История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Античность – Средние века – Новое время. Причины и механизмы смены веков (стр. 1 из 4). Древний мир античность средневековье


Античность – Средние века – Новое время. Причины и механизмы смены веков

.

МГИЭМ

1999

Античность, Средние века и Новое время – три великих эпохи в истории Западной Европы. Под античностью мы понимаем историю Древней Греции и Древнего Рима.

Древняя Греция или Эллада – общее название территорий древнегреческих государств на юге Балканского полуострова, островах Эгейского моря, побережье Фракии, по западной береговой полосе Малой Азии. Первые государства на территории Греции (Кнос, Фест, Микены, Тиринф и др.) образовались в начале 2-го тысячелетия до н. э. Вторжение дорийцев (ок. 1200 г. до н. э.) повлекло за собой распад государств и оживление родовых отношений. В результате борьбы демоса с родовой аристократией в 8-6 веках до н. э. в Греции сформировались города-государства – полисы. Крупнейшими из них были Афины, Спарта, Коринф, Аргос.

Греки уделяли особое внимание воспитанию, что позволило им создать культуру, установившую эталон прекрасного в архитектуре, скульптуре, музыке, литературе, полностью сохраняющийся и в наше время. Огромным влиянием в Греции пользовались философы Платон, Аристотель, Сократ и близкие к ним Пифагор, Евклид, Архимед, известные нам больше как математики. В греческой системе воспитания искусство, наука и спорт были неразрывно связаны. Хилое тело, отсутствие музыкального слуха и неграмотность осуждались, (это не касалось низших слоев населения и рабов). Воплощением эллинского духа были Олимпийские игры, проводившиеся в 8-4 веках до н. э. и включавшие спортивные состязания, театральные и религиозные действия.

5-4 века до н. э. – период наивысшего расцвета полисов. Он был связан с возвышением Афин в результате победы греков в греко-персидских войнах. Борьба между Афинами и Спартой за гегемонию в Греции к концу 5-го века до н. э. привела к Пелопонесской войне, в которую были втянуты все полисы. Афины потерпели поражение, но урон был нанесен всей Греции. Греция потеряла свою силу, что выразилось в прекращении Олимпийских игр. В середине 4 века до н. э Греция была завоевана царем Македонии Филиппом, а его сын Александр направил свои завоевания на весь остальной древний мир. Вскоре после распада державы Александра Македонского Греция стала одной из римских провинций, а с 4 века н. э. – основной частью Восточной Римской империи.

Согласно преданию Древний Рим был основан в 753 году до н. э. В 8-6 веках до н. э. Римом правили цари. В 510-509 до н. э. году была установлена республика. К середине 3 века, подчинив всю территорию Италии, Рим превратился в крупное государство, добивавшееся гегемонии во всем Средиземноморье, что привело к столкновению с Карфагеном. В 146 до н. э. году после трех Пунических войн, одержав победу над Карфагеном, Рим становится крупнейшей средиземноморской державой.

Римляне почти не создали своей культуры, но восприняли и преобразили греческую. К вопросам религии они подходили с позиций практицизма. Жрецы выбирались на определенный срок, как должностные лица, богов рассматривали как помощников в делах.

В Древнем Риме достиг апогея институт рабства. К середине 2 века до н. э. окончательно оформились два антагонистичных класса – рабы и рабовладельцы, противоречия между которыми вылились в крупные восстания рабов (Сицилийское восстание, восстание Спартака). Усилившееся в связи с ростом крупного землевладения разорение крестьян вызвало широкое революционное движение сельского плебса и первые вспышки гражданской войны на улицах Рима. В социально-политической жизни Рима в 1 веке до н. э. все большую роль стали играть армия и ее вожди. В результате гражданской войны 49-45 годов неограниченным правителем государства стал Цезарь. В 44 году Цезарь был убит сторонниками республики. После нового периода гражданских войн, завершившегося победой Октавиана, Рим стал империей.

Средние века следует отсчитывать от времени, когда поздняя Римская империя (III-V вв.) была завоевана германскими и другими племенами. Так что период поздней Империи оказывается одновременно эпилогом прежней эпохи – Античности, и прологом новой – Средневековья. Переход от древности к Средневековью занимает длительный исторический период. Историки стараются объяснить, почему пала Римская империя, и обращают внимание на те стороны жизни позднего Рима, которые свидетельствуют об исторической неизбежности гибели этого огромного государства.

К рубежу II и III веков Римская империя достигла максимальных размеров. На западе империю омывали воды Атлантики, на севере, на острове Британия, граница проходила в нынешней Шотландии, на континенте граница шла по правобережью Рейна, потом по Дунаю до Черного моря. На востоке римские владения простирались вплоть до верховьев Тигра и Евфрата и до пустынь Аравийского полуострова. На юге, на Африканском континенте, Империю ограничивали пески Сахары, и в Египте – первый порог Нила.

Для поддержания порядка в Империи, для обороны границ и завоевания новых территорий нужна была огромная армия, на содержание которой требовались колоссальные средства. А чтобы никто не мог уклониться от уплаты налогов, имперская власть перешла к политике прикрепления подданных к месту их жительства и к закреплению их в той профессии, которой они занимались. На горожан, и в том числе членов городского управления, была возложена коллективная ответственность за сбор и уплату налогов. В случае недоимок они должны были расплачиваться собственным имуществом.

Так свободный гражданин города превратился в зависимого от государства налогоплательщика. То же самое произошло и с массой сельского населения. Бедные земледельцы, арендовавшие участки у земельных собственников — КОЛОНЫ (поселенцы) — тоже были лишены права покидать место жительства.

Наряду с колонами массу трудового населения по-прежнему составляли рабы, но труд их был весьма малопроизводительным, потому что раб совершенно не заинтересован в хозяйстве и трудится только по принуждению. Сохранение рабского труда было главной причиной того, что техника почти совершенно не развивалась: владельцу раба было выгоднее использовать его дешевую рабочую силу, чем тратиться на какие-либо технические усовершенствования. Выход находили в том, что часть рабов наделяли маленькими участками земли.

Тем не менее, в Империи сохранялись и приумножались огромные богатства. В городах строились храмы, общественные здания и цирки. И у правительства, и у богатых людей было достаточно средств для устройства праздников, цирковых и театральных зрелищ, гладиаторских боев и императорских триумфов. В крупных городах и, прежде всего, в Риме, концентрировались массы свободных людей, которые не занимались производительным трудом и паразитировали за счет общества. Для того чтобы держать их в повиновении, правительство старалось обеспечить их «хлебом и зрелищами».

Опорой императора были армия и чиновничество, а это приводило к тому, что военщина выдвигала на престол своих предводителей, которых нередко вскоре свергали другие претенденты на власть. Борьба между разными военными группировками вылилась в III в. в серию внутренних войн, смут и восстаний.

Углублялся кризис и в духовной жизни. Вместе с уничтожением гражданских свобод происходит моральный упадок общества. Римская религия была неспособна противостоять этому упадку. Языческие боги — воплощения тех или иных природных сил и человеческих качеств — не были носителями высоких добродетелей. По тогдашним верованиям, боги могли вмешиваться в человеческую жизнь, они требовали поклонения и жертвоприношений, за которые оплачивали людям некими благами, но нравственными идеалами они не были. Римское язычество терпимо относилось к верованиям других народов, входивших в Империю, и сплошь и рядом после покорения новой провинции местные божества присоединялись к римскому пантеону (сообществу богов) и в Риме отправлялся культ этих богов. Главным же был культ императорской власти и поклонение особе императора.

Во II—Ш вв. среди населения Империи стала приобретать влияние новая религия — христианство. Первоначально христианство было СЕКТОЙ (относительно небольшая группа, отделившаяся от какой-либо религии) ИУДАИЗМА — веры евреев, выделявшейся на фоне иных религий признанием единого Бога.

Учение Христа было «не от мира сего». Главной в нем являлась проповедь любви к ближнему, бессмертия человеческой души и бренности телесного мира. Христос и его последователи проповедовали высокую нравственность и осуждали греховный образ жизни, который грозит гибелью души. Все другие существовавшие в Империи религии были религиями племенными: их боги были богами того и иного племени или народа. Между тем, христианство отрицало в национальные различия, как, впрочем и иные различия между людьми, в том числе между свободными и рабами. Оно исповедовало веру в единого Бога, творца мира и человека. Христианство не призывало бедняков и рабов к неповиновению, как не призывало оно подданных к выступлению против мирских властей. Но оно как бы игнорировало эти власти, и придавало решающее значение не общественному или имущественному положению человека, а только лишь его отношению к Богу, внутреннему миру человека, который должен отрешиться ради Бога от всех земных привязанностей. В этой отрешенности от земного мира, в игнорировании господ и правителей императорская власть не могла не увидеть большой опасности для себя. Поэтому попытки некоторых римских императоров привлечь христианские общины на свою сторону сменялись жестокими гонениями на христиан: их заточали в темницы и подвергали казням. Нередко наряду с гладиаторскими боями в городах Империи устраивались зрелища, во время которых на христиан натравливали диких зверей. Может быть то, что на подобные зрелища собирались горожане, наслаждавшиеся муками христианских жертв, лучше вес характеризует моральный упадок римского общества.

Христианским общинам приходилось прятаться в укромных местах и в подземельях-катакомбах, где они продолжали чтить своего невидимого Бога. Показательно, что несмотря на жестокие гонения, численность приверженцев новой религии продолжала возрастать, складывалась организация христианской церкви, а культ святых мучеников, пострадавших за веру, оказывался более влиятельным, чем поклонение языческим богам.

mirznanii.com

Античность — средние века — новое время причины и механизмы смены эпох

Античность — Средние века — Новое время. Причины и механизмы смены эпох

Античность, Средние века и Новое время — три великих эпохи в истории Западной Европы.

Под античностью мы понимаем историю Древней Греции и Древнего Рима. Древняя Греция, или Эллада — общее название территорий древнегреческих государств на юге Балканского полуострова, островах Эгейского моря, побережье Фракии, по западной береговой полосе Малой Азии. Первые государства на территории Греции (Кнос, Фест, Микены, Тиринф и др.) образовались в начале 2-го тысячелетия до н. э. Вторжение дорийцев (ок. 1200 г. до н. э.) повлекло за собой распад государств и оживление родовых отношений. В результате борьбы демоса с родовой аристократией в VIII – VI веках до н.э. в Греции сформировались города-государства — полисы, крупнейшими из которых были Афины, Спарта, Коринф, Аргос.

Особое внимание греки уделяли воспитанию, что позволило им создать культуру, установившую эталон прекрасного в архитектуре, скульптуре, музыке, литературе, полностью сохраняющийся и в наше время. Огромным влиянием в Греции пользовались философы Платон, Аристотель, Сократ и близкие к ним Пифагор, Евклид, Архимед, известные нам больше как математики. В греческой системе воспитания искусство, наука и спорт были неразрывно связаны. Хилое тело, отсутствие музыкального слуха и неграмотность осуждались. Это не касалось только низших слоев населения и рабов. Воплощением эллинского духа были Олимпийские игры, проводившиеся в VIII – IV веках до н. э. и включавшие спортивные состязания, театральные и религиозные действия.

V – IV вв. до н. э. — период наивысшего расцвета полисов, который был связан с возвышением Афин в результате победы греков в греко-персидских войнах. Борьба между Афинами и Спартой за гегемонию в Греции к концу V в. до н. э. привела к Пелопонесской войне, в которую были втянуты все полисы. Афины потерпели поражение, но урон был нанесен всей Греции, потерявшей свою силу, что выразилось в прекращении Олимпийских игр. В середине IV в. до н. э. Греция была завоевана царем Македонии Филиппом, а его сын Александр направил свои завоевания на весь остальной древний мир. Вскоре после распада державы Александра Македонского Греция стала одной из римских провинций, а с IV в. н. э. — основной частью Восточной Римской империи.

