История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Архитектура Древней Руси — коротко о главном. Зодчество культура древней руси


Архитектура Древней Руси — коротко о главном

5.firepic.org

5.firepic.org

Период истории с IX до XVII вв. считается русским Средневековьем. Живописные формы и архитектура древних славян складывались в то время, когда христианство утвердилось главной религией на Руси. Попав под влияние Константинополя, русское зодчество и архитектура древней Руси  вобрали в себя частицу богатой культуры — одной из самых цивилизованных на то время.

На Руси впервые появляются большие строения и храмы в Х веке. Несмотря на заимствование византийских техник, древнерусские зодчие постоянно их интерпретировали сообразно умениям и мироощущению: кладка стен производилась по другому принципу, для постройки сводов и куполов широко применялись новые приемы, постройки дополняются колоннами и сводами. Это повлияло на выделение и складывание новой системы постройки храмов. К XIV веку древнерусское зодчество уже имеет свои характерные черты. В культуру Древней Руси впитывались вековые традиции, как восточных славян, так и угро-финнов. На рубеже 1-тысячелетия сложившееся государство Киевская Русь сразу стало центром объединения племен и народов, проживающих на огромной территории.

Церковь, храм – это те места, где Господь присутствует благодатным образом. И в строительстве храмов заложена многовековая символика: для верующих пребывать в церкви значит ощущать невидимое и божественное, что возможно ощутить только в Царстве Небесном.

Испокон веков храмы строили из дерева. Ведь оно являлось для русских мастеров основным материалом при строительстве, а топор являлся основным их орудием. Только с конца X века для строительства начинают применять глиняные кирпичи. Поэтому именно дерево при закладке основ древнерусского зодчества сыграло важную роль.

Попав в ареал Византийской художественной системы, деревянная архитектура древней Руси сменилась более долговечной каменной. Деревянные элементы (башни, клети, сени, терема, многоглавие) перенеслись также на каменное строительство.

Характерные черты

5.firepic.org

5.firepic.org

Отвечая на вопрос, какие черты характерны для древнерусской архитектуры, необходимо сказать, что храмы строятся просторные, масштабные. Имеют пластичные четкие формы. А постройка идеально вписывается в окружающий ландшафт. Повсеместно используется крестово-купольная система возведения церквей. Лишь в XVI столетии здания возводят с использованием другой схемы – так называемые, шатровые храмы-башни. Декором церкви становится мозаика, фрески. Часто встречается резьба по дереву.

Уникальная архитектура древнерусского государства вписала в храмовое строительство того времени блестящие страницы. В древних храмах ощущается необыкновенное вселенское спокойствие, масштабы которого превосходят понимание человека. Строители, работающие при воздвижении храмов с мастерами из Константинополя, не только перенимали их приемы. Для них архитектура древнерусского государства имела сакральное значение. А традиции строительства из деревянных конструкций позволяли подстраивать символику храма под мировосприятие древних славян.

Наличие галерей в храме, пирамидальная постройка, угловые башни – это наследие строительства церквей из дерева. В XI веке в городах строятся многокупольные толстостенные сооружения с крошечными окошками, богатым убранством и интерьером. Так подчеркивалась сила и величие державы, а храмовое зодчество отражало «дух эпохи», идею общерусского могущества, укрепляющую в христианах веру в силу государства и правителя. В ХII веке церкви строятся внутри княжеского двора. Так возник придворно-княжеский стиль. Для него характерны небольшие размеры сооружений, поскольку они рассчитаны на семью князя и его челядь.

Первое каменное сооружение

CJdiN_croper_ru

5.firepic.org

Знаменитая церковь, на закладку которой князь выделил десятину от своих доходов, Десятинная, представляет собой первое каменное сооружение на Руси. Церковь в Киеве стала и центром храмового строительства, и символом проводимой церковной политики князя. Церковь возведена строителями из Константинополя. Их работы отличаются такими характерными особенностями, как утопленные ряды, мозаичные полы, греческие клейма на кирпичах.

