История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Древняя Греция. Акрополь. Скульптура: Фидий, Поликлет, Мирон (стр. 6 из 10). Скульптуры фидия древней греции


Древняя Греция. Акрополь. Скульптура: Фидий, Поликлет, Мирон

Как бы то ни было, нас прежде всего поражает не только изумитель­ное искусство создателей ионийского фриза, где на протяжении всей его длины (ок. 160 м) нет ни одного повторения, но самая смелость за­мысла — перенесение на стены храма изображения афинских граждан, событие, небывалое в истории храмовой архитектуры. Насколько это было близко самому Фидию, свидетельствует его дерзкая по тому времени попытка дать на щите Афины свой автопортрет и портрет Перикла в об­разах Дедала и Тесея.

Статуя Афины была закончена и установлена в храме на втором году 85-й олимпиады, т. е. в 438 г. в дни великих Панафиней. Работа по завершению деталей и окончательной отделке храма длилась до 432 г. Плутарх сообщает: “Скульптор Фидий, взялся, как говорят, соорудить знаменитую статую; он был другом Перикла и пользовался у него наи­большим влиянием, поэтому у него были враги, причем одни завидовали ему из личных соображений, а другие хотели на нем произвести опыт,- каким окажется народ, когда ему придется судить Перикла. Они склони­ли на свою сторону Менона, одного из сотрудников Фидия, и убедили его сесть на агоре как молящего у алтаря (двенадцати) богов; он просил предоставить ему право выступить безнаказанно с заявлением о престу­плении, совершенном Фидием. Народ удовлетворил просьбу Менона. Од­нако хищения не обнаружили: Фидий, по совету Перикла, уже заранее так приладил золотую одежду к статуе, что вполне можно было снять ее и проверить ее вес, что Перикл и предложил сделать судьям. Тем не менее Фидия продолжала преследовать зависть, так как благодаря его зна­менитым произведениям он стяжал себе громкую славу. Его обвиняли прежде всего в том, что он, изобразив на щите бой с амазонками, придал лысому старику, поднявшему над головой обеими руками камень, свои собственные черты лица и что он сделал выпуклое изображение Перикла, сражающегося с амазонкой, замечательной красоты; рука же, держащая копье перед лицом Перикла, была сделана так, что она делала не столь бросающимся в глаза сходство с лицом Перикла, которое, однако, ясно видно в оставшихся незакрытыми частях лица сверху и снизу копья. Фи­дий был посажен в тюрьму и умер там от болезни. Некоторые, впрочем, говорят, что он был отравлен ядом; это сделали якобы враги Перикла, чтобы обвинить в этом самого Перикла. Доносчику Менону, согласно предложению, внесенному Главконом, “ народ даровал освобождение от всех налогов и предписал стратегам заботиться о безопасности этого че­ловека” (Плутарх, Перикл, 31)'.

Филохор (IV в. до н э.) в заметке к архонтству Теодора (438/437 г.г. ) пишет: “И золотая статуя Афины была поставлена в большом храме с ве­сом золота в 44 таланта. Перикл был эпистатом, Фидий - мастером. И Фидий, мастер, возбудил подозрение в том, что он неправильно поставил в счет слоновую кость для пластинок и был привлечен к суду. Говорят, что он будто бы бежал в Элиду, взялся [там] за изготовление статуи Зев­са в Олимпии и, после того как он ее выполнил, будто бы был убит элейцами”. Судя по сообщению Филохора, про­цесс над Фидием должен был происходить непосредственно во время или вскоре после установки статуи в Парфеноне и проверки отчета скульп­тора.

