История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Реферат на тему: "Судебная риторика Древней Греции". Риторика древней греции реферат


Доклад - Риторика русского языка, Древней Греции и Рима

ГОУ СПО САМАРСКИЙ СОЦИАЛЬНО – ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ

Доклад по культуре речи на тему

«РИТОРИКА РУССКОГО ЯЗЫКА, ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ И РИМА»

Выполнил студент 27 группы

Сидоров Дмитрий Александрович.

2010г.

Введение.

История ораторского искусства составляет одну из самых замечательных страниц истории культуры человечества.

Знакомство с историей ораторского искусства, знание его традиций, освоение опыта выдающихся ораторов прошлого позволяют повысить риторическую культуру, способствуют лучшей подготовке к практической деятельности.

Современный отечественный идеал мастерства публичного выступления сохраняет черты, определявшие его с древности. Поэтому изучение основ ораторского искусства целесообразно начать с исследования истоков такого идеала. Существенной чертой настоящего времени является обращение отечественных и зарубежных исследователей и практиков к периоду возникновения, становления и расцвета классической античной риторики. Именно с античной риторической классики берет свое начало и отечественная словесная культура.

Риторика Древней Греции

Первые систематические работы по теории ораторского искусства появились в Древней Греции. Их возникновение было связано с потребностью точно и красиво выражать мысли в философских беседах и судебной деятельности, в выступлениях государственных деятелей. Расцвет древнегреческой культуры в V-IV вв. до н.э. отразился и на ораторском искусстве. С середины V в. до н.э появляются первые риторы.

Беспокойный V век до н.э. выдвинул свободного человека как сгусток энергии и самостоятельности, какие только возможны в рамках рабовладельческого общества, и тем самым стал на путь антропоцентризма, прогрессирующего с каждым десятилетием. Отсюда та невероятная страсть к слову и преклонение перед его силой, которой отличались греки. Ведь всякий грек издревле славился как заядлый разговорщик, а гомеровские поэмы и до сих пор удивляют обилием и умелым построением речей. Греки, можно сказать, абсолютизируют слово, делая его владыкой всего сущего...

Возникновение и развитие риторики обусловлено рядом обстоятельств.

Во-первых, достигнутым уровнем духовной культуры древнегреческого общества. При общем подъеме экономической жизни здесь бурно развивались науки и искусства, судебная деятельность. Возникает потребность убеждения словом во многих диалогах и спорах, столкновениях обвинителей и защитников на судах. Страх перед правителем или наказанием, невежество или грубая сила уступают место диспутам и беседам, в которых обосновываются не только философские проблемы бытия, но и решение практических вопросов. Именно в этот период было понято значение и могущество слова. С древности дошли до нас меткие оценки речевой деятельности и значимости слова. Выражения «блистательность речи», «статность (тезисность) речи», «хорошо учит говорить тот, кто учит хорошо делать», «сказано – сделано», «пожалуйста, поменьше слов», «словоохотливый попутчик заменяет в дороге экипаж» и другие значимы и сегодня. Формирование и развитие риторического мастерства, осознание его важности происходило в тесной связи с теми культурными процессами и традициями, которые были характерны для Древней Греции. Если, например, история как дисциплина, философия и искусство имели лишь одну покровительницу — музу Клио, то красноречие находилось в ведении сразу трех богинь. Это были Пейто — богиня убеждения и две Эриды — богини спора.

Во-вторых, содержанием политико-правовой жизни древнегреческих городов-полисов. Во многих из них демократия была основой политического строя. Народное собрание, совет пятисот, народный суд – три государственных учреждения, достижение успехов в которых зависело в первую очередь от речевого искусства. Политическая карьера, защита своих прав определяются умелым владением речью, способностью воздействовать на слушателей, доказывать, убеждать, наиболее приятным образом привлекая их внимание. Речь оказывается реальным и эффективным инструментом приобретения славы, богатства. Могущество слова в политической жизни приравнивается к могуществу железа на войне. Суждения «Закон — это справедливое рассуждение, предписывающее то, что благородно», «Нет такого закона, который был бы удобен для всех», «Народное благо — высший закон» также пришли к нам из эпохи античности. Они наглядно свидетельствуют о мастерстве речи тех, кто их высказывал.

В-третьих, в основе античного судопроизводства лежала состязательность: обвинитель, и защищающийся произносили речи, стараясь убедить судей и присутствующих в своей правоте. Существовал актуальный «социальный заказ» на умение красиво и убедительно говорить, а также на определенную группу учителей риторики и составителей публичных речей. Именно в этот период возникла профессия логографа, который помогал гражданам составить судебную речь с использованием правил ораторского искусства и выступить с нею в судебном разбирательстве.

Следовательно, общественная жизнь Древней Греции была такова, что политику приходилось выступать в различных советах и на народных собраниях, полководцу – перед войском, частному лицу – перед судом и гражданами, а также на праздниках, дружеских встречах, поминовениях, которые бывали достаточно многолюдными. В этих условиях красноречие становится необходимым каждому свободному гражданину города-полиса.

Первый известный риторический трактат принадлежал писателю и политическому оратору Кораксу из Сицилии (род. ок. 467 до н.э.), обладавшему блестящими речевыми данными. Благодаря своему ораторскому дару он смог стать во главе управления республикой. Однако, оставив затем общественные дела, открыл школу красноречия.

Древнегреческий оратор Лисий (род. ок. 459 до н.э.), учившийся в школе красноречия Коракса, писал по заказу своих клиентов речи. Его речи – блестящий образец судебного красноречия того времени. Они отличаются убедительностью, логичностью рассуждений, простотой и яркостью языка. Большое влияние на Лисия оказали софисты. Он написал блестящую речь для Сократа, когда его судили по наговору за непочитание богов. Речь убедительно оправдывала Сократа с точки зрения соблюдения судебных норм и прекрасно построенных фраз. Но Сократ отверг ее, считая, возможно, излишней, так как был убежден в своей невиновности.

Основоположник софистики — древнегреческий оратор Горгий из Леонтин в Сицилии (род. ок. 483 до н.э.). Его считают создателем «украшенной» прозы и одного из первых учебников по риторике. Он сумел логически обосновать, что ничего из существующего не существует. Рассуждал он примерно так: ничто не существует; если что-либо существует, то оно непознаваемо; если оно и познаваемо, то для других непередаваемо и необъяснимо. Современнику Горгия и не менее известному софисту Протагору (род. ок. 480 до н.э.) принадлежит известное изречение: «Человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». И сегодня оно заставляет задуматься, выступает образцом философского красноречия.

В период расцвета афинской демократии софистами стали называть себя появившиеся платные преподаватели философии, этики, политики, других наук и искусств, и в особенности ораторского искусства – риторики. Появление этих учителей, предлагавших научить желающих «мудрости и добродетели», было ответом на потребности молодежи в образовании, в освоении искусства речи. Просветительская направленность деятельности софистов заметно оживила и наполнила новым содержанием общественную жизнь Греции.

Влияние софистики в момент зарождения риторики было существенным. Однако в дальнейшем пути их разошлись из-за преобладания в софистике негативных тенденций. Аристотель так оценивал современных ему софистов:

Софистика есть мудрость кажущаяся, а не подлинная, и софист – (это человек), умеющий наживать деньги от кажущейся, не подлинной мудрости.

Позднеантичное «софизм» происходит уже от древнегреческого слова «софисма» – «хитрая уловка, выдумка». Софизм представляет и сегодня рассуждение, кажущееся правильным, но содержащее скрытую логическую ошибку и служащее для придания видимости истинности ложному заключению. Софизм является особым приемом интеллектуального мошенничества, попыткой выдать ложь за истину и тем самым ввести оппонента в заблуждение.

Ученик Сократа Платон (род. около 430—427 до н.э.) противопоставил практической риторике софистов учение о подлинном красноречии.

Он первый, – пишет Диоген Лаэртский, – из философов дал ответ на речь Лисил… которую изложил слово за слово в своем «Федре». Он первый стал, рассматривать возможности грамматики.

В ранних диалогах Платона отражены стиль и характер бесед Сократа. Судя по этим диалогам, Сократ, вступая в спор с софистами, обсуждает смысл различных нравственных понятий (благо, мудрость, справедливость и т.д.). Как показывает Платон, Сократ начал впервые использовать индуктивный путь познания, давать общие определения на основе отношения частных. В его практике диалог сделался основным методом нахождения истины. Если предшествовавшие ему мыслители догматически выводили свои идеи, то Сократ пытался критически обсудить существующие позиции, точки зрения, заранее не отдавая предпочтения ни одной из них.

Дальнейшее развитие риторики связано с именем древнегреческого философа Аристотеля (384—322 до н.э.). Вначале он был слушателем в Академии Платона, затем преподавал в ней, став равноправным членом группы философов-платоников. Известен и как воспитатель. В течение нескольких лет был воспитателем Александра Македонского. В основанной Аристотелем школе преподавание осуществлялось дифференцированно, удовлетворяя запросы разных категорий учеников. Известно, что утром он в тесном кругу ближайших учеников вел строго научные занятия. После обеда читал общедоступные лекции для всех, кто желал его слушать. Противники опасались его речей, всегда логичных, стройных, остроумных, порой саркастических. Сочинения Аристотеля представляют нам образ человека с глубокой, искренней любовью к правде, отчетливым пониманием действительности со всеми ее сложными противоречивыми взаимоотношениями. Его работы поражают исключительной способностью к систематизации, классификации собранного фактического материала.

Риторика, по глубокому убеждению Аристотеля, это также искусство, также творчество, выросшее из диалектики бытия. Этим проблемам посвящен знаменитый аристотелевский трактат «Риторика», который композиционно состоит из трех книг.

Одним из известнейших ораторов древнего мира был ученик Платона и Сократа Демосфен (род. в 384 до н.э.). С детства он мечтал о славе оратора. Однако Демосфен не обладал природными данными для того, чтобы стать выдающимся оратором. Он был косноязычен, имел слабый голос, короткое дыхание, одно плечо его подергивалось. Несмотря на это, он принялся за самосовершенствование. Широко известны его упражнения, направленные на исправление своих недостатков. Он учился ясно произносить слова, набирая в рот камешки, гуляя по берегу моря, при шуме прибоя, заменявшем ему гомон людских собраний. Во время произнесения речей упражнялся в отработке выражений лица, позиций рук, туловища, стоя перед зеркалом. Спускавшийся с потолка меч колол его всякий раз, когда он по привычке приподнимал плечо.

Изучая образцы красноречия, Демосфен на недели заточал себя в комнате; сбривал себе волосы на половине головы, чтобы избежать соблазна бросить все и уйти. Речи Демосфена называют «зеркалом характера». Он не был ритором в том смысле, что не изобретал цветистости выражения, словесных украшений. Он действовал на слушателей силой убеждения, логикой, строгим развитием мысли, уместно и неопровержимо приводя примеры, доводы. Язык его стал величествен, но прост, серьезен и приятен, сжат, но вместе с тем изящен. Его успех держался не на эффектах, а на благородстве мысли, нравственности, высоком патриотизме.

Риторика Древнего Рима

Дальнейшее развитие теория и практика ораторского искусства получила в Древнем Риме. Выдающиеся сочинения по риторике были созданы древнеримским оратором Марком Туллием Цицероном (106—43 до н.э.). По его мнению, риторика представляет собой практически полезную систематизацию ораторского опыта. Из трех разделов древней философии: учения о природе, учения о нравственности и учения о логике Цицерон считал наиболее полезными для оратора последние два – этику и логику. Знание логики помогает правильно построить содержание речи и способствует выяснению дела. Используя этику, оратор сознательно выбирает тот прием, который вызовет нужную реакцию у слушателей, пробудит в них сильное чувство.

Глубиной разработки теории ораторского искусства, знанием и мастерским владением им Цицерон в значительной мере обязан своей активной практической деятельности. Иногда он был склонен упрекать толпу в отсутствии вкуса, но вместе с тем был вынужден его учитывать: римская публика формировалась на культуре площадей, любила эффектные приемы, оратор должен знать много и быть артистом. Он соблюдал существующие правила с той точностью, какой этого требовали обстоятельства. Когда было нужно, он с легкостью пренебрегал ими, демонстрируя разумную гибкость, большую творческую свободу и искусность. Он утверждал, что «говорить стройно и складно, но без мыслей есть недостаток разума, а говорить с мыслями, но без порядка и меры слов есть недостаток красноречия». Кроме того, оратору необходимо: расположить к себе слушателей; изложить существо дела; установить спорный вопрос; подкрепить свое положение; опровергнуть мнение противника; придать блеск своим аргументам.