Можно долго «перечислять важнейшие архитектурные сооружения древней Руси », но не ясно, о каких строениях необходимо вести речь, ведь, например, Успенский собор Киево-Печерской Лавры является на сегодня новоделом, который, несмотря на научную реконструкцию, многого не сохранил из своего древнего деревянного облика. Это относится и к церкви Богоматери Пирогощей.

Потому среди важнейших сооружений, таких как Софийский собор, Золотые ворота, Успенский собор, Спасо-Преображенский собор, Пятницкая церковь, Собор Рождества Иоанна Предтечи, Собор Бориса и Глеба и многих других отсутствуют полностью исчезнувшие деревянные строения. А ведь при Иване Калите в Москве случилось 4 пожара, в 1337 году огнем было полностью уничтожено 18 церквей, в 1343 году – 28.Список, где указаны важнейшие архитектурные сооружения древней Руси, состоит из тех церквей, которые строились еще до вторжения монголо-татарской орды. Строения уцелели вплоть до XIX века. Часть храмов перестраивалась.

Школы храмового зодчества

eifEz_croper_ru

5.firepic.org

С XII – XIII веков появляются архитектурные школы древней Руси. Все школы не владеют исключительно собственными приемами. Они дополняются архитектурными приемами и стилями друг друга. Отнесение храма к определенной архитектурной школе является чаще условным, поскольку предшествующий стиль не исчезает полностью и не устаревает, а обогащает храмовое строительство, внося в него неповторимость и уникальность. В первых школах храмового зодчества трудятся мастера из Киева, Переяславля. Церкви, которые сооружались в новообразованных политических центрах, объединяет техника каменной кладки и методы ведения строительства.

Школы складывались на землях, названия которых они и унаследовали:

  1. Киевская школа выступала хранителем древних традиций храмового зодчества Киевской Руси, потому ее последователи в основном совершенствовали унаследованные пластичные решения.
  2. Владимиро-Суздальская школа не просто копировала византийские и южнорусские способы и техники при строительстве церквей, но и вносила в них западноевропейские элементы и идеи. Применялась плоская деревянная резьба. Храмам присущ скромный декор, узкие оконца, применение скифского «звериного стиля» для украшения. Белокаменными храмы были из-за использования известняка.
  3. Новгородская школа отличается от остальных тяжеловесностью и простотой линий. Отличительной чертой храмов этой школы есть декор, который характеризуется пятиглавием, кубовидностью, большим количеством арок и треугольников.
  4.  Псковская школа, строения которой при сильном сходстве со строениями Новгорода, несут в себе и самобытные техники.
  5.  Московская школа. Белокаменные храмы, возведенные зодчими из Москвы, характеризуются изяществом форм и красотой отделки.
  6. Черниговская школа: для сооружений характерна торжественность и статичность.
  7. Галицко-Волынская. Зодчие школы умело сочетали объемно-планировочные формы Древней Руси с западноевропейскими конструкциями.
  8. Полоцкая школа: появились плоские боковые апсиды.
  9. Рязанская школа: храмы имеют оригинальную планировку, при которой у церкви отсутствуют столпы, а сами храмы отличаются максимальной центричностью.

Между прочим...

Каждая школа использовала свою технику, при этом ее мастера постоянно искали неизвестные ранее пластические решения.

Живопись и искусство

Живописное ремесло отражало неповторимую самобытность и мастерство славян, а архитектура и живопись древней Руси, обогатившись приемами из Византии, постепенно теряла ту сказочную простоту и свежесть, которые присущи древнеславянскому искусству. В ювелирных изделиях, таких как кольца, ожерелья, браслеты, серьги, которые покрывались тонким узором черни, было заложено новое великое монументальное искусство Византии.

Древние зодчие в поиске новых форм, создавали пластичные решения, которые воссоздавали в сооружениях идею устремленности всего строения вверх, к небесному своду. Католическая готика отражает такую же идею отражения духовности, потому храмовое строительство на Руси не существовало обособленно от европейской христианской культуры, а было одной из ее составляющих. Но сходство с традициями архитектуры Запада не явилось основополагающим при закладке церквей. Архитектура середины XII-начала XIII века воссоздает непревзойденный и яркий стиль, который называется древнерусским.