Согласно преданию Древний Рим был основан в 753 году до н. э. В VIII – VI вв. до н. э. Римом правили цари, а в 510 – 509 гг. до н. э. была установлена республика. К середине III века, подчинив всю территорию Италии, Рим превратился в крупное государство, добивавшееся гегемонии во всем Средиземноморье, что привело к столкновению с Карфагеном. В 146 г. до н. э. после трех Пунических войн, одержав победу над Карфагеном, Рим становится крупнейшей средиземноморской державой.

Римляне почти не создали своей культуры, но восприняли и преобразили греческую. К вопросам религии они подходили с позиций практицизма. Жрецы выбирались на определенный срок, как должностные лица, богов рассматривали как помощников в делах.

В Древнем Риме достиг апогея институт рабства. К середине II в. до н. э. окончательно оформились два антагонистичных класса — рабы и рабовладельцы, противоречия между которыми вылились в крупные восстания рабов: сицилийское восстание, восстание Спартака. Усилившееся в связи с ростом крупного землевладения разорение крестьян вызвало широкое революционное движение сельского плебса и первые вспышки гражданской войны на улицах Рима.

В социально-политической жизни Рима в I веке до н. э. все большую роль стали играть армия и ее вожди. В результате гражданской войны 49 – 45 гг. неограниченным правителем государства стал Цезарь, убитый в 44 г. сторонниками республики. После нового периода гражданских войн, завершившегося победой Октавиана, Рим становится империей.

Средние века следует отсчитывать от времени, когда поздняя Римская империя (III – V вв.) была завоевана германскими и другими племенами. Так что период поздней Империи оказывается одновременно эпилогом прежней эпохи — Античности, и прологом новой — Средневековья. Переход от древности к Средневековью занимает длительный исторический период. Историки стараются объяснить, почему пала Римская империя, и обращают внимание на те стороны жизни позднего Рима, которые свидетельствуют об исторической неизбежности гибели этого огромного государства.

К рубежу II – III вв. Римская империя достигла максимальных размеров. На западе империю омывали воды Атлантики; на севере, на острове Британия, граница проходила в нынешней Шотландии, на континенте граница шла по правому берегу Рейна, а затем по Дунаю до Черного моря; на востоке римские владения простирались вплоть до верховьев Тигра и Евфрата и до пустынь Аравийского полуострова; на юге, на Африканском континенте, Империю ограничивали пески Сахары, и в Египте — первый порог Нила.

Для поддержания порядка в Империи, для обороны границ и завоевания новых территорий нужна была огромная армия, на содержание которой требовались колоссальные средства. А чтобы никто не мог уклониться от уплаты налогов, имперская власть перешла к политике прикрепления подданных к месту их жительства и к закреплению их в той профессии, которой они занимались. На горожан, и в том числе членов городского управления, была возложена коллективная ответственность за сбор и уплату налогов. В случае недоимок они должны были расплачиваться собственным имуществом. Так свободный гражданин города превратился в зависимого от государства налогоплательщика. То же самое произошло и с массой сельского населения. Бедные земледельцы, арендовавшие участки у земельных собственников — колоны (поселенцы) — тоже были лишены права покидать место жительства.

Наряду с колонами массу трудового населения по-прежнему составляли рабы, но труд их был весьма малопроизводительным, потому что раб был совершенно не заинтересован в хозяйстве и трудился только по принуждению. Сохранение рабского труда было главной причиной того, что техника почти не развивалась: владельцу раба было выгоднее использовать его дешевую рабочую силу, чем тратиться на какие-либо технические усовершенствования. Выход находили в том, что часть рабов наделяли маленькими участками земли.

Тем не менее, в Империи сохранялись и приумножались огромные богатства. В городах строились храмы, общественные здания и цирки. И у правительства, и у богатых людей было достаточно средств для устройства праздников, цирковых и театральных зрелищ, гладиаторских боев и императорских триумфов.

Опорой императора были армия и чиновничество, а это приводило к тому, что военщина выдвигала на престол своих представителей, которых нередко вскоре свергали другие претенденты на власть. Борьба между разными военными группировками вылилась в III в. в серию внутренних войн, смут и восстаний.

Постепенно углублялся кризис и в духовной жизни. Вместе с уничтожением гражданских свобод происходит моральный упадок общества. Римская религия была неспособна противостоять этому упадку. По тогдашним верованиям, боги могли вмешиваться в человеческую жизнь, они требовали поклонения и жертвоприношений, за которые оплачивали людям некими благами, но нравственными идеалами они не были. Римское язычество терпимо относилось к верованиям других народов, входивших в Империю, и сплошь и рядом после покорения новой провинции местные божества присоединялись к римскому пантеону.

Во II – III вв. среди населения Империи стала приобретать влияние новая религия — христианство. Первоначально оно было сектой иудаизма — веры евреев, выделявшейся на фоне иных религий признанием единого Бога. Главной отличительной чертой христианства являлась проповедь любви к ближнему, бессмертия человеческой души и бренности телесного мира. Христос и его последователи проповедовали высокую нравственность и осуждали греховный образ жизни, который грозит гибелью души. Все другие существовавшие в Империи религии были религиями племенными: их боги были богами того и иного племени или народа. Между тем, христианство отрицало в национальные различия, как, впрочем, и иные различия между людьми, в том числе между свободными и рабами. Оно исповедовало веру в единого Бога, творца мира и человека. Христианство не призывало бедняков и рабов к неповиновению, как не призывало оно подданных к выступлению против мирских властей. Но оно как бы игнорировало эти власти, и придавало решающее значение не общественному или имущественному положению человека, а только лишь его отношению к Богу, внутреннему миру человека, который должен отрешиться ради Бога от всех земных привязанностей. В этой отрешенности от земного мира, в игнорировании господ и правителей императорская власть не могла не увидеть большой опасности для себя. Поэтому попытки некоторых римских императоров привлечь христианские общины на свою сторону сменялись жестокими гонениями на христиан: их заточали в темницы и подвергали казням. Нередко наряду с гладиаторскими боями в городах Империи устраивались зрелища, во время которых на христиан натравливали диких зверей. Может быть, то, что на подобные зрелища собирались горожане, наслаждавшиеся муками христианских жертв, лучше всего характеризует моральный упадок римского общества.

Христианским общинам приходилось прятаться в укромных местах и в подземельях-катакомбах, где они продолжали чтить своего невидимого Бога. Показательно, что, несмотря на жестокие гонения, численность приверженцев новой религии продолжала возрастать, складывалась организация христианской церкви, а культ святых мучеников, пострадавших за веру, оказывался более влиятельным, чем поклонение языческим богам.

Несмотря на все трудности и внутренние противоречия, Империя продолжала существовать. В ней сохранялись традиции древней учености, образованности, искусства и права. Между разными частями Империи поддерживались торговые связи. Она выстояла, несмотря на все перевороты и войны III в., хотя центр тяжести в Империи переместился в более богатые восточные провинции. В 330 г. император Константин основал на берегу пролива, отделяющего Европу от полуострова Малая Азия, новую столицу Империи — Константинополь. Однако Рим сохранил значение центра римского культурного мира.

Вместе с тем хозяйственная и общественная жизнь больше не сосредоточивалась в центре. Провинции внутренне обособились и от центрального правительства, и одна от другой. Все более усиливался натиск варваров у границ Империи. Миновали времена, когда Рим вел завоевательные войны против окружавших его варваров, теперь они все чаще вторгались в пределы Империи. Часть этих племен приходилось расселять в пограничных районах, чтобы с их помощью оборонять Империю.

Отношения между Римской империей и варварами были напряженными и даже враждебными на протяжении столетий. Римляне стремились подчинить себе варваров, превратить пленных в рабов, которые были нужны им для ведения хозяйства и продолжения привычного образа жизни. Варвары, со своей стороны, искали в римских владениях богатую добычу и более плодородные земли. Начавшиеся еще во II в. до н. э. войны между Римом и варварами сменялись периодами относительного спокойствия. Жившие неподалеку от границ Империи племена вступали в торговлю с римлянами, усваивали некоторые присущие им хозяйственные и бытовые навыки. Но наступление варварских племен на Империю со временем усиливалось. Рост численности населения побуждал германцев искать новые территории. Германские племена, жившие в северных и восточных частях Европы, постепенно перемещались в южном и западном направлениях.

Резкий перелом в отношениях между Римом и варварами наступил после того, как гунны — воинственный народ, живший в Центральной Азии в I – II вв. н. э. — стали переселяться на пространства Восточной Европы, тесня жившие там тогда племена готов.

Из всех варваров, с которыми пришлось столкнуться римлянам, гунны внушали им наибольший страх. Германцы были знакомы сземледелием, тогда как гунны являлись кочевниками. В этих одетых в шкуры всадниках непривычного монгольского типа римляне видели не столько людей, сколькопорождения демонов. Под напором гуннов готы, жившие в Северном Причерноморье, перешли Дунай и стали передвигаться на север Балканского полуострова, в римские владения. Константинопольский император разрешил им поселиться в римской провинции Фракии в качестве союзников Империи. Но насилия и злоупотребления римских чиновников привели к тому, что готы оказались перед угрозой голодной смерти и восстали. В 378 г. в битве между готами и римскими легионами при Адрианополе императорская армия была разгромлена, а сам император погиб. Войска готов подошли вплотную к Константинополю, но властям удалось достичь с ними соглашения, расселить их в своих владениях на Балканском полуострове, а часть готских вождей включить вместе с их людьми в императорскую армию.

Вторжение в Европу полчищ гуннов явилось тем историческим толчком, который превратил борьбу между Римом и варварами в завоевание последними Империи. Движение германских и иных племен под влиянием этого толчка получило название Великого переселения народов. Но несмотря на поражение при Адрианополе восточная половина Империи устояла. Иной оказалась судьба западной части Империи.

В конце IV, в V и в 1-й половине VI в. запад Римской империи был завоеван племенами германцев и некоторых иных народов, которые расселились на ее территории. Завоеватели были не столь уж многочисленны и составляли небольшой процент населения в захваченных ими провинциях. Но под их ударами рушилась имперская система управления. Разрушение и разграбление городов и имений вели к окончательному распаду старых связей внутри Империи.

Отношение к завоевателям было двойственным. Захватчики внушали страх. “В городах — страдания, пожарища, руины искорбь. Лишь дым остался от Галлии, сгоревшей во всеобщем пожаре”, — писал очевидец. И вместе с тем от взгляда свидетелей германских нападений не укрылось то, что порядки, которые несли ссобой варвары, сулилиоблегчение тяжелого положения подданных Империи. “Римлянесами себе были врагами худшими, нежели внешние враги, — писал в V в. священник СальвианМарсельский, — и не столько варвары их разгромили, сколько самиони себя уничтожили. Чтобы не погибнуть подтяжестью государственного бремени, они идут искать уварваров римской человечности, поскольку не могутбольше сносить варварской бесчеловечности римлян”.

На завоеванных территориях возникли первые германские королевства. Конечно, это еще не были государства в прямом смысле. Стоявшие во главе их короли были, прежде всего, племенными вождями, предводителями боевых дружин. В их королевствах не существовало единой системы права, и местное население продолжало жить по римским законам, и германцы также придерживались их правовых обычаев. Не было и системы управления. Единственной организацией, уцелевшей после завоевания, была церковь, епископы которой сохраняли свое религиозное и общественное влияние.

Постепенно германцы приняли христианскую религию, хотя значительной мере внешне, потому что их старое язычество все сохраняло свою силу.

Наиболее, пожалуй, драматичным моментом в истории падения Западной Империи был захват Рима готами. Король вестготов Аларих двинулся с Балкан на Италию и в 410 г. захватил и разграбил Рим. Завоевание это не имело длительных практических последствий, потому что вестготы вскоре перешли в Южную Галлию и Испанию. Однако тот факт, что, как его называли римляне, Вечный Город пал под ударами варваров, произвел огромное впечатление на современников. А взятие Рима готами в 476 г. ознаменовало конец эры высокой античной цивилизации и начало периода средних веков.

Средневековье — эпоха в истории Европы, охватывающая более тысячи лет, которые отделяют времена поздней Римской империи, когда она была завоевана и заселена германскими и другими племенами, от времен Великих географических открытий, когда Христофор Колумб достиг Америки (1492 год) и было положено начало колониальным захватам; мир перестал быть разобщенным, и началась подлинная эпоха всемирной истории.