В сокровищницу ораторского искусства вошли такие разноплановые, но точные выражения и поучения Цицерона: «Статность речи» (построенной в форме тезисов), «Они научились говорить перед другими, но не сами с собой», «Оживить (согреть) речь юмором», «Красноречие заключается в искусстве говорить», «Пустое словопрение» и др.

Древнеримская риторика разрабатывала свои правила преимущественно на конкретном материале судебного красноречия, включающего речи обвинительные и защитительные. Во вступлении оратор стремился добиться понимания у публики и предварительного расположения судей; далее в повествовании он вел последовательный рассказ о предмете разбирательства в желательном для него освещении; выдвигал доказательства и опровергал доводы противника.

Наконец, в заключении, в самой эмоциональной части речи, оратор старался воздействовать на чувства слушателей и судей, вызвать их сострадание к участи подсудимого или, напротив, возмущение его действиями, взывал о вынесении справедливого приговора. Правила композиции никогда не являлись строгим каноном. Сущность речи сама подсказывала возможные отклонения. Не считая непреложным традиционный порядок следования частей ораторской речи, Цицерон отступал от него, если того требовали польза и здравый смысл. Ведь кроме ясности, правдоподобия, разнообразия ситуация требовала от речи еще живости и непосредственности. Сама простота стиля рассматривалась как признак высокого мастерства.

Цицерон исходит из трех основных назначений ораторского искусства: учить, услаждать и побуждать. Идеальный оратор тот, кто в своих речах и поучает слушателей, и доставляет им наслаждение, и подчиняет себе их волю. Первое – его долг, второе – залог его популярности, третье – необходимое условие успеха.

Теорию риторики в Древнем Риме разрабатывал и Квинтилиан (около 35-95 гг. до н.э.). Известен его главный труд «Двенадцать книг риторических наставлений». Квинтилиан активно занимался обучением ораторскому искусству. Его школа в Риме стала первой государственной риторской школой. Сочинения Квинтилиана применялись как практическое руководство по риторике и в последующие эпохи.

Таким образом, античные теоретики заложили фундамент науки об ораторском искусстве, начали разрабатывать ее теорию, элементы которой используются вплоть до наших дней, и стали создавать методику обучения. Античная риторика почти без изменений была унаследована теориями словесности средних веков, Возрождения и нового времени.

Русская риторика IXX, XX века

Широкую известность в России получили многократно переизданные курсы риторики А.Ф. Мерзлякова (1809-1828), Н.. Кошанского (1829-1850), К.. Зеяенецкого (1846-1852) и др. Исследователи считают первую половину 19 века временем расцвета русской риторики.

Русская риторика конца 18 – начала 19 века имела традиционную трехчастную структуру – изобретение, расположение, выражение – и рассматривала классический набор предметов риторики: общие места, учение о страстях, периоды, тропы, фигуры и т.п.

Характерной особенностью русской риторики, отличавшей ее от всех других риторик, было деление ее на общую и частную. Общая риторика рассматривала общие законы речи, а частная описывала прозу, ее виды и разновидности. Эта традиция русской риторики шла от М.В. Ломоносова и продолжена выдающимися русскими филологами Я.В. Толмачевым, Н.Ф. Кошанским, М.М. Сперанским, К.П. Зеленецким и многими другими.

Во второй половине 19 века начинается постепенный упадок риторики как науки о прозе (деловой, научной, ораторской). Центром внимания филологической мысли становится изучение художественной прозы и поэтических форм речи.

Новая учебная дисциплина взяла из риторики ряд понятий и даже целых разделов, например, учение о композиции, о стилях речи, о фигурах стиля. Но традиционная трехчастная схема риторики нарушается. Многие вопросы, связанные с изложением изобретения, расположения и выражения, опускаются. Таким образом, как самостоятельная учебная дисциплина риторика ко второй половине 19 века оказалась утраченной.

Дальнейшее развитие курса теории словесности приводит к окончательному исчезновению из него правил риторики и самого термина риторика. Система правил искусства речи была окончательно заменена понятиями художественной стилистики, поэтики и эстетики. Задачей курса теории словесности в первой четверти 20 века становится формирование массового читателя художественной литературы. Теория словесности как курс, обучающий искусству речи, была разрушена, а затем и исключена из состава учебных дисциплин. Наследником теории словесности по существу становится стилистика, которая разрабатывала учение о видах языка и стиля. Наиболее крупными представителями этого направления филологической науки были С.Н. Обнорский, Л.П. Якубинский, В.В. Виноградов, П.А, Ларин, Л.В. Щерба и др.

После 1917 года делаются попытки возродить риторику как науку об ораторском искусстве, как учение о прозе. В 1918 году в Петрограде был создан «Институт живого слова». Выступая на открытии этого института, А.В. Луначарский говорил: Нужно вернуть человеку его живое слово. «Человек, который умеет говорить, то есть который умеет в максимальной степени передать свои переживания ближнему, убедить его, если нужно выдвинуть аргументы или рассеять его предрассудки и заблуждения, наконец, повлиять непосредственно на весь его организм путем возбуждения в нем соответственно чувств, этот человек обладает в полной мере речью».

В 1919 году ораторское искусство начали преподавать в Коммунистическом университете им. Я.М. Свердлова, а затем в созданном в Ленинграде Институте им. Володарского. В Московском университете и других вузах страны читался курс риторики.

В первые годы советской власти издано немало литературы по вопросам ораторского искусства. Авторы делали попытку осмыслить практику революционных ораторов, давали практические советы и рекомендации начинающим агитаторам. Впервые была описана пропагандистская речь.

Дальнейшее развитие нашего государства, укрепление тоталитарного режима, административно-командной системы управления, массовые репрессии привели к свертыванию различных форм публичной речи и значительно снизили интерес к научным разработкам в области ораторского искусства. В 50-60 годы ученые в основном занимались проблемами культуры речи. Все это привело к существенному отставанию в развитии риторики в нашей стране по сравнению с такими странами как США, Япония, Франция, в которых велась большая исследовательская работа в области ораторского искусства, речевого воздействия, словесной культуры, пропагандистского убеждения т. п.

Общественный и научный интерес к проблемам ораторского искусства в нашей стране вновь возродился в 70-х годах в связи с запросами и требованиями устной агитации и пропаганды, особенно лекционной пропаганды. Ораторскому искусству начали обучать в некоторых вузах страны.

Огромная заслуга в привлечении общественного внимания к теоретическим и практическим проблемам ораторского искусства принадлежит Всесоюзной организации общества «Знание». Она стала инициатором и организатором ежегодных научно-практических конференций по вопросам ораторского искусства и лекторского мастерства. Были открыты многочисленные школы молодого лектора, университеты лекторского мастерства, постоянно действующие семинары для лекторов, агитаторов, пропагандистов.

Стала разворачиваться исследовательская работа в области ораторского искусства. Появилось значительное количество диссертаций, опубликована многочисленная научная и методическая литература. Развитие риторической теории в современных условиях происходит на стыке целого ряда наук: философии, логики, психологии, языкознания, теории речевой деятельности, теории массовой коммуникации, социологии и т.д. Поэтому проблемами ораторского искусства занимаются специалисты разных областей знания.

www.ronl.ru

Доклад - Риторика в Древней Греции

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«ЧИТИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ЧитГУ)

ИНСТИТУТ ПЕРЕПОДГОТОВКИ И ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «РИТОРИКА»

Тема: История риторики.

Риторика в Древней Греции.

Выполнила:

ст. гр. ЮВ-08

Т.А.Смоголева

Проверила:

А.А.Чеботарева

Чита 2008

Содержание

Введение с.3

1. Причины возникновения риторики как науки с.4-7

2. Первые учителя риторики с.7-8

3. Сократ и Платон с.8-10

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики с.10-13

Заключение с.14

Список использованных источников литературы с.15

Практическая часть с.16

Введение.

Публичная речь была наиболее распространенным жанром в среде образованных людей античности. Знания, дающие людям владение устной речью, занимающей умы и сердца людей, называлось риторикой. По месту, за­нимаемому в искусстве художественного слова древней Эллады, риторика была сопоставима с такими жанрами искусства, как героический эпос или классическая греческая драма. Разумеется, подобное сопо­ставление допустимо лишь для эпохи, в которой эти жанры сосуществовали. Впоследствии, по степени влияния на развитие более поздней европейской литературы риторика, игравшая еще значительную роль в средние века, в новое время уступила место другим жан­рам словесности, определившим характер национальных культур Европы на многие века. Надо особо отметить, что из всех видов художественного слова в античном мире публичная речь была наиболее тесно связана с современной ей политиче­ской жизнью, социальным строем, уровнем образования людей, бытом, образом мышления, наконец, с особенностями развития культуры народа, создавшего этот жанр.

1. Причины возникновения риторики как науки

Любовь к красивому слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже в самых ранних произведениях греческой литературы— в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование словом, его волшебной силой— так, оно там всегда «крылатое» и может поражать, как «оперенная стрела». В поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме— диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повество­вательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспри­нимается современным читателем как растянутость и изли­шество.

Сам характер греческой литературы благоприятствовал раз­витию ораторского искусства. Она была гораздо более «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредст­венное восприятие слушателями, почитателями ли­тературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преиму­ществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом написанным. Непосредствен­ный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пла­стика жеста и движения, наконец, само обаяние личности ора­тора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффектна. Публичная речь — это всегда искусство.

В Греции классической эпохи, для социального строя кото­рой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде — рабовладельческой демократии, создались осо­бо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, — по крайней мере номиналь­но — было Народное собрание, к которому политический дея­тель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание на­родных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опро­вергая при этом доводы своих противников. В такой ситуа­ции форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могу­ществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово»,— утверждал Деметрий Фалеркий.

Практическими потребностями греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало выс­шей ступенью античного образования. 3дачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали по­являться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, при­меняемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслит­ся Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способ­ность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он де­лит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных—скло­нять или отклонять, судебных — обвинять или оправдывать, эпидиктических—хвалить или порицать. Здесь же опреде­ляется тематика совещательных речей—это финансы, вой­на и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законо­дательство.

Из упомянутых трех жанров публичной речи в классиче­ской античности наиболее важным был жанр совещательный, или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов ока­зываются ярким примером искусства ради искусства. Одна­ко далеко не все эпидиктические речи были бессодержатель­ными. Историк Фукидид включил в свое сочинение надгроб­ное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, пред­ставляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи рас­цвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника ис­кусства.

Особенно распространенным жанром в древности были су­дебные речи. В жизни древнего грека суд занимал очень боль­шое место, но весьма мало походил на современный. Института прокуроров не существовало, обвинителем мог выступить каж­дый. Обвиняемый защищался сам: выступая перед судьями, он стремился не столько убедить их в своей невиновности, сколько разжалобить, привлечь их симпатии на свою сторону. Для этой цели применялись самые неожиданные, на наш взгляд, приемы. Если обвиняемый был обременен семьей, он приводил своих детей, и те умоляли судей пощадить их отца. Если он был вои­ном— он обнажал грудь, показывая рубцы от ран, полученных в боях за родину. Если он был поэтом— он читал свои стихи, демонстрируя свое искусство (такой случаи известен в биогра­фии Софокла). Перед громадной с нашей точки зрения судей­ской коллегией (в Афинах нормальное число судей было 500, а всего суд присяжных, гелиэя, насчитывал 6000 человек!) дове­сти до каждого суть логических доводов было делом почти без­надежным: гораздо выгоднее было любым способом подейство­вать на чувства. «Когда судьи и обвинители — одни и те же лица, необходимо проливать обильные слезы и произносить ты­сячи жалоб, чтобы быть с благожелательностью выслушанным»,— писал опытный мастер и знаток проблем риторики Дионисий Галикарнасский.

В условиях запутанного судебного права, судиться в древ­них Афинах было делом нелегким, к тому же не все обладали даром слова, чтобы расположить к себе слушателей. Поэтому тяжущиеся прибегали к услугам лиц опытных, а главное, обла­давших ораторским талантом. Эти люди, ознакомившись с су­ществом дела, составляли за плату выступления своих клиен­тов, которые те заучивали наизусть и произносили на суде. Та­ких сочинителей речей называли логографами. Бывали случаи, когда логограф составлял одновременно речь и для истца и для ответчика — то есть в одной речи опровергал то, что утверждал в другой (Плутарх сообщает, что однажды так поступил даже Демосфен).