К одному из видов искусства так же можно отнести создание оберегов

perstni.com

Зодчество Древней Руси

Оглавление

  1. Введение

  1. История изучения

  1. Архитектура Киевской Руси (конец X - XI в.)

  1. Сложение архитектурных школ (XII в.)

  1. Предмонгольский этап в развитии русского зодчества (конец XII - первая половина XIII в.)

  1. Заключение

  1. Примечания

  1. Краткий словарь архитектурных терминов

  1. Рекомендуемая литература

ВВЕДЕНИЕ

        Русское средневековое зодчество - одна из наиболее ярких страниц в истории культуры Руси. Памятники архитектуры наполняют живым, образным содержанием наши представления о развитии культуры, помогают понять многие стороны истории, не нашедшие отражения в письменных источниках. В полной мере это относится и к монументальному зодчеству древнейшего, домонголь­ского периода. Как и в западно-европейском средневе­ковье, русская архитектура X-XIII вв. была главным видом искусства, подчинявшим и включавшим в себя многие другие его виды, в первую очередь живопись и скульптуру. От этой поры до наших дней сохранились блестящие памятники, зачастую не уступающие по своему художественному совершенству лучшим шедеврам миро­вой архитектуры.         Грозы, пронесшиеся над Русью, к сожалению, стерли с лица земли многие памятники зодчества. Более трех четвертей древнерусских монументальных построек домонгольского периода не сохранилось и известно нам лишь по раскопкам, а иногда даже по одним только упоминаниям их в письменных источниках. Конечно, это очень затрудняло изучение истории древнерусского зод­чества. Тем не менее за три последних десятилетия в дан­ной области достигнуты очень большие успехи. Они об­условлены несколькими причинами. Прежде всего следует отметить методологический подход, предусматривающий анализ развития зодчества в неразрывной связи с соци­ально-экономической и политической историей Руси, с развитием русской культуры. Не менее важно и то, что благодаря широкому размаху архитектурно-архео­логических исследований значительно увеличилось коли­чество памятников, привлекаемых к изучению. Реставра­ционные работы, проведенные на многих из них, позво­лили приблизиться к пониманию первоначального облика сооружений, который за долгие годы существования и эксплуатации, как правило, оказывался искаженным. Очень важно также, что памятники зодчества рассматри­вают теперь комплексно, учитывая в равной степени и исторический, и художественный, и строительно-техни­ческий аспекты.         В результате достигнутых успехов появилась возмож­ность понять пути развития древнерусского зодчества с гораздо большей, чем ранее, полнотой. Не все в этом процессе еще вполне ясно, многие памятники до сих пор еще не изучены, но общая картина тем не менее выри­совывается сейчас уже достаточно определенно. Дать обзор развития русской архитектуры X -XIII вв. - задача настоящей книги.