Средневековье — это эпоха, когда были заложены многие основы современного мира. В Средние века развились те языки, на которых и поныне говорит население Европы, и сформировались — к концу этой эпохи — европейские нации с их укладом жизни и особенностями психологии. В этот период сложились основные европейские государства, многие парламенты и судебные системы.

Однако для многих Средневековье — период застоя, многовековой спячки Европы. Всеобщее образование, характерное для Древнего Рима, сменилось в Средневековье всеобщей неграмотностью. Грамотность была доступна немногим, основными ее проводниками были монастыри.

Средние века — эпоха господства обычая, традиции, уважения к “седой старине”. К новшествам в народе сплошь и рядом относились с подозрительностью, а церковь, которая контролировала многие стороны жизни общества, нередко видела в новых идеях ересь, отход от истинной веры, и сурово наказывала еретиков. Так как церковь была господствующей силой в средневековом обществе, то перемены в общественной и духовной жизни, в науке и технике происходили очень медленно.

Завершением Средневековья мы считаем начало XVI в. Однако любое завершение в истории есть не единовременная дата, а относительно длительный переходный период. Новое время, в которое мы живем, характеризуется процессами, приведшими к господству рыночной экономики, политической демократии, научного взгляда на мир, к промышленной, а затем — и научно-технической революции. Специалисты обычно отсчитывают начало Нового времени в Западной Европе с середины XVII в. — с Английской революции. Таким образом, период от начала XVI в. до середины XVII в. является неким историческим промежутком, который мы назвали кануном Нового времени.

Характерным для Нового времени является сложение особого новоевропейского типа личности. Этот тип личности весьма отличен от средневекового. Человек Средневековья был в первую очередь частью некоего большего или меньшего коллектива — церкви, сословия, общины, цеха и т. п. Человек Нового времени отделен от коллектива, он ищет основы для своего существования в самом себе, даже к Богу он предпочитает обращаться напрямую, а не через церковь.

Период “канунов”, о котором мы говорим, и есть время сложения этого нового типа личности, сложения новых отношений людей друг с другом, с Богом, с окружающим миром. Европа знала различные и переплетающиеся между собой пути к этому. Исторические явления, благодаря которым стали возможны указанные перемены, которые сами возникли в результате этих перемен, Возрождение и Реформация. Исход феодальной эпохи, формирование раннекапиталистических отношений породили духовную культуру, уникальную по своей выразительности. Ее идеологической основой стал гуманизм, главное содержание которого — культ человека, поставленного в центр мироздания, связанного с Божественным и земным мирами.

Люди, жившие в Средние века, не знали, что они — люди Средневековья. Люди Возрождения знали, что их время — эпоха Возрождения. По их представлениям, античность — некий идеальный исторический период, когда процветали науки и искусства, государства и общественная жизнь. Потом пришли варвары, и свет знаний померк, вместо латыни появились грубые наречия. А в их время — в Италии XIV – XVI вв. — снова возродился “золотой век”, снова возродилась классическая латынь. Отсюда и название эпохи — Возрождение, или, как стали говорить позже, на французском языке — Ренессанс.

Возрождение Античности было нужно не просто ради нее самой. Люди позднего Средневековья порывали с традицией, но сознание их оставалось все же традиционным. Основания для новых ценностей они искали по-прежнему в прошлом. Это прошлое, известное, почтенное, но не сходное с настоящим, они и обнаружили в Античности. В ней они искали и находили те знания, те ценности, которые им были нужны в настоящем.

Словом “гуманизм” мы ныне называем любовь к людям, а также такую философию, которая проповедует эту любовь, считает человека высшей ценностью в мире. Но первоначально это слово, родившееся в эпоху Возрождения, значило нечто иное. В XIV в. возникает понятие “studia humanitatis”, что можно перевести как “изучение человеческого”, от латинского “homo” — “человек”. Тех, кто занимался “изучением человеческого”, с конца XV в. стали называть гуманистами.

Чтобы стать гуманистом не требовалось ни аристократического происхождения, ни крупного состояния. Следовало лишь владеть языком Цицерона. Это заменяло и знатность и богатство. В гуманистических кружках, представлявших собой сообщества друзей, могли запросто сходиться и беседовать — на латыни, разумеется, — будущий правитель Флоренции банкир Козимо Медичи, монах Луиджи Марсильи, канцлер флорентийской республики, сын небогатого купца Леонардо Бруни. Перед великой Античностью все они были равны. До середины XVI в. высшие государственные должности как во Флоренции, так и в других городах Италии, посты секретарей пап и государей занимали гуманисты, потому что сограждане и правители считали, что только гуманистические знания, только духовная близость к Античности могут дать человеку возможность стать настоящим государственным деятелем. Томмазо Перетунчелли — переписчик рукописей, сын сапожника — благодаря знакомству с “изучением человеческого” стал римским Папой Николаем V.

Впервые в западноевропейской истории элита, т. е. совокупность лучших, наиболее уважаемых людей, формировалась не по признаку происхождения, а по принципу обладания определенными познаниями и способностями.

Гуманисты были искренними христианами, но центром в их воззрениях на жизнь был человек, отличающийся добродетелями не только и даже не столько христианскими — центральными моральными принципами гуманистов были те, которые они называли “достоинством” и “доблестью”.

Гуманист Джованни Пико делла Мирандолла (1463 – 1494) в своей “Речи о достоинстве человека” восклицал: “Великое чудо есть человек!” Суть человеческого “достоинства”, по Пико, в том, что человек не имеет определенного места во Вселенной. Он сам, по своей воле может стать и выше ангелов, и ниже скотов. Его судьба открыта, он сам ее творец.

Обладающий “доблестью”, полагали люди Ренессанса, есть человек-герой, перед которым открыт весь мир и который своими усилиями, мужеством и познаниями может добиться всего, притом не в ином мире, а в этом. Он — человек-титан, человек, являющийся как бы вторым Богом. Причем достичь всего желаемого этот титан мог как на поприще “изучения человеческого”, так и в иных сферах — искусстве, государственной деятельности. Все познания, все умения, все способности объединяются в одном лице, “универсальном человеке” — вот совершенная личность Возрождения, вот его идеал. Идеал этот — открытый, каждый способен стать таким, но не каждый становится, потому идеал этот одновременно демократичный и элитарный. Ценности ренессансного человека — земные ценности, он мало думает о небесах. Даже в посмертной судьбе его больше волнует вечная слава, а не вечное блаженство.

Когда мы говорим о Возрождении, то первым делом вспоминаем ренессансное искусство — изобразительное и словесное. Если писатели Ренессанса были, как правило, гуманистами, то художники скульпторы, даже и стоявшие близко к кружкам гуманистов, сами не предавались “изучению человеческого”. Но гуманистические идеал выражались в их творчестве с не меньшей силой, чем в гуманистических трактатах или поэмах. Эти идеалы, провозглашенные гуманистами, находили отклик среди всех тех, кого можно, с некоторой натяжкой, назвать интеллигенцией, то есть совокупностью людей, впервые в европейской истории положивших себе основным занятием интеллектуальную или художественную деятельность. В эпоху Возрождения жили и творили писатели Франческо Петрарка, Джованни Боккаччо, Франсуа Рабле, художники Джотто де Бондоне, Сандро Боттичелли, Леонардо да Винчи, Микеланджело Буонаротти и Рафаэль Санти и многие другие.

Гуманисты видели в своем времени эпоху расцвета, счастья и красоты. Но не только это было характерным для Возрождения. Восторг перед будущим соседствовал со страхом перед ним же, упоение новым — с сознанием опасности от него.

Человек Ренессанса ощущал свою судьбу как открытую, незавершенную. Человек мог сам выбирать себе судьбу и творить ее. Возможность выбирать была ценней самого выбора. Но непрерывное состояние этого выбора порождало неуверенность. Людям Ренессанса присуща “меланхолия”, но не в нынешнем смысле — “легкая печаль”, а в значении — “тягостное раздумье”, “уныние”. Если будущее открыто, то в нем может быть все, в том числе и самое ужасное. Современные исследователи установили, что ужас, охвативший Европу в 1000 г., когда все якобы ждали конца света, сильно преувеличен и преувеличен именно ренессансными историками, переносившими в прошлое страхи своего времени. В 1500 г. светопреставления ожидали напряженнее, чем в 1000 г. и во всем — в падении Константинополя, в открытии Америки — видели знаки близящегося пришествия Антихриста. Стремление к красоте вдруг оборачивалось тягой к богатству, нескованность устаревшими моральными нормами — безнравственностью, всемогущество человека — всевластием правителей.

Ощущение хрупкости гуманистического мирка вызывалось его узостью. Даже в Италии гуманистические идеи не охватывали всего населения, да и не могли его охватить. Гуманизм не аристократичен, но элитарен, гуманистические добродетели открыты каждому, но мало кто может вместить их в полной мере, ибо они требуют напряжения доблестной души, а это есть не у всех. Искусство Ренессанса представляется наиболее полным воплощением гуманистических идеалов, но и это искусство не было тогда общепризнанным: значительная часть художников продолжала жизнь цеховых мастеров, работала в старой манере и их произведения пользовались популярностью среди рядовых сограждан.

И все же, при всех трудностях, трагизме, неуверенности, узости социальной базы Ренессанс закладывал основы новоевропейской культуры, новоевропейского светского мировоззрения, новоевропейской суверенной личности.

Эпоха Возрождения породила в Западной и Центральной Европе широкое общественное движение, вошедшее в историю как Реформация.

31 октября 1517 г. невысокий человек в одежде монаха ордена августинцев прибил к дверям дворцовой церкви в городе Виттенберге большой лист бумаги. Монаха этого звали Мартин Лютер. Текст, выставленный на всеобщее обозрение, содержал 95 тезисов, направленных против индульгенций. Эти тезисы произвели впечатление разорвавшейся бомбы. Не только в Виттенберге, но и по всей Германии их приняли с восторгом. Папа римский требовал Лютера к ответу и настаивал на отречении от высказанных идей. Кончилось это тем, что в 1520 г. Лютера отлучили от церкви.

Слово «реформация» возникло еще до эпохи, им обозначенной. В конце XIV – начале XV в. в Европе развернулось движение, участники которого выступали за “реформу церкви во главе и членах”, за искоренение злоупотреблений, за улучшение ее организации. Но критики вероучения в движении за реформу не было. Само слово “реформация” (лат. “преобразование”) появилось в XV в. в Германии, но оно в то время означало “проект политического переустройства Империи”. Теперь же сторонники Лютера, сторонники религиозных, да и политических перемен, применили этот термин к своему движению.

Почему же так много людей поддержали Лютера? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо понять, что такое индульгенции, против которых первоначально выступил Лютер. По учению католической церкви, Христос и святые совершили столько “добрых дел”, способных спасти род человеческий, что образовался как бы излишек благодати, находящейся в распоряжении церкви (“сокровище церкви”). Этот излишек благодати мог быть использован священнослужителями для отпущения грехов. Сам грешник, либо его родные и близкие должны были совершить некие дела, чаще всего, внести сумму денег на благотворительные цели или на нужды церкви, и тогда душа этого грешника освобождалась от мук Чистилища, либо срок пребывания в нем существенно сокращался. Подобные идеи привели, в конце концов, к появлению индульгенций — письменных отпущений грехов, выдаваемых от имени Папы. Индульгенцию, в которой перечислены отпускаемые грехи, можно было купить за деньги, а ее цена увеличивалась с ростом тяжести грехов.

Подобная практика вызывала возмущение у людей с чуткой совестью. «Как же так? — вопрошали они. — Неужели можно без внутреннего раскаяния очиститься от грехов, только заплатив за это деньги?» Вспомним: в позднее Средневековье происходит процесс индивидуализации религиозного сознания. Верующего волнует личное отношение его самого, его души к Богу. Ему непонятно как кто-либо, даже святой, может передать другому свои заслуги, свою благодать, т. е. как бы часть своей души, своей личности? И конечно, в особенности стал тревожить людей факт торговли индульгенциями, сам факт продажи благодати за деньги.