В сообщении Диодора содержатся лишь некоторые дополнительные сведения. “К алтарю богов в качестве молящих село несколько чело­век, подученных врагами Перикла. Обвинение Фидия заключалось в том, что он присвоил будто бы себе значительное количество священных сумм”. Народ, по наущению врагов Перикла, арестовал Фидия, а самого Перик­ла обвинил в святотатстве” (Диодор, XII, 38). Процесс над Фидием, не­сомненно, носил политический характер. Это подтверждается различием версий обвинения, - Фидия обвиняли то в утайке слоновой кости, то в утайке золота, то в присвоении денег, отпущенных на постройку Парфе­нона. По-видимому, автопортрет художника и изображение Тесея с ли­цом Перикла сыграли немалую роль в обвинении Фидия. И хотя Диодор не приводит этого обвинения, но его заключение об обвинении Перикла в святотатстве связано как раз с этими изображениями. Фидий также, не­зависимо от обвинений другого рода, обвинялся в святотатстве, и это был главный пункт, по которому он не мог оправдаться в глазах своих современников. Общественное возмущение афинян искусно подогрева­лось к тому же врагами Перикла.

Версия о приглашении брошенного в тюрьму Фидия в Олимпию элейцами для создания статуи Зевса в уже построенном для этого храме вряд ли верна. Искусствоведы и историки искусства все более утверж­даются в мысли, некогда упорно отстаиваемой Г. Шрадером в его работе о Фидии, что статуя Зевса является и по технике и по мастерству испол­нения более ранним произведением, чем статуя Афины Девы в Парфе­ноне. Самая версия о том, что сначала Фидий создал в Олимпии статую Зевса, а потом был убит элейцами как святотатец, нелепа. Она, по-види­мому, была придумана, чтобы снять с Афин обвинение в трагической смерти художника. Сообщение Плутарха о смерти Фидия в афинской тюрьме наиболее вероятно. Фидий погиб в Афинах. А. его семья, как пред­полагает Ч. Г. Морган, бежала в Олимпию, где она могла рассчитывать на защиту и благосклонный прием со стороны жрецов Олимпии и маги­стратов Элиды.

2.3. Пропилеи.

В 434/3 г. в афинском Народном собрании было принято постановление о расходах, предназначенных для планировки Акропо­ля,- декрет Каллия. “Совет и народ постановили. Притания филы Кекропиды, секретарем был Мнесифей, Евпиф председательствовал, Каллий внес предложение: соорудить каменные статуи, золотые Ники и Про­пилеи; до тех пор, пока все не будет совершенно закончено, тратить на расходы из казны Афины согласно постановлениям, принятым ранее; производить планировку Акрополя, за исключением того, что запрещено, и восстанавливать, расходуя на это по десяти талантов ежедневно до тех пор, пока все не будет распланировано и восстановлено наилучшим образом; пусть руководят работой казначеи и эпистаты, а план архитектору проводить как в Пропилеях; пусть он заботится вместе с эпистатами о том, чтобы наилучшим образом и как можно дешевле произвести планировку Акрополя и реставрацию всего, что необходимо; прочими же деньгами богини Афины, имеющимися ныне в городе, и всеми теми, кото­рые поступят в будущем, не пользоваться и не тратить из них ни на что другое, да и на это не брать свыше 10 000 драхм.. .”

Вопрос о реконструкции Акрополя и установлении границ между территориями его святилищ обсуждался как раз в то время, когда заканчи­валось строительство Парфенона. Храму богини, созданному лучшими архитекторами и скульпторами Афинского государства, нужен был до­стойный его вход. Задача планировки состояла в том, чтобы посетители могли подойти к Парфенону и священному участку с оливковым деревом Афины и источником Посейдона со стороны, наиболее выгодной для осмотра памятников.

План реконструкции был поручен специальной комиссии казначеев и эпистатов, куда входил в качестве главного архитектора Мнесикл.

Неправильной формы дворик выходил с востока на лестницу, подни­мавшуюся к террасе Парфенона. Основанием лестницы были девять сту­пеней, выбитые в скале. Далее до уровня западной террасы храма под­нимались уже поросовые ступени. Архитектурно оформленный Пропилен открывал с северной стороны вход во двор, откуда посетитель впервые видел весь ансамбль Парфенона. На лестнице и на ступенях храма стояли сотни посвятительных статуй, поставленных здесь в разное время раз­ными людьми. Сам Парфенон блистал красотой своих безукоризненных линий, скульптурных украшений, яркостью и свежестью красок, подчер­кивающих капители колонн, архитравы и карнизы. Кое-где краски обрам­лялись позолотой.