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ

        История зодчества Древней Руси - молодая наука. Еще в XVIII в. памятники древнерусской архитектуры обычно называли готическими. Сам термин свидетельствует, что памятники эти отличали от построек античного и нового времени, но не отделяли от архитектуры других стран, не видели национальной специфики русского зодчества. Средневековые памятники в продолжение всего XVIII в. считали варварскими, памятниками дурного вкуса, недо­стойными изучения. Пренебрежительное отношение к архитектуре и искусству средневековья не было осо­бенностью русской культуры, совершенно так же обстояло дело и в Западной Европе. Правда, наиболее талантливые русские зодчие уже во второй половине XVIII в. любо­вались сохранившимися памятниками древнерусского зодчества, зарисовывали их, использовали в своем твор­честве некоторые мотивы этой архитектуры. И все же даже в самом конце XVIII в. памятники древнего русского зодчества еще очень редко привлекали внимание, причем уделялось оно почти исключительно уцелевшим построй­кам XVI-XVII вв.         Интерес к древнерусским памятникам заметно повы­сился в начале XIX в., что было связано со сложением в русской культуре, и прежде всего в русской литературе, романтического направления. В большинстве случаев внимание на отдельные древнерусские здания было обра­щено из-за практических задач - необходимости прове­дения ремонтов или перестроек древних церквей. А так как действующие церкви, как правило, были возведены не ранее XVI в., то естественно, что наибольший интерес вызывала архитектура именно этих поздних периодов, т. е. архитектура Москвы и отчасти Новгорода. Древ­нейший, домонгольский период развития русского зод­чества привлекал к себе значительно меньше внимания. Здесь репертуар памятников по существу ограничивался несколькими сооружениями - киевским и новгородским Софийскими соборами, Спасским собором в Чернигове, двумя-тремя церквами во Владимире. Впрочем, иногда все же предпринимались уже и специальные работы, ставившие перед собой исследовательские цели. Так, в 1809 - 1810 гг. состоялось “ученое путешествие по России” К. М. Бороздина и сопровождавших его рисо­вальщика и архитектора. Это была первая попытка целеустремленного изучения памятников древнего рус­ского зодчества. Во время путешествия были исполнены рисунки и чертежи, составившие несколько альбомов, которые, к сожалению, не были опубликованы, и даже сведения о них проникли в научную литературу только в третьей четверти XIX в.         В 1824 г. по инициативе киевского митрополита были раскопаны фундаменты древнейшего памятника русского монументального зодчества - Десятинной церкви в Киеве. И хотя это было вызвано необходимостью проверки фундаментов в связи с предположением построить на данном месте новую церковь, при вскрытии были решены и не­которые чисто научные задачи: сделано описание раско­панных остатков и даже подняты вопросы изучения древ­ней строительной техники. В программе исследования Десятинной церкви, составленной в 1826 г. президентом Академии художеств А. Н. Олениным для архитектора Н. Е. Ефимова, указывалось, что следует не только обме­рить фундаменты древней церкви, но и определить “способ кладки фундаментов и употребленные для того мате­риалы”, а также изучить “древние части Софийского собора и других подобных тому церквей в Киеве”. Впро­чем, о научном уровне проведенного предприятия свиде­тельствует то, что для удобства возведения здесь нового храма “древние стены сломаны до основания”.         О пробуждении интереса к древнерусским памятникам можно судить по тому, что в 30-х гг. XIX в. несколько архитекторов и художников были специально команди­рованы Академией художеств в Киев, Москву, Новгород, Владимир, Юрьев-Польский для изучения там древних храмов. Появились и первые любители-археологи, инте­ресовавшиеся историей древнерусского зодчества. Так, в 1836 г. “купеческий сын” Д. Тихомиров начал раскопки храмов в Старой Рязани. Он писал, что цель его раскопок - “открыть место погребения великих князей и архипастырей рязанских”, но в действительности его гораздо больше интересовала архитектура раскапывае­мых памятников, и исследования он вел, “чтобы лучше можно было иметь понятие об архитектуре XII в.”.         Ценность памятников древнего зодчества именно как памятников независимо от их использования постепенно завоевывала признание. Когда в 30-е гг. XIX в. восста­навливали Спасскую церковь Евфросиньева монастыря в Полоцке, необходимость реставрации аргументировали уже не только религиозными мотивами, но и тем, что здание представляет “драгоценный для России памятник древнего зодчества”.         В 1836 г. в московском архитектурном училище был заслушан доклад А. Мартынова “Речь об архитектуре в России до XVIII столетия”. В нем говорилось: “. . .не любопытно ли и вместе с тем не поучительно ли знать, как возникла архитектура в нашем Отечестве? Какой был ее ход, развитие, ее действие и успехи?”. Через 10 лет вышла в свет первая тетрадь работы Мартынова “Русская старина в памятниках церковного и граждан­ского зодчества” с его рисунками и текстом Н. М. Сне­гирева. Это был первый в России труд, специально посвя­щенный публикации памятников древнерусской архи­тектуры. А еще через 4 года начали выходить “Памятники Древнего русского зодчества”, выпускаемые Ф. Рихтером, где постройки были зафиксированы уже не в рисунках, а в документальных чертежах. Оба названных издания посвящались в основном произведениям московского зодчества, а здания домонгольского времени были включены в них лишь в виде исключений. Примерно в эти же годы, т. е. в середине XIX в., появились и первые серьезные работы, посвященные отдельным памятникам русской архитектуры древнейшей поры. Такова, например, моно­графия С. Строганова “Дмитриевский собор во Влади­мире”. В ней наряду с подробным описанием памятника, хорошими чертежами и копиями фресок имеется и исследовательская часть. Автор отмечает участие в строитель­стве Дмитриевского собора романских зодчих и относит этот памятник вместе с церковью Покрова на Нерли, боголюбовским комплексом и Успенским собором во Вла­димире к одной архитектурной школе - уже “не визан­тийской, а ломбардской”.         