Эти мысли и эмоции обобщил Лютер в своих тезисах. С его точки зрения, человек уже искуплен страстями Христа, этим добровольным актом любви к людям. Разумеется, человек грешен, но только Бог может прощать грехи раскаявшемуся, внутренне переродившемуся индивиду. Человек может спастись, лишь уверовав, причем вера понимается не как убежденность в существовании Бога, а как внутреннее доверие к Нему, приятие Его воли.

Но если человек спасается только верой, только в результате акта божественной любви, то индульгенции не только нечестивы, — они бесполезны. Бесполезны все обряды, заупокойные молитвы, так называемые “добрые дела” — паломничества, пожертвования, даже дела милосердия и пр. Если человек не верит, все эти дела его не спасут. Никаких “сверхдолжных заслуг” не существует, а значит, излишен культ святых реликвий и священных изображений. Не нужна в сущности, если развить эту мысль, и сама церковь как подательница всех благ, ибо блага раздаются милосердным Богом по Его усмотрению.

Но если вера исходит от Бога, то повиноваться следует лишь Его повелениям, изложенным в Св. Писании. Постановления Соборов, пап, творения отцов церкви — есть лишь мнение людей, не обладающих никаким авторитетом. Все, заповеданное Богом, уже сказано в Писании, надо лишь правильно понять его. А чтобы понять, каждый должен читать Писание и толковать его в соответствии с собственным разумом — хотя в последнем вопросе Лютер колебался — правильное толкование обеспечит Дух Святой, осеняющий любого человека, а не только профессионального богослова. К такому заключению он пришел, размышляя о возможности спасения собственной души: этот монах боялся, что, оставаясь правоверным католиком и повинуясь предписаниям церкви, он угодит в ад. Подобные же страшные сомнения терзали многих его современников. Эти сомнения и выразил Лютер в своих тезисах.

Падение авторитета церкви, религиозный индивидуализм — все это способствовало распространению идей Лютера. Реформационное движение постепенно охватывает всю Европу. Видным деятелем Реформации был Жан Кальвин, живший в Швейцарии. Он основал кальвинистское направление Реформации.

Основной в учении Кальвина является идея предопределения. Душа каждого человека предопределена к спасению или к погибели. В течение своей жизни человек может получить от Бога знак, намек на то, что ему суждено. Если он преуспевает в делах — это можно истолковать как указание на избранность, если нет, нужно удвоить усилия. Таким образом, человек должен всю жизнь трудиться не ради наживы, но ради уверенности в том, что он — избранник Божий.

Идеи избранничества и предопределения, выдвинутые Кальвином, оказались учением, которое отвечало глубоким потребностям нарождавшейся буржуазии. Эти идеи распространились из Женевы в те страны, где в XVI в. начали развиваться капиталистические отношения.

Кальвинизм способствовал выработке нового типа психологии, глубоко отличного от психологии человека Средневековья. Если купцы и банкиры предшествующего периода, стяжая богатства, действовали в интересах личного обогащения, мучились своей греховностью перед Богом, то кальвинисты в процессе обогащения лишь утверждались в уверенности своей избранности. Земная практика оказалась в гармонии с религиозными убеждениями. Появляются люди, уверенные в правильности своего поведения, трудолюбивые, бережливые, скромные по образу жизни и чуждые расточительству.

Одним из требований сторонников Реформации в самом начале ее был созыв Вселенского собора, которому предназначалось реформировать вероучение. Однако такой Собор был созван лишь тогда, когда раскол между католичеством и протестанством полностью обнаружился. Этот Собор, созванный в 1545 г. в городе Тренто (лат. Tridentum) и получивший название Тридентского, продолжался с перерывами и переносом места заседаний до 1563 г. Он был собранием только католиков, озабоченных борьбой с Реформацией, собором Контрреформации. Собор этот подтвердил все католические догматы, резко выступил против свободы вероисповедания, потребовал осуществления строгого контроля со стороны духовенства над умами и душами верующих, провел некоторые реформы, направленные на улучшение образования священников, повышение их морального уровня, на усиление дисциплины. Настаивая на безоговорочной власти Пап внутри церкви, Собор, вместе с тем, не потребовал подчинения светских властей духовным.

В результате Реформации и Контрреформации было покончено с церковным единством средневекового Запада. В обстановке крайнего религиозного возбуждения все общественные и политические противоречия XVI в. неизменно получали религиозную окраску и потому до крайности обострялись. Споры о смысле веры выплеснулись за пределы собраний богословов на улицы и площади городов и сел, они разделяли народы и государства и даже — семейные и дружеские союзы. Любой человек мог оказаться поставленным перед проблемой, какой религии придерживаться для того, чтобы спасти свою собственную душу. Вера перестала быть традиционной, унаследованной от дедов и отцов, сплошь и рядом она становилась делом личного выбора.

Все это не могло не наложить своего отпечатка на психологию людей. Идеи реформаторов стали силой, преобразившей Европу. Антифеодальная направленность этого общественного движения, принявшего форму борьбы против католической церкви в конечном итоге привела к победе буржуазных отношений.

Библиографический список

  1. Смирнов И. П. Россия в мировой истории. Учебное пособие

  2. Гуревич А. Я. История средних веков.

  3. Харитонович Д. Э. Советский энциклопедический словарь / гл. ред. А. М. Прохоров.

textarchive.ru

Античность - средние века - новое время. Причины и механизмы смены эпох.

Античность - средние века - новое время. Причины и механизмы смены эпох.

Античность – Средние века – Новое время.

Причины и механизмы смены веков.

 

 

Античность, Средние века и Новое время – три великих эпохи в истории Западной Европы. Под античностью мы понимаем историю Древней Греции и Древнего Рима.

Древняя Греция или Эллада – общее название территорий древнегреческих государств на юге Балканского полуострова, островах Эгейского моря, побережье Фракии, по западной береговой полосе Малой Азии. Первые государства на территории Греции (Кнос, Фест, Микены, Тиринф и др.) образовались в начале 2-го тысячелетия до н. э. Вторжение дорийцев (ок. 1200 г. до н. э.) повлекло за собой распад государств и оживление родовых отношений. В результате борьбы  демоса с родовой аристократией в 8-6 веках до н. э. в Греции сформировались города-государства – полисы. Крупнейшими из них были Афины, Спарта, Коринф, Аргос.

Греки уделяли особое внимание воспитанию, что позволило им создать культуру, установившую эталон прекрасного в архитектуре, скульптуре, музыке, литературе, полностью сохраняющийся и в наше время. Огромным влиянием в Греции пользовались философы Платон, Аристотель, Сократ и близкие к ним Пифагор, Евклид,  Архимед, известные нам больше как математики. В греческой системе воспитания искусство, наука и спорт были неразрывно связаны. Хилое тело, отсутствие музыкального слуха и неграмотность осуждались, (это не касалось низших слоев населения и рабов). Воплощением эллинского духа были Олимпийские игры, проводившиеся в 8-4 веках до н. э. и включавшие спортивные состязания, театральные и религиозные действия.

5-4 века до н. э. – период наивысшего расцвета полисов. Он был связан с возвышением Афин в результате победы греков в греко-персидских войнах. Борьба между Афинами и Спартой за гегемонию в Греции к концу 5-го века до н. э. привела к Пелопонесской войне, в которую были втянуты все полисы. Афины потерпели поражение, но урон был нанесен всей Греции. Греция потеряла свою силу, что выразилось в прекращении Олимпийских игр. В середине 4 века до н. э  Греция была завоевана царем Македонии Филиппом, а его сын Александр направил свои завоевания на весь остальной древний мир. Вскоре после распада державы Александра Македонского Греция стала одной из римских провинций, а с 4 века н. э. – основной частью Восточной Римской империи.

Согласно преданию Древний Рим был основан в 753 году до н. э. В 8-6 веках до н. э. Римом правили цари. В 510-509 до н. э. году была установлена республика. К середине 3 века, подчинив всю территорию Италии, Рим превратился в крупное государство, добивавшееся гегемонии во всем Средиземноморье, что привело к столкновению с Карфагеном. В 146 до н. э. году после трех Пунических войн, одержав победу над Карфагеном, Рим становится крупнейшей средиземноморской державой.

Римляне почти не создали своей культуры, но восприняли и преобразили греческую. К вопросам религии они подходили с позиций практицизма. Жрецы выбирались на определенный срок, как должностные лица, богов рассматривали как помощников в делах.

В Древнем Риме достиг апогея институт рабства. К середине 2 века до н. э. окончательно оформились два антагонистичных класса – рабы и рабовладельцы, противоречия между которыми вылились в крупные восстания рабов (Сицилийское восстание, восстание Спартака). Усилившееся в связи с ростом крупного землевладения разорение крестьян вызвало широкое революционное движение сельского плебса и первые вспышки гражданской войны на улицах Рима. В социально-политической жизни Рима в 1 веке до н. э. все большую роль стали играть армия и ее вожди. В результате гражданской войны 49-45 годов неограниченным правителем государства стал Цезарь. В 44 году Цезарь был убит сторонниками республики. После нового периода гражданских войн, завершившегося победой Октавиана, Рим стал империей.

Средние века следует отсчитывать от времени, когда поздняя Римская империя (III-V вв.) была завоевана германскими и другими племенами. Так что период поздней Империи оказывается одновременно эпилогом прежней эпохи – Античности, и прологом новой – Средневековья. Переход от древности к Средневековью занимает длительный исторический период. Историки стараются объяснить, почему пала Римская империя, и обращают внимание на те стороны жизни позднего Рима, которые свидетельствуют об исторической неизбежности гибели этого огромного государства.

К рубежу II и III веков Римская империя достигла максимальных размеров. На западе империю омывали воды Атлантики, на севере, на острове Британия, граница проходила в нынешней Шотландии, на континенте граница шла по правобережью Рейна, потом по Дунаю до Черного моря. На востоке римские владения простирались вплоть до верховьев Тигра и Евфрата и до пустынь Аравийского полуострова. На юге, на Африканском континенте, Империю ограничивали пески Сахары, и в Египте – первый порог Нила.

Для поддержания порядка в Империи, для обороны границ и завоевания новых территорий нужна была огромная армия, на содержание которой требовались колоссальные средства.  А чтобы никто не мог уклонить­ся от уплаты налогов, имперская власть перешла к политике при­крепления подданных к месту их жительства и к закреплению их в той профессии, которой они занимались. На горожан, и в том числе членов городского управления, была возложена коллективная ответ­ственность за сбор и уплату налогов. В случае недоимок они должны были расплачиваться собственным имуществом.

Так свободный гражданин города превратился в зависимого от государства налогоплательщика. То же самое произошло и с массой сельского населения. Бедные земледельцы, арендовавшие участки у земельных собственников — КОЛОНЫ (поселенцы) — тоже были лишены права покидать место жительства.

Наряду с колонами массу трудового населения по-прежнему со­ставляли рабы, но труд их был весьма малопроизводительным, пото­му что раб совершенно не заинтересован в хозяйстве и трудится только по принуждению. Сохранение рабского труда было главной причиной того, что техника почти совершенно не развивалась: вла­дельцу раба было выгоднее использовать его дешевую рабочую силу, чем тратиться на какие-либо технические усовершенствования. Вы­ход находили в том, что часть рабов наделяли маленькими участками земли.

Тем не менее, в Империи сохранялись и приумножались огром­ные богатства. В городах строились храмы, общественные здания и цирки. И у правительства, и у богатых людей было достаточно средств для устройства праздников, цирковых и театральных зрелищ, глади­аторских боев и императорских триумфов. В крупных городах и, прежде всего, в Риме, концентрировались массы свободных людей, которые не занимались производительным трудом и паразитировали за счет общества. Для того чтобы держать их в повиновении, прави­тельство старалось обеспечить их «хлебом и зрелищами».

Опорой императора были армия и чиновничество, а это приводи­ло к тому, что военщина выдвигала на престол своих предводителей, которых нередко вскоре свергали другие претенденты на власть. Борь­ба между разными военными группировками вылилась в III в. в се­рию внутренних войн, смут и восстаний.