2. Первые учителя риторики. Лисий

Самым выдающимся афинским оратором классической эпо­хи в области судебного красноречия был, несомненно, Лисий (ок. 415—380 гг. до н. э.). Отец его был метеком (свободным, но не имевшим гражданских прав человеком) и владел мастер­ской, в которой изготовлялись щиты. Будущий оратор вместе с братом учился в южно-италийском городе Фурии, где слушал курс риторики у известных софистов. Примерно в 412 году Лисий возвратился в Афины. Афинское государство в это время находилось в трудном положении — шла Пелопоннесская вой­на, неудачная для Афин. В 405 году Афины потерпели сокру­шительное поражение. После заключения унизительного мира к власти пришли ставленники победившей Спарты, «30 тиранов», проводившие политику жестокого террора по отношению к демократическим и просто бесправным элементам афинского обще­ства. Большое состояние, которым владели Лисий и его брат, бы­ло причиной расправы над ними. Брат Лисия был казнен, самому оратору пришлось спасаться бегством в соседнюю Мегару. После победы демократии Лисий вернулся в Афины, но получить гражданские права ему так и не удалось. Первой судебной речью, произнесенной Лисием, бы­ла речь против одного из тридцати тиранов, виновного в смерти его брата. В дальнейшем он писал речи и для других лиц, сде­лав это своей главной профессией. Всего ему приписывалось в древности до 400 речей, но до нас дошло только 34, причем не все из них подлинные. Подавляющее большинство сохранивших­ся относятся к жанру судебных, но в сборнике мы находим и политические, и даже торжественные речи — например, над­гробное слово над телами воинов, павших в Коринфской войне 395 — 386 годов. Характерные черты стиля Лисия четко отмеча­ются древними критиками. Изложение его просто, логично и выразительно, фразы кратки и построены симметрично, оратор­ские приемы изысканны и изящны. Лисий заложил основу жан­ра судебной речи, создав своеобразный эталон стиля, компози­ции и самой аргументации — последующие поколения ораторов во многом ему следовали. Особенно велики его заслуги в созда­нии литературного языка аттической прозы. Мы не найдем у него ни архаизмов, ни запутанных оборотов, последующие кри­тики (Дионисий Галикарнасский) признавали, что никто впослед­ствии не превзошел Лисия в чистоте аттической речи. Живым и наглядным делает рассказ оратора обрисовка характера (эпопея) — причем не только характеров изображаемых лиц, но и характера говорящего лица (например, сурового и простодуш­ного Евфилета, в уста которого вложена речь «Об убийстве Эратосфена»).

3. Сократ и Платон

Что в жанре судебного красноречия сделал Лисий, то в жан­ре торжественного красноречия сделал Сократ (ок. 436— 338 гг.), происходивший из зажиточной прежде, но разорившей­ся афинской семьи. Смолоду он тоже был вынужден избрать себе профессию логографа, впоследствии открыл ораторскую школу с высокой платой за обучение, из которой вышли мно­гие политики, ораторы и писатели. Школа Сократа была одно­временно чем-то вроде политического кружка с идеями и на­строениями, враждебными афинской демократии (чему немало способствовал аристократический состав учащихся), поэтому глава школы неоднократно обвинялся в «развращении юноше­ства».

Литературная деятельность Сократа по времени совпала с политическим кризисом греческого общества и ожесточенной классовой борьбой в греческих городах, где попеременно брали верх то демократические, то олигархические элементы. Следст­вием ее было увеличение числа безработных и разорившихся людей. Бесконечные междоусобные воины не привели к устой­чивой гегемонии какого-нибудь одного из греческих государств и только истощили их экономический и политический потенци­ал. Воспользовавшись создавшимся положением, македонский царь Филипп сумел в 338 году нанести сокрушительное пора­жение объединившимся против него полисам и установить над Грецией политический контроль.

В таком сложном переплетении политических и социаль­ных противоречий Сократ выдвинул в своих речах, распрост­ранявшихся в письменном виде, политическую программу спа­сения Эллады. Впервые он выступил с ней в своей речи «Панегирик») в 380 году; суть ее заключалась в том, чтобы объ­единить силы греков для борьбы против варваров — то есть для завоевания Персии. В дальнейшем он обращался с этой идеей к различным монархам и тиранам Греции. Последний, к которому он обратился, Филипп II, действительно начал го­товить этот поход, завершить который ему не удалось(это выполнил его сын, Александр Македонский). Сократ практи­чески стал идеологом промакедонской партии в Афинах, вокруг которой группировались в основном граждане из зажиточных кругов.

Приемы ораторского искусства Сократа развивают прин­ципы, выдвинутые Горгием. Особенностью стиля Сократа яв­ляются сложные периоды, обладающие, однако, ясной и четкой конструкцией и поэтому легкодоступные для понимания. Для его стиля характерно также ритмическое членение речи, плав­ность которой достигалась тщательным избеганием так назы­ваемого зияния—стыка гласных в конце слова и в начале другого.

В школе Сократа были выработаны основные принципы композиции ораторского произведения, которое должно было содержать следующие части: 1) введение, целью которого было привлечь внимание и благожелательность слушателей; 2) изло­жение предмета выступления, сделанное с возможной убеди­тельностью; 3) опровержение доводов противника с аргумента­цией в пользу собственных; 4) заключение, подводящее итог всему сказанному.

Как мастер красноречия, Сократ считался в древности выс­шим авторитетом— о популярности его произведении говорит большое количество отрывков из его речей, найденных на па­пирусах. Его литературное наследие ближе всего стоит к тому, что мы сейчас называем публицистикой. Бесспорная заслуга Сократа состоит в совершенствовании стиля письменной речи, отличия которой от устной подчеркивает Аристотель: «Один слог для речи письменной, другой для речи в споре, один для речи в собрании, другой для речи в су­де. Надо владеть обоими». Но крупнейший римский теоретик красноречия Квинтилиан сознавал недостатки, свойственные ли­тературному творчеству Сократа, о чем говорит его оценка:«Стиль Сократа полон многочисленных украшений и отлича­ется большой гладкостью в различных жанрах ораторского ис­кусства… Он тренирован скорее для арены, чем для поля боя...» В какой-то мере это понимал и сам оратор, когда писал в речи «Филипп»: «Для меня не осталось скрытым, насколько большей убеждающей силой обладают речи про­износимые по сравнению с речами, предназначенными для чтения...»

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики

Величайшим мастером устной, по преимуществу политиче­ской, речи стал великий афинский оратор Демосфен (385— 322 гг.). Он происходил из зажиточной семьи—отец его владел мастерскими, в которых изготовлялись оружие и мебель. Очень рано Демосфен осиротел, состояние его попало в руки опеку­нов, оказавшихся нечестными людьми. Самостоятельную жизнь он начал с процесса, в котором выступил против расхитителей (произнесенные им в связи с этим речи сохранились). Еще до этого он стал готовиться к деятельности оратора и учился у известного афинского мастера красноречия Исея. Простота сло­га, сжатость и значительность содержания, строгая логика доказательства, риторические вопросы—все это было заимствова­но Демосфеном у Исея.

С детства Демосфен обладал слабым голосом, к тому же он картавил. Эти недостатки, а также нерешительность, с которой он держался на трибуне, привели к провалу его первых выступ­лений. Однако упорным трудом (существует легенда, что, стоя на берегу моря, он часами декламировал стихи, заглушая зву­ками своего голоса шум прибрежных волн) он сумел преодо­леть недостатки своего произношения. Интонационной окраске голоса оратор придавал особое значение, и Плутарх в биогра­фии оратора приводит характерный анекдот: «Рассказывают, что к нему пришел кто-то с просьбой сказать речь на суде в его защиту, жалуясь на то, что его поколотили. «Нет, с тобой ниче­го подобного не было»,— сказал Демосфен. Возвысив голос, по­сетитель закричал: «Как, Демосфен, этого со мной не было?!»— «О, теперь я ясно слышу голос обиженного и пострадавшего»,— сказал оратор...»

В начале своего творческого пути Демосфен выступал с су­дебными речами, но в дальнейшем он все больше втягивался в бурную политическую жизнь Афин. Вскоре он стал ведущим политическим деятелем, часто выступая с трибуны Народного собрания. Он возглавил патриотическую партию, боровшуюся против македонского царя Филиппа, неустанно призывая всех греков к единству в борьбе против «северного варвара». Но, подобно мифической пророчице Кассандре, ему суждено было возвещать истину, не встречая понимания или даже сочувствия.

Филипп начал свои натиск на Грецию с севера — постепен­но подчинил города Фракии, овладел Фессалией, затем утвер­дился в Фокиде (Средняя Греция), засылая своих агентов даже на остров Евбея, в непосредственном соседстве от Афин. Первая война Афин с Филиппом(357—340 гг.) закончилась невыгод­ным для Афин Филократовым миром, вторая(340—338 гг.)— сокрушительным поражением греков при Херонее, где Демос­фен сражался как рядовой боец. Две самые знаменитые речи Демосфена связаны именно с этими событиями. После Филократова мира он обличал виновников его в речи «О преступ­ном посольстве»(343 г.), а после Херонеи, когда за услуги оте­честву было предложено наградить оратора золотым венком, ему пришлось отстаивать свое право на эту награду в речи «О венке»(330 г.). Великому оратору было суждено пережить еще одно поражение своей родины, в Ламийской войне 322 го­да, когда греки, воспользовавшись замешательством после смер­ти Александра Македонского, выступили против его преемников.

На этот раз македонские войска захватили Афины. Демос­фену вместе с другими вождями патриотической партии пришлось бежать. Он укрылся в храме Посейдона на острове Калаврия. Настигшие его там македонские солдаты хотели вывести Демосфена силой, тогда он попросил времени напи­сать письмо друзьям, взял папирус, задумчиво поднес к гу­бам тростниковое перо и прикусил. Через несколько секунд он упал мертвым — в тростнике был спрятан быстродейству­ющий яд.

В литературном наследии Демосфена (до нас дошла 61 речь, но не все, видимо, являются подлинными) именно политиче­ские речи определяют его место в истории греческого оратор­ского искусства. Они сильно отличаются от речей Сократа. Так, например, вступление в речах Сократа обычно растянуто; напротив, поскольку речи Демосфена произносились на живо­трепещущие темы и оратор должен был сразу же привлечь вни­мание, вступление в его речах было по большей части кратким и энергичным. Обычно оно содержало какую-нибудь сентенцию (гному), которая затем развивалась на конкретном примере. Главной частью речи Демосфена является рассказ— изложение существа дела. Строится он необычайно искусно, все в нем полно экспрессии и динамики. Здесь налицо и пылкие обраще­ния к богам, к слушателям, к самой природе Аттики, и красоч­ные описания, и даже воображаемый диалог с противником. Поток речи приостанавливается так называемыми риторичес­кими вопросами: «В чем же причина?», «Что же это на самом деле значит?» и т. п., что придает речи тон необыкновенной искренности, в основе которой лежит подлинная озабоченность делом.

Демосфен широко применял тропы, в частности метафору. Источником метафоры нередко оказывается язык палестры, гимнастического стадиона. Очень изящно используется противо­поставление, антитеза — например когда сравнивается «век ны­нешний и век минувший». Применявшийся Демосфеном прием олицетворения кажется необычным для современного читателя: он заключается в том, что неодушевленные предметы или абст­рактные понятия выступают как лица, защищающие пли опро­вергающие доводы оратора. Соединение синонимов в пары:«смотрите и наблюдайте», «знайте и понимайте»— способство­вало ритмичности и приподнятости слога. Эффектным приемом, встречающимся у Демосфена, является «фигура умолчания»: оратор сознательно умалчивает о том, что он непременно дол­жен был бы сказать по ходу изложения, и слушатели неизбеж­но дополняют его сами. Благодаря такому приему нужный ора­тору вывод сделают сами слушатели, и он тем самым значи­тельно выиграет в убедительности.

Заключение.