Изучение памятников древней русской архитектуры было включено в программу работ созданного в Москве Археологического общества. В речи А. С. Уварова, про­изнесенной в 1864 г. на открытии первого заседания этого общества, говорилось: “Не только мы, но и наши предки не умели ценить важности родных памятников. Без всякого сознания, с полным равнодушием, безобразней исправляя старинные здания или восстанавливая их сызнова, они не понимали, что каждый раз вырывали страницу из нашей летописи”.         С 70-х гг. XIX в. изучение памятников древнерусского зодчества становится более интенсивным. При этом заметно повышается научный уровень исследований, что было связано в первую очередь с более активным участием профессионалов-архитекторов. Огромную роль в развитии историко-архитектурной науки сыграли археологические съезды. Их организаторы понимали археологию очень широко и включали в нее не только раскопки, но и изучение сохранившихся памятников древнего зодчества Уже в “Трудах I археологического съезда”, опубликованных в 1871 г., была помещена статья А. С. Уварова “Взгляд на архитектуру XII века в Суздальском княжестве”. Статья начинается с фразы: “Наши архитектурные памятники так мало подвергались ученой и обстоятельной критике, что не могли доселе еще достигнуть до прямой своего значения - источников для определения характер, русской архитектуры”. В той же книге помещено еще несколько статей о владимиро-суздальских памятниках Особый интерес представляет работа Н. А. Артлебена опубликованная в 1880 г., в которой дан детальный обзор 11 владимиро-суздальских памятников XII - XIII вв. В связи с III археологическим съездом особое внимание было обращено на памятники Киевской земли. В архитектурных журналах все чаще стали появляться статьи и информации об исследовании древних зданий.         Внимание, уделяемое памятникам древнерусского зодчества, определялось, как и прежде, не только научными интересами, но и практическими нуждами. Раньше они заключались в необходимости реставрировать древние храмы, используемые по их прямому, культовому назначению. Позднее к ним добавились требования зодчих, пытавшихся создать новый, современный национальный стиль русской архитектуры. Памятники средневекового зодчества оказались особенно важными именно в то время когда архитекторы стремились сбросить узы классицизма и основанную на классицизме эклектику, чтобы создать архитектуру, в которой, по словам В. Даля, “наружные части строений и украшения были бы, так сказать, продолжением внутреннего устройства и конструкции здания, а не представляли бы набор прилепленных к стене украшений”. Таким образом, академические вопросы истории архитектуры приобрели неожиданную актуальность.         Однако актуальность и остроту эти вопросы приобрели еще и потому, что оказались тесно связанными с пери­петиями идеологической борьбы славянофилов и запад­ников. Так, очень характерна книга В. И. Бутовского “Русское искусство и мнение о нем Е. Виолле-де-Дюка, французского ученого-архитектора, и Ф. И. Буслаева, русского ученого-археолога” (1879 г.). Материал, на ко­торый опирались спорившие стороны, - в основном древнерусский орнамент, но в дискуссии затрагивался и ряд вопросов происхождения архитектурных форм. Буслаев полагал, что ведущие архитектурные импульсы шли на Русь из Византии с присоединением позже романских влияний, а чисто восточные элементы проникали в основ­ном также через Византию. Бутовский же считал, что Русь все получила непосредственно из древних восточных традиций, и именно это обстоятельство, по его мнению, является основой самобытности русского искусства.         В связи с вопросами национального своеобразия древ­ней русской архитектуры особое внимание привлекли роль деревянного зодчества и его влияние на развитие мону­ментальной каменной архитектуры. Очень решительную позицию занял В. В. Стасов, утверждавший, что “русский народ - это по самой натуре своей, по всем привычкам своим - народ плотников, а не народ каменщиков”. Огромное значение деревянного зодчества на всех этапах развития русской архитектуры защищал и И. Е. Забелин.         К концу XIX в. дискуссии о самобытности древне­русского зодчества несколько утихли, но непосредствен­ная связь изучения древних памятников с нуждами совре­менного строительства оставалась непоколебленной. В 1895 г. Академия художеств начала издавать серию книг “Памятники древнего русского зодчества”, и в пре­дисловии к первому тому было четко сформулировано, что “потребность к более широкому изучению наших древних памятников” возникла “в виду возрастающего с каждым годом числа построек в русском стиле”. В этом издании, как и в выходивших на полвека ранее выпусках Ф. Рихтера, публиковались лишь полностью сохранившиеся постройки и совершенно не учитывались памятники, вскрытые раскопками. Между тем во второй поло­вине XIX в. было осуществлено уже несколько доста­точно серьезных археологических исследований остатков древнерусских зданий. Работы вели как местные краеведы (например, М. П. Полесский-Щепилло в Смоленске, А. В. Селиванов в Старой Рязани), так и специалисты-ученые (А. В. Прахов во Владимире-Волынском). Коли­чество изученных памятников зодчества домонгольской поры медленно, но неуклонно возрастало.         В конце XIX в. некоторые ученые впервые задумались над необходимостью дать не просто описание памятников и даже не характеристику различных архитектурных школ, а разработать общий взгляд на развитие русской архитектуры. Н. В. Султанов писал: “Из всех европей­ских государств Россия является единственным, которое имеет свою архитектуру, но не имеет ее истории”. Планы создания истории древнерусской архитектуры в 80-х гг. обсуждались в Обществе санкт-петербургских архитек­торов, а в 1894 г. вышла в свет первая “История русской архитектуры”, написанная А. М. Павлиновым.         