного разряда различаются между собой не только в выражениях, но даже в подборе известий, вследствие чего списки делятся на изводы (редакции) . Так, можно сказать: Летопись первоначальная южного извода (список Ипатьевский и с ним сходные) , Летопись первоначальная суздальского извода (список Лаврентьевский и с ним сходные) . Такие различия в списках наводят на мысль, что летописи — это сборники, и что их первоначальные источники не дошли до нас. Мысль эта, впервые высказанная П. М. Строевым, ныне составляет общее мнение. Существование в отдельном виде многих подробных летописных сказаний, а также возможность указать на то, что в одном и том же рассказе ясно обозначаются сшивки из разных источников (необъективность преимущественно проявляется в сочувствии то к одной, то к другой из противоборствующих сторон) — ещё более подтверждают это мнение.

Несторовский список, Лаврентьевский список, Ипатьевский список, Радзивилловский список

"Начальная русская летопись", которая получила название по первым словам - "Повесть временных лет". Наверняка были и другие, но они не дошли до нас.

Повесть временных лет

Писали книги и т. п. в древней Руси и более 100 тыс. лет назад. Древняя Русь - это Великая Тартария. Частью Великой Тартарии были - Московия, Югория, Лукоморье, Европа, Крым и т. д. Орда - это войско великой Тартарии, значит: ОР-сила, Д-добро, А-ас, вместе: Сила добра асов. Асы - это народ русы. Название Русь значит: Родовое устройство страны. Название Россия значит: Русь Сия - Это Русь.

touch.otvet.mail.ru