Жанр Древнегреческой ораторской культуры не погиб вместе с античной цивилизацией, но, не смотря на то, что высоты этого жанра до сих пор так и остались недосягаемыми для современников, он продолжает жить в нынешнее время. Живое слово было и остается важнейшим орудием христианской проповеди, идеологической и политической борьбы современности. И именно риторическая культура античности лежит в основе гуманитарного образования Европы со времен Ренессанса вплоть до 18 столетия. Не случайно в наши дни сохранившиеся тексты речей античных ораторов имеют не только исторический интерес, а оказывают мощное влияние на события современности, сохраняют огромную культурную ценность, являясь образцами убедительной логики, вдохновенного чувства и истинно творческого стиля.

Список использованных источников литературы.

1. М. Гаспарова, В. Борухович «Ораторское искусство древней Греции», М, Художественная литература, 1985г.;

2. Козаржевский А. Ч. Античное ораторское искусство. М., 1980

3. Безменова Н. А. Очерки по теории и истории риторики. М., 1991

Практическая часть

Перепишите, записывая числительные прописью: Из 58 нужно вычесть 13. Около 168 килограммов яблок собрали с 3 яблонь. Она очень жалела о 248000 рублях, которые потеряла на рынке. Книга издана с 83 иллюстрациями.

Из пятидесяти восьми нужно вычесть тринадцать.

Около ста шестидесяти восьми килограммов яблок собрали с трех яблонь.

Она очень жалела о двухстах сорока восьми тысячах рублей, которые потеряла на рынке.

Книга издана с восьмидесью тремя иллюстрациями.

www.ronl.ru

Риторика в Древней Греции - Реферат

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«ЧИТИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ЧитГУ)

ИНСТИТУТ ПЕРЕПОДГОТОВКИ И ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «РИТОРИКА»

Тема: История риторики.

Риторика в Древней Греции.

Выполнила:

ст. гр. ЮВ-08

Т.А.Смоголева

Проверила:

А.А.Чеботарева

Чита 2008

Содержание

Введение с.3

1. Причины возникновения риторики как науки с.4-7

2. Первые учителя риторики с.7-8

3. Сократ и Платон с.8-10

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики с.10-13

Заключение с.14

Список использованных источников литературы с.15

Практическая часть с.16

Введение.

Публичная речь была наиболее распространенным жанром в среде образованных людей античности. Знания, дающие людям владение устной речью, занимающей умы и сердца людей, называлось риторикой. По месту, за­нимаемому в искусстве художественного слова древней Эллады, риторика была сопоставима с такими жанрами искусства, как героический эпос или классическая греческая драма. Разумеется, подобное сопо­ставление допустимо лишь для эпохи, в которой эти жанры сосуществовали. Впоследствии, по степени влияния на развитие более поздней европейской литературы риторика, игравшая еще значительную роль в средние века, в новое время уступила место другим жан­рам словесности, определившим характер национальных культур Европы на многие века. Надо особо отметить, что из всех видов художественного слова в античном мире публичная речь была наиболее тесно связана с современной ей политиче­ской жизнью, социальным строем, уровнем образования людей, бытом, образом мышления, наконец, с особенностями развития культуры народа, создавшего этот жанр.

1. Причины возникновения риторики как науки

Любовь к красивому слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже в самых ранних произведениях греческой литературы— в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование словом, его волшебной силой— так, оно там всегда «крылатое» и может поражать, как «оперенная стрела». В поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме— диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повество­вательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспри­нимается современным читателем как растянутость и изли­шество.

Сам характер греческой литературы благоприятствовал раз­витию ораторского искусства. Она была гораздо более «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредст­венное восприятие слушателями, почитателями ли­тературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преиму­ществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом написанным. Непосредствен­ный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пла­стика жеста и движения, наконец, само обаяние личности ора­тора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффектна. Публичная речь — это всегда искусство.

В Греции классической эпохи, для социального строя кото­рой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде — рабовладельческой демократии, создались осо­бо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, — по крайней мере номиналь­но — было Народное собрание, к которому политический дея­тель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание на­родных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опро­вергая при этом доводы своих противников. В такой ситуа­ции форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могу­ществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово»,— утверждал Деметрий Фалеркий.

Практическими потребностями греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало выс­шей ступенью античного образования. 3дачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали по­являться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, при­меняемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслит­ся Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способ­ность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он де­лит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных—скло­нять или отклонять, судебных — обвинять или оправдывать, эпидиктических—хвалить или порицать. Здесь же опреде­ляется тематика совещательных речей—это финансы, вой­на и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законо­дательство.

Из упомянутых трех жанров публичной речи в классиче­ской античности наиболее важным был жанр совещательный, или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов ока­зываются ярким примером искусства ради искусства. Одна­ко далеко не все эпидиктические речи были бессодержатель­ными. Историк Фукидид включил в свое сочинение надгроб­ное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, пред­ставляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи рас­цвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника ис­кусства.

Особенно распространенным жанром в древности были су­дебные речи. В жизни древнего грека суд занимал очень боль­шое место, но весьма мало походил на современный. Института прокуроров не существовало, обвинителем мог выступить каж­дый. Обвиняемый защищался сам: выступая перед судьями, он стремился не столько убедить их в своей невиновности, сколько разжалобить, привлечь их симпатии на свою сторону. Для этой цели применялись самые неожиданные, на наш взгляд, приемы. Если обвиняемый был обременен семьей, он приводил своих детей, и те умоляли судей пощадить их отца. Если он был вои­ном— он обнажал грудь, показывая рубцы от ран, полученных в боях за родину. Если он был поэтом— он читал свои стихи, демонстрируя свое искусство (такой случаи известен в биогра­фии Софокла). Перед громадной с нашей точки зрения судей­ской коллегией (в Афинах нормальное число судей было 500, а всего суд присяжных, гелиэя, насчитывал 6000 человек!) дове­сти до каждого суть логических доводов было делом почти без­надежным: гораздо выгоднее было любым способом подейство­вать на чувства. «Когда судьи и обвинители — одни и те же лица, необходимо проливать обильные слезы и произносить ты­сячи жалоб, чтобы быть с благожелательностью выслушанным»,— писал опытный мастер и знаток проблем риторики Дионисий Галикарнасский.

В условиях запутанного судебного права, судиться в древ­них Афинах было делом нелегким, к тому же не все обладали даром слова, чтобы расположить к себе слушателей. Поэтому тяжущиеся прибегали к услугам лиц опытных, а главное, обла­давших ораторским талантом. Эти люди, ознакомившись с су­ществом дела, составляли за плату выступления своих клиен­тов, которые те заучивали наизусть и произносили на суде. Та­ких сочинителей речей называли логографами. Бывали случаи, когда логограф составлял одновременно речь и для истца и для ответчика — то есть в одной речи опровергал то, что утверждал в другой (Плутарх сообщает, что однажды так поступил даже Демосфен).

2. Первые учителя риторики. Лисий

Самым выдающимся афинским оратором классической эпо­хи в области судебного красноречия был, несомненно, Лисий (ок. 415—380 гг. до н. э.). Отец его был метеком (свободным, но не имевшим гражданских прав человеком) и владел мастер­ской, в которой изготовлялись щиты. Будущий оратор вместе с братом учился в южно-италийском городе Фурии, где слушал курс риторики у известных софистов. Примерно в 412 году Лисий возвратился в Афины. Афинское государство в это время находилось в трудном положении — шла Пелопоннесская вой­на, неудачная для Афин. В 405 году Афины потерпели сокру­шительное поражение. После заключения унизительного мира к власти пришли ставленники победившей Спарты, «30 тиранов», проводившие политику жестокого террора по отношению к демократическим и просто бесправным элементам афинского обще­ства. Большое состояние, которым владели Лисий и его брат, бы­ло причиной расправы над ними. Брат Лисия был казнен, самому оратору пришлось спасаться бегством в соседнюю Мегару. После победы демократии Лисий вернулся в Афины, но получить гражданские права ему так и не удалось. Первой судебной речью, произнесенной Лисием, бы­ла речь против одного из тридцати тиранов, виновного в смерти его брата. В дальнейшем он писал речи и для других лиц, сде­лав это своей главной профессией. Всего ему приписывалось в древности до 400 речей, но до нас дошло только 34, причем не все из них подлинные. Подавляющее большинство сохранивших­ся относятся к жанру судебных, но в сборнике мы находим и политические, и даже торжественные речи — например, над­гробное слово над телами воинов, павших в Коринфской войне 395 — 386 годов. Характерные черты стиля Лисия четко отмеча­ются древними критиками. Изложение его просто, логично и выразительно, фразы кратки и построены симметрично, оратор­ские приемы изысканны и изящны. Лисий заложил основу жан­ра судебной речи, создав своеобразный эталон стиля, компози­ции и самой аргументации — последующие поколения ораторов во многом ему следовали. Особенно велики его заслуги в созда­нии литературного языка аттической прозы. Мы не найдем у него ни архаизмов, ни запутанных оборотов, последующие кри­тики (Дионисий Галикарнасский) признавали, что никто впослед­ствии не превзошел Лисия в чистоте аттической речи. Живым и наглядным делает рассказ оратора обрисовка характера (эпопея) — причем не только характеров изображаемых лиц, но и характера говорящего лица (например, сурового и простодуш­ного Евфилета, в уста которого вложена речь «Об убийстве Эратосфена»).

3. Сократ и Платон

Что в жанре судебного красноречия сделал Лисий, то в жан­ре торжественного красноречия сделал Сократ (ок. 4

36— 338 гг.), происходивший из зажиточной прежде, но разорившей­ся афинской семьи. Смолоду он тоже был вынужден избрать себе профессию логографа, впоследствии открыл ораторскую школу с высокой платой за обучение, из которой вышли мно­гие политики, ораторы и писатели. Школа Сократа была одно­временно чем-то вроде политического кружка с идеями и на­строениями, враждебными афинской демократии (чему немало способствовал аристократический состав учащихся), поэтому глава школы неоднократно обвинялся в «развращении юноше­ства».

Литературная деятельность Сократа по времени совпала с политическим кризисом греческого общества и ожесточенной классовой борьбой в греческих городах, где попеременно брали верх то демократические, то олигархические элементы. Следст­вием ее было увеличение числа безработных и разорившихся людей. Бесконечные междоусобные воины не привели к устой­чивой гегемонии какого-нибудь одного из греческих государств и только истощили их экономический и политический потенци­ал. Воспользовавшись создавшимся положением, македонский царь Филипп сумел в 338 году нанести сокрушительное пора­жение объединившимся против него полисам и установить над Грецией политический контроль.

В таком сложном переплетении политических и социаль­ных противоречий Сократ выдвинул в своих речах, распрост­ранявшихся в письменном виде, политическую программу спа­сения Эллады. Впервые он выступил с ней в своей речи «Панегирик») в 380 году; суть ее заключалась в том, чтобы объ­единить силы греков для борьбы против варваров — то есть для завоевания Персии. В дальнейшем он обращался с этой идеей к различным монархам и тиранам Греции. Последний, к которому он обратился, Филипп II, действительно начал го­товить этот поход, завершить который ему не удалось(это выполнил его сын, Александр Македонский). Сократ практи­чески стал идеологом промакедонской партии в Афинах, вокруг которой группировались в основном граждане из зажиточных кругов.

Приемы ораторского искусства Сократа развивают прин­ципы, выдвинутые Горгием. Особенностью стиля Сократа яв­ляются сложные периоды, обладающие, однако, ясной и четкой конструкцией и поэтому легкодоступные для понимания. Для его стиля характерно также ритмическое членение речи, плав­ность которой достигалась тщательным избеганием так назы­ваемого зияния—стыка гласных в конце слова и в начале другого.

В школе Сократа были выработаны основные принципы композиции ораторского произведения, которое должно было содержать следующие части: 1) введение, целью которого было привлечь внимание и благожелательность слушателей; 2) изло­жение предмета выступления, сделанное с возможной убеди­тельностью; 3) опровержение доводов противника с аргумента­цией в пользу собственных; 4) заключение, подводящее итог всему сказанному.