Углублялся кризис и в духовной жизни. Вместе с уничтожением гражданских свобод происходит моральный упадок общества. Римс­кая религия была неспособна противостоять этому упадку. Язычес­кие боги — воплощения тех или иных природных сил и человечес­ких качеств — не были носителями высоких добродетелей. По тог­дашним верованиям, боги могли вмешиваться в человеческую жизнь, они требовали поклонения и жертвоприношений, за которые опла­чивали людям некими благами, но нравственными идеалами они не были. Римское язычество терпимо относилось к верованиям других народов, входивших в Империю, и сплошь и рядом после покорения новой провинции местные божества присоединялись к римскому пан­теону (сообществу богов) и в Риме отправлялся культ этих богов. Главным же был культ императорской власти и поклонение особе императора.

Во II—Ш вв. среди населения Империи стала приобретать влия­ние новая религия — христианство. Первоначально христианство было СЕКТОЙ (относительно небольшая группа, отделившаяся от какой-либо религии) ИУДАИЗМА — веры евреев, выделявшейся на фоне иных религий признанием единого Бога.

Учение Христа было «не от мира сего». Главной в нем являлась проповедь любви к ближнему, бессмертия человеческой души и брен­ности телесного мира. Христос и его последователи проповедовали высокую нравственность и осуждали греховный образ жизни, кото­рый грозит гибелью души. Все другие существовавшие в Империи религии были религиями племенными: их боги были богами того и иного племени или народа. Между тем, христианство отрицало в национальные различия, как, впрочем и иные различия между людьми, в том числе между свободными и рабами. Оно исповедовало веру в единого Бога, творца мира и человека. Христианство не призывало бедняков и рабов к неповиновению, как не призывало оно подданных к выступлению против мирских властей. Но оно как бы игнорировало эти власти, и придавало решающее значение не общественному или имущественному положению человека, а только лишь его отношению к Богу, внутреннему миру человека, который должен отрешиться ради Бога от всех земных привязанностей. В этой отрешенности от земного мира, в игнорировании господ и правителей императорская власть не могла не увидеть большой опасности для себя. Поэтому попытки некоторых римских императоров привлечь христианские общины на свою сторону сменялись жестокими гонениями на христиан: их заточали в темницы и подвергали казням. Нередко наряду с гладиаторскими боями в городах Империи устраивались зрелища, во время которых на христиан натравливали диких зверей. Может быть то, что на подобные зрелища собирались горожане, наслаждавшиеся муками христианских жертв, лучше вес характеризует моральный упадок римского общества.

Христианским общинам приходилось прятаться в укромных местах и в подземельях-катакомбах, где они продолжали чтить своего невидимого Бога. Показательно, что несмотря на жестокие гонения, численность приверженцев новой религии продолжала возрастать, складывалась организация христианской церкви, а культ святых  мучеников, пострадавших за веру, оказывался более влиятельным, чем поклонение языческим богам.

Несмотря на все трудности и внутренние противоречия, Империя продолжала существовать. В ней сохранялись традиции древней уче­ности, образованности, искусства и права. Между разными частями Империи поддерживались торговые связи. Она выстояла, несмотря на все перевороты и войны Ш века, хотя центр тяжести в Империи переместился в более богатые восточные провинции. В 330 г. импе­ратор Константин основал на берегу пролива, отделяющего Европу от полуострова Малая Азия, новую столицу Империи — Константи­нополь. Однако Рим сохранил значение центра римского культурно­го мира.

Вместе с тем хозяйственная и общественная жизнь больше не сосредоточивалась в центре. Провинции внутренне обособились и от центрального правительства, и одна от другой. Все более усиливался натиск варваров на границы Империи. Миновали времена, когда Рим вел завоевательные войны против окружавших его варваров, теперь все чаще они вторгались в пределы Империи. Часть этих племен приходилось расселять в пограничных районах, чтобы с их помощью оборонять Империю. В V веке нажим варваров, прежде всего германцев, привел к катастрофе.

Отношения между Римской империей и варварами были напря­женными и даже враждебными на протяжении столетий. Римляне стремились подчинить себе варваров, превратить пленных в рабов, которые были нужны им для ведения хозяйства и продолжения при­вычного образа жизни. Варвары, со своей стороны, искали в римс­ких владениях богатую добычу и более плодородные, чем в Герма­нии, земли. Начавшиеся еще во II в. до н. э. войны между Римом и варварами сменялись периодами относительного спокойствия. Жив­шие неподалеку от границ Империи племена вступали в торговлю с римлянами, усваивали некоторые хозяйственные и бытовые навыки, им присущие. Но нажим варварских племен на Империю со време­нем усиливался. Рост численности населения побуждал германцев искать новые территории. Германские племена, жившие в северных и восточных частях Евро­пы, постепенно перемещались в южном и западном направлениях.

Резкий перелом в отношениях между Римом и варварами наступил после того, как гунны — воинственный народ, живший в Центральной Азии в I—II вв. н. э. стал переселяться на пространства Восточной Европы, тесня жившие там тогда племена готов.

Гунны из всех варваров, с которыми пришлось столкнуться римлянам, внушали им наибольший страх. Германцы были знакомы с земледелием, тогда как гунны являлись кочевниками. В этих одетых в шкуры всадниках непривычного монгольского типа римляне видели не столько людей, сколько порождения демонов. Под напором гуннов готы, жившие в Северном Причерноморье, перешли Дунай и стали передвигаться на север Балканского полуос­трова, в римские владения. Константинопольский император разре­шил им поселиться в римской провинции Фракии в качестве союз­ников Империи. Но насилия и злоупотребления римских чиновни­ков привели к тому, что готы оказались перед угрозой голодной смерти и восстали. В 378 г. в битве между готами и римскими легионами при Адрианополе императорская армия была разгромлена и сам импера­тор погиб. Войска готов подошли вплотную к Константинополю, но властям удалось достичь с ними соглашения, расселить их в своих владениях на Балканском полуострове и часть готских вождей вклю­чить с их людьми в императорскую армию.

Вторжение в Европу полчищ гуннов явилось тем историческим толчком, который превратил борьбу между варварами и Римом в завоевание ими Империи. Движение германских и иных племен под влиянием этого толчка получило название Великого переселения на­родов. Но, несмотря на поражение при Адрианополе восточная поло­вина Империи устояла. Иной оказалась судьба западной части Импе­рии.

В конце IV, в V и в 1-й половине VI в. запад Римской империи был завоеван племенами германцев и некоторых иных народов, которые расселились на ее территории. Завоеватели были не столь уж много­численны и составляли небольшой процент населения в захвачен­ных ими провинциях. Но под их ударами рушилась имперская систе­ма управления. Разрушение и разграбление городов и имений вели к окончательному распаду старых связей внутри Империи.

Местное население было терроризировано. Однако отношение его к завоевателям было двойственным. Захватчики внушали страх. «В городах, страдания, пожарища, руины и скорбь. Лишь дым остался от Галлии, сгоревшей во всеобщем пожаре», — писал очевидец.

И вместе с тем от взгляда свидетелей германских нападений не укрылось то, что порядки, которые несли с собой варвары, сулили облегчение тяжелого положения подданных Империи. «Римляне сами себе были врагами худшими, нежели внешние враги, — писал в V в. священник Сальвиан Марсельский — и не столько варвары их разгромили, сколько сами они себя уничтожили. Чтобы не погибнуть под тяжестью государственного бремени, они идут искать у варваров римской человечности, поскольку не могут больше сносить варварской бесчеловечности римлян».

На завоеванных территориях возникли первые германские королевства. Конечно, это еще не были государства в прямом смысле. Стоявшие во главе их короли были, прежде всего, племенными вождями, предводителями боевых дружин. В их королевствах не существовало единой системы права, и местное население продолжало жить по римским законам, тогда как германцы придерживались их правовых обычаев. Не было и системы управления. Единственной организацией, уцелевшей после завоевания, была церковь, епископы которой сохраняли свое религиозное и общественное влияние.

Германцы постепенно приняли христианскую религию, хотя значительной мере внешне, потому что их старое язычество все сохраняло свою силу.

Наиболее, пожалуй, драматичным моментом в истории падения Западной Империи был захват Рима готами. Король вестготов (западных готов) Аларих двинулся с Балкан на Италию и в 410 г. захватил и разграбил Рим. Завоевание это не имело длительных практических последствий, потому что вестготы вскоре перешли в Южную Галлию и Испанию. Однако тот факт, что, как его называли римляне, Вечный Город пал под ударами варваров, произвел огромное впечатление на современников. Взятие Рима готами в 476 году ознаменовало конец эры высокой античной цивилизации и начало периода средних веков.

Средневековье – эпоха в истории Европы, охватывающая более тысячи лет, которые отделяют времена поздней Римской империи, когда она была завоевана и заселена германскими и другими племенами, от времен Великих географических открытий, когда Христофор Колумб достиг Америки (1492 год) и было положено начало колониальным захватам; мир перестал быть разобщенным, и началась подлинная эпоха всемирной истории.

Средневековье – это эпоха, когда были заложены многие основы современного мира. В Средние века развились те языки, на которых и поныне говорит население Европы, и сформировались – к концу этой эпохи – европейские нации с их укладом жизни и особенностями психологии. В ту эпоху сложились основные европейские государства, многие парламенты и судебные системы.

Однако для многих Средневековье – период застоя, тысячелетней спячки Европы. Всеобщее образование, характерное для Древнего Рима, сменилось в Средневековье всеобщей неграмотностью. Грамотность была доступна немногим, ее проводниками были монастыри. Монахи вели летописи с рассказами о происходящих вокруг событиях, художественная литература исчезла. Средние века – эпоха господства обычая, традиции, уважения к «седой старине». К новшествам в народе сплошь и рядом относились с подозрительностью, а церковь, которая контролировала многие стороны жизни общества, нередко видела в новых идеях ересь, отход от истинной веры, и сурово наказывала еретиков. Так как церковь была господствующей силой в средневековом обществе, то перемены в общественной и духовной жизни, в науке и технике происходили очень медленно.

Завершением Средневековья мы счи­таем начало XVI в. Однако любое завершение в истории есть не единовременная дата, а относительно длительный переходный пери­од. Новое время, в которое мы живем, характеризуется процессами, приведшими к господству рыночной экономики, политической демократии, научного взгляда на мир, к промышленной, а затем и научно-технической революции. Специалисты обычно отсчитывают начало Нового времени в Западной Европе с середины XVII в., с Английской революции. Таким образом, период от начала XVI до середины XVII в. является неким историческим промежутком, который мы назвали кануном Нового времени.

Характерным для Нового времени является сложение особого новоевропейского типа личности. Этот тип личности весьма отличен от средневекового. Человек Средневековья был в первую очередь частью некоего большего или меньшего коллектива — церкви, сосло­вия, общины, цеха и т.п. Человек Нового времени отделен от коллек­тива, основы для своего существования он ищет в самом себе, даже с Богом он предпочитает сноситься напрямую, а не через церковную иерархию.

 Период «канунов», о котором мы говорим, и есть время сложения этого нового типа личности, сложения новых отношений людей друг с другом, с Богом, с окружающим миром. Европа знала различные и переплетающиеся между собой пути к этому. Исторические явления, благодаря которым стали возможны указанные перемены, которые сами возникли в результате этих перемен, - Возрождение и Рефор­мация. Исход феодальной эпохи, формирование раннекапиталистических отношений породили духовную культуру, уникальную по своей выразительности. Ее идеологической основой стал гуманизм, главное содержание которого – культ человека, поставленного в центр мироздания, связанного с Божественным и земным мирами.

Люди, жившие в Средние века, не знали, что они - люди Средне­вековья. Люди Возрождения знали, что их время - эпоха Возрожде­ния. По их воззрениям. Античность - некий идеальный историчес­кий период. Тогда процветали науки и искусства, государства и об­щественная жизнь. Потом пришли варвары, и свет знаний померк, вместо латыни появились грубые наречия. А в их время - в Италии XIV—XVI вв. - снова возродился «золотой век», снова возродилась классическая латынь. Отсюда и название эпохи - Возрождение, или, как стали говорить позже, на французском языке - Ренессанс.