Возрастание темпов развития историко-архитектурной науки сопровождалось заметным ростом научного уровня исследований. В начале XX в. были проведены серьезные реставрации нескольких древних церквей, а также детальные исследования еще целого ряда памятников, сопровождавшиеся раскопками (П. П. Покрышкин, Д. В. Милеев и др.). Все эти работы носили уже чисто научный характер и не зависели от практических нужд или тенденций развития “русского стиля”. В 1910 г. вышел в свет первый том “Истории русского искусства” И. Э. Грабаря. В создании разделов по древнерусскому зодчеству принимали участие также Г. Г. Павлуцкий, А. В. Щусев и В. А. Покровский. Написанный на высоком для того времени научном уровне и прекрасно изданный труд как бы подвел итоги изучения древнерусского зодчества в дореволюционный период.         В послереволюционные годы характер исследований древнерусского зодчества существенно изменился. Прак­тическая реставрация памятников и их раскопки на пер­вых порах несколько сократились, но в 20-30-х гг. уже серьезно занимались изучением отдельных объектов в Киеве, Чернигове, Полоцке, Смоленске (И. В. Моргилевский, Н. Е. Макаренко, Н. И. Брунов, И. М. Хозеров и др.). Работы носили целеустремленно-исследователь­ский характер, что позволило провести их на высоком научном уровне и получить чрезвычайно важные резуль­таты. Гораздо большее внимание, чем раньше, стали уделять общим проблемам истории архитектуры и развития архитектурных форм. В дореволюционное время даже в наиболее серьезных трудах исследователи, как правило, ограничивались изложением фактической стороны, т. е. описанием памятников, и в лучшем случае - определе­нием культурных влияний. Теперь впервые делаются попытки разобраться в закономерностях развития стиля. На смену архитекторам, которые почти безраздельно господствовали в этом разделе науки, приходят искусст­воведы (А. И. Некрасов, Н. И. Брунов), значительно продвинувшие вперед разработку основных проблем истории древнерусского зодчества. К тому же времени относятся и первые попытки связать историю искусства с основами марксистской методологии. Материалом по­добных построений являлось, как правило, изобразитель­ное искусство, но иногда затрагивались и историко-архитектурные проблемы. Далеко не всегда такие попытки были удачными, порой они приводили к вульгарно-социо­логическим выводам, но несомненно, что в целом это был очень важный шаг в развитии науки.         Появление первых обобщающих работ по истории древнерусского зодчества с особой ясностью показало, насколько незначителен фонд изученных памятников, насколько насущна задача увеличения их количества. В настоящее время на поверхности земли стоит всего около 30 более или менее полностью сохранившихся каменно-кирпичных древнерусских зданий домонгольской поры. Большинство их сильно перестроено в более позднее время, и судить о первоначальном облике этих зданий можно лишь после детального архитектурно-археологи­ческого исследования. Если считать и те памятники, которые были уничтожены сравнительно недавно, а также частично сохранившиеся, то и тогда их будет всего около 60. Следует учесть, что сюда входят памятники, построенные на всей территории Руси за период от конца X до середины XIII в. и относящиеся, таким образом, не только к разным периодам русской истории, но и к раз­личным архитектурным школам. Понятно, что это были крайне неполные, обрывочные сведения по истории древнерусского зодчества. Очевидно, что для получения более полной картины необходимо было привлечь и те памятники, остатки которых скрыты под землей. В связи с этим в 30-е гг. приступили к систематическим археологическим вскрытиям древних сооружений, наиболее важными среди которых были раскопки Н. Н. Воронина в Боголюбове и М. К. Каргера в Киеве. По существу они послужили началом нового этапа в изучении истории древнерусской архитектуры.         Великая Отечественная война прервала работы, однако уже в 1945 г. на I Всесоюзном археологическом сове­щании была сформулирована четкая задача - развернуть широкую архитектурно-археологическую деятельность. В материалах совещания отмечено: “Подлинная и полная история древнерусской национальной архитектуры может быть лишь результатом археологического раскрытия ее памятников и их реконструкции”. Последовавшее за этим развитие архитектурной археологии дало весьма значи­тельные результаты. Прежде всего в итоге работ резко выросло количество известных памятников: в настоящее время мы учитываем около 200 произведений русского зодчества домонгольского времени. 1) Число вводимых в научный оборот объектов за послевоенные годы увели­чилось, таким образом, почти втрое. Естественно, что ведущая роль в изучении древнейшего периода истории русской архитектуры перешла к археологам. Благодаря их работам история русской архитектуры не только пополнилась новыми памятниками, но и, что еще важнее, раскрылась с подлинно исторических позиций. Историю древнерусской архитектуры начали рассматривать в не­разрывной связи с социально-экономической и полити­ческой историей Руси, с развитием идеологии, литера­туры, других видов искусства. Такой методологический подход обеспечил возможность перехода к качественно новой, более высокой ступени в понимании развития зодчества. Широкий размах приобрели также исследо­вания сохранившихся построек, выяснение их первона­чального облика. Восстановление древних форм памят­ников большей частью ограничивалось их графической реконструкцией, но в нескольких случаях восстановление удалось исполнить в натуре; последнее относится к церквам Пятницы в Чернигове, Петра и Павла в Смо­ленске (П. Д. Барановский), Борисоглебской в Чернигове (Н. В. Холостенко), Спаса-Нередицы и Пятницкой (ниж­няя половина) в Новгороде (Г. М. Штендер). На многих памятниках проведены серьезные реставрационные ра­боты, в том числе такие сложные и капитальные, как реставрация Дмитриевского собора во Владимире (А. В. Столетов). Между археологами, раскапывающими памятники древнерусского зодчества, и архитекторами-реставраторами установился тесный контакт. Вместе с тем