Праздничные процессии направлялись к Акрополю по Панафинейской дороге. Поднимаясь плавными изгибами по западному склону хол­ма, дорога проходила через Пропилеи и, слегка поворачивая к югу, шла между огражденными священными участками Парфенона (справа) и древнего храма Афины и Эрехтея (слева), где на эту дорогу и выходил Пропилон Парфенона. Затем дорога шла в гору, пока постепенно не по­дымалась у северо-восточного угла до уровня стилобата Парфенона. По­верхность скалы между Пропилеями и Парфеноном была выровнена. В древнем округе Артемиды Бравронии были построены нарядные пор­тики, выходившие колоннадами на центральный двор.

Одновременно производили перепланировку и северного участка,. где некогда находился храм Афины, отстроенный Писистратидами. Вос­становленный после войны с персами опистодом этого храма, служивший сокровищницей, вероятно, был разобран, а казна Афины и других богов перенесена в опистодом Парфенона.

Эти планировочные работы производились уже в конце строитель­ного периода, после того, как постройка основной части Пропилеи была уже почти закончена.

В отличие от ориентации старого входа на Акрополь, который был разобран во время новых строительных работ, Пропилеи Мнесикла долж­ны были по своему направлению ориентироваться на Парфенон.

Проект Пропилеи, представленный Мнесиклом, был прост и гран­диозен. До сих пор его считают одним из наиболее удачных планов па­радного входа. По первоначальному замыслу архитектора, вход должен был занимать всю ширину западного склона Акрополя, от его северной до южной стены.

mirznanii.com

Древняя Греция. Акрополь. Скульптура: Фидий, Поликлет, Мирон

В период тирании в Афинах впервые появляются мраморные скульп­туры. Почти прозрачный, просвечивающий на солнце мрамор, доставляе­мый с островов, придавал необычайное очарование этим скульптурам, так как раньше в Афинах статуи обычно создавались из известняка или пороса. Возникший в Ионии и на островах (Хиос, Парос) новый тип кор, подчеркивающий богатой драпировкой тонкой одежды стройность де­вичьей фигуры, намеренно стилизованной и изысканной, находит радуш­ный прием в Афинах. 56 более или менее хорошо сохранившихся кор, най­денных на Акрополе, свидетельствуют о силе художественного влияния на Афины ионийских мастеров. Эти прославленные мастера стекались ко двору тиранов. Но иногда, если они не приезжали сами, им направ­лялся специальный заказ. Такой заказ из Афин получил, например, зна­менитый хиосский скульптор Архерм, впервые создавший изображение крылатой Победы (Ники).

В середине VI в. наряду со скульптурами из импортного островного мрамора появляются первые работы афинских скульпторов из пентеликонского мрамора. Но главные каменоломни Пентеликона еще не были открыты, и такие статуи редки.

В Афинах VI в. входит в моду хитон из тонкой прозрачной ткани и небрежно наброшенный сверху, спадающий вертикальными складками плащ. В скульптурах ионийских художников с большим искусством трак­туется фигура девушки (коры), ее одежда, прическа—локоны, перехва­ченные на голове диадемой и спадающие длинными прядями на грудь, ее продолговатые выпуклые глаза, слегка подкрашенные кармином, одухо­творенное, освещенное мягкой, иногда лукавой улыбкой лицо.