Возрождение Античности было нужно не просто ради нее самой. Люди позднего Средневековья порывали с традицией, но сознание их оставалось все же традиционным. Основания для новых ценностей они искали по-прежнему в прошлом. Это прошлое, известное, почтенное, но не сходное с настоящим, они и обнаружили в Античности. В ней они искали и находили те знания, те ценности, которые им были нужны в настоящем.

 Словом «гуманизм» мы ныне называем любовь к людям, а также такую философию, которая проповедует эту любовь, считает человека высшей ценностью в мире. Но первоначально это слово, родивше­еся в эпоху Возрождения, значило нечто иное. В XIV в. возникает понятие «studia humanitatis», что можно перевести как «изучение человеческого», от латинского «homo» — «человек». Тех, кто занимался «изучением человеческого», с конца XV века стали называть гуманистами.

Чтобы стать гуманистом не требовалось ни аристократического происхождения, ни крупного состояния. Следовало лишь владеть язы­ком Цицерона. Это заменяло и знатность и богатство. В гуманисти­ческих кружках, представлявших собой сообщества друзей, могли запросто сходиться и беседовать — на латыни, разумеется, — будущий правитель Флоренции банкир Козимо Медичи, монах Луиджи Марсильи, канцлер флорентийской республики, сын небогатого купца Леонардо Бруни. Перед великой Античностью все они были равны. До середины XVI в. высшие государственные должности, как во Флоренции, так и в других городах Италии, посты секретарей пап и государей занимали гуманисты, ибо сограждане и правители считали, что только гуманистические знания, только духовная близость к Античности могут дать человеку возможность стать настоящим госу­дарственным деятелем. Томмазо Перетунчелли, переписчик рукопи­сей, сын сапожника благодаря знакомству с «изучением человечес­кого» стал римским папой Николаем V.

Впервые в западноевропейской истории элита, т.е. совокупность лучших, наиболее уважаемых людей, формировалась не по признаку происхождения, а по принципу обладания определенными познания­ми и способностями.

Гуманисты были искренними христианами, но центром в их воз­зрениях на жизнь был человек, отличающийся добродетелями не только и даже не столько христианскими. Центральными моральны­ми принципами гуманистов были те, которые они называли «досто­инством» и «доблестью».

 Гуманист Джованни Пико делла Мирандолла (1463—1494) в своей «Речи о достоинстве человека» восклицал: «Великое чудо есть чело­век!». Суть человеческого «достоинства», по Пико, в том, что чело­век не имеет определенного места во Вселенной. Он сам, по своей воле может стать и выше ангелов, и ниже скотов. Его судьба откры­та, он сам ее творец.

  Обладающий «доблестью», полагали люди Ренессанса, есть чело­век-герой, перед которым открыт весь мир и который своими усили­ями, мужеством и познаниями может добиться всего, притом не в ином мире, а в этом. Он — человек-титан, человек, являющийся как бы вторым Богом. Причем достичь всего желаемого этот титан мог как на поприще «изучения человеческого», так и в иных сферах — искусствах, государственной деятельности. Все познания, все уме­ния, все способности объединяются в одном лице, «универсальном человеке» — вот совершенная личность Возрождения, вот его идеал. Идеал этот — открытый, каждый способен стать таким, но не каж­дый становится, потому идеал этот одновременно демократичный и элитарный. Ценности ренессансного человека — земные ценности, он мало думает о небесах. Даже в посмертной судьбе его больше волнует вечная слава, а не вечное блаженство.

Когда мы говорим о Возрождении, то первым делом вспоминаем ренессансное искусство - изобразительное и словесное. Если писатели Ренессанса были, как правило, гуманистами, то художники скульпторы, даже и стоявшие близко к кружкам гуманистов, сами не предавались «изучению человеческого». Но гуманистические идеал выражались в их творчестве с не меньшей силой, чем в гуманистических трактатах или поэмах. Эти идеалы, провозглашенные гуманистами, находили отклик среди всех тех, кого можно, с некоторой натяжкой, назвать интеллигенцией, то есть совокупностью людей, впервые в европейской истории положивших себе основным занятием интеллектуальную или художественную деятельность. В эпоху Возрождения жили и творили писатели Франческо Петрарка, Джованни Бокаччо, Франсуа Рабле, художники Джотто де Бондоне, Сандро Ботичелли, Леонардо да Винчи, Микеланджело Буонарроти и Рафаэль Санти и многие другие.

Гуманисты видели в своем времени эпоху расцвета, счастья и красоты. Но не только это было характерным для Возрождения. Восторг перед будущим соседствовал со страхом перед ним же, упоение новым – с сознанием опасности от него.

Человек Ренессанса ощущал свою судьбу как открытую, незавершенную. Человек мог сам выбирать себе судьбу и творить ее. Возможность выбирать была ценней самого выбора. Но непрерывное состояние этого выбора порождало неуверен­ность. Людям Ренессанса присуща «меланхолия», но не в нынешнем смысле — «легкая печаль», а в значении — «тягостное раздумье», «уныние». Если будущее открыто, то в нем может быть все, в том числе и самое ужасное. Современные исследователи установили, что ужас, охвативший Европу в 1000 г., когда все якобы ждали конца света, сильно преувеличен и преувеличен именно ренессансными историками, переносившими в прошлое страхи своего времени. В 1500 г. светопреставления ожидали напряженнее, чем в 1000 г. и во всем — падении Константинополя, открытии Америки видели знаки близя­щегося пришествия Антихриста. Стремление к красоте вдруг обора­чивалось тягой к богатству, нескованность устаревшими моральны­ми нормами — безнравственностью, всемогущество человека — все­властием правителей.

Ощущение хрупкости гуманистического мирка вызывалось узос­тью его. Даже в Италии, даже в ее городах, даже во Флоренции гуманистические идеи не охватывали всей толщи населения, да и не могли его охватить. Гуманизм не аристократичен, но элитарен, гуманистические добродетели открыты каждому, но мало кто может вме­стить их в полной мере, ибо они требуют напряжения доблестной души, а это есть не у всех. Искусство Ренессанса представляется наиболее полным воплощением гуманистических идеалов, но и это искусство не было тогда общепризнанным: значительная часть художников продолжала жизнь цеховых мастеров, работала в старой манере и их произведения пользовались популярностью среди рядовых сограждан.

И все же, при всех трудностях, трагизме, неуверенности, узости социальной базы Ренессанс закладывал основы новоевропейской культуры, новоевропейского светского мировоззрения, новоевропей­ской суверенной личности.

Эпоха Возрождения породила в Западной и Центральной Европе широкое общественное движение, вошедшее в историю как Реформация.

31 октября 1517 года невысокий человек в одежде монаха ордена августинцев прибил к дверям дворцовой церкви в городе Виттенберге большой лист бумаги. Монаха этого звали Мартин Лютер. Текст, выставленный на всеобщее обозрение, содержал 95 тезисов, направленных против индульгенций. Эти тезисы произвели впечатление разорвавшейся бомбы. Не только в Виттенберге, но и по всей Германии их приняли с восторгом. Папа римский требовал Лютера к ответу и настаивал на отречении от высказанных идей. Кончилось это тем, что в 1520 году Лютера отлучили от церкви.

Слово это возникло еще до эпохи, им обозначенной. В конце XIV — начале XV в. в Европе развернулось движение, участники которо­го выступали за «реформу церкви во главе и членах», за искорене­ние злоупотреблений, за улучшение ее организации. Но критики ве­роучения в движении за реформу не было. Само слово «реформа­ция» (лат. «преобразование») появилось в XV в. в Германии, но оно в то время означало «проект политического переустройства Империи». Теперь же сторонники Лютера, сторонники религиозных, да и поли­тических перемен, применили этот термин к своему движению. Почему же так много людей поддержали Лютера.

Что такое индульгенция? По учению католической церкви, Хрис­тос и святые совершили столько «добрых дел», способных спасти род человеческий, что образовался как бы излишек благодати, находя­щейся в распоряжении церкви («сокровище церкви»). Этот излишек благодати мог быть использован священнослужителями для отпуще­ния грехов. Сам грешник, либо его родные и близкие должны были совершить некие дела, чаще всего, внести сумму денег на благотво­рительные цели или на нужды церкви, и тогда душа этого грешника освобождалась от мук Чистилища, либо срок пребывания в нем су­щественно сокращался. Подобные идеи привели в конце концов к появлению индульгенций — выданных от имени папы письменных отпущений грехов. Такую индульгенцию, в которой перечислены отпускаемые грехи, можно было купить за деньги. Цена индульген­ции увеличивалась с ростом тяжести грехов.

Подобная практика вызывала возмущение у людей с чуткой сове­стью. Как же так? — вопрошали они. Неужели можно без внутрен­него раскаяния очиститься от грехов, только заплатив за это деньги? Вспомним: в позднее Средневековье происходит процесс индивидуа­лизации религиозного сознания. Верующего волнует личное отно­шение его самого, его души к Богу. Ему непонятно как кто-либо, даже святой, может передать другому свои заслуги, свою благодать, т.е. как бы часть своей души, своей личности? И конечно, в особенности стал тревожить людей факт торговли индульгенциями, сам факт продажи благодати за деньги.

Эти мысли и эмоции обобщил Лютер в своих тезисах. С его точи зрения, человек уже искуплен страстями Христа, этим доброволь­ным актом любви к людям. Разумеется, человек грешен, но только Бог может прощать грехи раскаявшемуся, внутренне переродившемуся индивиду. Человек может спастись, лишь уверовав, причем вера понимается не как убежденность в существовании Бога, а как внутреннее доверие к Нему, приятие Его воли.  

Но если человек спасается только верой, только в результате акта божественной любви, то индульгенции не только нечестивы, — они бесполезны. Бесполезны все обряды, заупокойные молитвы, так называемые «добрые дела» — паломничества, пожертвования, даже дела милосердия и пр. Если человек не верит, все эти дела его не спасут. Никаких «сверхдолжных заслуг» не существует, а значит, излишни культ святых реликвий и священных изображений. Не нужна в сущности, если развить эту мысль, и сама церковь как подательница всех благ, ибо блага раздаются милосердным Богом по Его усмотрению.

Но если вера исходит от Бога, то повиноваться следует лишь Его повелениям, изложенным в Св. Писании. Постановления Соборов, пап, творения отцов церкви — есть лишь мнение людей, не обладающих никаким авторитетом. Все, заповеданное Богом, уже сказано в Писании, надо лишь правильно понять его. А чтобы понять, каждый должен читать Писание и толковать его в соответствии с собственным разумом (впрочем, в этом вопросе Лютер колебался), правильное толкование обеспечит Дух Святой, осеняющий любого человека, а не только профессионального богослова.                   

Лютер пришел к такому заключению, размышляя о возможности спасения собственной души: этот монах боялся, что,  оставаясь пра­воверным католиком и повинуясь предписаниям церкви, он угодит в ад. Подобные же страшные сомнения терзали многих его современ­ников. Эти сомнения и выразил Лютер в своих тезисах.       

Падение авторитета церкви, религиозный индивидуализм – все это способствовало распространению идей Лютера. Реформационное движение постепенно охватывает всю Европу. Видным деятелем Реформации был Жан Кальвин, живший в Швейцарии. Он основал кальвинистское направление–Реформации.

Основной в его учении является идея предопределения. Душа каждого человека предопределена к спасению или к погибели. В течение своей жизни человек может получить от Бога знак, намек на то, что ему суждено. Если он преуспевает в делах – это можно истолковать как указание на избранность, если нет,  нужно удвоить усилия. Таким образом, человек должен всю жизнь трудиться не ради наживы, но ради уверенности в том, что он избранник божий.

Идеи избранничества и предопределения, выдвинутые Кальвином, оказались учением, которое отвечало глубоким потребностям нарож­давшейся буржуазии. Эти идеи распространились из Женевы в те страны, где в XVI в. начали развиваться капиталистические отноше­ния.