Расположение памятников зодчества Древней Руси. Количество памятников: 1 - один-два, 2 - три-четыре, 3 - пять-девять, 4 - десять и более.

не прекращались и искусствоведческие исследования в области истории древнерусской архитектуры.         Очень существенным достижением в области изучения истории древнерусского зодчества является тенденция к комплексности решения проблем. При подобном подходе исследователей в равной мере интересуют как художественные, так и конструктивные вопросы, как связанные с памятниками идеологические проблемы, так и развитие архитектурных типов и форм. Раньше, как правило, эти стороны рассматривались по отдельности, что не позво­ляло раскрыть цельную и полнокровную картину развития архитектуры. Между тем изучение древнего зодчества необходимо проводить во всем многообразии его связей, в неразрывном сочетании собственно архитектурного аспекта с археологическим и историко-художественным.         Следует отметить, что в последнее время все большее внимание привлекают и строительно-технические во­просы, делаются попытки выяснить организацию древне­русского строительного производства. Уже самые первые шаги, сделанные в этом направлении, дали очень важные результаты.         Большие успехи, достигнутые в изучении зодчества домонгольской Руси, дают основания утверждать, что оно переходит теперь на новый, более высокий этап. Значи­тельное увеличение количества привлекаемых памят­ников, историчность и комплексность исследований позволяют обрисовать общую картину развития русской архитектуры X-XIII вв., проследить основные законо­мерности этого процесса.