Как мастер красноречия, Сократ считался в древности выс­шим авторитетом— о популярности его произведении говорит большое количество отрывков из его речей, найденных на па­пирусах. Его литературное наследие ближе всего стоит к тому, что мы сейчас называем публицистикой. Бесспорная заслуга Сократа состоит в совершенствовании стиля письменной речи, отличия которой от устной подчеркивает Аристотель: «Один слог для речи письменной, другой для речи в споре, один для речи в собрании, другой для речи в су­де. Надо владеть обоими». Но крупнейший римский теоретик красноречия Квинтилиан сознавал недостатки, свойственные ли­тературному творчеству Сократа, о чем говорит его оценка:«Стиль Сократа полон многочисленных украшений и отлича­ется большой гладкостью в различных жанрах ораторского ис­кусства... Он тренирован скорее для арены, чем для поля боя...» В какой-то мере это понимал и сам оратор, когда писал в речи «Филипп»: «Для меня не осталось скрытым, насколько большей убеждающей силой обладают речи про­износимые по сравнению с речами, предназначенными для чтения...»

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики

Величайшим мастером устной, по преимуществу политиче­ской, речи стал великий афинский оратор Демосфен (385— 322 гг.). Он происходил из зажиточной семьи—отец его владел мастерскими, в которых изготовлялись оружие и мебель. Очень рано Демосфен осиротел, состояние его попало в руки опеку­нов, оказавшихся нечестными людьми. Самостоятельную жизнь он начал с процесса, в котором выступил против расхитителей (произнесенные им в связи с этим речи сохранились). Еще до этого он стал готовиться к деятельности оратора и учился у известного афинского мастера красноречия Исея. Простота сло­га, сжатость и значительность содержания, строгая логика доказательства, риторические вопросы—все это было заимствова­но Демосфеном у Исея.

С детства Демосфен обладал слабым голосом, к тому же он картавил. Эти недостатки, а также нерешительность, с которой он держался на трибуне, привели к провалу его первых выступ­лений. Однако упорным трудом (существует легенда, что, стоя на берегу моря, он часами декламировал стихи, заглушая зву­ками своего голоса шум прибрежных волн) он сумел преодо­леть недостатки своего произношения. Интонационной окраске голоса оратор придавал особое значение, и Плутарх в биогра­фии оратора приводит характерный анекдот: «Рассказывают, что к нему пришел кто-то с просьбой сказать речь на суде в его защиту, жалуясь на то, что его поколотили. «Нет, с тобой ниче­го подобного не было»,— сказал Демосфен. Возвысив голос, по­сетитель закричал: «Как, Демосфен, этого со мной не было?!»— «О, теперь я ясно слышу голос обиженного и пострадавшего»,— сказал оратор...»

В начале своего творческого пути Демосфен выступал с су­дебными речами, но в дальнейшем он все больше втягивался в бурную политическую жизнь Афин. Вскоре он стал ведущим политическим деятелем, часто выступая с трибуны Народного собрания. Он возглавил патриотическую партию, боровшуюся против македонского царя Филиппа, неустанно призывая всех греков к единству в борьбе против «северного варвара». Но, подобно мифической пророчице Кассандре, ему суждено было возвещать истину, не встречая понимания или даже сочувствия.

Филипп начал свои натиск на Грецию с севера — постепен­но подчинил города Фракии, овладел Фессалией, затем утвер­дился в Фокиде (Средняя Греция), засылая своих агентов даже на остров Евбея, в непосредственном соседстве от Афин. Первая война Афин с Филиппом(357—340 гг.) закончилась невыгод­ным для Афин Филократовым миром, вторая(340—338 гг.)— сокрушительным поражением греков при Херонее, где Демос­фен сражался как рядовой боец. Две самые знаменитые речи Демосфена связаны именно с этими событиями. После Филократова мира он обличал виновников его в речи «О преступ­ном посольстве»(343 г.), а после Херонеи, когда за услуги оте­честву было предложено наградить оратора золотым венком, ему пришлось отстаивать свое право на эту награду в речи «О венке»(330 г.). Великому оратору было суждено пережить еще одно поражение своей родины, в Ламийской войне 322 го­да, когда греки, воспользовавшись замешательством после смер­ти Александра Македонского, выступили против его преемников.

На этот раз македонские войска захватили Афины. Демос­фену вместе с другими вождями патриотической партии пришлось бежать. Он укрылся в храме Посейдона на острове Калаврия. Настигшие его там македонские солдаты хотели вывести Демосфена силой, тогда он попросил времени напи­сать письмо друзьям, взял папирус, задумчиво поднес к гу­бам тростниковое перо и прикусил. Через несколько секунд он упал мертвым — в тростнике был спрятан быстродейству­ющий яд.

В литературном наследии Демосфена (до нас дошла 61 речь, но не все, видимо, являются подлинными) именно политиче­ские речи определяют его место в истории греческого оратор­ского искусства. Они сильно отличаются от речей Сократа. Так, например, вступление в речах Сократа обычно растянуто; напротив, поскольку речи Демосфена произносились на живо­трепещущие темы и оратор должен был сразу же привлечь вни­мание, вступление в его речах было по большей части кратким и энергичным. Обычно оно содержало какую-нибудь сентенцию (гному), которая затем развивалась на конкретном примере. Главной частью речи Демосфена является рассказ— изложение существа дела. Строится он необычайно искусно, все в нем полно экспрессии и динамики. Здесь налицо и пылкие обраще­ния к богам, к слушателям, к самой природе Аттики, и красоч­ные описания, и даже воображаемый диалог с противником. Поток речи приостанавливается так называемыми риторичес­кими вопросами: «В чем же причина?», «Что же это на самом деле значит?» и т. п., что придает речи тон необыкновенной искренности, в основе которой лежит подлинная озабоченность делом.

Демосфен широко применял тропы, в частности метафору. Источником метафоры нередко оказывается язык палестры, гимнастического стадиона. Очень изящно используется противо­поставление, антитеза — например когда сравнивается «век ны­нешний и век минувший». Применявшийся Демосфеном прием олицетворения кажется необычным для современного читателя: он заключается в том, что неодушевленные предметы или абст­рактные понятия выступают как лица, защищающие пли опро­вергающие доводы оратора. Соединение синонимов в пары:«смотрите и наблюдайте», «знайте и понимайте»— способство­вало ритмичности и приподнятости слога. Эффектным приемом, встречающимся у Демосфена, является «фигура умолчания»: оратор сознательно умалчивает о том, что он непременно дол­жен был бы сказать по ходу изложения, и слушатели неизбеж­но дополняют его сами. Благодаря такому приему нужный ора­тору вывод сделают сами слушатели, и он тем самым значи­тельно выиграет в убедительности.

Заключение.

Жанр Древнегреческой ораторской культуры не погиб вместе с античной цивилизацией, но, не смотря на то, что высоты этого жанра до сих пор так и остались недосягаемыми для современников, он продолжает жить в нынешнее время. Живое слово было и остается важнейшим орудием христианской проповеди, идеологической и политической борьбы современности. И именно риторическая культура античности лежит в основе гуманитарного образования Европы со времен Ренессанса вплоть до 18 столетия. Не случайно в наши дни сохранившиеся тексты речей античных ораторов имеют не только исторический интерес, а оказывают мощное влияние на события современности, сохраняют огромную культурную ценность, являясь образцами убедительной логики, вдохновенного чувства и истинно творческого стиля.

Список использованных источников литературы.

1. М. Гаспарова, В. Борухович «Ораторское искусство древней Греции», М, Художественная литература, 1985г.;

2. Козаржевский А. Ч. Античное ораторское искусство. М., 1980

3. Безменова Н. А. Очерки по теории и истории риторики. М., 1991

Практическая часть

Перепишите, записывая числительные прописью: Из 58 нужно вычесть 13. Около 168 килограммов яблок собрали с 3 яблонь. Она очень жалела о 248000 рублях, которые потеряла на рынке. Книга издана с 83 иллюстрациями.

Из пятидесяти восьми нужно вычесть тринадцать.

Около ста шестидесяти восьми килограммов яблок собрали с трех яблонь.

Она очень жалела о двухстах сорока восьми тысячах рублей , которые потеряла на рынке.

Книга издана с восьмидесью тремя иллюстрациями.

www.litsoch.ru

"Судебная риторика Древней Греции" страница 2

  1. СУДЕБНАЯ РИТОРИКА

Риторика - великое достижение древней эллинской культуры, выросла на древнегреческой почве в VI-IV вв. до н. э. как теория искусства убеждать словом.

Развитие товарно-денежного хозяйства в условиях антично-рабовладельческой формации привело к возвышению городов-государств (Афины и др.), к открытой и острой борьбе классов и партий. В условиях античного общества почти исключительной формой «убеждения» (агитации) была ораторская речь - необходимое и могущественное орудие политического успеха «Речь ораторская»). Поэтому риторика возникла как теория ораторской речи и тем самым как тактическое руководство в политической борьбе. Это определило содержание и характер риторики. Еще сицилийцу Кораксу (VI в.), которого считали - вместе с Эмпедоклом - «изобретателем» риторики, приписывалось основное теоретическое положение: «главная цель оратора - не раскрытие истины, но убедительность при помощи вероятного».

Впоследствии, несмотря на попытку Аристотеля обосновать риторику не как искусство убеждать, а как руководство к отысканию лучших способов аргументации в связи с обстоятельствами и природой данного дела, положение Коракса повторялось неоднократно греческими и римскими риторами: цель риторики, по Корнелию Цельсу, - «говорить убедительнее в сомнительных общественных делах. Оратор ищет только подобия истины. Ибо не сознание правоты является наградой, а победа в споре...» Еще Платон осудил риторику как «искусство обмана», «словесную ловкость» «великое делать малым, малое великим, ложное истинным, истинное ложным».

Родиной красноречия считается Эллада, хотя ораторское искусство в древнейшие времена знали и в Египте, и в Ассирии, и в Индии. Но нигде, как известно - ни в древнем, ни даже в новом мире - красноречие не пользовалось такой популярностью и таким влиянием, как в античной Греции, а особенно в Афинах. Именно в античной Греции оно стремительно развивается, и впервые здесь появляются систематические работы по его теории.

Жизнь в Древней Греции была такова: политики выступали в собрании совета и на народных собраниях, полководцы - говорили зажигательные речи перед войском, любой граждан полиса защищал себя перед судом, а также выступал на многолюдных празднествах, дружеских встречах и поминках. В этих условиях умение красиво и убедительно говорить было необходимым условием жизни каждого. Из всех жанров публичной речи в классической античности наиболее значительным был жанр совещательный, то есть, самым важным было политическое красноречие. Выдающиеся ораторы делали хорошую карьеру: их выбирали на почетные должности в государстве, а также отправляли послами в чужие страны

Любовь к красивому слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже в самых ранних произведениях греческой литературы - в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование словом, его волшебной силой - так, оно там всегда «крылатое» и может поражать, как «оперенная стрела». В поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме - диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повествовательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспринимается современным читателем как растянутость и излишество.

infourok.ru

Шпаргалка - Риторика в Древней Греции

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«ЧИТИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ЧитГУ)

ИНСТИТУТ ПЕРЕПОДГОТОВКИ И ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «РИТОРИКА»

Тема: История риторики.

Риторика в Древней Греции.

Выполнила:

ст. гр. ЮВ-08

Т.А.Смоголева

Проверила:

А.А.Чеботарева

Чита 2008

Содержание

Введение с.3

1. Причины возникновения риторики как науки с.4-7

2. Первые учителя риторики с.7-8

3. Сократ и Платон с.8-10

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики с.10-13

Заключение с.14

Список использованных источников литературы с.15

Практическая часть с.16

Введение.

Публичная речь была наиболее распространенным жанром в среде образованных людей античности. Знания, дающие людям владение устной речью, занимающей умы и сердца людей, называлось риторикой. По месту, за­нимаемому в искусстве художественного слова древней Эллады, риторика была сопоставима с такими жанрами искусства, как героический эпос или классическая греческая драма. Разумеется, подобное сопо­ставление допустимо лишь для эпохи, в которой эти жанры сосуществовали. Впоследствии, по степени влияния на развитие более поздней европейской литературы риторика, игравшая еще значительную роль в средние века, в новое время уступила место другим жан­рам словесности, определившим характер национальных культур Европы на многие века. Надо особо отметить, что из всех видов художественного слова в античном мире публичная речь была наиболее тесно связана с современной ей политиче­ской жизнью, социальным строем, уровнем образования людей, бытом, образом мышления, наконец, с особенностями развития культуры народа, создавшего этот жанр.

1. Причины возникновения риторики как науки

Любовь к красивому слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже в самых ранних произведениях греческой литературы— в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование словом, его волшебной силой— так, оно там всегда «крылатое» и может поражать, как «оперенная стрела». В поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме— диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повество­вательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспри­нимается современным читателем как растянутость и изли­шество.