Однако афинские художники не стали простыми подражателями ионийцев, они сохранили свой оригинальный стиль, свои художественные традиции. Заимствуя у ионийских кор разрез глаз, поворот фигуры, де­тали драпировки, афинские мастера пытались воспроизвести не статуи, поставленные у подножия храма на Акрополе, а реальных живых деву­шек, своих афинских современниц. Это накладывало на работы афинских мастеров ту оригинальность, которая позволяет и теперь сразу отличить их работу от работы ионийцев

На рубеже VI и V вв. художники в Афинах, обладавшие уже боль­шим опытом в изготовлении как мраморных, так и бронзовых статуй, до­стигшие высокого мастерства в краснофигурной живописи, подошли вплотную к одному из величайших в истории искусства открытий – к открытию перспективы. Первые попытки показать движение человеческой фигуры, отказавшись от обязательной симметрии ее частей, относятся к концу VI в. Они свидетельствуют о настойчивом стремлении добиться такой правдивости изображения, чтобы оно стало ярким и убедительным.

Несомненно, что развитие демократического строя в Афинах повышало интерес и художников и поэтов к изображению человека-гражданина.

В это время после реформ Клисфена афинская агора одержала победу над Акрополем и центром политической, социально-экономической и духовной жизни афинян стал теперь район горшечников и металлургов. Памятники, созданные тираном, все более заменяются памятниками, созданными народом. Орхестра агоры, на которой Писистрат устраивал пер­вые театральные игрища, возбудившие в свое время негодование Солона, покинута. На южном склоне Акрополя возникает новая орхестра с хра­мом Диониса. Здесь происходят теперь состязания поэтов, драматургов, а позже и комедиографов. Организует и проводит праздники, в отличие от представлений на орхестре агоры, сам народ. Рождается афинский на­родный театр. Длительная и упорная борьба народа с родовой знатью завершилась полной победой народа; но не следует забывать, что одер­жать победу народ мог только в условиях создания гражданской общи­ны, основой существования которой был труд рабов и эксплуатация по­литически неполноправных или бесправных людей.

В истории греческого искусства 490 г. до н. э. представляется той датой, с которой начинается повышение развития культуры, достигаю­щий своего кульминационного пункта в период правления Перикла. Вехой в развитии греческого искусства стала марафонская победа афинян. Ее моральное значение было чрезвычайно велико. Отступление персидских войск перед маленькой армией гоплитов было одновременно и торжеством афинского демократического строя, остановленного на развалинах тирании, и залогом дальнейших успехов в борьбе с врагом. Гордость афинян и вера в свои силы объяснялась еще и тем, что победа была одержана без посторонней помощи; спартанским союзникам, рас­считывающим, может быть, на поражение афинян, была предостав­лена возможность взирать на богатые трофеи, захваченные у врага. Со временем марафонской победы связано еще одно событие-открытие богатых мраморных каменоломен Пентеликона вблизи Афин. Раньше мраморные разработки в Афинах были очень незначительны, и мрамор, как правило, доставлялся с островов, особенно с острова Пароса. Импорт мрамора был связан со значительными издержками, поэтому все архитектурные постройки создавались из мягкого известняка (пороса), а мрамор расходовался очень бережно. Открытие богатых залежей мрамора дало бесценный камень в руки афинских архитекторов и скульпторов.

Совпадение этих двух событий позволило сразу же после Мара­фона подумать об украшении Акрополя новым мраморным храмом в честь Афины Полиады, Афины—защитницы города.

Поросовый храм Афины Полиады раздражал афинскую демо­кратию навязчивым воспоминанием о ненавистной тирании. План по­стройки нового храма принадлежал, вероятно, Аристиду, это кажется тем более правдоподобным, что именно Аристид и его сторонники счи­тали войну с персами оконченной навсегда. Место для храма было выбрано на южной стороне холма, для чего пришлось проводить допол­нительные работы по выравниванию и расширению южной террасы Акрополя подпорными стенами. Храм был заложен в 488 г. в первый день Панафиней, как показывает ориентация оси храма, с направлением солнечного восхода в этот день (с учетом лунного календаря афинян) .В момент вторжения персов в Афины храм еще не был достроен, и позже на его месте был воздвигнут Парфенон.