Кальвинизм способствовал выработке нового типа психологии, глубоко отличного от психологии человека Средневековья. Если куп­цы и банкиры предшествующего периода, стяжая богатства, действо­вали в интересах личного обогащения, мучились своей греховностью перед Богом, то кальвинисты в процессе обогащения лишь утвержда­лись в уверенности своей избранности. Земная практика оказалась в гармонии с религиозными убеждениями. Появляются люди, уверен­ные в правильности своего поведения, трудолюбивые, бережливые, скромные по образу жизни и чуждые расточительству.

Одним из требований сторонников Реформации в самом начале ее был созыв Вселенского собора, которому предназначалось рефор­мировать вероучение. Однако такой Собор был созван лишь тогда, когда раскол между католичеством и протестантизмом полностью обнаружился. Этот Собор,  созванный в 1545 году в городе Тренто (лат. Tridentum) и получивший название Тридентского, продолжался с пе­рерывами и переносом места заседаний до 1563 г. Он был собранием только католиков, озабоченных борьбой с Реформацией, собором Контрреформации. Собор этот подтвердил все католические догма­ты, резко выступил против свободы вероисповедания, потребовал осуществления строгого контроля со стороны духовенства над ума­ми и душами верующих, провел некоторые реформы, направленные на улучшение образования священников, повышение их морального уровня, на усиление дисциплины. Настаивая на безоговорочной вла­сти пап внутри церкви, Собор, вместе с тем, не потребовал подчине­ния светских властей духовным.

В результате Реформации и Контрреформации было покончено с церковным единством средневекового Запада. В обстановке крайне­го религиозного возбуждения все общественные и политические про­тиворечия XVI в. неизменно получали религиозную окраску и пото­му до крайности обострялись. Споры о смысле веры выплеснулись за пределы собраний богословов на улицы и площади городов и сел» разделяли народы и государства и даже семейные и дружеские со­юзы. Любой человек мог оказаться поставленным перед проблемой, какой религии придерживаться для того, чтобы спасти свою собствен­ную душу. Вера перестала быть традиционной, унаследованной от дедов и отцов, сплошь и рядом она становилась делом личного выбо­ра.

Все это не могло не наложить своего неизгладимого отпечатка на психологию людей. Идеи реформаторов стали силой, преобразившей Европу. Антифеодальная направленность этого общественного движения, принявшего форму борьбы против католической церкви в конечном итоге привела к победе буржуазных отношений.

 

 

Россия в мировой истории                                  И. П. Смирнов

Учебное пособие                                                и др.

 

История средних веков                                       А. Я. Гуревич

                                                                             Д. Э. Харитонович

Советский энциклопедический словарь           гл. ред. А. М. Прохоров

diplomba.ru

Античность или Средневековье? - Непознанный мир

Рассматривая картины художников Возрождения и более поздних веков, приходится часто удивляться: в одной сцене изображены люди, взятые как будто из разных времен. Одни явно выглядят как представители средних веков, другие - как персонажи античности. Порой невозможно понять, к какому времени можно было бы отнести героев картины, настолько противоречив их внешний облик, сочетающий элементы одежды разных эпох.

Возникает закономерный вопрос: почему художники Возрождения не знали, как выглядели антики? Мы-то ведь знаем. А они должны были знать лучше нас, поскольку информации до них дошло больше.

Пьеро делла Франческа. Битва Ираклия с Хосроем (фрагмент). Ок. 1460 г.

Здесь на переднем плане изображен воин, облаченный в типичный античный хитон. За фигурой этого древнего «гладиатора» мы видим классических средневековых рыцарей.

Изображенное событие относится к VII веку, однако эта датировка для нас сейчас не имеет значения. Это касается всех рассматриваемых здесь картин. Важно лишь то, что художник показывает нам персонажей, которых, судя по их внешнему виду, мы вынуждены отнести к разным временам. Сам он, конечно, об этом не думал и облекал своих героев в одеяние одной эпохи.

Если бы мы смотрели на картины, на которых, например, античные персонажи изображены только в средневековых одеждах, - а таких достаточно много, - то могли бы предположить, что таковым является авторский замысел. Или, что художник в своем средневековье просто не имел понятия, как выглядели люди в древности, и рисовал их как своих современников. Именно так объясняют данные несуразности историки. Однако в данных случаях мы сталкиваемся с картинами, в которых можно увидеть одновременно античность и средневековье.

Почему художник смешал различные культуры? Не очевидно ли, что на самом деле он отобразил ту культуру, которая была ему хорошо знакома, и так, в «античной» и «средневековой» одежде, ходили люди одного времени?

На одной из картин Кальяри, более известного как Паоло Веронезе, изображен сотник, предстающий на коленях перед Христом. Это распространенный христианский сюжет. Сотник одет как типичный античный римский военачальник. Солдаты же за его спиной одеты и вооружены так, как это было в позднем средневековье. Остальные персонажи также облачены в средневековые одежды.

Паоло Веронезе. Христос и сотник. Сер. XVI века.

Несмотря на то, что сцена изображает событие I века н.э., мы видим, что Христос и сотник «перенеслись» на полтора тысячелетия в будущее. И вопрос не в том, почему художник поместил это событие в такую позднюю эпоху, хотя это уже само по себе есть заслуживающий серьезного анализа момент, а в том, почему античная одежда соседствует со средневековой.

Очевидно, что для художника все участники одеты в этом смысле одинаково, и никакого анахронизма он здесь изображать не собирался. «Античное» одеяние сотника - это одежда средневековая, из чего можно сделать предположение (а, глядя на другие картины, - и вывод), что вся изображаемая античность - это изображение средневековья.

Естественно, что люди всегда одевались по-разному: для жаркой погоды - без рукавов и с голыми ногами, для холодной - в более теплой и закрытой одежде. Стараниями историков «полуголые» стали персонажами Античности, а «одетые» - Средневековья. Получилось две различные европейские культуры, которые, в силу различия, не могли существовать одновременно, и были искусственно хронологически разделены. Так называемая Античность «уехала» на многие столетия в прошлое, и мы получили нелепую и противоречивую историю.

Паоло Веронезе. Семья Дария перед Александром. Ок. 1570 г.

На этой картине изображен Александр Македонский со своей свитой и семья побежденного им персидского царя Дария. Ничего персидского или древнего в родне Дария мы не видим - обычный европейский средневековый вид. И, скорее, даже не средневековый, а более поздний. Судя по одежде женщин, а также по архитектуре, это больше напоминает XVII-XVIII века.

Александр на картине выглядит странно. Не в том смысле, опять же, что он помещен в явное средневековье, а в том, что его одеяние представляет смесь античных и средневековых одежд. Убрать из его облачения чулки и длинные рукава - и можно отправлять в глубокое прошлое командовать античными воинами. Такая же неразбериха и в облачении его сопровождающих.

Гаспар Дизиани. Семья Дария перед Александром Великим. XVIII век.

Тот же самый сюжет. Интересно, что обе картины похожи, а некоторые детали просто идентичны. И получилось все то же самое - позднесредневековый вид с явной примесью античности. Так может, подобная античная одежда - это обычная для Позднего средневековья «форма» военачальников?

Интересно также и то, что с момента появления картины Веронезе до творения Дизиани прошло более полутора столетий, но с художественной точки зрения никакой разницы между двумя картинами нет. Можно подумать, что искусство столько времени никак не развивалось. Скорее же всего, Паоло Веронезе и многие другие великолепные художники Возрождения жили и творили позже того времени, в которое их поместили историки.

Гаспард де Крайер. Александр и Диоген. XVII век.

Еще один Александр Македонский. Фламандский художник изобразил встречу Александра со знаменитым философом Диогеном, жившим в Малой Азии. Судя по цельнометаллическим доспехам, дело происходит в средневековье, а судя по другим деталям - в античности.

Нечто похожее мы видим и на картине «Мученичество святого Маврикия». Кажется, здесь изображены античные воины - современники Маврикия, однако типичный средневековый рыцарский шлем в руках подростка-оруженосца и сами рыцари, выглядывающие со второго плана, сбивают с толку. Не зная сюжета, понять, какое время пытался отобразить художник, просто невозможно.

Эль Греко. Мученичество святого Маврикия (фрагмент). 1580-81 гг.

И, в завершение, еще пара картин, по замыслу авторов изображающих античность. Все понятно и без комментариев. А вообще, полотен, на которых смешаны античная и позднесредневековая культуры, очень много.

Эль Греко. Раздевание Христа (фрагмент). 1577-79 гг.

Паоло Веронезе. Святые Марк и Марцелл... (фрагмент). Ок. 1565 г.

Произведения живописи являются культурно-историческими памятниками, по которым мы можем судить о том, как выглядели люди в то или иное время. И если мы видим традиционные культурные элементы античной цивилизации в позднюю эпоху, значит нужно делать соответствующие выводы.

Очевидно, что никакой культуры античности, а вместе с ней и самой Античности как древней эпохи, не существовало. Все это есть культура поздних средних веков, часть которой из-за неверной, ошибочной хронологии стала древней.

amigooo.livejournal.com

государства средних цивилизций, античный мир, средневековье и возрождение

МегаПредмет 

Обратная связь

ПОЗНАВАТЕЛЬНОЕ

Сила воли ведет к действию, а позитивные действия формируют позитивное отношение

Как определить диапазон голоса - ваш вокал

Как цель узнает о ваших желаниях прежде, чем вы начнете действовать. Как компании прогнозируют привычки и манипулируют ими

Целительная привычка

Как самому избавиться от обидчивости

Противоречивые взгляды на качества, присущие мужчинам

Тренинг уверенности в себе

Вкуснейший "Салат из свеклы с чесноком"

Натюрморт и его изобразительные возможности

Применение, как принимать мумие? Мумие для волос, лица, при переломах, при кровотечении и т.д.

Как научиться брать на себя ответственность

Зачем нужны границы в отношениях с детьми?

Световозвращающие элементы на детской одежде

Как победить свой возраст? Восемь уникальных способов, которые помогут достичь долголетия

Как слышать голос Бога

Классификация ожирения по ИМТ (ВОЗ)

Глава 3. Завет мужчины с женщиной

Оси и плоскости тела человека

Оси и плоскости тела человека - Тело человека состоит из определенных топографических частей и участков, в которых расположены органы, мышцы, сосуды, нервы и т.д.

Отёска стен и прирубка косяков Отёска стен и прирубка косяков - Когда на доме не достаёт окон и дверей, красивое высокое крыльцо ещё только в воображении, приходится подниматься с улицы в дом по трапу.

Дифференциальные уравнения второго порядка (модель рынка с прогнозируемыми ценами) Дифференциальные уравнения второго порядка (модель рынка с прогнозируемыми ценами) - В простых моделях рынка спрос и предложение обычно полагают зависящими только от текущей цены на товар.

Особенности воспитания
государства средних цивилизаций античный мир средневековье возрождение
Воспитание стало определяться имущественным состоянием человека и носить более жесткий, авторитарный характер. Школа и воспитание в государствах Древнего Востока развивались в логике эволюции конкретно-исторических культурных, нравственных, идеологических ценностей. Человек формировался в рамках жестких социальных регулятивов, обязанностей и личной зависимости. Идея человеческой индивидуальности была развита крайне слабо. Личность как бы растворялась в семье, касте, социальной страте. Отсюда и упование на жесткие формы и методы воспитания. Безоговорочный и абсолютный авторитет отца, наставника был освящен многовековыми традициями.   Афинское воспитание эволюционировало в динамично развивавшемся, социально неоднородном обществе, ориентировалось на интересы различных слоев населения, в своих высших формах отражало идеал рабовладельческой верхушки – идеи «калокагатии (человек, прекрасный душой и сильный телом), «арете» (образцовое поведение гражданина, политического деятеля).Цель афинского воспитания предполагала всестороннее развитие личности как в физическом, нравственном, умственном и эстетическом отношении. По сути, речь шла о всестороннем формировании личности, прежде всего с развитым интеллектом и культурой тела. Воспитание спартиатов преследовало основную цель – подготовить члена военной общины. Идеалом спартанского воспитания был физически развитый, сильным духом. Государство жестко регламентировало и контролировало систему воспитания детей. Воспитательная традиция Спарты в итоге оказалась весьма скудной. Гипертрофированная военная подготовка, фактическое невежество молодого поколения – таким выглядел результат одного из первых в истории опытов государственного воспитания. На древе человеческой цивилизации спартанские культура и воспитание оказались малоплодородной ветвью.     Средневековое общество еще тяготело к воспитанию поколений, ограниченных сословными регламентациями, обучению репродуктивного свойства. В то же время в нем зарождались иные тенденции, направленные на самореализацию человека, освобождение его от жестких социокультурных нормативов. В целом, однако, воспитание и обучение носили отчетливо сословный характер и готовили человека к деятельности в определенной социальной страте. Преодолеть подобную заданность было крайне сложно. Будучи тесно связанной с античной эпохой, школа и воспитание в средневековье стали тем не менее определенной альтернативой педагогической традиции древних сообществ и цивилизаций.     Основываясь на понимании человека как природного единства тела и души и исходя из цели, которую ставило перед собой общество, — подготовить физически и духовно здорового, активного и жизнестойкого гражданина, физическое воспитание как компонент формирования гармонической личности в эпоху Возрождения рассматривалось шире, чем в античные времена. В его содержание включались теперь не только гимнастика и военная подготовка, но и закаливание организма и гигиена отдыха, в организации которой немалую роль играл эстетический компонент.  