Сам характер греческой литературы благоприятствовал раз­витию ораторского искусства. Она была гораздо более «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредст­венное восприятие слушателями, почитателями ли­тературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преиму­ществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом написанным. Непосредствен­ный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пла­стика жеста и движения, наконец, само обаяние личности ора­тора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффектна. Публичная речь — это всегда искусство.

В Греции классической эпохи, для социального строя кото­рой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде — рабовладельческой демократии, создались осо­бо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, — по крайней мере номиналь­но — было Народное собрание, к которому политический дея­тель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание на­родных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опро­вергая при этом доводы своих противников. В такой ситуа­ции форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могу­ществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово»,— утверждал Деметрий Фалеркий.

Практическими потребностями греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало выс­шей ступенью античного образования. 3дачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали по­являться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, при­меняемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслит­ся Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способ­ность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он де­лит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных—скло­нять или отклонять, судебных — обвинять или оправдывать, эпидиктических—хвалить или порицать. Здесь же опреде­ляется тематика совещательных речей—это финансы, вой­на и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законо­дательство.

Из упомянутых трех жанров публичной речи в классиче­ской античности наиболее важным был жанр совещательный, или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов ока­зываются ярким примером искусства ради искусства. Одна­ко далеко не все эпидиктические речи были бессодержатель­ными. Историк Фукидид включил в свое сочинение надгроб­ное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, пред­ставляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи рас­цвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника ис­кусства.

Особенно распространенным жанром в древности были су­дебные речи. В жизни древнего грека суд занимал очень боль­шое место, но весьма мало походил на современный. Института прокуроров не существовало, обвинителем мог выступить каж­дый. Обвиняемый защищался сам: выступая перед судьями, он стремился не столько убедить их в своей невиновности, сколько разжалобить, привлечь их симпатии на свою сторону. Для этой цели применялись самые неожиданные, на наш взгляд, приемы. Если обвиняемый был обременен семьей, он приводил своих детей, и те умоляли судей пощадить их отца. Если он был вои­ном— он обнажал грудь, показывая рубцы от ран, полученных в боях за родину. Если он был поэтом— он читал свои стихи, демонстрируя свое искусство (такой случаи известен в биогра­фии Софокла). Перед громадной с нашей точки зрения судей­ской коллегией (в Афинах нормальное число судей было 500, а всего суд присяжных, гелиэя, насчитывал 6000 человек!) дове­сти до каждого суть логических доводов было делом почти без­надежным: гораздо выгоднее было любым способом подейство­вать на чувства. «Когда судьи и обвинители — одни и те же лица, необходимо проливать обильные слезы и произносить ты­сячи жалоб, чтобы быть с благожелательностью выслушанным»,— писал опытный мастер и знаток проблем риторики Дионисий Галикарнасский.

В условиях запутанного судебного права, судиться в древ­них Афинах было делом нелегким, к тому же не все обладали даром слова, чтобы расположить к себе слушателей. Поэтому тяжущиеся прибегали к услугам лиц опытных, а главное, обла­давших ораторским талантом. Эти люди, ознакомившись с су­ществом дела, составляли за плату выступления своих клиен­тов, которые те заучивали наизусть и произносили на суде. Та­ких сочинителей речей называли логографами. Бывали случаи, когда логограф составлял одновременно речь и для истца и для ответчика — то есть в одной речи опровергал то, что утверждал в другой (Плутарх сообщает, что однажды так поступил даже Демосфен).

2. Первые учителя риторики. Лисий

Самым выдающимся афинским оратором классической эпо­хи в области судебного красноречия был, несомненно, Лисий (ок. 415—380 гг. до н. э.). Отец его был метеком (свободным, но не имевшим гражданских прав человеком) и владел мастер­ской, в которой изготовлялись щиты. Будущий оратор вместе с братом учился в южно-италийском городе Фурии, где слушал курс риторики у известных софистов. Примерно в 412 году Лисий возвратился в Афины. Афинское государство в это время находилось в трудном положении — шла Пелопоннесская вой­на, неудачная для Афин. В 405 году Афины потерпели сокру­шительное поражение. После заключения унизительного мира к власти пришли ставленники победившей Спарты, «30 тиранов», проводившие политику жестокого террора по отношению к демократическим и просто бесправным элементам афинского обще­ства. Большое состояние, которым владели Лисий и его брат, бы­ло причиной расправы над ними. Брат Лисия был казнен, самому оратору пришлось спасаться бегством в соседнюю Мегару. После победы демократии Лисий вернулся в Афины, но получить гражданские права ему так и не удалось. Первой судебной речью, произнесенной Лисием, бы­ла речь против одного из тридцати тиранов, виновного в смерти его брата. В дальнейшем он писал речи и для других лиц, сде­лав это своей главной профессией. Всего ему приписывалось в древности до 400 речей, но до нас дошло только 34, причем не все из них подлинные. Подавляющее большинство сохранивших­ся относятся к жанру судебных, но в сборнике мы находим и политические, и даже торжественные речи — например, над­гробное слово над телами воинов, павших в Коринфской войне 395 — 386 годов. Характерные черты стиля Лисия четко отмеча­ются древними критиками. Изложение его просто, логично и выразительно, фразы кратки и построены симметрично, оратор­ские приемы изысканны и изящны. Лисий заложил основу жан­ра судебной речи, создав своеобразный эталон стиля, компози­ции и самой аргументации — последующие поколения ораторов во многом ему следовали. Особенно велики его заслуги в созда­нии литературного языка аттической прозы. Мы не найдем у него ни архаизмов, ни запутанных оборотов, последующие кри­тики (Дионисий Галикарнасский) признавали, что никто впослед­ствии не превзошел Лисия в чистоте аттической речи. Живым и наглядным делает рассказ оратора обрисовка характера (эпопея) — причем не только характеров изображаемых лиц, но и характера говорящего лица (например, сурового и простодуш­ного Евфилета, в уста которого вложена речь «Об убийстве Эратосфена»).

3. Сократ и Платон

Что в жанре судебного красноречия сделал Лисий, то в жан­ре торжественного красноречия сделал Сократ (ок. 436— 338 гг.), происходивший из зажиточной прежде, но разорившей­ся афинской семьи. Смолоду он тоже был вынужден избрать себе профессию логографа, впоследствии открыл ораторскую школу с высокой платой за обучение, из которой вышли мно­гие политики, ораторы и писатели. Школа Сократа была одно­временно чем-то вроде политического кружка с идеями и на­строениями, враждебными афинской демократии (чему немало способствовал аристократический состав учащихся), поэтому глава школы неоднократно обвинялся в «развращении юноше­ства».

Литературная деятельность Сократа по времени совпала с политическим кризисом греческого общества и ожесточенной классовой борьбой в греческих городах, где попеременно брали верх то демократические, то олигархические элементы. Следст­вием ее было увеличение числа безработных и разорившихся людей. Бесконечные междоусобные воины не привели к устой­чивой гегемонии какого-нибудь одного из греческих государств и только истощили их экономический и политический потенци­ал. Воспользовавшись создавшимся положением, македонский царь Филипп сумел в 338 году нанести сокрушительное пора­жение объединившимся против него полисам и установить над Грецией политический контроль.

В таком сложном переплетении политических и социаль­ных противоречий Сократ выдвинул в своих речах, распрост­ранявшихся в письменном виде, политическую программу спа­сения Эллады. Впервые он выступил с ней в своей речи «Панегирик») в 380 году; суть ее заключалась в том, чтобы объ­единить силы греков для борьбы против варваров — то есть для завоевания Персии. В дальнейшем он обращался с этой идеей к различным монархам и тиранам Греции. Последний, к которому он обратился, Филипп II, действительно начал го­товить этот поход, завершить который ему не удалось(это выполнил его сын, Александр Македонский). Сократ практи­чески стал идеологом промакедонской партии в Афинах, вокруг которой группировались в основном граждане из зажиточных кругов.

Приемы ораторского искусства Сократа развивают прин­ципы, выдвинутые Горгием. Особенностью стиля Сократа яв­ляются сложные периоды, обладающие, однако, ясной и четкой конструкцией и поэтому легкодоступные для понимания. Для его стиля характерно также ритмическое членение речи, плав­ность которой достигалась тщательным избеганием так назы­ваемого зияния—стыка гласных в конце слова и в начале другого.

В школе Сократа были выработаны основные принципы композиции ораторского произведения, которое должно было содержать следующие части: 1) введение, целью которого было привлечь внимание и благожелательность слушателей; 2) изло­жение предмета выступления, сделанное с возможной убеди­тельностью; 3) опровержение доводов противника с аргумента­цией в пользу собственных; 4) заключение, подводящее итог всему сказанному.

Как мастер красноречия, Сократ считался в древности выс­шим авторитетом— о популярности его произведении говорит большое количество отрывков из его речей, найденных на па­пирусах. Его литературное наследие ближе всего стоит к тому, что мы сейчас называем публицистикой. Бесспорная заслуга Сократа состоит в совершенствовании стиля письменной речи, отличия которой от устной подчеркивает Аристотель: «Один слог для речи письменной, другой для речи в споре, один для речи в собрании, другой для речи в су­де. Надо владеть обоими». Но крупнейший римский теоретик красноречия Квинтилиан сознавал недостатки, свойственные ли­тературному творчеству Сократа, о чем говорит его оценка:«Стиль Сократа полон многочисленных украшений и отлича­ется большой гладкостью в различных жанрах ораторского ис­кусства… Он тренирован скорее для арены, чем для поля боя...» В какой-то мере это понимал и сам оратор, когда писал в речи «Филипп»: «Для меня не осталось скрытым, насколько большей убеждающей силой обладают речи про­износимые по сравнению с речами, предназначенными для чтения...»

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики

Величайшим мастером устной, по преимуществу политиче­ской, речи стал великий афинский оратор Демосфен (385— 322 гг.). Он происходил из зажиточной семьи—отец его владел мастерскими, в которых изготовлялись оружие и мебель. Очень рано Демосфен осиротел, состояние его попало в руки опеку­нов, оказавшихся нечестными людьми. Самостоятельную жизнь он начал с процесса, в котором выступил против расхитителей (произнесенные им в связи с этим речи сохранились). Еще до этого он стал готовиться к деятельности оратора и учился у известного афинского мастера красноречия Исея. Простота сло­га, сжатость и значительность содержания, строгая логика доказательства, риторические вопросы—все это было заимствова­но Демосфеном у Исея.

С детства Демосфен обладал слабым голосом, к тому же он картавил. Эти недостатки, а также нерешительность, с которой он держался на трибуне, привели к провалу его первых выступ­лений. Однако упорным трудом (существует легенда, что, стоя на берегу моря, он часами декламировал стихи, заглушая зву­ками своего голоса шум прибрежных волн) он сумел преодо­леть недостатки своего произношения. Интонационной окраске голоса оратор придавал особое значение, и Плутарх в биогра­фии оратора приводит характерный анекдот: «Рассказывают, что к нему пришел кто-то с просьбой сказать речь на суде в его защиту, жалуясь на то, что его поколотили. «Нет, с тобой ниче­го подобного не было»,— сказал Демосфен. Возвысив голос, по­сетитель закричал: «Как, Демосфен, этого со мной не было?!»— «О, теперь я ясно слышу голос обиженного и пострадавшего»,— сказал оратор...»

В начале своего творческого пути Демосфен выступал с су­дебными речами, но в дальнейшем он все больше втягивался в бурную политическую жизнь Афин. Вскоре он стал ведущим политическим деятелем, часто выступая с трибуны Народного собрания. Он возглавил патриотическую партию, боровшуюся против македонского царя Филиппа, неустанно призывая всех греков к единству в борьбе против «северного варвара». Но, подобно мифической пророчице Кассандре, ему суждено было возвещать истину, не встречая понимания или даже сочувствия.