Взятие Афин войсками Ксеркса (480 г.) сопровождалось разруше­ниями и города и Акрополя. После победы при о. Саламине, особенно в связи со вторичным вторжением войск Мардония в Афины (479 г.), изгнание врага с территории Греции считалось неотложной задачей

Перед Платейской битвой (479 г.) афиняне дали великую клятву в том, что “святилища, сожженные и разрушенные варварами”, должны остаться в таком же виде, чтобы навсегда служить памятником “без­закония варваров”. Соблюдая эту клятву, афиняне сохранили многие из руин на Акрополе, в самом городе и в других частях Аттики, как свидетельствуют об этом не только Геродот, но также Страбон и Павсаний. Колдонада храма и целла Афины остались в руинах.

Древняя статуя Афины, увезенная на Салакту была возвращена на Акрополь в мраморный храмик, построенный специально для нее на месте будущего Эрехтейона. Метопы и части коллонады “старого” Парфенона были позже размещены в стенах Акрополя так, чтобы они хорошо были видны из нижнего города - из Афин.

Победа при Платеях и создание Афинского морского союза привели Афины к экономическому и политическому расцвету. В 70-х годах V в., когда победа Кимона над персами и его роль в организации Афинского морского союза сделали его влиятельнейшим человеком в Афинах, несмотря на народное постановление, запрещавшее ставить на агоре гермы частным лицам, здесь были поставлены три гермы, посвященные трем победам Кимона (при Евримедонте, на Кипре и во Фракии).

Кимон стремился увековечить память о своем отце, Мильтиаде, победителе при Марафоне. Несомненно, что не без его влияния в се­верной части агоры был построен Пестрый портик (работа шурина Кимона, архитектора Плистоанакта). Свое название “Пестрый” портик получил по фрескам на фасадной стене, укрытой от дождя колоннадой, обращенной на агору. Этот портик расписывали знаменитые художники того времени. Рядом с картиной Полигнота “Разрушение Трои” была помещена картина Микона или, по другой версии, Панена, брата Фидия. изображавшая сражение при Марафоне. Эта историческая картина, единственная среди картин, нанисанных на сюжеты троянского цикла, уподобляет Мильтиада бессмертным богам и героям.

При Кимоне же, в 470 г., несколько ранее постройки Пестрого портика, афиняне на десятую долю добычи, захваченной в Марафоне, воздвигли памятник в честь этой победы в Дельфах. В дельфийском посвящении афинян изображены Афина и Аполлон вместе с легендар­ными героями и царями Аттики. Рядом с Афиной и Аполлоном стояла статуя Мильтиада; по утверждению Павсания, эти статуи были работой Фидия. Возвеличивание Мильтиада и включение его в число героев. общающихся с богами, не могло остаться незамеченным.

Неудачная экспедиция Кимона с 3000 афинских гоплитов в Спарту, охваченную восстанием илотов, окончившаяся бесславным возвращением в Афины в 462 г., была использована демократами для изгнания в 461 г. Кимона путем остракизма и для окончательного разрыва союза со Спартой.

Изгнание Кимона, сторонника союза со Спартой, друга афинских олигархов, вновь усилило влияние вождя афинской демократии Эфиальта, а после его трагической смерти - Перикла.

В 456 г. Перикл предложил созвать в Афинах представителей всех греческих городов на общегреческий съезд для обсуждения вопроса о строительстве новых греческих храмов вместо разрушенных персами. Оппозиция Спарты помешала осуществлению этого плана в общегреческом масштабе. Через два года, в 454 г. До н.э., после перенесения союзной казны с о. Делоса в Афины, по инициативе Перикла было принято решение ежегодно откладывать в казну богини Афины 1/10 часть союзного фороса. Наконец, в 449 г., в год заключения мира с Персией, несмотря на оппозицию олигархов, был принят план новых построек на Акрополе, построек достойных богини и древних святынь священной цитадели афинян.