 

Особенности обучения
государства средних цивилизаций античный мир средневековье возрождение
Разделение умственного и физического воспитания обусловило возникновение деятельности учителя. Возникнув как определенный итог общественного развития, школа приобретала относительную независимость и стала выполнять роль стимулятора прогресса. Так, школа письма, закрепляя результаты передачи опыта поколений, в свою очередь, позволяла обществу двигаться вперед без значительных потерь из накопленного в прошлом, что было неизбежно до появления письма и школы. К 1-му тысячелетию до н. э. на Древнем Востоке развитие ремесел, торговли, усложнение характера труда, рост городского населения способствовали некоторому расширению круга людей, которым было доступно школьное обучение и воспитание. Помимо представителей аристократии и служителей культа, в школах учились дети состоятельных ремесленников и торговцев. Однако абсолютное большинство населения по-прежнему обходилось семейным воспитанием и обучением. Средоточием обучения и воспитания древнейших восточных цивилизаций были семья, церковь и государство. Поскольку семья была не в состоянии обеспечить общество достаточным числом людей, сведущих в чтении, письме, законах, для пополнения сословия чиновников их подготовкой стали заниматься воспитательные учреждения, создававшиеся светской властью и служителями культов.       До семи лет спартиаты обучались в семье, поступая в распоряжение нянек-кормилиц, которые славились своим уменьем на всю Элладу. Затем наступало время, когда полис брал на себя воспитание и обучение подраставших спартиатов. Сроки такого воспитания были весьма продолжительны и делились на три этапа: с 7 до 15 лет, с 15 до 20 лет, с 20 до 30 лет. На первом этапе дети поступали под началом воспитателя – пайдонома. Мальчиков 14-летнего возраста посвящали в эйрены – члены общины, получавшие определенные гражданские права. На втором этапе воспитания к минимальному обучению грамоте добавляли занятия музыкой и пением, которые преподавались несколько более тщательно. На втором этапе воспитания к минимальному обучению грамоте добавляли занятия музыкой и пением, которые преподавались несколько более тщательно. К 20 годам эйрены получали полное вооружение воина и затем еще в течение десяти лет постепенно приобретали статус полноправного члена военной общины. Все это время не прекращались военная подготовка, воспитание немногословного, без дурных наклонностей, воина. Обучение девочек и девушек – спартиаток мало отличалось от мужского. Это были по преимуществу физические и военные упражнения с диском, копьем, дротиком, мечом. В столь же малом объеме давалась общеобразовательная подготовка. После семи лет в Афинах мальчики – дети свободных граждан получали возможность учиться в частных и общественных учебных заведениях. Существовало несколько типов подобных заведений. Начальное образование давали частные платные школы: мусические и гимнастические. В мусических школах учились школьники 7–16-летнего возраста, в гимнастических школах, или палестрах, – 12–16-летние подростки. Обычно учащиеся посещали одновременно оба типа указанных заведений. Для завершивших пребывание в мусической и гимнастической школах следующей ступенью образования могли стать общественные учреждения – гимнасии. В V – IV вв. до н. э. таких гимнасий в Афинах было три: Академия, Ликей и Киносарг. Вершиной воспитания и образования считалось пребывание 18–20-летних юношей в эфебии – общественном учреждении, где находившиеся на службе у государства преподаватели учили военному делу: верховой езде, стрельбе из лука и катапульты, метанию дротика и пр. У эфебов была особая форма одежды – широкополая шляпа и черный плащ (хламида). Менее скромными были содержание и задачи женского образования и воспитания Афинская традиция предусматривала для девочек и девушек вплоть до замужества исключительно домашнее воспитание. В семье они получали элементарные навыки чтения и письма, музыкальную подготовку. Ведя жизнь затворниц, девочки и девушки появлялись на людях весьма редко, например во время религиозных церемоний. По суждениям афинян, женщина не могла претендовать на обладание упомянутой «совокупностью добродетелей». Ее уделом было домашнее хозяйство.     Средневековое образование как утверждение религиозной морали, идеологии, культуры включало целостную систему школьного образования. В раннем средневековье школы обычно существовали при приходах, как подготовка священника низшего, и особенно при монастырях. католическая церковь уделяла большое внимание распространению монашества, созданию монастырей и школ при них, как внешних, так и внутренних. Монастыри имели библиотеки, книги в них были преимущественно на латинском. В монастырских школах, а особенно в соборных, образование для некоторых учащихся переходило на уровень изучения «семи свободных искусств». В него входил тривиум и квадривиум. Все обучение в школах происходило как индивидуальная работа ученика с учителем. Образовательная программа предусматривала светские знания, необходимые христианскому полемисту и проповеднику, — изучение языков, истории, диалектики, риторики, основ математики, способствующих также, по его мнению, углубленному пониманию религии. Эта программа предназначалась как для закрытых, «внутренних» монастырских школ, готовящих учеников для монашества (пострига), так и для открытых, «внешних», обучающих будущих священнослужителей и лиц мирской службы, школы повышенного типа: соборные, кафедральные епископские. Основное внимание, уделялось воспитанию нравственности, которого добивались наставлениями, постами, отказом от пристрастия к богатству, чтением сочинений на религиозные темы. В раннесредневековой школе имели место различные уровни обучения. Элементарного уровня, включающего чтение, письмо, счет, пение, учащиеся достигали приблизительно за пять лет. Для среднего уровня предназначался курс так называемого тривиума (лат. трехпутье), куда входило изучение латинской грамматики, риторики и диалектики. И, наконец, повышенный, содержащий полный курс "семи свободных искусств", в котором к тривиуму добавлялись еще четыре науки — арифметика, геометрия, астрономия и теория музыки, — так называемый квадривиум. Основной книгой для обучения грамоте служил Псалтырь. Почти в каждом монастыре учреждались школы средней ступени, а для завершения образования — школы высшей ступени. Курс обучения в школах был рассчитан на 6-8 лет. Первые два года посвящались философии, два следующих года — изучению богословия, церковной истории и права, два последние — углубленному изучению богословия. Через 13 лет, получив предварительно степень бакалавра, выпускники могли стать магистрами богословия, т.е. получить один из высших духовных санов. Появление университетов было признаком возрастающей специализации и дифференциации внутри средневекового образования. Обычно они состояли из четырех факультетов — младшего, артистического, где изучались «семь свободных искусств», и трех старших — юридического, медицинского и богословского. Средневековая университетская образованность расширила рамки книжной учености, сложившейся в раннесредневековый период, и выработала тип высокообразованного ученого, не только поглощающего знания для самосовершенствования, но и пополняющего их ради всего человечества. Интенсивное развитие сети университетов от единичных в конце ХИ-ХШ вв. говорило о заинтересованности общества в развитии образования. Помимо распространения городских церковных и нецерковных школ средневековье выработало и такую форму образования, как ученичество.       Педагогическая триада Возрождения (классическое образование, физическое развитие, гражданское воспитание) включает три основных слагаемых: античность, средневековье и идеи – предвестники нового общества. Представители эпохи Возрождения обогатили программу классического образования, добавив в нее изучение древнегреческого языка, возродив классический латинский язык. Смысл таких нововведений состоял в извлечении из античной литературы воспитательно-дидактического материала: идей государственного устройства – у Аристотеля, уроков военного искусства – у Цезаря, агрономических познаний – у Вергилия и пр. Если средневековая школьная традиция почитала прежде всего философию Аристотеля, то теперь на первое место выходят идеи Платона. С конца XV в. новая политическая ситуация в Европе, связанная с появлением абсолютных монархий, снова начала переосмысление идеала воспитания. Человек, лишенный политической свободы, вместо гражданской активности стал стремиться к уединению, подчинив себя культу знания. Главенствующую позицию в формировании человека в этой ситуации занимало образование. Очагами новой гуманистической культуры становятся кружки ученых, центром которых для выдающихся деятелей науки и культуры всей Европы сделалась Платоновская академия в Италии во Флоренции, члены которой трактовали основополагающие проблемы бытия, опираясь на философские идеи Платона. Гуманизм становится отраслью гуманитарного знания и утрачивает постепенно свое мировоззренческое значение. Гуманитарные знания, приобретаемые за счет досуга, дававшие образованному человеку как бы внутреннюю свободу, свободу мысли, уводили его, вместе с тем, от гуманистического идеала, что, в результате, привело в конце XVI в. к трагедии гуманизма. Первоначальный гуманистический идеал всесторонне развитой, социально-активной личности вырождался в литературную образованность. Гуманистический образец обучения и всестороннего воспитания, который в дальнейшем лег в основу развития мировой педагогической теории и практики, родился в недрах частной школы. Первые шаги в практическом его осуществлении были предприняты в 20-е годы XV в. талантливыми итальянскими педагогами Витторино да Фельтре (1373-1446) и Гуарино Гуарини (1374-1460). В мантуанской школе на севере Италии, которую возглавил Витторино и которая стала известной под названием «Школы радости», кроме детей герцога, в поместье которого и на чьи средства она содержалась, учились еще около семидесяти неимущих учеников по настоянию самого Витторино. В школе обучались как мальчики, так и девочки, что было принципиально новым для того времени. Школьная программа преследовала цель заложить фундамент общей культуры, который в дальнейшем позволил бы воспитанникам самостоятельно овладевать специальными предметами. Владение навыками самообразования гуманисты ставили превыше всего. Несмотря на то, что основу школьной программы составляло изучение классических языков и литературы, в нее были включены предметы всех «семи свободных искусств». В методике преподавания было много заимствований у Квинтилиана. Наряду с развитием интеллектуальных способностей, эстетического воспитания, предусматривающего даже оформление интерьера учебного помещения, отводилось много времени и физическому развитию — длительным прогулкам, спортивным играм, выработке грациозности в танцах, верховой езде. Таким образом, формирование личности учащихся сохраняло у Витторино элементы рыцарского воспитания. Вместе с тем многое в быте учеников мантуанской школы согласно христианской традиции носило дух аскетизма с тем, чтобы укрепить их в добродетели. Близкой по гуманистическому духу, но отличающейся по цели образования, явилась частная школа в Ферраре, куда был приглашен для преподавания друг Витторино да Фельтре, педагог высочайшей культуры, Гуарино из Вероны. В отличие от Витторино он ставил перед собой задачу подготовить своих питомцев к будущей профессии. При обучении каждого ученики он делал акцент на тех предметах, которые тот употребит в своей профессиональной деятельности. Через 20 лет своего существования эта школа получила статус университета, став центром гуманизма, культуры, искусства.      

 

 

Особенности развития детей
государства средних цивилизаций античный мир средневековье возрождение
  идея о всестороннем развитии личности. В эпоху средневековья античная идея о всестороннем развитии личности была предана забвению. И в соответствии с господствующей в этот период идеологией на первый план выступает проповедь религиозного аскетизма, умерщвления плоти и духовного порабощения личности. Провозглашая человека центром мироздания, гуманизм Возрождения отразил стремление эпохи к идеалу гармонического его развития.    

 

megapredmet.ru