Филипп начал свои натиск на Грецию с севера — постепен­но подчинил города Фракии, овладел Фессалией, затем утвер­дился в Фокиде (Средняя Греция), засылая своих агентов даже на остров Евбея, в непосредственном соседстве от Афин. Первая война Афин с Филиппом(357—340 гг.) закончилась невыгод­ным для Афин Филократовым миром, вторая(340—338 гг.)— сокрушительным поражением греков при Херонее, где Демос­фен сражался как рядовой боец. Две самые знаменитые речи Демосфена связаны именно с этими событиями. После Филократова мира он обличал виновников его в речи «О преступ­ном посольстве»(343 г.), а после Херонеи, когда за услуги оте­честву было предложено наградить оратора золотым венком, ему пришлось отстаивать свое право на эту награду в речи «О венке»(330 г.). Великому оратору было суждено пережить еще одно поражение своей родины, в Ламийской войне 322 го­да, когда греки, воспользовавшись замешательством после смер­ти Александра Македонского, выступили против его преемников.

На этот раз македонские войска захватили Афины. Демос­фену вместе с другими вождями патриотической партии пришлось бежать. Он укрылся в храме Посейдона на острове Калаврия. Настигшие его там македонские солдаты хотели вывести Демосфена силой, тогда он попросил времени напи­сать письмо друзьям, взял папирус, задумчиво поднес к гу­бам тростниковое перо и прикусил. Через несколько секунд он упал мертвым — в тростнике был спрятан быстродейству­ющий яд.

В литературном наследии Демосфена (до нас дошла 61 речь, но не все, видимо, являются подлинными) именно политиче­ские речи определяют его место в истории греческого оратор­ского искусства. Они сильно отличаются от речей Сократа. Так, например, вступление в речах Сократа обычно растянуто; напротив, поскольку речи Демосфена произносились на живо­трепещущие темы и оратор должен был сразу же привлечь вни­мание, вступление в его речах было по большей части кратким и энергичным. Обычно оно содержало какую-нибудь сентенцию (гному), которая затем развивалась на конкретном примере. Главной частью речи Демосфена является рассказ— изложение существа дела. Строится он необычайно искусно, все в нем полно экспрессии и динамики. Здесь налицо и пылкие обраще­ния к богам, к слушателям, к самой природе Аттики, и красоч­ные описания, и даже воображаемый диалог с противником. Поток речи приостанавливается так называемыми риторичес­кими вопросами: «В чем же причина?», «Что же это на самом деле значит?» и т. п., что придает речи тон необыкновенной искренности, в основе которой лежит подлинная озабоченность делом.

Демосфен широко применял тропы, в частности метафору. Источником метафоры нередко оказывается язык палестры, гимнастического стадиона. Очень изящно используется противо­поставление, антитеза — например когда сравнивается «век ны­нешний и век минувший». Применявшийся Демосфеном прием олицетворения кажется необычным для современного читателя: он заключается в том, что неодушевленные предметы или абст­рактные понятия выступают как лица, защищающие пли опро­вергающие доводы оратора. Соединение синонимов в пары:«смотрите и наблюдайте», «знайте и понимайте»— способство­вало ритмичности и приподнятости слога. Эффектным приемом, встречающимся у Демосфена, является «фигура умолчания»: оратор сознательно умалчивает о том, что он непременно дол­жен был бы сказать по ходу изложения, и слушатели неизбеж­но дополняют его сами. Благодаря такому приему нужный ора­тору вывод сделают сами слушатели, и он тем самым значи­тельно выиграет в убедительности.

Заключение.

Жанр Древнегреческой ораторской культуры не погиб вместе с античной цивилизацией, но, не смотря на то, что высоты этого жанра до сих пор так и остались недосягаемыми для современников, он продолжает жить в нынешнее время. Живое слово было и остается важнейшим орудием христианской проповеди, идеологической и политической борьбы современности. И именно риторическая культура античности лежит в основе гуманитарного образования Европы со времен Ренессанса вплоть до 18 столетия. Не случайно в наши дни сохранившиеся тексты речей античных ораторов имеют не только исторический интерес, а оказывают мощное влияние на события современности, сохраняют огромную культурную ценность, являясь образцами убедительной логики, вдохновенного чувства и истинно творческого стиля.

Список использованных источников литературы.

1. М. Гаспарова, В. Борухович «Ораторское искусство древней Греции», М, Художественная литература, 1985г.;

2. Козаржевский А. Ч. Античное ораторское искусство. М., 1980

3. Безменова Н. А. Очерки по теории и истории риторики. М., 1991

Практическая часть

Перепишите, записывая числительные прописью: Из 58 нужно вычесть 13. Около 168 килограммов яблок собрали с 3 яблонь. Она очень жалела о 248000 рублях, которые потеряла на рынке. Книга издана с 83 иллюстрациями.

Из пятидесяти восьми нужно вычесть тринадцать.

Около ста шестидесяти восьми килограммов яблок собрали с трех яблонь.

Она очень жалела о двухстах сорока восьми тысячах рублей, которые потеряла на рынке.

Книга издана с восьмидесью тремя иллюстрациями.

www.ronl.ru

"Судебная риторика Древней Греции" страница 3

Сам характер греческой литературы благоприятствовал развитию ораторского искусства. Она была гораздо более «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредственное восприятие слушателями, почитателями литературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преимуществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом, написанным. Непосредственный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пластика жеста и движения, наконец, само обаяние личности оратора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффекта. Публичная речь - это всегда искусство.

В Греции классической эпохи, для социального строя которой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде -рабовладельческой демократии, создались особо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, -по крайней мере номинально - было Народное собрание, к которому политический деятель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание народных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опровергая при этом доводы своих противников. В такой ситуации форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могуществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово», - утверждал Деметрий Фалерский.

Практическими потребностями греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало высшей ступенью античного образования. 3адачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали появляться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, применяемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслится Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он делит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных - склонять или отклонять, судебных -обвинять или оправдывать, эпидиктических - хвалить или порицать. Здесь же определяется тематика совещательных речей - это финансы, война и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законодательство. Из упомянутых трех жанров публичной речи в классической античности наиболее важным был жанр совещательный или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов оказываются ярким примером искусства ради искусства. Однако далеко не все эпидиктические речи были бессодержательными.

Историк Фукидид включил в свое сочинение надгробное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, представляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи расцвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника искусства.

infourok.ru

Риторика в Древней Греции

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«ЧИТИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ЧитГУ)

ИНСТИТУТ ПЕРЕПОДГОТОВКИ И ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «РИТОРИКА»

Тема: История риторики.

 Риторика в Древней Греции.

 

Выполнила:

ст. гр. ЮВ-08

Т.А.Смоголева

Проверила:

А.А.ЧеботареваЧита 2008СодержаниеВведение                                                                                          с.3

1. Причины возникновения риторики как науки                         с.4-7

2. Первые учителя риторики                                                          с.7-8

3. Сократ и Платон                                                                          с.8-10

4. Демосфен – яркий представитель греческой риторики           с.10-13

Заключение                                                                                       с.14

Список использованных источников литературы                         с.15

Практическая часть                                                                           с.16Введение.Публичная речь была наиболее распространенным жанром в среде образованных людей античности. Знания, дающие людям владение устной речью, занимающей умы и сердца людей, называлось риторикой. По месту, за­нимаемому в искусстве художественного слова древней Эллады, риторика была сопоставима с такими жанрами искусства, как героический эпос или классическая греческая драма. Разумеется, подобное сопо­ставление допустимо лишь для эпохи, в которой эти жанры сосуществовали. Впоследствии, по степени влияния на развитие более поздней европейской литературы риторика, игравшая еще значительную роль в средние века, в новое время уступила место другим жан­рам словесности, определившим характер национальных культур Европы на многие века. Надо особо отметить, что из всех видов художественного слова в античном мире публичная речь была наиболее тесно связана с современной ей политиче­ской жизнью, социальным строем, уровнем образования людей, бытом, образом мышления, наконец, с особенностями развития культуры народа, создавшего этот жанр. 1. Причины возникновения риторики как наукиЛюбовь к красивому слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже в самых ранних произведениях греческой литературы— в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование словом, его волшебной силой— так, оно там всегда «крылатое» и может поражать, как «оперенная стрела». В поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме— диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повество­вательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспри­нимается современным читателем как растянутость и изли­шество.Сам характер греческой литературы благоприятствовал раз­витию ораторского искусства. Она была гораздо более «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредст­венное восприятие слушателями, почитателями ли­тературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преиму­ществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом написанным. Непосредствен­ный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пла­стика жеста и движения, наконец, само обаяние личности ора­тора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффектна. Публичная речь — это всегда искусство.В Греции классической эпохи, для социального строя кото­рой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде — рабовладельческой демократии, создались осо­бо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, — по крайней мере номиналь­но — было Народное собрание, к которому политический дея­тель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание на­родных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опро­вергая при этом доводы своих противников. В такой ситуа­ции форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могу­ществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово»,— утверждал Деметрий Фалеркий.Практическими потребностями греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало выс­шей ступенью античного образования. 3дачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали по­являться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, при­меняемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслит­ся Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способ­ность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он де­лит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных—скло­нять или отклонять, судебных — обвинять или оправдывать, эпидиктических—хвалить или порицать. Здесь же опреде­ляется тематика совещательных речей—это финансы, вой­на и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законо­дательство.

Из упомянутых трех жанров публичной речи в классиче­ской античности наиболее важным был жанр совещательный, или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов ока­зываются ярким примером искусства ради искусства. Одна­ко далеко не все эпидиктические речи были бессодержатель­ными. Историк Фукидид включил в свое сочинение надгроб­ное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, пред­ставляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи рас­цвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника ис­кусства.

Особенно распространенным жанром в древности были су­дебные речи. В жизни древнего грека суд занимал очень боль­шое место, но весьма мало походил на современный. Института прокуроров не существовало, обвинителем мог выступить каж­дый. Обвиняемый защищался сам: выступая перед судьями, он стремился не столько убедить их в своей невиновности, сколько разжалобить, привлечь их симпатии на свою сторону. Для этой цели применялись самые неожиданные, на наш взгляд, приемы. Если обвиняемый был обременен семьей, он приводил своих детей, и те умоляли судей пощадить их отца. Если он был вои­ном— он обнажал грудь, показывая рубцы от ран, полученных в боях за родину. Если он был поэтом— он читал свои стихи, демонстрируя свое искусство (такой случаи известен в биогра­фии Софокла). Перед громадной с нашей точки зрения судей­ской коллегией (в Афинах нормальное число судей было 500, а всего суд присяжных, гелиэя, насчитывал 6000 человек!) дове­сти до каждого суть логических доводов было делом почти без­надежным: гораздо выгоднее было любым способом подейство­вать на чувства. «Когда судьи и обвинители — одни и те же лица, необходимо проливать обильные слезы и произносить ты­сячи жалоб, чтобы быть с благожелательностью выслушанным»,— писал опытный мастер и знаток проблем риторики Дионисий Галикарнасский.