mirznanii.com

Деятельность Фидия и его основные скульптуры

14 - Творчество Фидия

Одним из наиболее знаменитых скульпторов Греции был Фидий, работавший в рассматриваемый период. Работы, которые принесли ему славу - Афина Парфенос и статуя Зевса в Олимпийском храме

Своего полного расцвета искусство достигло только в созданиях друга Перикла Фидия. Произведения этого художника являются в греческом искусстве, подчинявшем индивидуальное типичному, выражением совершенства, какого когда-либо оно достигало. Полнейшая выработанностъ благородных форм соединяется в них с самой строгой закономерностью расположения, чистейшее чувство натуры сливается неразрывно с величайшей возвышенностью духовного чувства.

Фидий (Pheidias) был афинянин, так же как и его учитель Гегий. Благодаря Гегию, обязанному своим образованием Маргосцу Агеладу, он подвергся влиянию традиций аргосской школы. Вся жизнь его протекла в V столетии до н. э. Созданы ли им какие-либо значительные произведения еще при Кимоне - вопрос, на который отвечают отрицательно, в особенности Фуртвенглер. Колоссальную бронзовую статую Афины Промахос, стоявшую в афинском Акрополе между Парфеноном и Эрехтейоном, признают памятником не битве при Марафоне и Саламине, а происшедшему около 445 г. перерыву персидской войны. Конец деятельности Фидия возбуждает сомнения, так же как и ее начало. Не подлежит, по-видимому, сомнению, что, будучи ложно обвинен в растрате, он умер в темнице; предание, что смерть его последовала в Афинах, более вероятно, чем то, которое гласит, что он скончался в Элиде. Но из этого не следует заключать, что художественная фигура Зевса, которой он украсил по поручению элидцев Олимпийский храм, была исполнена раньше величественной Афины Парфенос, красовавшейся в афинском Парфеноне. Во всяком случае, невероятно, чтобы его пригласили в Олимпию прежде, чем он прославился у себя на родине статуей Афины, тем более что следы основания его статуи Зевса в Олимпийском храме доказывают, что она была воздвигнута много лет спустя после постройки этого храма.

Колоссальная статуя стоящей девственной богини Афины Паллады в афинском Парфеноне и колоссальная статуя Зевса, сидящего на троне, в Олимпийском храме - два главных светила на художественном небосклоне Фидия. Парфенонская статуя, имевшая около 12 метров в высоту, исполнена им, вероятно, между 447 и 438 гг. до н. э. Составить себе понятие об этом произведении мы можем по описаниям древних авторов, а также по аттическим монетам и греческим и римским мраморным статуям. Из сохранившихся статуй мраморная Афина высотой 1 метр, откопанная близ Варвакейона в Афинах и находящаяся в зале Афины в местном Национальном музее, имеет для нас огромное значение, как непосредственная копия с парфенонской статуи, хотя и римской работы (рис. 256). Богиня стоит в торжественной, спокойной, полной достоинства позе, устремив свой взор вперед, перенеся центр тяжести тела на правую ногу и несколько отставив назад левую, стопа которой касается земли кончиком большого пальца. На Афине длинное, обильное складками золотое одеяние (пеплум), отворот которого перевязан поясом в виде змеи; на голове - золотой шлем, богато украшенный изображениями крылатых коней, грифов и сфинкса, а на груди - эгида с головой Медузы, вырезанной из слоновой кости. На ладони протянутой вперед правой руки она держит статуэтку крылатой богини победы. По условиям техники данной скульптуры, в которой подкрашенные пластинки слоновой кости и эмалированные листы золота набивались на деревянную основу, имевшую, вероятно, вид вполне готового изваяния, и при величине протянутой руки и тяжести стоящей на ней Нике эта рука нуждалась в подпоре; действительно, такую подпору мы видим не только у статуи, найденной в Варвакейоне, но и в изображении на одной аттической гирьке. Опущенная вниз левая рука Афины покоится на стоящем у ее ног щите, под которым извивается змея Эрихтоний - символическое олицетворение сынов аттической земли. Щит с наружной стороны украшен изображением битвы греков с амазонками. Приблизительное понятие об этом изображении можно составить себе по мраморному щиту, Британский музей. На нем мы видим такой же прием расположения фигур в два неразрывных между собой ряда, как и на вазах полигнотовского стиля. В одном из сражающихся считают возможным, вследствие индивидуальности черт его лица, признать самого Фидия, который, как говорят древние писатели, поместил на этом щите свой портрет. О благородстве форм, красоте позы и высокой одушевленности чистых, тонких черт лица, которые мы должны предполагать у Афины Парфенос, конечно, трудно судить по описаниям, даже по копии - неправильно реставрированной большой статуи Афины Антиоха, музей Буонкомпаньи в Риме.