Литература

1. Всеобщая история архитектуры: В 12-ти т. М., 1966, т. 3, с. 516- 656 (авторы разделов - Ю. С. Асеев, Н. Н. Воронин, П. Н. Мак­симов).         2. История русской архитектуры. 2-е изд. М., 1956, с. 11-63 (автор разделов - Н. И. Брунов).         3. История русского искусства: В 12-ти т. М., 1953, т. 1, с. 111-154, 304-329, 340-396 (автор разделов - Н. Н. Воронин).         4. История русского искусства : В 2-х т. М., 1978, т. 1, с. 8-14, 22-34 (авторы разделов - Н. Н. Воронин и П. А. Раппо­порт).         5. Максимов П. Н. Творческие методы древнерусских зодчих. М., 1976, с. 11-97.         6. Раппопорт П. А. Русская архи­тектура X -XIII вв. : Кат. па­мятников. Л., 1982. 136 с. Афанасьев К. Н. Построение архи­тектурной формы древнерус­скими зодчими. М., 1961. 270 с.         7. Воронин Н. Н. У истоков рус­ского национального зодче­ства. - Ежегодник Ин-та исто­рии искусств, М., 1952, с. 257 - 316.         8. Воронин Н. Н. Архитектурный па­мятник как исторический источ­ник. - СА, 1954, т. 19, с. 41-76.         9. Лазарев В. Н. Древнерусские моза­ики и фрески. М., 1973. 456 с.

studfiles.net

Зодчество и изобразительное искусство - Культура Древней Руси

Материал заимствован с сайта http://big-archive.ru/history/history_of_russia_1/11.php

Зодчество. Культовый характер искусства определил приоритет направлений и жанров, получивших преобладающее развитие. Здесь ведущие позиции занимало зодчество.

Русский город — это по преимуществу деревянный город. Изучение книжных миниатюр, археологические раскопки позволили отчасти воссоздать его облик. Он раскинут несколько шире, чем его европейский город-собрат. Дома с дворами. У знати терема в два-три, а то и четыре этажа.

В церковной архитектуре особенно ощутимо влияние Византии. Это и понятно: именно с помощью греческих зодчих, при участии мастеров по камню, мозаистов и строителей в Киеве и других центрах были воздвигнуты первые постройки. Древняя Русь переняла византийский тип крестово-купольного храма. При этом церкви очень скоро стали возводиться со сложной системой сводчатых и купольных перекрытий, что придало им особую монументальность.

К таким постройкам следует отнести знаменитый Софийский собор в Киеве, увенчанный 13 куполами. Величественный храм, в котором было все — и мощь, и торжественность, по праву стал главным храмом Древнерусского государства.

Очень скоро древнерусская архитектура приобрела самобытные и неповторимые черты. Вскоре после строительства киевского кафедрального собора появился Софийский собор и в Новгороде. Знаменательно, что это был не просто спор двух центров, объединение которых некогда послужило основой для Древнерусского государства; сошлись и различные эстетические представления: праздничности и гармоничности Софии Киевской была противопоставлена величавая суровость и лаконичность северной Софии Новгородской.

Обособление земель сопровождалось их экономическим и культурным расцветом. Отныне каждый из князей радел о процветании стольного города, который ни в чем не должен был уступать не только соседям, а и самому Киеву. Это способствовало тому, что

sites.google.com