В условиях запутанного судебного права, судиться в древ­них Афинах было делом нелегким, к тому же не все обладали даром слова, чтобы расположить к себе слушателей. Поэтому тяжущиеся прибегали к услугам лиц опытных, а главное, обла­давших ораторским талантом. Эти люди, ознакомившись с су­ществом дела, составляли за плату выступления своих клиен­тов, которые те заучивали наизусть и произносили на суде. Та­ких сочинителей речей называли логографами. Бывали случаи, когда логограф составлял одновременно речь и для истца и для ответчика — то есть в одной речи опровергал то, что утверждал в другой (Плутарх сообщает, что однажды так поступил даже Демосфен).2. Первые учителя риторики. ЛисийСамым выдающимся афинским оратором классической эпо­хи в области судебного красноречия был, несомненно, Лисий (ок. 415—380 гг. до н. э.). Отец его был метеком (свободным, но не имевшим гражданских прав человеком) и владел мастер­ской, в которой изготовлялись щиты. Будущий оратор вместе с братом учился в южно-италийском городе Фурии, где слушал курс риторики у известных софистов. Примерно в 412 году Лисий возвратился в Афины. Афинское государство в это время находилось в трудном положении — шла Пелопоннесская вой­на, неудачная для Афин. В 405 году Афины потерпели сокру­шительное поражение. После заключения унизительного мира к власти пришли ставленники победившей Спарты, «30 тиранов», проводившие политику жестокого террора по отношению к демократическим и просто бесправным элементам афинского обще­ства. Большое состояние, которым владели Лисий и его брат, бы­ло причиной расправы над ними. Брат Лисия был казнен, самому оратору пришлось спасаться бегством в соседнюю Мегару. После победы демократии Лисий вернулся в Афины, но получить гражданские права ему так и не удалось. Первой судебной речью, произнесенной Лисием, бы­ла речь против одного из тридцати тиранов, виновного в смерти его брата. В дальнейшем он писал речи и для других лиц, сде­лав это своей главной профессией. Всего ему приписывалось в древности до 400 речей, но до нас дошло только 34, причем не все из них подлинные. Подавляющее большинство сохранивших­ся относятся к жанру судебных, но в сборнике мы находим и политические, и даже торжественные речи — например, над­гробное слово над телами воинов, павших в Коринфской войне 395 — 386 годов. Характерные черты стиля Лисия четко отмеча­ются древними критиками. Изложение его просто, логично и выразительно, фразы кратки и построены симметрично, оратор­ские приемы изысканны и изящны. Лисий заложил основу жан­ра судебной речи, создав своеобразный эталон стиля, компози­ции и самой аргументации — последующие поколения ораторов во многом ему следовали. Особенно велики его заслуги в созда­нии литературного языка аттической прозы. Мы не найдем у него ни архаизмов, ни запутанных оборотов, последующие кри­тики (Дионисий Галикарнасский) признавали, что никто впослед­ствии не превзошел Лисия в чистоте аттической речи. Живым и наглядным делает рассказ оратора обрисовка характера (эпопея) — причем не только характеров изображаемых лиц, но и характера говорящего лица (например, сурового и простодуш­ного Евфилета, в уста которого вложена речь «Об убийстве Эратосфена»).3. Сократ и Платон Что в жанре судебного красноречия сделал Лисий, то в жан­ре торжественного красноречия сделал Сократ (ок. 436— 338 гг.), происходивший из зажиточной прежде, но разорившей­ся афинской семьи. Смолоду он тоже был вынужден избрать себе профессию логографа, впоследствии открыл ораторскую школу с высокой платой за обучение, из которой вышли мно­гие политики, ораторы и писатели. Школа Сократа была одно­временно чем-то вроде политического кружка с идеями и на­строениями, враждебными афинской демократии (чему немало способствовал аристократический состав учащихся), поэтому глава школы неоднократно обвинялся в «развращении юноше­ства».

Литературная деятельность Сократа по времени совпала с политическим кризисом греческого общества и ожесточенной классовой борьбой в греческих городах, где попеременно брали верх то демократические, то олигархические элементы. Следст­вием ее было увеличение числа безработных и разорившихся людей. Бесконечные междоусобные воины не привели к устой­чивой гегемонии какого-нибудь одного из греческих государств и только истощили их экономический и политический потенци­ал. Воспользовавшись создавшимся положением, македонский царь Филипп сумел в 338 году нанести сокрушительное пора­жение объединившимся против него полисам и установить над Грецией политический контроль.

В таком сложном переплетении политических и социаль­ных противоречий Сократ выдвинул в своих речах, распрост­ранявшихся в письменном виде, политическую программу спа­сения Эллады. Впервые он выступил с ней в своей речи «Панегирик») в 380 году; суть ее заключалась в том, чтобы объ­единить силы греков для борьбы против варваров — то есть для завоевания Персии. В дальнейшем он обращался с этой идеей к различным монархам и тиранам Греции. Последний, к которому он обратился, Филипп II, действительно начал го­товить этот поход, завершить который ему не удалось(это выполнил его сын, Александр Македонский). Сократ практи­чески стал идеологом промакедонской партии в Афинах, вокруг которой группировались в основном граждане из зажиточных кругов.

Приемы ораторского искусства Сократа развивают прин­ципы, выдвинутые Горгием. Особенностью стиля Сократа яв­ляются сложные периоды, обладающие, однако, ясной и четкой конструкцией и поэтому легкодоступные для понимания. Для его стиля характерно также ритмическое членение речи, плав­ность которой достигалась тщательным избеганием так назы­ваемого зияния—стыка гласных в конце слова и в начале другого.

В школе Сократа были выработаны основные принципы композиции ораторского произведения, которое должно было содержать следующие части: 1) введение, целью которого было привлечь внимание и благожелательность слушателей; 2) изло­жение предмета выступления, сделанное с возможной убеди­тельностью; 3) опровержение доводов противника с аргумента­цией в пользу собственных; 4) заключение, подводящее итог всему сказанному.

Как мастер красноречия, Сократ считался в древности выс­шим авторитетом— о популярности его произведении говорит большое количество отрывков из его речей, найденных на па­пирусах. Его литературное наследие ближе всего стоит к тому, что мы сейчас называем публицистикой. Бесспорная заслуга Сократа состоит в совершенствовании стиля письменной речи, отличия которой от устной подчеркивает Аристотель: «Один слог для речи письменной, другой для речи в споре, один для речи в собрании, другой для речи в су­де. Надо владеть обоими». Но крупнейший римский теоретик красноречия Квинтилиан сознавал недостатки, свойственные ли­тературному творчеству Сократа, о чем говорит его оценка:«Стиль Сократа полон многочисленных украшений и отлича­ется большой гладкостью в различных жанрах ораторского ис­кусства... Он тренирован скорее для арены, чем для поля боя...» В какой-то мере это понимал и сам оратор, когда писал в речи «Филипп»: «Для меня не осталось скрытым, насколько большей убеждающей силой обладают речи про­износимые по сравнению с речами, предназначенными для чтения...»4. Демосфен – яркий представитель греческой риторикиВеличайшим мастером устной, по преимуществу политиче­ской, речи стал великий афинский оратор Демосфен (385— 322 гг.). Он происходил из зажиточной семьи—отец его владел мастерскими, в которых изготовлялись оружие и мебель. Очень рано Демосфен осиротел, состояние его попало в руки опеку­нов, оказавшихся нечестными людьми. Самостоятельную жизнь он начал с процесса, в котором выступил против расхитителей (произнесенные им в связи с этим речи сохранились). Еще до этого он стал готовиться к деятельности оратора и учился у известного афинского мастера красноречия Исея. Простота сло­га, сжатость и значительность содержания, строгая логика доказательства, риторические вопросы—все это было заимствова­но Демосфеном у Исея.

С детства Демосфен обладал слабым голосом, к тому же он картавил. Эти недостатки, а также нерешительность, с которой он держался на трибуне, привели к провалу его первых выступ­лений. Однако упорным трудом (существует легенда, что, стоя на берегу моря, он часами декламировал стихи, заглушая зву­ками своего голоса шум прибрежных волн) он сумел преодо­леть недостатки своего произношения. Интонационной окраске голоса оратор придавал особое значение, и Плутарх в биогра­фии оратора приводит характерный анекдот: «Рассказывают, что к нему пришел кто-то с просьбой сказать речь на суде в его защиту, жалуясь на то, что его поколотили. «Нет, с тобой ниче­го подобного не было»,— сказал Демосфен. Возвысив голос, по­сетитель закричал: «Как, Демосфен, этого со мной не было?!»— «О, теперь я ясно слышу голос обиженного и пострадавшего»,— сказал оратор...»

В начале своего творческого пути Демосфен выступал с су­дебными речами, но в дальнейшем он все больше втягивался в бурную политическую жизнь Афин. Вскоре он стал ведущим политическим деятелем, часто выступая с трибуны Народного собрания. Он возглавил патриотическую партию, боровшуюся против македонского царя Филиппа, неустанно призывая всех греков к единству в борьбе против «северного варвара». Но, подобно мифической пророчице Кассандре, ему суждено было возвещать истину, не встречая понимания или даже сочувствия.

Филипп начал свои натиск на Грецию с севера — постепен­но подчинил города Фракии, овладел Фессалией, затем утвер­дился в Фокиде (Средняя Греция), засылая своих агентов даже на остров Евбея, в непосредственном соседстве от Афин. Первая война Афин с Филиппом(357—340 гг.) закончилась невыгод­ным для Афин Филократовым миром, вторая(340—338 гг.)— сокрушительным поражением греков при Херонее, где Демос­фен сражался как рядовой боец. Две самые знаменитые речи Демосфена связаны именно с этими событиями. После Филократова мира он обличал виновников его в речи «О преступ­ном посольстве»(343 г.), а после Херонеи, когда за услуги оте­честву было предложено наградить оратора золотым венком, ему пришлось отстаивать свое право на эту награду в речи «О венке»(330 г.). Великому оратору было суждено пережить еще одно поражение своей родины, в Ламийской войне 322 го­да, когда греки, воспользовавшись замешательством после смер­ти Александра Македонского, выступили против его преемников.

На этот раз македонские войска захватили Афины. Демос­фену вместе с другими вождями патриотической партии пришлось бежать. Он укрылся в храме Посейдона на острове Калаврия. Настигшие его там македонские солдаты хотели вывести Демосфена силой, тогда он попросил времени напи­сать письмо друзьям, взял папирус, задумчиво поднес к гу­бам тростниковое перо и прикусил. Через несколько секунд он упал мертвым — в тростнике был спрятан быстродейству­ющий яд.

В литературном наследии Демосфена (до нас дошла 61 речь, но не все, видимо, являются подлинными) именно политиче­ские речи определяют его место в истории греческого оратор­ского искусства. Они сильно отличаются от речей Сократа. Так, например, вступление в речах Сократа обычно растянуто; напротив, поскольку речи Демосфена произносились на живо­трепещущие темы и оратор должен был сразу же привлечь вни­мание, вступление в его речах было по большей части кратким и энергичным. Обычно оно содержало какую-нибудь сентенцию (гному), которая затем развивалась на конкретном примере. Главной частью речи Демосфена является рассказ— изложение существа дела. Строится он необычайно искусно, все в нем полно экспрессии и динамики. Здесь налицо и пылкие обраще­ния к богам, к слушателям, к самой природе Аттики, и красоч­ные описания, и даже воображаемый диалог с противником. Поток речи приостанавливается так называемыми риторичес­кими вопросами: «В чем же причина?», «Что же это на самом деле значит?» и т. п., что придает речи тон необыкновенной искренности, в основе которой лежит подлинная озабоченность делом.

Демосфен широко применял тропы, в частности метафору. Источником метафоры нередко оказывается язык палестры, гимнастического стадиона. Очень изящно используется противо­поставление, антитеза — например когда сравнивается «век ны­нешний и век минувший». Применявшийся Демосфеном прием олицетворения кажется необычным для современного читателя: он заключается в том, что неодушевленные предметы или абст­рактные понятия выступают как лица, защищающие пли опро­вергающие доводы оратора. Соединение синонимов в пары:«смотрите и наблюдайте», «знайте и понимайте»— способство­вало ритмичности и приподнятости слога. Эффектным приемом, встречающимся у Демосфена, является «фигура умолчания»: оратор сознательно умалчивает о том, что он непременно дол­жен был бы сказать по ходу изложения, и слушатели неизбеж­но дополняют его сами. Благодаря такому приему нужный ора­тору вывод сделают сами слушатели, и он тем самым значи­тельно выиграет в убедительности.Заключение.Жанр Древнегреческой ораторской культуры не погиб вместе с античной цивилизацией, но, не смотря на то, что высоты этого жанра до сих пор так и остались недосягаемыми для современников, он продолжает жить в нынешнее время. Живое слово было и остается важнейшим орудием христианской проповеди, идеологической и политической борьбы современности. И именно риторическая культура античности лежит в основе гуманитарного образования Европы со времен Ренессанса вплоть до 18 столетия. Не случайно в наши дни сохранившиеся тексты речей античных ораторов имеют не только исторический интерес, а оказывают мощное влияние на события современности, сохраняют огромную культурную ценность, являясь образцами убедительной логики, вдохновенного чувства и истинно творческого стиля.Список использованных источников литературы.1. М. Гаспарова, В. Борухович «Ораторское искусство древней Греции», М,  Художественная литература, 1985г.;

2. Козаржевский А. Ч. Античное ораторское искусство. М., 1980

3. Безменова Н. А. Очерки по теории и истории риторики. М., 1991Практическая частьПерепишите, записывая числительные прописью: Из 58 нужно вычесть 13. Около 168 килограммов яблок собрали с 3 яблонь. Она очень жалела о 248000 рублях, которые потеряла на рынке. Книга издана с 83 иллюстрациями.Из  пятидесяти  восьми  нужно  вычесть  тринадцать.Около ста шестидесяти восьми килограммов яблок собрали  с  трех  яблонь.Она  очень  жалела  о  двухстах  сорока  восьми  тысячах  рублей , которые потеряла на  рынке.Книга  издана  с  восьмидесью  тремя  иллюстрациями.

ua.coolreferat.com