Рис. 256 – Мраморное воспроизведение Афины Парфенос работы Фидия. С фотографии

Рис. 256 – Мраморное воспроизведение Афины Парфенос работы Фидия. С фотографии

Рис. 256 – Мраморное воспроизведение Афины Парфенос работы Фидия. С фотографии

О статуе Зевса, восседающего на троне, имевшей 13 метров в высоту, мы знаем в некоторых отношениях еще меньше, чем об Афине Парфенос. Одни лишь элидские монеты (рис. 257) могут дать некоторое понятие о позе и голове этой статуи. Из монет особенно любопытна та, на которой представлена только голова "отца богов и людей", украшенная масличным венком, Лувр, Париж. Правильные черты его лица выражают величие и кротость; волосы на голове и бороде ниспадают свободными, естественными, еще не вьющимися живописно-волнистыми прядями. Сохранившиеся описания Зевса еще более подробны, чем описания Афины. Он также держал на ладони правой руки крылатую богиню победы; в левой руке у него был скипетр, на который он слегка опирался. Трон Зевса был в своем роде чудом искусства. На поперечной перекладине, связывавшей между собой ножки трона посредине высоты, стояло 8 статуй победителей на Олимпийских играх в натуральную величину. Ножки трона были окружены богинями победы. Ручки его опирались на сфинксов, под лапами которых лежали человеческие жертвы. Верх спинки украшен фигурами ор и харит. Брат Фидия, Панэн, живописец полигнотовского стиля, украсил загородки, отделявшие статую Зевса с трех сторон от целлы, изображениями из героических сказаний. Всюду в этих произведениях олицетворялись могущество богов, бессилие безбожников, победы богопочитателей; эти символические изображения вместе с божественным величием лица и позы Зевса производили захватывающее, неизгладимое впечатление. Описания древних авторов, которые видели эту статую, проникнутые благоговейным страхом и благочестием, доказывают, что Фидий был первым из художников, вполне овладевшим передачей духовного выражения; или Зевс сходил с небес и являлся Фидию, гласят они, или художник поднимался на Олимп, чтобы узреть этого бога. Один римский писатель сказал, что величие этого произведения было столь богоподобно, что красота его прибавила нечто к религии, установленной преданием. Зевс сидел с таким мирным и кротким видом, писал другой греческий автор, что самый несчастный, самый удрученный горем и заботами, не находящий покоя даже в сладком сне смертный при взгляде на эту статую мог забыть все, что приходится переносить страшного и тяжелого в человеческой жизни.

Рис. 257 – Элидские монеты с изображением олимпийского Зевса работы Фидия: а – голова на парижской монете; б – вся фигура на флорентийской монете. По Овербеку

Рис. 257 – Элидские монеты с изображением олимпийского Зевса работы Фидия: а – голова на парижской монете; б – вся фигура на флорентийской монете. По Овербеку

Рис. 257 – Элидские монеты с изображением олимпийского Зевса работы Фидия: а – голова на парижской монете; б – вся фигура на флорентийской монете. По Овербеку

www.verman-art.ru